destiny

Всю следующую ночь Стивен не может сомкнуть глаз. Он продолжает лежать в своей кровати в безрезультатных попытках уснуть и прокручивает в мыслях последнюю встречу с юной чародейкой. Раз за разом воссоздаёт её образ в своих мыслях. И это превращается в настоящую пытку. Лилит Освальд показалась ему совершенно заурядной девчонкой в их первую встречу. Пройди она мимо него на улице, он, возможно, даже взглядом бы её не удостоил. Но теперь, закрывая глаза, он отчётливо видит исключительно это недоразумение. Саркастичная улыбка на персиковых губах. Сумасшедшая копна чёрных кудрей, которые она вечно и безуспешно пытается привести в порядок. И глубокие печальные глаза цвета чёрного оникса. Пожалуй, это единственное и главное её отличие от остальных людей. Мало когда встретишь такой говорящий взгляд. Будто сам бездонный космос таится в его глубине. Стивен резко встаёт с кровати и, поддавшись какому-то неожиданному внутреннему порыву, направляется к комнате Лилит. В храме царит тишина. Стрэндж бредёт по тёмному коридору и мысленно продолжает спрашивать себя, зачем он идёт на поводу у своих чувств, если всегда привык полагаться исключительно на свой разум. Он замирает перед дверью в её комнату и упирается лбом в деревянную поверхность, на секунду прикрывая глаза. Маг мысленно уговаривает себя вернуться в постель, выпив перед этим сбор успокаивающих трав. Но здравый смысл в очередной раз уступает место животным инстинктам, когда Стивен слышит за дверью тихий стон. Сердце пропускает удар, и он судорожно сглатывает. Это далеко не болезненный стон. И он эхом отдаётся в ушах мужчины. Рука сама ложится на ручку двери и едва слышно отворяет её. В углу комнаты стоит ночник, но его тусклого света хватает для того, чтобы чётко вырезать из темноты хрупкую фигуру Лилит на кровати. Девушка спит неспокойно, и Стивен на секунду даже сомневается, снится ей сон или очередное видение. Но, кажется, отчётливого дискомфорта ей это не доставляет. Разве что самому Доктору. Бронзовая кожа покрыта испариной, и мелкие капли блестят в смешанном свете. Под полупрозрачной тканью майки в такт рваному дыханию можно не напрягаясь заметить чётко очерченную форму упругой груди и напрягшиеся соски. Чародей снова рефлекторно сглатывает, замирая посреди комнаты. Он мысленно чертыхается и проклинает себя за подобную слабость — с каких это пор Стивен Стрэндж подался в вуайеристы? Что он вообще забыл в комнате юной девушки посреди ночи? Лилит извивается на кровати, выгибает поясницу и судорожно дышит. Доктор чувствует, как по телу против его воли разливается возбуждение. До безумия хочется коснуться влажной кожи, но рука не поднимается. — Стивен, — с её губ срывается очередной развязный стон вперемешку с его именем. От этого у мага перехватывает дыхание. Она, чёрт возьми, стонет его имя. Это становится практически невыносимым. Стрэнджу даже жаль, что он не может залезть к ней в голову. Что конкретно ей сейчас снится? Лилит продолжает судорожно повторять его имя словно в каком-то бреду, а затем мелко дрожит всем телом и вдруг резко просыпается от собственного стона, который почти перешёл на грань крика. Освальд, заметив его, несколько раз моргает, но не пугается. Скорее пытается понять, сон это или реальность. Но Стрэнджу не хочется ничего ей говорить. Он молча подходит к её кровати и присаживается на край, чувствуя, как сердце предательски ускоряет свой ритм. — Стивен? — на этот раз вопросительно шепчет она, вконец проснувшись. Любая другая девушка, пожалуй, закатила бы истерику, увидь она в своей комнате ночью мужчину, который не должен там находиться. Даже если несколько секунд назад она, кажется, кончила во сне с его именем на своих губах. Но эта ситуация кажется магу в корне абсурдной. И он буквально нутром чувствует, что Лилит остерегаться его не будет. Она, прикусив губу, внимательно наблюдает за тем, как он тянется ладонью к её лицу, и касается разгорячённой кожи. А спустя буквально секунду прикрывает глаза, шумно выдыхает и сама ластится к его руке. Будто только этого и ждала. В голове так некстати всплывают десятки разгорячённых фантазий. Стивену думается, что это просто очередной сон. Потому что так на самом деле не бывает. Он впивается глазами в каждое движение хрупкого тела чародейки в полумраке комнаты, и поражается тому, как она, судорожно дыша, сама приближается к нему в поисках ласки. Доктор уже