Контролируя гнев

      Когда я говорила, что год будет убойным, я неожиданно для себя приуменьшила масштаб трагедии — год будет убийственным. А все потому, что Хогвартс принимает Турнир Трех Волшебников — престижный турнир, что несколько веков назад был отменен из-за высокой смертности чемпионов. Но обо всем по порядку.       Началось все на платформе в Лондоне, куда я прибыла за ручку со Сью, а Амелия с Сириусом. Да, эти двое возобновили свой прошлый роман, и если все пойдет хорошо, Амелия станет миссис Блэк. На нас кидали взгляды, полные непонимания, но никто не подходил — Сириуса боялись. В купе мы сели прежней компанией, хотя Рон пытался стать пятым лишним, и Малфой постарался испортить настроение.       На ужине Сью сидела со мной за столом львов. Мы мило ухаживали друг за дружкой, и общались нашей четверкой. Миончик заметила ее кольцо еще в поезде, а поняв его смысл — долго втирала про наш возраст и устаревшие традиции. Мы со Сью переглянулись, и она оседлала меня, втягивая в глубокий поцелуй. Мои руки сжали сочную попку Сью, а та совершала легкие движения бедрами, будто мы занимаемся сексом. Миончик притихла, заерзав на месте. Теперь же ее кольцо заметили наши соседи за столом.       - И кто счастливчик? - Спросили одновременно близнецы Уизли. Она взглянула на меня и светло улыбнулась.       - Счастливица. - Произнесла она, и нежно меня поцеловала. Раздались удивленно-восхищенные возгласы, и уже весь стол обратил на нас внимание, а затем и соседние.       - На самом деле, это было даже предсказуемо. - Проговорил Ли Джордан. - Ну серьезно. У тебя такой взрывной характер, было видно, что мужчины — это не твое.       - Тут ты прав. - Улыбаюсь. - Будущая миссис Блэк во много раз лучше любого мужчины. - И снова поцелуй, но в этот раз я заметила печаль на лице Джинни.       Далее было то самое объявление. Я была рада, что возрастную границу повысили, иначе бы куча недоучившихся студентов ломанулись бы становиться участниками. Но было неспокойно. Особенно спокойствия не добавлял новый, эффектно появившийся учитель ЗОТИ — отставной аврор Аластор Моуди. Что-то беспокоило меня после его появления, особенно после рассказа Гарри о его снах. После ужина мы отправились к директору. Хотелось добиться одной нужной вещи. Директор принял нас радушно.       - Делайла, Сьюзен. Поздравляю вас.       - Спасибо, директор. У нас как раз просьба.       - Я даже догадываюсь, какая. Небольшие апартаменты устроят?       - Вполне. Нам много и не надо, просто свой уютный уголок.       - Не буду говорить о поспешности, это бессмысленно. К тому же, вы девочки — нестандартная ситуация. Минерва, конечно, возмущалась вашим поведением, но мы с профессором Спраут смогли смирить ее гнев.       - Просто мы устали скрываться. А такое публичное заявление дало понять всем, что их планы и надежды не имеют смысла.       - Я так и подумал. Дорри! - С легким хлопком появился домовик в сорочке с гербом Хогвартса. - Проводи мисс Боунс в четвертые апартаменты, а после возвращайся за мисс Блэк.       - Слушаюсь, директор. - И пригласил Сью следовать за собой. Та вопросительно посмотрела на директора.       - Нам с Делайлой нужно кое-что обсудить, Сьюзен. Не волнуйся, скоро она к тебе присоединится.       - Х-хорошо. - Согласилась она и вышла.       - Теренс. - Еще один домовик. - Перенесите вещи мисс Блэк и мисс Боунс из их башен в четвертые апартаменты, и приведите их в жилой вид.       - Слушаюсь, директор. - И исчез.       - Я бы хотел кое-что обсудить.       - Медальон?       - Именно. Признаться честно, я не ожидал, что нечто такое попадет мне в руки. Мало того, что это историческая реликвия, принадлежавшая самому Салазару Слизерину, так еще это и наследство того, кого все мы знаем под именем Волдеморт.       - Значит, мне не показалось. Те же чувства, что и от дневника Реддла.       - Это очень темная магия, Делайла, и я хочу знать — не случилось ли чего с тобой при контакте с ним?       - Случилось. Моя ярость вырвалась, стала бесконтрольной. Благо, направлена была на Волдеморта, да и так все неожиданно произошло, что я сразу отпустила его. Но мне не понравилось…       - Очень хорошо, что не понравилось. И очень плохо, что он так сильно на тебя действует. Да… - Он замолчал, задумавшись. - Знаешь, Делайла. Ты очень одаренная и сильная ведьма. Я понял это сразу, еще на ужине перед твоими первыми занятиями. Поэтому я и взялся тебя учить. Изначально хотел попросить Аластора, но быстро понял, что он тебе тут не помощник. Дальнейшее наше обучение лишь укрепляло меня в своей уверенности. Будь моя воля, я бы растянул твое ученичество у нас с Филиусом до окончания тобой школы. Но боюсь, что события принимают очень скверный оборот. Да и эта вещь… Как ты смотришь на то, чтобы получить мастерство в чарах и боевой магии к концу этого года?       - Я… Это неожиданно, но заманчиво. Я так понимаю, нагрузка усилится?       - Верно. Поэтому я и веду с тобой этот разговор. У меня есть идея, как нам добиться нужного результата, при этом не перегрузив тебя. Но предупреждаю, это смертельно опасно. Суть в том, чтобы ты стала чемпионом на Турнире.       - Вы серьезно?!       - Более чем. Все испытания станут для тебя проверкой полученных знаний и навыков, а также дадут неоценимый опыт. Кроме того, чемпионам дается свободное посещение занятий, и они освобождены от экзаменов в конце года. Таким образом, мы с Филиусом сможем форсировать твое обучение, да и на саморазвитие у тебя будет больше времени. А кроме того, если ты победишь в Турнире — это станет отличной рекомендацией для тебя на экзаменах на мастерство. Хотя, и просто успешное участие зачтется.       - Это все… - Мне было неспокойно, что-то он не сказал.       - Зачем вам это, директор?       - Все указывает на то, что Волдеморт возрождается. И если это случится — нужно будет собирать силы и давать ему отпор. Ты, как я уже говорил, очень сильная ведьма, Делайла, и ты мне нужна. Во время первой войны я создал организацию, что боролась с Пожирателями Смерти там, где не справлялись авроры — Орден Феникса. Многие хорошие люди состояли в нем, в том числе Сириус и родители Гарри и Сьюзен. И если Волдеморт возродится — я буду вновь созывать Орден. И твоя сила очень нам нужна. Мне очень противно от себя сейчас, ведь я предлагаю ребенку стать частью войны, и рисковать жизнью. Но ты действительно сильна, сильнее многих, и обладаешь очень полезным для нашей борьбы даром.       - Я согласна! Что угодно, лишь бы упокоить эту тварь окончательно.       - Я благодарен тебе, моя девочка. Искренне благодарен. И искренне сожалею, что прошу тебя об этом.       - Я родилась бойцом, это в моей крови, так что не стоит волноваться. Да и я, в любом случае, билась бы с ними, в память о родителях, так что…       - Я понимаю… Форсирование обучения нужно, чтобы сдвинуть границу твоего совершеннолетия. Два мастерства — это не шутка. Мы возьмемся за тебя всерьез, обучим аппарации, анимагии, и постараемся усилить твой источник для применения Высшей магии. Естественно, вы с Филиусом продолжите совершенствовать твой уникальный стиль. В конце года, после последнего этапа, ты сдашь на мастерство, и я приму тебя в Орден.       - Я все силы приложу для успеха, поверьте.       - Я знаю, моя девочка. Но прошу никому не говорить о нашем плане. Разве что Сириусу.       - Сью я тоже расскажу, уж простите. У меня от нее секретов нет.       - Как бы она не возжелала последовать за тобой.       - Сью не глупая, и понимает соотношение грозящей опасности и собственных сил.       - Это радует. Пока продолжай ходить на занятия. За неделю до выбора чемпионов я обучу тебя одному заклинанию, что поможет тебе стать чемпионом.       - Хорошо. Спасибо, директор.       - Увы, моя дорогая, не за что. - Грустно сказал он. - И еще. Я только за вашу светлую, хоть и не стандартную, любовь со Сьюзен. Она хорошая девочка, и способна сдержать тебя, что более никому не удастся. Но я прошу вас не углублять ваши отношения. Ты же понимаешь, о чем я?       - О… Интиме?       - Верно. Ваши источники нестабильны, пока вы не достигнете магического совершеннолетия. А такое глубоко эмоциональное и магически насыщенное выражение чувств может серьезно вам повредить. Поэтому до вашего шестнадцатилетия я прошу не переходить эту грань.       - Я могу это обещать, но все же хотелось бы понимать… Где границы этой границы, простите за тавтологию.       - Ситуация, как я и сказал, нестандартна. Думаю, легкие игры не повредят, но лучше не рисковать, и как можно реже заниматься подобным в принципе, ибо всплеск ваших эмоций будет тем самым нежелательным триггером. Ну и, естественно, вы обе должны оставаться невинны.       - Я поняла… Мы будем осторожны.       ***       - Дели, это все очень опасно! - С беспокойством в голосе говорила Сью.       Мы лежали на нашей новой, двуспальной кровати, и я пересказала ей разговор с директором. Естественно, Сью начала переживать. Я заключила ее в объятия, и успокаивающе гладила.       - Я знаю, но директор прав. Если эта тварь возродится — нужны будут все силы. Никто не сможет остаться в стороне, Сью. Для него есть лишь те, кто ему служит, и те, кто мешает, а их он устраняет с особой жестокостью. Так было раньше, так будет и сейчас, причем много хуже. И я буду ему противостоять, в память о родителях. И чтобы защитить тебя. Твоя тетя станет его целью стопроцентно, а значит и ты. Если с тобой что-то случится - я не выдержу. Сожгу весь мир в пламени своей ярости, а после сгорю сама.       - Я знаю, и ты права… Но что делать мне, если что-то случится уже с тобой?       - Со мной не случится ничего. Знаешь, почему? Потому что у меня есть ты. Ради тебя я живу, и ради тебя буду бороться. И я выживу, только чтобы вернуться к тебе, и мы смогли спокойно и счастливо жить. Станешь моей женой, будем вместе любить, до самой смерти.       - Как же я тебя люблю, Делайла. - И подарила мне полный эмоций поцелуй. Тут и любовь, и надежда, и страх. Вскоре она отстранилась, и смущенно потупила глаза. - А… Что ты думаешь о… Детях?..       - Дети… Я бы с радостью, Сью. Жаль, что мы не сможем… Сделать их друг другу.       - Мне тоже… Но ведь ты не против? Я знаю, рано о таком говорить, просто… Я хочу знать.       - Ради тебя, Сью, я готова вытерпеть член внутри себя, и родить нам ребенка. - Серьезно ей заявляю.       - Я хотела сказать то же самое. Ради тебя я бы пошла на это.       - Тогда, когда все закончится, мы вернемся к этому разговору.       - С удовольствием. А сейчас… - Она оседлала меня, и начала раздеваться. - Я хочу доставить тебе удовольствие.       - Директор же просил...       - Я знаю. Мы ограничимся, и будем проделывать то, что той ночью, не чаще раза в месяц. Но кто мешает мне усладить твой взгляд своим телом? Ты будешь довольна. - Эротично закусив губу, произнесла она.       Сидя на мне, она неспешно двигала бедрами, при это эротично раздеваясь. Ее кожа блестела в свете огня в камине, как и глаза, полные искренней любви. Она завела руки за спину, и поддерживающий ее грудь лифчик упал, являя мне ее во всей красе. Полная, мягкая, но не обвисшая, с задорно торчащими сосочками. А на фоне ее животика, который я так люблю… Она взяла мои руки, и положила себе на грудь. Эта мягкость… Я в ней утопала. Она освободила меня от верхней одежды и наклонилась, так что теперь наши груди терлись друг о друга. Она неотрывно смотрела мне в глаза, нежно целовала и продолжала двигаться, так что я практически дошла до пика.       - Дотронься… - Шепчу.       - Что?       - Я почти кончила… Умоляю, просто прикоснись.       И она прикоснулась. Да, через штаны, но мне и это было достаточно. Тело выгнуло и затрясло, волны оргазма накатывали беспрестанно, и я могла говорить лишь одно — ее имя. Когда же меня отпустило, я увидела ее, содрогающейся на мне. И от вида ее закатившихся глазок и высунутого язычка, с которого свисает тонкая струйка слюны, я снова кончила. Когда все прошло, она повалилась на меня, и пару минут мы просто приходили в норму.       - Я кончила от одного твоего вида при оргазме… - Прошептала она мне.       - Я тоже… Знаешь. Я думаю, это лучшее доказательство искренности наших чувств.       - Согласна… Я так люблю тебя, ни за что меня не покидай.       - Не покину. Я люблю тебя, и я — твоя.       - А я — твоя. Душой и телом, навек!