Thrice

PVRIS — LOVE IS A

Why Don’t We — Look At Me

renforshort — wannabe

Хорошо, это волнительно. Хорошо, это овер охренеть как волнительно. Чонгук уже ни в чём не уверена — и лучше вообще заказать. Какой чёрт понёс её сюда? Она стоит за углом магазина и взвешивает все за и против. Хотя, казалось, отважившись вообще на такую покупку, так ещё и накопив на неё деньги, Чон должна гордой походкой зайти туда и купить то, что так давно хочется, но колется. Многие ведь… делают это? С помощью этого? Это абсолютно нормально, и здесь нечего стыдиться. — Вот же чёрт, — бурчит, боязливо выглядывая из-за угла на магазин с яркой неоновой вывеской и вызывающе одетым манекеном на витрине. Чонгук уже даже успела прикинуть, как бы выглядела в этом костюме полицейской, если бы ей было, для кого его купить. — Так, хорошо, ты сильная, ты справишься. — Мотивационнные речи — не совсем её конёк, ладно? Но надо же как-то себя подбодрить и подбить на то, чтобы наконец осмелиться. — Ну да, сильная и независимая. Она расправляет плечи, глубоко вздыхает и смело (а может, и не очень) выходит из-за угла, целенаправленно двигаясь в сторону магазина скрашивающих серые скучные будни игрушек. Чон находится почти у цели, когда резко разворачивается обратно и шепчет раздосадованное «не могу», но останавливается рядом, терзаемая сомнениями. Хорошо, ей просто надо заново взвесить все за и против. Первое и огромное «за» заключается в перспективе получать хорошие оргазмы. Говорят, для здоровья полезно. Первое и пока что единственное, на самом деле. Первое против — дорого. Но она копила. Долго и упорно. Второе против — она пока ещё не собралась духом, чтобы зайти туда. Третье против — она боится сгореть со стыда, если её начнут консультировать. Она ведь даже сама не знает, чего именно хочет. Просто чтобы приятно. Или очень приятно. — Ладно, хорошо. Если я сделаю это сейчас, в будущем, возможно, я буду приходить сюда, как к себе домой, верно? — Если бы сейчас на улице проходили люди, то, верно, сочли бы её сумасшедшей, потому что она стоит и разговаривает сама с собой. Но сейчас поздние девять вечера, поэтому улицы пустые. К тому же, этот район в целом можно считать немноголюдным. Тут нет большого количества заведений, где можно было бы вкусно поесть, или развлекательных центров, куда друзья или парочки могли пойти провести время. Чонгук это на руку, потому что было бы неловко, если бы кто-то видел, как она с разным настроением ходит взад-вперёд, активно жестикулируя. Тут она слышит негромкий хлопок позади себя и медленно в испуге оборачивается. Господи, ну зачем. Неподалёку стоит невысокий парень и подкуривает сигарету, чтобы через несколько секунд с блаженным выдохом выпустить небольшое облако светло-серого дыма. Видимо, работник магазина. Чон наблюдает за ним какое-то время, пока он не замечает её, и вздрагивает, столкнувшись с ним взглядом. — Вы сюда? — спрашивает он, кивком головы указывая на вывеску злосчастного секс-шопа и в очередной раз затягиваясь. Чонгук распахивает глаза, обескураженная, и не знает, сказать ей правду или соврать и наконец-таки пойти домой наслаждаться родным душем. В конечном счёте, она ведь действительно может заказать что-то в интернете, верно? А вообще, какая ему должна быть разница до того, туда ей или не туда. — Нет, — поспешно говорит, ошалело выпучив глаза, но что-то дёргает её за язык в ту же секунду: — То есть да, — всё же признаётся она, потому что будет странно, если после ответа «нет», всё-таки решится и зайдёт. Чонгук уже представляет его издевательское выражение лица, с которым он будет её встречать, стоя за прилавком — или что он там делает. Щёки горят. Либо от холода, либо от смущения. Не совсем понятно. Парень улыбается ей, затягивается последний раз так, будто ему жаль расставаться с только наполовину скуренной сигаретой, тушит о ближнюю бетонную стену и кладёт обратно в пачку. Зачем зазря добру пропадать? Да и мусорить тут нельзя, иначе влепят штраф. — Тогда пойдёмте, — говорит, махнув рукой так, чтобы она следовала за ним, и поднимается к двери секс-шопа. Чон матерится себе под нос, но всё же следует за молодым человеком, который любезно придерживает для неё дверь, обрубая все пути к отступлению. Девушка заходит в полутёмное помещение со множеством стеклянных витрин, на полках которых стоят разного рода игрушки. Первым делом она видит их. Члены. Почти как настоящие, даже с рельефом вен. Но это не совсем то, что ей нужно. Эти игрушки