Холодный расчёт

             Когда дверь с грохотом закрылась, по телу Гермионы пробежали мурашки. Пускай. Сейчас ее первостепенной задачей являлся рецепт. Войдя в библиотеку, девушка вдохнула и блаженно закрыла глаза.       Приятные ассоциации со школьной библиотекой смогли немного улучшить её настроение. Она села в кресло и перечитала имеющуюся информацию. В рецепте точно присутствовала чья-то кровь. Грейнджер вывела на пергаменте рядом с отрывком рецепта элемент.       Кровь человеческая? Животных?       Перевод фолиантов занимал очень много времени, голова кипела. Некоторые буквы в словах отсутствовали, что девушка относила к потере во времени. Она обводила одни и те же слова в десятый раз.       Как же ей хотелось поговорить сейчас с самим Николасом. Хотя, что бы он ей сказал? Когда узнал о том, что хваленая Гермиона Грейнджер попросту сдалась и работает на Пожирателя Смерти ради жалкой свободы. Наверняка мужчина презирал бы её. Плевать. Бессмысленно было гадать.       Шатенка бросила бумаги на стол и, облокотив руки на колени, зарылась руками в волосы. Работа без Малфоя шла медленно. Отголоски бархатного смеха наполнили её голову. Парень так умело разбавлял обстановку, и тогда ей казалось, что всё в порядке. Ничего страшного не происходило, она всего-то помогала врагу и предоставляла Тёмному Лорду шанс выжить. Тревога накрыла ёе с головой. Дыхание не спасало. Нужно было срочно перевести на что-то своё внимание.       Поднявшись, Гермиона подошла к стеллажам. Сколько же книг хранило это место. Скорее всего, тысячи, а то и десятки тысяч. Медленно проведя пальцами по ветхим корешкам, Грейнджер ощутила каждую неровность. Она аккуратно подцепила переплет знакомой книги и, вытащив, сдула пыль.       «Величайшие события волшебного мира в двадцатом веке»       Именно в этой книге она впервые увидела упоминание Гарри еще до их знакомства.       Гарри…       Он считал ее мертвой. Интересно, жива ли Джинни? Все ли так плохо с оставшимися членами Ордена? Гарри наконец решился на жертвы невинных ради победы? Неужели ее мнимая смерть стала отправной точкой? Сотни вопросов заполонили её разум. Только было бессмысленно задавать их себе. Вероятнее всего, она больше никогда не увидит своих друзей.       Быстро захлопнув книгу, Гермиона поставила её на место. Очевидно, сегодняшний день не принесет никаких плодов. В желудке образовался неприятный узел. Все же стоило перекусить перед походом в библиотеку.       Шатенка вышла в коридор и, переведя взгляд на закрытую дверь его кабинета, быстрыми шагами направилась в кухню. На ней, как обычно, копошился Лютер под легкую мелодию, которую напевала Джипси.       — Почему мисс Грейнджер сегодня не было на завтраке? Джипси приготовила все для нее, — раздраженно проговорила Трикси, вытирая тарелку.       — Я была не голодна и сразу ушла в библиотеку, прости, Джипси, — Гермиона перевела виноватый взгляд на эльфийку, а та мило улыбнулась.       Девушка медленно подошла к Лютеру и, облокотившись о кухонный гарнитур, привлекла его внимание.       — Ты не мог бы приготовить что-то, не содержащее малину?       Её лицо обрамила неловкая улыбка, которая споткнулась о серьезное выражение лица эльфа. Он нервно вытер руки о простыню на себе и кинул быстрый взгляд на Трикси.       — Лютер подумает, — грубый голос существа больше не воспринимался так резко. Казалось, что она уже свыклась с характерами домовиков и домом.       Как бы глупо это ни звучало, но каждый дом излучал разную энергетику. Гермиона с трепетом вспоминала Нору и Уизли. Теплый плед, горящий камин, фирменное печенье Молли, нелепые шутки близнецов. Она с уверенностью могла назвать это домом. Место, куда хотелось возвращаться.       Кровавый Двор полностью вторил своему хозяину. Холодный и выверенный, роскошный и вычурный, дом однозначно подходил Драко. Родовое поместье же скорее подстроилось под Люциуса. Такое же потаенное и непредсказуемое. Гермиона была безумно счастлива, что ей не приходится жить там, иначе девушка точно сошла бы с ума. Самым большим отличием Кровавого Двора от Мэнора было отсутствие отчаяния. Двор не страшился смерти. Она была его соратницей, что любезно укрывала полы кровью.       Бушующее море рядом словно намекало, что все может закончиться быстро. Один шаг с обрыва, и пучина затянет тебя в свои сети. И как бы ты ни пытался, вырваться не удастся.       Да, она свыклась с ним, привыкла не реагировать на шорохи за дверью, сидеть в четырех стенах без права выхода на улицу, приняла за рутину наслаждаться морским воздухом по утрам.       Послышались голоса из коридора. Обычно бархатный баритон Драко был напряжённым. Стук ботинок становился все громче с каждой минутой.       — Грейнджер, — он не кричал, но почему-то Гермиона вздрогнула.       Выйдя к ним, она надела самую невозмутимую маску из всех имеющихся. Шатенка вопросительно повела головой, ожидая. Казалось, Паркинсон нервничала еще больше, чем ранее. Ее колено дергалось, губы были сжаты в тонкую полосу.       — Я отлучусь на несколько дней, надеюсь, что по приезде увижу тебя целой и невредимой, — закончив фразу, он закрыл рот, и желваки на его лице зашевелились.       Все вернулось на круги своя. Ни он, ни она не позволяли себе лишнего. Колкости и конкретика. Влияние холодного рассудка и не более.       — Нам пора, — закатив глаза, Паркинсон потянула Драко к выходу.       — Не скучай, красавица, — кокетливо бросил на прощание Блейз и вышел из дома вслед за ребятами.       Что, черт возьми, происходит?

