Он и Она

*** Оля Мартынова и Паша Рыков учились на одном курсе первого меда. Удивительно, что они вообще сошлись: горделивая статная Ольга и нахрапистый острый на язык Павел. – Оль, ты после пар домой? – Да. – чуть неуверенно ответила брюнетка, потому что влюбилась в него без памяти в первый же день. – Я тебя провожу. – сказал он так уверенно, что у Ольги не было шансов отказать. Павел взял её под руку и они пошли к подъезду. Сейчас или никогда. – Олька, я тебя люблю! – Что? – девушка отпрянула от него. – Извини, я не хотел тебя напугать. Я больше не потревожу тебя, прости. Ольге было с ним невероятно легко и тепло, просто признания в любви она не ожидала. Девушка подошла ближе и прильнула к его губам. Как долго она этого ждала — целых два года, пока он не обратил на неё внимания. И теперь медлить она не собиралась. – У меня сегодня никого нет, зайдёшь в гости? Павел не был бы собой, если бы отказал ей. Потому они прошли в квартиру. – Чё застыл? – спросила Оля, – Вино будешь? – Наливай. После пары бокалов влюблённые хаотично разбросали одежду и целовались. – Рррыков, я тебя хочу. – прорычала Оля и потащила его в спальню. Она легла на кровать и дрожала как зяблик. – Олечка, всё в порядке? – Паш, у меня ещё ни с кем и никогда... – Тихо, маленький, всё будет хорошо...– Паша поцеловал её тонкую изящную шею. Видно было по всему, что Оля не лжёт, в университете слава о ней ходила всякая, потому что Оля дерзила и бегала в курилку за углом, это ничего не значило. Олечка Мартынова только его. – Паш, я готова... – прошептала она. Оля зажмурила глаза, Паша покрывал её фарфоровую кожу поцелуями, и когда понял, что она расслабилась осторожно вошёл в неё, постепенно продвигаясь вперёд. – Олюшка, всё хорошо? – Продолжай... – Оля вцепилась в его спину. – Мой. – сорвалось с её губ. – Твой-твой. После акта любви, они обнимались друг с другом, и Оля закуривала сигарету. – Вот такую я тебя и люблю! Замуж за меня пойдёшь? – А вот и пойду. Давай только университет окончим. – Хорошо, моя королева. Как скажешь. *** Они встречались два года, и всё у них было прекрасно, до того момента, пока Рыков не напился а баре и не переспал с какой-то Ирой. – Оль, прости. Нам надо расстаться. От меня Ира беременна, и я женюсь. – Пошёл вон отсюда, Рыков! Я тебя ненавижу! Учились они по-прежнему вместе, избегая любых контактов, пока Паша не развёлся с Ирой из-за выкидыша. – Оль, давай начнём всё сначала – умолял её Паша, стоя на коленях. Ольга сильно его любила, но обида оказалась гораздо сильнее. К тому же за ней начал ухаживать Рома Арефьев, и она рассудила, что этот брак с ним может быть выгодным. – Рыков, исчезни, пожалуйста, из моей жизни! Я замуж выхожу. – Вот и всё — тяжело и больно, а как ты хотел? Ты и сам не подарок. Сделал ей ещё больнее. И противнее всего то, что любишь ты её, и ничего с собой поделать не можешь. – думал Павел. Оля вышла замуж за Романа, а Паша, чтобы забыться начал коллекционировать женщин. Через пять лет они оба окончили ВУЗ и интернатуру, и разошлись ещё на несколько лет. Паша женился на Наташке, и казалось ему, что жизнь мало-помалу течёт размеренно. *** У Ольги зазвонил телефон, и она ответила на звонок. – Да. –... – Я приду. Когда? –... – До встречи. Брак с Арефьевым катился вниз. Он её не любил, она не любила его. Взаимные упрёки и скандалы окончательно добивали всё то, что до этого дня хоть как-то держалось на плаву. Поэтому вариант посетить встречу выпускников казался Ольге не таким уж отвратным. Там хотя бы не будет Арефьева. *** Павлу же Семейная жизнь опостылела, к тому же он был завсегдатаем вечеринок, и не пойти на встречу не мог. Потому в ходе телефонного разговора всё пытался выяснить: будет ли Ольга. Потому что если будет, он непременно туда придёт, лишь бы только взглянуть на неё одним глазком. Такую любимую и желанную. – Серёга, а Олечка будет? – ... – До встречи. *** В толпе танцующих они выцепили друг друга взглядом без труда и как мотыльки к огню летели навстречу друг другу. – Какая ты красивая, Олька! – не смог сдержать восторга Паша. – А давай напьёмся, Рыков.– вдруг предложила она. – Пойдём.– он накинул на неё свой пиджак и пара направилась в бар. Они пили мартини, говорили о прошедших годах, вспоминая беззаботную юность. – Пашенька, я очень по тебе скучала... – произнесла Оля, сдерживая поступающие слёзы. Он лишь прижал её к своей груди, рубашка пропитывалась уже нахлынувшими слезами. – Тише, моя девочка. Она осталась для него самой красивой, даже спустя десять лет с их первого поцелуя. Такую Ольгу будет знать только он. Больше никого в свой хрупкий внутренний мирок она не пустит. И снова ей с ним удивительно спокойно и легко. И пусть сейчас их связывает только градус алкоголя и ностальгические воспоминания, они счастливы. Впервые за десять лет. Её улыбка снова сводит его с ума, а ей безумно хочется спрятаться за его спиной. И плевать она сейчас хотела на мораль и статус замужней дамы. – Поцелуй меня, пожалуйста. Отказать ей он не мог, да и не хотел, поэтому их губы слились в страстном обжигающем поцелуе. Вот — то, чего так не доставало, близость и абсолютное принятие друг друга. Паша набрался наглости и прошептал ей на ушко: – Я хочу тебя. Очень. Ольга не стала перечить, она и сама сгорела от желания. Внутри у неё весь мир перевернулся. Своевольный Рыков вдохнул в неё жизнь. Они убежали в домик, который арендовали для гуляний и путешествий по беспечной юности. Оля и Паша закрыли дверь, освободились от одежды и упали на кровать. Оля была уже не той робко девчонкой, а роковой обольстительницей, поэтому через мгновение она уже сидела сверху, покатываясь на нём. Жгучие локоны развеивались и беспорядочно трепыхались, будоража сознание Павла. Руками он массировал её грудь, ласкал изгибы тела. – Я тебя люблю, Рыков! – Я тебя тоже люблю, Мартынова. Стоны сменялись поцелуями. Обессиленные, но сытые и довольные они лежали в обнимку. – Я тебя никогда не забуду. Ты моя большая любовь. – Взаимно. Следующим утром они разъехались по домам, больше никогда не встречаясь. Ольга приняла одно из важных решений: с Романом она жить больше не будет. *** Окончательно пороченый призраком прошлого, Павел не находил себе места, и чтобы забыть боль, начал клеить медсестёр. Брак с Натальей дал трещину. Теперь он вольная птица.