немного… смущающие? Хотя легче назвать вещи, которые её не смущают. Пока что никакие. — Что-то подсказать? — подаёт голос парень, стоя позади неё, отчего Чон вздрагивает, но выуживает из себя робкий кивок, хотя не знает, на сколько ещё ей хватит сил оставаться с ним рядом. — На самом деле, могу посоветовать то, что берут чаще всего, хотя это всегда относительно, но, может, есть какие-то особые пожелания? Какой именно вид стимуляции интересует? Вибрация, пульсация? Проникающие или непроникающие игрушки хочется рассмотреть? — Н-непроникающие. Он понимающе кивает. Парень выглядит достаточно серьёзным, когда рассказывает о некоторых игрушках, и Чонгук ловит себя на мысли, что смотрит в большей степени не на товар, а на консультанта. Как он говорит все эти вещи своими пышными губами, как красиво лежат его светлые волосы и в каком суетливом поиске находятся его глаза, когда он ищет то, о чём ещё может рассказать. Вероятно, ему нравится его работа. И, кажется, людям свойственно выглядеть более красивыми в моменты, когда они чем-то сильно увлечены. Да в целом он выглядит очень привлекательно — этого она отрицать не может. Но Чон всё ещё достаточно сконфужена, чтобы расслабиться, перестать чувствовать жар на своих щеках и оценить его старания ей помочь. С горем пополам Чон выскабливает из себя слова, говоря о том, чего бы ей хотелось, и парень предлагает ей несколько вариантов, которые, по его мнению, могли бы ей понравиться. Она смотрит и слушает. Смотрит и слушает. И вроде даже начинает отпускать смущение под его расслабляющий мягкий голос, рассказывающий о невероятных возможностях определённого вибратора, когда консультант предлагает ей потрогать некоторые тестеры. Чон внутренне визжит, как поросёнок, но, сжав губы, послушно следует за ним к кассе, где стоит всё это добро, которое ей предложили протестировать. Господи (уместно ли в таком месте к нему взывать?). Она уже не уверена, что когда-либо захочет вернуться. Парень включает один из вибраторов и даёт ей в руки, чтобы она оценила все режимы данной игрушки. Смотрит так пронзительно, пока она держит фиолетовую фаллическую форму в руке, пальцами ощущая слабую вибрацию. Потом среднюю. Потом сильную. Игрушка тихо жужжит. И это единственный звук, помимо её дико колотящегося сердца, который сейчас есть в помещении. Достаточно неловко, если честно. Но кажется, что только ей. Поджав губы, Чонгук спешно выключает игрушку и аккуратно кладёт на стойку, как-то излишне робко заглядывая консультанту в глаза. А тот смотрит выжидающе своими тёмными глазами. — Не подходит? — спрашивает, а потом задумывается, закусывая губу, и ныряет под стойку. — Есть вакуумные стимуляторы, думаю, вы не пожалеете, если возьмёте. В следующую секунду на лакированной поверхности появляется маленькая игрушка с неглубоким отверстием сверху. Чонгук смотрит на неё во все глаза и не знает, что с этим делать. — Это тестер, можете опробовать на пальце, например, — услужливо подсказывает парень и улыбается, своим доброжелательным настроем всё ещё пытаясь пробить панцирь её смущения. Для него это определённо не в новинку, когда посетители смущаются, поэтому он относится с пониманием, терпеливо выжидая. Оу. Кончик её пальца приятно засасывает, и она даже улыбается тому, что такая маленькая вещь может удовлетворить. На самом деле, Чон думает, что в теории это не так уж плохо. Почему бы… — Этим неплохо можно простимулировать соски, — вдруг подаёт голос парень, заметив, что такая игрушка, кажется, пришлась покупательнице по вкусу. Ничего удивительного, ведь они пользуются большим спросом. — И в целом достичь оргазма быстрее и проще. Чонгук зарделась на этих словах, поспешно возвращая тестер. — Да, я… Я возьму это. Прежде, чем парень пробивает покупку, он спрашивает, не нужны ли презервативы, возможно, мыло в виде члена — как забавный подарок, например, — или интимные гель-смазки. Чонгук не отказывается от мыла, потому что она даже знает, кому его подарит, и от смазки на случай особо сухих дней. Консультант кратко рассказывает, как ухаживать за игрушкой: как мыть, где хранить, чего лучше не делать при использовании (или где лучше не использовать), — и пробивает покупки, озвучивая сумму. Надо сказать, что Чон вылетает от туда прежде, чем молодой человек успевает сказать «до свидания». Или что им там обычно принято говорить? «Приятного пользования, ждём вас снова»? Она вся пылает и поскорее хочет спрятаться дома, представив, что ничего этого не было.