***

             Прошло несколько дней с момента возвращения Флёр. Дом утих от волнений. Все шло своим чередом. Люди просыпались, вели ленивые разговоры обо всем, что приходило на ум, и шли в бой. Ни о каком запале и энтузиазме не могло быть и речи спустя столько лет и поражений. Грюм наблюдал за вновь изменившимся поведением Поттера, который стал нервничать ещё больше, ел все меньше. Аккуратно постучав в его комнату, Аластор услышал приглашение войти и, со звоном поставив тарелку с бутербродом, обратился к Гарри, который сидел на кровати, покручивая в руках найденную заколку Гермионы.       — Тебе нужно поесть, — эта фраза слишком часто озвучивалась в доме Макгонагалл последнее время. Поттер всячески сопротивлялся и употреблял только алкоголь, изредка перекусывая хлебом.       — Я не голоден, — солгал брюнет. Он даже не мог объяснить, голоден или нет. Настолько привык к такому состоянию.       — У тебя так печень откажет. Давай, парень, не ерепенься. Вот помрёшь с голоду, а нам что делать? — Грюм похлопал его по плечу и попытался улыбнуться.       Правда, его улыбка больше походила на перекошенную гримасу, которая появлялась у первокурсников после Забастовочных завтраков близнецов Уизли.       — Ну, помер бы, и что с того? Я ни с чем не справляюсь. Просто не знаю, как взять себя в руки, да и не уверен, что хочу, — Гарри наконец перевел свое внимание с блестящей заколки на собеседника.       Тот, в свою очередь, громко выдохнул и словно пытался подобрать слова. Брови, сведенные у переносицы, окончательно превратили лицо Аластора в отталкивающую маску.       — Мне казалось, что наступило какое-то затишье, что у нас есть немного времени прийти в себя после её гибели. Но нет, очередной удар под дых. И в этот раз всё ещё запутаннее. Зачем им было взрывать собственную лабораторию? Что они хотели там скрыть? Мы точно что-то упускаем… — Поттер, кажется, говорил это всё для себя.       Эти вопросы были озвучены, чтобы попытаться собрать полную картину. Но последняя деталь куда-то вечно ускользала. Всё выглядело, как огромный пазл без одного фрагмента, который, как обычно, куда-то закатился во время сборки.       — Я не знаю, парень. Мы не можем точно знать, что там произошло… Но сейчас просто постарайся поесть и хоть немного вздремнуть, ты нужен нам, — Аластор поджал губы и со скрипом закрыл дверь с той стороны.       Вернувшись на кухню, он наткнулся на обеспокоенный и вопрошающий взгляд Джинни. Аластор лишь удручённо покачал головой и вернулся к чтению газеты, оставленной на столе.

