Контролируя гнев

      Почти все оставшиеся дни до возвращения в школу мы провели со Сью вместе. В отношениях решили не спешить, чтобы внезапно не перегореть, но это не мешало нам наслаждаться каждым мгновением, проведенным вместе. И объятиями. И поцелуями. А потом мы встретили Гарри. Парень сбежал из дома, при этом надув свою тетку. Министр лично пообещал ему, что за спонтанную магию его не привлекут к ответственности, но возвращаться в опостылевший дом своих магловских родственников отказался наотрез. Кстати, я впервые слышу от него рассказ о родственниках, и эти люди мне уже не нравятся. Кстати, Гарри единственный, кому мы сказали о том, что стали парой. Есть еще Дамблдор, но он, я уверена, сам все поймет.       Закупались вместе, при этом вытащив с нами Гермиону. В этот же день, будто случайно, закупалось и рыжее семейство. Они пытались нам навязаться, но мы ловко от них отвязались, и никто рыжий нам настроение не портил. Хотя близнецы нам импонировали, как и мы им. Закупились быстро, и остаток дня, проводив Гарри, провели со Сью в магловском Лондоне. Прошли по набережной Темзы, посетили Тауэр, покривлялись перед безмолвными постовыми у Букингемского дворца, а после укрылись в Гайд-парке, и долго целовались. С каждым днем целовать мою девушку становилось все приятнее. Иногда мои руки спускались пониже талии, и она не возражала, повторяя за мной. Но самое главное, что я заметила — мой гнев совсем не давал о себе знать, когда Сью была рядом. Она стала моим успокоительным, и я была этому несказанно рада. Я рассказала ей о том, кто мой отец, и что это значит, но меж нами это ничего не изменило, хотя она в шутку и передразнила случайного церемониймейстера: «Прибыла Леди Блэк, со своей супругой — леди Блэк». Мы от души посмеялись.       Так и проходили дни. За неделю до отправки я была приглашена к Сью на ужин. Хоть Боунсы и были чистокровными, они не привечали заморочки своих «собратьев», и вели более чем скромный образ жизни — дом небольшой, хоть и двухэтажный, без вычурности и чрезмерного шика, никаких садов, аллей, фонтанов и прочей роскоши. Даже домовик один, и тот потому, что Амелия вечно на работе, а Сью одна не вытянет уход за домом и готовку. Ужин был скромным, но качественным, и так уютно было с ними. Хотелось всегда так вечера проводить. Говорили о школе, планах, упомянули Сириуса Блэка. Уже в начале одиннадцатого я попрощалась со Сью, и пошла на выход — Амелия должна была аппарировать со мной домой. Но перед этим решила поговорить.       - Знаешь, Дели... Я — женщина простая, и не люблю словесные кружева, недомолвки, интриги и прочее, я всегда говорю прямо.       - Это хорошая черта. Я сама такая.       - Я это вижу, и мне это в тебе нравится. Я знаю, что ты меня поймешь. - Она выдержала небольшую паузу, прежде чем огорошить меня. - Я знаю, что ты... Стала парой моей племянницы.       - Э... А...       - Это видно. Может, вы и не замечаете, но вы так смотрите друг на друга, и так сияете... Я давно не видела Сью такой счастливой, и такой решительной. Ты знала, что она собралась попроситься к МакГонагл в ученицы?       - Нет... - Хотя эта новость была не так удивительна, как наше раскрытие.       - После того случая весной, Сью стала... Увереннее. Трансфигурация ей очень хорошо дается, но раньше она бы ни за что не решилась выделиться, боялась этого. Теперь же рвется стать сильнее. Ее мечта — овладеть боевой трансфигурацией, чтобы уметь постоять за себя и защитить близких. И хоть я боюсь позволять ей это, я понимаю, что ей это необходимо. Особенно в наше неспокойное время. И все благодаря тебе.       - Моя заслуга тут минимальна...       - Не преуменьшай, моя дорогая. Ты спасла ей жизнь, и дала толчок к развитию — это очень много стоит. - Она снова ненадолго замолчала. - Знаешь, я женщина старых правил. Потому, когда я поняла что моя племянница, единственная оставшаяся в живых родная кровь, лесбиянка — я была глубоко шокирована и опечалена. Но времена меняются, а традиции чистой крови принесли слишком много горя моей семье, и многим другим. Потому я искренне рада, что ее сердце выбрало тебя. Пускай ты — одна из последних Блэков, пускай ты вспыльчива и опасна в гневе. Я вижу, что со Сью ты совершенно другая — сдержанная, ласковая, заботливая. И ты — прекрасный боец, что сможет защитить ее, если не выйдет у меня. С тобой она счастлива, а это — все, чего я желаю для нее. Я принимаю ваши чувства, и благословляю вас. Также я прошу тебя — позаботься о моей девочке, и продолжай делать ее счастливой, какая она сейчас.       - Я обещаю, мадам Боунс.       - Просто Амелия, мы ведь уже, считай, одна семья.       - Хорошо, Амелия.       - И еще. - Тон ее изменился, и я невольно сглотнула. - Я предупреждаю тебя, Делайла Блэк. Если ты обидишь мою девочку, разобьешь ей сердце, причинишь боль или предашь — я найду тебя в любом уголке земли, достану с Того света, либо, ежели буду мертва, сама явлюсь к тебе с той стороны, и ты горько пожалеешь!       - Справедливо. Я понимаю и принимаю это. - Мне не было страшно. Наоборот, я ее искренне понимала.       - Я рада, что мы поняли друг друга.       В следующий момент меня утянуло в аппарацию.       ***       Не думала, что возвращение в школу будет столь... Фееричным.       Первого сентября я, как и положено, отправилась на вокзал, встретила Сью, взяла ее чемодан и помогла занести. Гарри и Гермиона уже заняли купе, и мы сели с ними. При этом Гарри нам подмигнул. В дороге, после немого диалога глазами, мы со Сью признались Мионе, как нашей верной подруге, в своей ориентации. Она хлопала глазами, в шоке раскрывая и закрывая рот, а я заперла дверь купе, и глубоко поцеловала Сью, посадив ее к себе на колени, и она мне ответила, взяв мое лицо в свои руки. Это окончательно добило Миончика, она густо покраснела, и попыталась подобрать слова, чтобы отчитать нас. Но Гарри положил ей руку на плечо, покачав головой, и она сдалась, приняв это как свершившийся факт. Оба обещали хранить наш секрет.       Потом случилось страшное — пришли дементоры. Сначала поезд остановился, резко похолодало, потом дверца нашего купе, несмотря на заклинание, открылась, и в проходе появилось это страшилище. Сразу стало тоскливо, всю радость как будто вытянули. Сью дрожала, как осиновый лист, и жалась ко мне, ее глаза были полны страха. Гермиона, напуганная не меньше, жалась к Гарри, но тому было хуже всех — нежить тянула к нему свою серую, покрытую струпьями, руку, и издавало звук, будто втягивает воздух, от чего Гарри уже начал заваливаться, теряя сознание. Тут Сьюзен всхлипнула, и я, будто, очнулась. Тут же волосы мои вздыбились, а пар изо рта стал таким плотным, что, казалось, способен заполнить собой все купе. Это был не просто гнев — это была настоящая, первобытная ярость. В голове сразу всплыли мысли о контроле, но тут же были сметены, когда чудище потянулось в сторону Сью. Сука! Не позволю! Кровавая пелена застила глаза, и бурлящая внутри магия вырвалась наружу, наполненная моей яростью и управляемая моей волей. Темная волна смела дементора в коридор, вызвав мерзкий, истошный вопль, и продолжала давить, пока она не осыпался прахом. В проеме показался еще один, и я приготовилась дать отпор, но его спугнула вспышка яркого света. Вскоре в проеме показался какой-то мужик, похожий на оборванца, с палочкой наголо.       - Все целы?       - Вроде да... - Меня стало потряхивать, наступал отходняк. Я впервые испытала такую ярость. Ноги подкосились, но меня подхватила Сью, и усадила на кушетку.       - Что с ней?       - Она... У нее был стихийный выброс, очень мощный. Она защитила нас от дементора.       - Голос Сью дрожал, но она смогла закончить свою речь.       - Так это ее... Это был очень сильный выброс. И очень негативный. Его мощи хватило, чтобы развоплотить дементора, но теперь у нее отходняк. Вот, - он протянул ей плитку, а все это слушала и наблюдала, как через шторы, - это шоколад. Поможет. Этим двоим больше всего, а мне надо проверить остальных.       - Спасибо...       Гарри очнулся, девочки накормили нас шоколадом, и остаток поездки прошел спокойно, но молча. Я смогла успокоиться, не без помощи Сью, что уложила меня головой себе на колени, и нежно гладила, робко улыбаясь. В какой-то момент я приподнялась, а она наклонилась, и наши губы слились в нежном поцелуе. Это помогло гораздо лучше шоколада! Гарри и Гермиона смущенно отвернулись, покраснев как помидоры. Вскоре мы прибыли, и в каретах добрались до замка. Вопреки ожиданиям, атмосфера была гнетущей, и даже еда, казалось, стала безвкусной. Вскоре все объяснил директор.       - Рад приветствовать вас всех в стенах нашего дорогого Хогвартса. Для старой гвардии — с возвращением! Для молодой — добро пожаловать! По традиции, несколько объявлений. Во-первых, позвольте мне представить вам наших новых преподавателей. Заместо ушедшего на пенсию профессора Кеттлберна, Уход за магическими существами будет преподавать наш дорогой лесничий — Рубеус Хагрид. Защиту от темных искусств будет преподавать профессор Ремус Люпин. - Раздались нестройные овации. - Также хочу напомнить, что Запретный лес назван так не случайно, и ходить в него запрещено. Кроме того, наш дорогой завхоз, мистер Филч, просил напомнить, что есть список вещей, запрещенных к проносу и хранению в стенах школы, ознакомиться с ним можно в кабинете мистера Филча. - Он выдержал короткую паузу. - Теперь о главном. Как вы заметили, атмосфера в школе в этот раз очень отличается от обычной радостной, и это неспроста. В связи с побегом из Азкабана Сириуса Блэка, Министерство Магии приняло меры, и теперь школу, круглосуточно, будут охранять стражи Азкабана — дементоры. - По залу разнеслись печальные вздохи. - Посему, хочу вас предостеречь. Дементоры — не живые, с ними нельзя поговорить, и с ними не договориться. К ним вообще не следует подходить. Иначе, можно лишиться самого важного, что у вас есть, и поверьте — это не жизнь. - Атмосфера стала еще более гнетущей. - А теперь последняя, и самая, надеюсь, радостная новость. Этим летом, в Париже, прошел международный турнир по искусству дуэлинга. От нашей страны выступал один единственный участник, принесший нам второе, абсолютно заслуженное место в лиге юниоров. Профессор Флитвик, как ее учитель, и я, безмерно ей гордимся. Так наградим же ее заслуженными овациями, студентку третьего курса факультета Гриффиндор — Делайлу Пэйдж-Арцеулову!       Гвалт поднялся оглушительный. Все, даже слизеринцы, аплодировали мне, а мои львы — громче всех и стоя. Это было приятно на самом деле — не удержалась, и поклонилась всем четырем столам, а после преподавателям. В отдельности директору и Флитвику. Меня подозвали, и я подошла. Они вдвоем стояли перед всем залом, и я встала меж ними. В руках у Флитвика был серебряный кубок.       - Мисс Пэйдж-Арцеулова показала всему миру, что Хогвартс умеет воспитывать студентов. И этот кубок, с ее именем на нем — прямое тому подтверждение! - Флитвик отдал его мне. - Эта награда — по праву твоя, Делайла. Но я хочу попросить тебя подарить ее Хогвартсу, чтобы она украсила Зал Наград.       - С радостью, директор. - Зал снова зарукоплескал.       - Этот кубок станет вечным напоминанием о тебе всем грядущим поколениям студентов Хогвартса. Но ты не останешься с пустыми руками. Твой приз за второе место — пятьсот галлеонов — ждет в моем кабинете.       - Вау. - Об этом призе я не знала.       На этой ноте вечер и закончился. Я проводила Сью до ее башни, поцеловав на прощание, забрала свой приз у директора и вернулась к себе. Гостиная гудела, новость о моем втором месте стало тем триггером, что позволил ребятам преодолеть созданную дементорами гнетущую атмосферу. Дамблдор грамотно поступил, оставив эту новость напоследок.