***

Джина смеётся, крутя в руке мыло в виде пениса. Не то чтобы она не ожидала получить такой подарок… Да, она не ожидала. Но, услышав рассказ Чонгук, искреннее ею гордится, поэтому мыло кажется уже как добытый потом и кровью презент, причём подаренный просто так. Возможно, Чонгук показалось это забавным, но ей правда приятно. Сама Чон сидит слегка порозовевшая и от собственной честности, и от воспоминаний пребывания в магазине. Она думала, что не вернётся туда больше никогда, но, опробовав игрушку, кардинально изменила мнение. Хочется попробовать что-то ещё. Что-то, что подарит ей новые ощущения. В целях безопасности собственной психики стоит найти магазин по другому адресу, чтобы не показывать свою морду через такой короткий промежуток времени в том же месте. Знать наверняка, будет ли работать в этот день тот же консультант, нельзя, но чисто перестраховаться. — А что насчёт его игрушки? — ухмыляется Джина, играя бровями. Девушка удобнее устраивается на кровати подруги, придерживая голову рукой, а другой всё ещё удерживая фигурное мыло, и разглядывает смущённую шатенку снизу вверх. — О чём ты? — Чон мнёт свои скрещенные в позе лотоса ноги и переводит непонимающий взгляд с мыла на подругу. — Разве ты не сказала, что он красив, как Бог? Тот парень из магазина, — поясняет Ким. Чонгук вспыхивает и лупит девушку по руке. — Я сказала «привлекательный», это первое, а второе, что ещё значит «его игрушка»?! — возмущённо пищит Чон, во все глаза глядя на подругу. Она и вправду не задумывалась над этим. Мало ли красивых парней по улицам ходит? Что ей теперь, о каждом думать в сексуальном ключе? Да и кто знает, может, этому парню каждая вторая предлагает интим. Возможно, люди, работающие в данного рода магазинах, кажутся более… знающими? Опытными? Способными? Раскрепощёнными? — Ты прекрасно меня поняла. Это, конечно, здорово, что ты решила разнообразить свою сексуальную жизнь, но что насчёт живого члена? — Это тебе надо или мне? Чонгук возмущённо взирает на Джину, но та кажется ничуть непоколебимой и в шутку засовывает в раскрытый рот часть розового мыльного члена, стараясь не касаться языка и нёба. Эта девушка не умеет быть серьёзной. — Я просто беспокоюсь, чего ты заводишься. Не хочешь — не надо, моё дело просто узнать. Последний раз Чон рассталась с парнем год назад, когда была на втором курсе. Они провстречались всего несколько месяцев, прежде чем она узнала, что не единственная, с кем он общался. Было ещё примерно три девушки, с которыми он параллельно виделся. Чонгук не удивится, если узнает, что они тоже ни о чём не подозревали. Минджун абсолютно по-глупому спалился, когда написал ей, что ужин, на который они вчера ходили, был потрясающим, как и его продолжение. Проблема была в том, что именно в тот день они не виделись и никакого ужина не было. Он пытался придумать оправдание, но там и так всё было ясно. Чон без лишних слов его бросила, почувствовав себя отвратительно. Она соврёт, если скажет, что не плакала тогда. Рыдала в три ручья в ванной, крепко обнимая пьедестал раковины. Но больше из-за того, что чувствовала себя использованной. К счастью, ей хватало ума не пускать его в себя без презерватива. Несмотря на горький опыт, у неё были неплохие предыдущие отношения. До Минджуна. Но с тех пор к отношениям её всё равно не тянет, хотя познакомиться к ней подходили не единожды. Видимо, именно это и беспокоит подругу. Что Чон из-за одного неудачного опыта разочаровалась во всех парнях. Сама Джина уже полтора года состоит в хороших отношениях, где её холят и лелеят. Того же она хочет и для Чонгук. — Но ты всё же у него спрос… — Джина. — Молчу.