много лет не ощущал ничего подобного ни с одной женщиной. Возможно, какой-то интерес, легкие привязанности и обычная страсть. Кристина — единственная, кто хоть как-то повлиял на него и оставил сильный отпечаток. Но даже с ней он никогда не чувствовал такого помутнения рассудка. И самое страшное то, что он готов сдаться. Крепкая ладонь мага властным движением ложится на заднюю поверхность шеи девушки, а пальцы зарываются в чёрные кудри. Она издаёт какой-то удивлённый вздох перед тем, как доктор увлекает её в страстный поцелуй. Лилит сладкая просто до одури. И обычно невозмутимому Стрэнджу в этот момент весьма сложно себя сдерживать. Она отвечает на влажный и развязный поцелуй, впиваясь пальцами в его рубашку и едва не стонет прямо ему в губы. Точка невозврата пройдена. Стивен опрокидывает девушку на спину и нависает сверху, перехватывая её взгляд. Хочется не упустить ни одного момента и ни одной реакции. Страхом там и не пахнет. Потому что Лилит Освальд лежит под ним, растрёпанная, раскрасневшаяся, с опухшими от поцелуев губами и таким опьянённым взглядом, от которого крышу сносит напрочь. Она мягко дотрагивается до его лица, проводит кончиками пальцев по острым скулам, а затем тянется за очередным поцелуем. Стивен отвечает ей напористо, толкаясь языком в её рот, сминая губы практически до боли. Его рука скользит чуть ниже: по шее, обводя ключицы практически невесомым прикосновением, а затем останавливается на груди. Он сжимает меж пальцев напряжённый сосок, и Лилит развязно стонет прямо ему в рот, сжимая в нетерпении бёдра. В груди разгорается пожар. То, как эта девочка реагирует на каждое его прикосновение — немыслимо. Он спускается ладонью ниже, едва ощутимо задевая кромку кружевных трусиков. Она рефлекторно сжимает его плечо и прижимается ещё теснее, подкрепляя действие мужчины. Её грудь с напряжёнными сосками призывно трётся об его. Стрэндж отодвигает в сторону ненужную ткань и невесомо скользит пальцами по влажным складкам. Он касается клитора, и Лилит начинает дрожать всем телом. Она крепко жмурится, не сдерживая судорожного всхлипа от этого движения. Доктор отстраняется, внимательно наблюдая за её реакцией, и специально медлит. — Пожалуйста, — уже буквально хнычет Освальд, ёрзая на простынях. Мужчина начинает плавные движения пальцами, от чего чародейка снова пошло стонет, откидываясь на подушку. Чёрные кудри рассыпаются по белым простыням, а губы продолжают судорожно шептать его имя словно мантру. Стивен много раз доставлял женщинам удовольствие. Но ещё никогда это не вызывало в нём такого трепета. И где-то на подкорке сознания возникает мысль, что если Вселенная и подкидывает людям какие-то предназначения, то она явно знает, что нужно делать. Чувства обострены в разы. Лилит выгибается навстречу его движениям, неосознанно подмахивает бёдрами и всхлипывает, когда он увеличивает темп или нажим. И когда чародейка напрягается всем телом, а затем начинает дрожать на пороге экстаза, Стивен глушит громкий стон очередным влажным поцелуем. Он чувствует, как сокращаются её мышцы, а пальцы впиваются в его плечо практически до боли. Доктор несколько раз моргает, пытаясь прийти в себя и избавиться от этого наваждения, а затем отстраняется от девушки. Лилит приподнимается на локтях, смотрит своими глубокими ониксовыми глазами с поволокой желания, и облизывает губы призывным движением. Он собирается встать с кровати, но чародейка хватает его за предплечье. — Куда ты? — она непонимающе хмурит брови и старается не опускать взгляд ниже. Потому что знает, что он возбуждён не меньше её. Где-то на границе уплывающего от возбуждения сознания до Доктора, наконец, доходит, что он сейчас сделал. И как бы ему ни хотелось стянуть с неё остатки одежды и слушать глухие стоны до самого утра, для начала было бы неплохо разобраться в своих собственных чувствах. — Тебе нужно поспать, — выдыхает он, а затем, оставив какой-то целомудренный поцелуй на прохладной коже лба, встаёт. — Серьёзно? — возмущённо шепчет она, нахмурив густые брови. Лилит определённо хочет сказать что-то ещё и это что-то явно не совсем цензурное, судя по её мрачному лицу. Но в последний момент она пересиливает себя, и лишь молча наблюдает за тем, как маг покидает её комнату. Когда Доктор закрывает за собой дверь, то слышит, как в полотно летит подушка. Он хмыкает себе под нос, качает головой и направляется в свою комнату.