Мальчики краше цветов (Цветочный дом)

— Хороший мальчик... Ви. Гуд бой. Такой красивый для меня, Тэхёна!.. Чимин обходит обвязанного Кима, касается кончиком пальца каблуков. Это была идея Кима, он на них и танцевать может, баланс у парня идеальный, Чимин даже позавидовал; попробовал, плюнул и отправил туфли обратно Тэхёну с запиской: "Сегодня. Надеть" Он гладит карамельную кожу, водит пальцами по тугим верёвкам, щекочет кончиками пальцев; не удержаться — шлёпает по ягодице звонко, и прижимает ладонь, гладит. Шлепок — поглаживание, пока не остаются красивые горячие следы. Наклоняется, чтобы поцеловать стянутые запястья, не удержаться. Комната Тэ в Цветочном Доме — зелёная, как изумруд, как трава, как малахит, как море. Его стоп-слово "Вереск", но он ещё ни разу его не произносил. Тэхён красивый. Чимин любуется им, ему не хочется причинять настоящую боль, как иногда Чонгуку, хочется играть с ним. Царапать спину, ягодицы, прикусывать чувствительную кожу ушка, шеи, губу, запястье, сосок, живот, пах, слушать, как он втягивает воздух, стонет низко; втягивать носом его чистый запах, пропитываться им, и оставлять следы. Ещё хочется присваивать. Делать своим. Доказывать, что никому больше нельзя владеть этим искусством, этим совершенством, этой красотой. Чимин очень ревнивый, и почти неуправляемый в гневе. Тэхён терпеть не может слово "Папочка". Ненавидит просто. Но если хорошо попросить... — Тэхёна... — Ммм? — Скажи это. — Ммм... — отрицательно мотает головой. Чимин сидит на коленях рядом, рассматривает, гладит, трогает, молча, потом резко шлёпает нижнего, прижимает ладонь, растирает место удара, гладит, медлит; осторожно проводит пальцами между ягодиц, и оглаживает голубой камушек, венчающий пробку. Тэ резко выдыхает. Чимин знает, как просить. Как уговаривать. — Скажи это. Тихий стон в ответ, Ким ёрзает под руками, запястья затекли, и хочется разогнуть ноги, но Чимин не позволит этого сделать. Пак медленно тянет пробку на себя, отпускает и смотрит, как она всасывается обратно, снова тянет и снова отпускает, с каждым разом сильнее вытаскивая её. Тэхён стонет громче, просит: — Чиминаааа... Пожалуйста... — Пока не скажешь, нет. Нет! — шлепок, а потом вторая рука забирается за веревки и ласкает член Тэ одним уверенным, сильным движением. Тот ахает, и хнычет: — Чиминаааа, пожалуйста... Пожалуйста. — Скажи. Скажи! — Чимин ускоряет надрачивающие движения, потом нетерпеливо вытаскивает пробку полностью под протяжное "Аааааааааххх!.." Тэхёна и смотрит, как красиво собираются капли смазки, ждавшие внутри. — Скажи! — давит головкой, держит крепко. — Скажи, Тэхён! Младший стонет, верёвки тянет, насаживается. Чимин отодвигается, Ви не может за ним, путы мешают, и хнычет. Пак смотрит на тяжёлую прозрачную каплю смазки на члене Тэ, касается ее пальцем, размазывает по головке медленно. — Возьми меня.. Папочка! — сдаётся младший. — О, боже, трахни меня, Чимин, и развяжи меня, папочка! Пака дважды просить не нужно. — О, да. — он хрипло зовёт Тэхёна, крепко за верёвки цепляется, присваивает: — Мой. Мой! — в такт фрикциям, быстрее, ещё быстрее, — Мой! Замирает, пульсируя, отмечает жемчужно-белые капли на полу, усмехается: — Хороший мальчик Ви. Мой.