***

Вы помните, что она говорила по поводу того, чтобы не приходить в тот же магазин во второй раз? Так вот, забудьте. Она снова здесь. Это ведь проверенное место, верно? Кто знает, кого она может встретить в другом магазине. А здесь консультант уже словно родной — они ведь столько членов вместе обсмотрели. В этот раз она не ходит вокруг да около, а просто заходит, неловко поправляя ручки шоппера, на дне которого лежит кошелёк с деньгами, остатки которых она планирует оставить здесь. Её взгляд тут же устремляется за кассу, но никого там не обнаруживает. Совсем одна в окружении фаллосов — что может быть лучше? Даже интересно, как себя чувствует тот парень, находясь здесь с утра до вечера. Тут она слышит шаги, и из арки выходит блондин, поправляя ремень на брюках. Становится понятно, где он пропадал. В голове всплывают слова Джины о «его игрушке», но тут же затыкаются ёмким «фу», дающим критическую оценку мыслям подобного рода. Чонгук тут же устремляет взгляд к витринам, развернувшись к нему спиной. Напомните, почему идея прийти сюда же во второй раз показалась ей отличной? Он ведь не станет потешаться над ней, правда? — Здравствуйте, — говорит он своим невозможным бархатным голосом, который лижет ей затылок. — Могу я вам что-то подсказать? У Чонгук в голове красным мигает табличка «только не подходи», но он её очевидно не слышит и уже через секунду оказывается сбоку, вежливо улыбаясь. Видно, узнаёт он её не сразу, потому что задаёт почти тот же список вопросов, что и в первый раз, но, когда она наконец находит в себе силы взглянуть на него, словно загнанное побитое животное, расплывается в более широкой улыбке. — Не думал увидеть вас здесь снова так скоро, — довольно говорит парень. — Что интересует на этот раз? Или проблемы с прошлой покупкой? — Нет, всё… всё отлично, — бормочет в ответ. — Она замечательно справляется. Господи, что?! Пришла сюда позориться — так и скажи. Начни рассказ с того, какой режим больше понравился, и закончим тем, сколько раз за день ты его используешь. Парень наверняка будет в восторге от информации. Но судя по тому, какой у него довольный вид, это кажется не такой уж выдумкой. Всё-таки Чонгук его позабавила. Ну ладно, кто ещё поздним вечером обеспечит его хорошим настроением, если не она? О, э… как-то двусмысленно прозвучало, да? Не берите в голову. — Заинтересовали какие-то из уже рассмотренных вариантов? Могу предложить что-то из косметических товаров. — Косметических? — Чонгук впервые слышит. — Есть так называемые «жидкие вибраторы», гели для повышения чувствительности. Показать? Показать.

***

— Долго мне тебя ждать? — устало выдыхает Чонгук, выпрямляя ноги под столиком. Они договорились встретиться в кофейне, а потом пойти погулять по торговому центру, потому что у Чонгук чёрные джинсы уже вот-вот испустят дух, в то время как она покупает вибровкладки. Но не об этом. Её кофе вот-вот остынет, пока она дожидается подругу, десять минут назад обещавшую прийти через пять. — Я в пробке, пупсик. Возьми себе эклерчик за мой счёт в знак извинения, — слышится ничуть не пропитанный угрызениями совести голос из динамика, и вызов через секунду сбрасывается. Чонгук, оставив сумку на стуле, идёт покупать себе «эклерчик», когда приходит сообщение о банковском переводе от Джины. Есть хоть какие-то плюсы в её опоздании. Она возвращается за столик, уже готовая смаковать вкус манго, как замечает вошедшего блондинистого парня в кремовом пальто. Подозрительно знакомого внешне… — Твою мать, — ругается она, не зная, куда спрятаться на случай, если он её заметит. Хотя с чего она взяла, что ему вообще будет до неё дело? При второй встрече он её даже не сразу вспомнил, так зачем же опасаться? Да и что он сделает, даже если узнает? Вряд ли же встанет на стульчик и стихотворно расскажет о её предпочтениях. Чонгук сама не знает, чего конкретно боится. Но на всякий случай она пересаживается спиной к нему, двигая к себе ближе стаканчик с кофе и тарелку с нетронутым эклером. Первый раз по затылку не узнал, чем второй раз хуже? — Как у покупателя нашего магазина, хотел бы узнать отзыв о приобретённых товарах, — слышит она шелестящий голос позади после нескольких минут её активного стрессового состояния. Вот и приплыли. Сама виновата, что из-за собственной сексуальной ненасытности напомнила о себе второй раз. Теперь расхлёбывай. — Я могу присесть? Парень обходит её и останавливается около стула, на котором она прежде сидела. Может ли? А зачем? Но голова уже сама собой, предательница, кивает, разрешая. Блондин присаживается, растягивая пухлые губы в очаровательной улыбке, и смотрит на неё более чем заинтересованно. Есть некоторое ощущение, что он рад её видеть (или это её больная фантазия на почве посещений магазинов для взрослых). О себе она сказать того же не может, потому что стеснение интенсивно подкатывает к горлу. — И ко всем клиентам вы так подходите? — зажимая соломинку зубами, бормочет Чонгук. Ей кажется, что с ней всё сейчас не так: что волосы растрепались, что макияж поплыл, что она успела запачкаться — и где-нибудь над верхней губой застывшая молочная пенка. Зато консультант выглядит более, чем потрясающе. Его волосы красиво уложены, кожа приятно поблёскивает от очевидно хорошего ухода, и одет так лаконично. Может, на свидание собрался? Вопреки нежеланию заводить отношения, Чонгук чувствует лёгкий укол от этой мысли. Но достаточно нелогично, что он уселся с ней беседовать, если у него свидание. Если только он не промышляет тем же, чем Минджун. Для таких только одна дорога: на ху… — Нет, только к самым очаровательными. Он отпивает свой кофе и пронизывает взглядом вгрызшуюся в трубочку Чонгук. Интересно, о чём он думает? Он ведь не хочет её склеить для одноразового секса? Если так, у него ничего не получится. Потому что у Чонгук есть принципы и два новых резиновых друга. Ей ничего не страшно. В каком-то смысле это правда, потому что она не заметила, как осмелела, восприняв его действия как попытку соблазнения. — И сколько таких очаровательных было? Блондин улыбается, из-за чего его глаза исчезают. Чонгук в шаге от того, чтобы умилиться и забыть об опасениях касательно его предположительных намерений. Она готова поклясться, что не видела настолько привлекательных людей до этого (в одном из автобусов, застрявших в пробке, определённо возмутилась одна Джина). Кстати, о ней. Чон мечется среди мыслей о том, что Джина могла быть научиться собираться быстрее, и о том, что рада, что подруги всё ещё нет. — Пока только одна, — просто отвечает он. Чонгук делает вид, что не подавилась, пока парень, взволнованный, подаёт ей салфетку. Ей удаётся совладать с саднящим горлом и украдкой взглянуть ему в глаза. Достаточно тёмного карего цвета, чтобы казаться чёрными. — Я думала, вы много… с кем спите. Пара-пара-пам. Финита ля комедия. С каких пор мы такие честные? Вместо того, чтобы оскорбиться или обидеться, блондин мягко смеётся, явно забавляясь с её перфомансов. Вот видите, она просто витаминка для хорошего настроения. Но почему-то пока только для одного человека. Вообще-то, ей и правда немного стыдно за озвученную мысль. — Кажется, у вас много предрассудков по поводу моей работы. Я сплю только с теми, с кем встречаюсь. Как и, полагаю, большинство людей. Чонгук испытывает некоторое удовольствие, услышав от него такой ответ. И укол новой порции стыда. Действительно. С чего она решила, что он растрачивает себя на случайных людей? Более глубокие познания в области, куда многим хочется заглянуть, но стыдно, ещё не говорят о том, что человек обязательно сексуально неразборчив. Может, парню нравится изучить одного конкретного человека и научиться приносить ему море спектров удовольствия. Но как принести ответное удовольствие такому человеку? Как кто-то вроде Чонгук может дать ему столько же? Э, что? И это она ещё боялась, что он к ней клинья подбивает ради ни к чему не обязывающего секса, а сама думает чёрти что, хотя даже имени его не знает. И правда. Чонгук ведь даже не пыталась взглянуть на его бейджик, не зная, куда себя деть от сковывающей неловкости. В какой-то мере они в одинаковом положении, потому что её имени он тоже не знает. Но она ведь могла бы… Сходить в третий раз? «Сначала заработай денег, идиотка». За «просто смотрю» денег не берут. Ей вдруг захотелось пошутить, знаете? Некоторая игривость в ней вдруг проснулась. От всех этих мыслей. — Значит, хотите предложить мне встречаться? — и смотрит снизу вверх с всё также зажатой между губ соломинкой на то, как аппетитные (м, с каких пор? «Всегда») губы растягиваются, приподнимая уголки вверх. Интересно, а он не откажется сходить посмотреть с ней джинсы? — Из ваших уст это звучит эквивалентно «хочешь предложить мне переспать». Не без этого, но определённо не сейчас. Лучше тогда, когда позволят рамки приличия. Может быть, на третьем свидании? Вышедший из глотки кофе приходится собирать со столешницы салфетками.

***

Его зовут Чимин. И это она узнала не с бейджика. Он ей сам сказал, пока они ходили между рядами, высматривая подходящие джинсы. Чонгук надеется, что Джина с пониманием отнеслась к её сообщению «разворачивай автобус, твоя помощь больше не требуется» и не обижается. Предложение пройтись с ней по магазинам всё же родилось на губах, и Чимин отнёсся к инициативе более чем воодушевлённо, ознаменован это первым свиданием. В подборе джинсов он тоже оказался неплохим консультантом, критическим взглядом осматривая все примеренные варианты. Чонгук вам сама не признается, но при демонстрации новой пары пыталась отклячить свою тощую задницу как можно больше. А вечером он угостил её ужином. Проводил до дома. И вообще вёл себя более чем прилично, на провокации при примерке джинсов не вёлся. Можно ли считать, что он прошёл проверку, которую Чонгук только что придумала? Наступить на те же грабли ей явно не хочется. Но от него, даже если принюхаться, ни капли не пахнет Минджуном. Чон готова признать, что это импровизационное свидание было лучшим за всё время. Упустим тот факт, что она смеялась до усрачки, из-за чего даже хрюкнула пару раз. Но Чимин тактично промолчал, сделав вид, что и не заметил вовсе. Ему двадцать пять, что на четыре года больше, чем её возраст. Он любит свою работу, потому что это даёт ему чувство, что он делает некоторых людей немного свободнее и просветлённее. А ещё он не стесняется говорить о сексе: для него это обыденно. Но Чонгук узнала много нового, поэтому не возникала, красная как рак развесив уши. Нет, вообще-то, Чимин успел получить затрещину, когда позволил себе спросить, использует ли она последнюю покупку прямо сейчас. Но извинился. На втором свидании он повёл её в ботанический сад, на этот раз ведя разговор о приличном. Больше спрашивал о ней самой, чем рассказывал что-то о себе. Держал дистанцию. Даже в момент, когда Чонгук подумала о том, что на прощание неплохо было бы получить поцелуй, удостоил её только объятиями. Крепкими и невозможно уютными, но… Третье она ждала как безумная. Выгребла весь шкаф, чтобы найти что-то красивое. Надела даже лучшее бельё из тех, что было в наличии. Прозрачное. Ему ведь понравится? Или его, половину недели окружённого разного рода игрушками и всевозможными видами белья, уже ничем не удивить? Но ей так хочется. Ладно. Может, немного позже? Стоит ли сказать, что ей это даже не понадобилось? Он поцеловал её, пока они прогуливались по реке Хан, но отправил домой одну. А как же рамки приличия, ограниченные тремя свиданиями? Поцелуй был хорошим (читать: отличным, умопомрачительным), но Чонгук не для того выбривала каждый волосок на теле. Она ловит себя на мысли, что продавец секс-шопа оказался куда более благопристойным, чем она сама. Немного стыдно.

***

Немного, но не настолько, чтобы она в его последний рабочий перед законными выходными день не заявилась на пороге в магазин за час до его закрытия. Влетела, как фурия, на все сто процентов уверенная, что сегодня у них будет секс. Чимин встречает её несколько растерянной улыбкой. В особенности он сбит с толку её чуть потрёпанным видом, характеризующим её чуть помешанное состояние. — Чем могу помочь? — со смешком спрашивает парень, похоже, не собираясь пока что расставаться с образом отличного продавца-консультанта. Они только начали, а уже пошли ролевые? — Хотела бы приобрести кое-что, — уверенно заявляет Чонгук, отмечая про себя, что вообще впервые чувствует такой прилив смелости в этом магазине, напичканном вибраторами, фаллоимитаторами, плётками и смазками. Интересно, сколько из всех вещей он успел попробовать? Или сколько хотел бы попробовать? — Слушаю. — Я слышала, это достаточно эксклюзивный товар. — Так, — кивает. — Не знаю, правильное ли это название, но, кажется, называется, м-м-м… твой член? — К счастью, по вашему запросу у нас остался один экземпляр, — кашлянув в кулак, хрипло говорит Чимин. — Получится доставить ко мне на дом после конца смены? — С большой вероятностью. — Тогда буду ждать. Чон вылетает оттуда, как в самый первый раз, но сегодня только для того, чтобы хорошенько себя подготовить.