***

             Проснувшись рано утром, Гермиона облачилась в чёрный халат и спустилась с книгами в столовую. Девушка знала, что Малфоя не будет несколько дней в поместье, и не беспокоилась о внешнем виде. Она села на диван перед камином и, повернув голову к окну, на секунду замерла.       Вид сада завораживал. Казалось бы, ничего вычурного в нём не было. Аккуратно подстриженный газон, недавно высаженные невысокие кусты, длинные, выложенные из красной горной породы тропинки и виднеющееся вдалеке море. Но как же сильно ей хотелось прогуляться там. Она бы провела в саду несколько часов, рассматривая море и слушая крики чаек. Газон нежно щекотал её ноги, волосы обдувал ветер. Солнце загадочно то выходило из облаков, то пряталось обратно.       Откинув наваждение, девушка открыла один из учебников, относила варианты перевода и помечала совпадения. Чай, принесенный Джипси, приятно согревал тело, ведь, несмотря на лето, в Кровавом Дворе было все так же прохладно. Из книг, что принес Малфой, удалось вынести много информации, однако этого было недостаточно. Некоторые слова, очевидно, были на другом языке, который пока что не удалось опознать.       Главной задачей являлось составить предположительный рецепт, который они смогли бы проверить на практике и попутно изменить составляющие. Хоть это и было рискованно, девушка знала, что делала. Любой другой человек, который знал бы алхимию поверхностно, наверняка мог бы смешать щелочь с водой и потом еще долго разбираться с последствиями взрыва. Однако Гермиона не была дилетантом.       Девушка, ловко зацепив волосы карандашом в пучок, закусила губу, рассматривая варианты ингредиентов. Мелкие пряди ниспадали на лоб, в голове параллельно прокручивались похожие по составу зелья и алхимические теории. Нечто крутилось на ее языке, но никак не обретало форму.       Подумав, что мысль быстрее придет в спокойной обстановке, Грейнджер решила побродить по дому и подробнее изучить его.       Каждый день она проходила один и тот же маршрут, не изменяя его ни на градус в сторону, ибо ей хватило найденных отголосков прошлого в первые дни. Однако, почему-то Гермиона этого больше не страшилась. Поднимаясь по лестнице, шатенка медленно водила рукой по холодным перилам и осматривала картины на стенах.       Только сейчас она поняла, что привычные в таких домах живые портреты отсутствовали. На их местах висели пейзажи и изображения древнегреческих богов. Было крайне удивительно присутствие мифологии в доме Малфоя. Статуя Горгоны в коридоре, небольшие детали интерьера и картины.       Живя в Северном крыле, девушка никогда не задавалась вопросом, что помимо спальни Драко находилось в южном. Гермиона с опаской ходила по неизведанной части Кровавого Двора, воспринимая её, как обитель Малфоя. Как бы абсурдно это ни звучало, воздух этого крыла был колким. Лёгкие бывшей гриффиндорки неприятно стрельнуло, когда она подошла к спальне хозяина дома.       Усвоив прошлый урок, девушка не стала вторгаться в нее и подошла к двери, недалекой от комнаты Драко, которая, к удивлению, поддалась. Контраст, который Грейнджер ощутила, нельзя было передать словами. Запах чайных роз ощущался на коже. Широко открытые шторы освещали помещение, выполненное в теплых и светлых тонах. Атмосфера благородства и чистоты витала вокруг, завораживая. Это место, как и библиотека, определенно отличалось по энергетике от всех остальных во Дворе. Своей теплотой и безопасностью.       Большая кровать цвета слоновой кости стояла посередине спальни, по бокам от нее находились темно-коричневые тумбочки, на одной из которых в прозрачной вазе цвела роза. Гермиона застыла в недоумении. Она не замечала кустов роз в саду и не понимала, в чьей спальне находилась. Возможно, это была комната Паркинсон? Ведь девушка до сих пор не была уверена в статусе их дружеских отношений.       Подойдя к цветку, Грейнджер поднесла руку к вазе и ощутила потоки магии, которые, по-видимому, поддерживали свежесть растения. Хмыкнув, девушка оставила в покое загадочную розу и двинулась к небольшому письменному столу у окна. Аккуратно сложенные в стопку письма привлекли ее внимание, и, наплевав на этикет, Гермиона пробежалась глазами по инициалам отправителя.       «Д. Л. Малфой»       Узнаваемый почерк и дата «1996 год» отозвались приятным покалыванием в сердце. Это определенно были письма Драко к Нарциссе, которые он так старательно выводил на пятом курсе, когда все еще казалось нормальным.       Гермиона облокотилась о штору, прижав к груди руки, и уперлась бедром о нечто твердое. Девушка резко отодвинула её и наткнулась на хитрый прищур знакомых глаз. Аккуратно подняв с пола картину, Грейнджер стряхнула пыль и попыталась детально рассмотреть образ покойного Люциуса Малфоя.       Мужчина с тростью в руке восседал на черном кресле. Его волосы были не столь густыми, глаза впалыми. Увидев шатенку, он скривил губы и вскинул бровь. Презирал даже с того света. Почему его портрет был брошен здесь, словно последний хлам? Гермиона решила, что узнает об этом позже и, вернув все на свои места, вышла из комнаты. Дверь с грохотом закрылась, и послышался щелчок. Гермиона вдруг осмотрелась и с ужасом осознала — это была та самая комната, в которую ей запретили входить. Чувство вины накрыло шатенку с головой, она вторглась во что-то очень личное.       Грейнджер бродила по темному коридору, освещенному свечами, стараясь отойти как можно дальше от комнаты Нарциссы. Слышалось завывание ветра сквозь щели и порой характерные щелчки.       В конце коридора виднелась ниша, лишенная света. На стене виднелись потухшие канделябры, и, будь у Гермионы сейчас под рукой палочка или спички, проблема была бы быстро решена.       Спички.       Почему-то подсознание шатенки сакцентировало внимание на этом слове. Девушка тут же стала перебирать причины. Может, это именно то, что ей было нужно? Спички. Почему? Что входило в их состав?       Соль. Калиевый хромпик. Сера.       Гермиону тут же передернуло. Перед глазами всплыла «Ртутно-серная теория». Ей срочно нужно было проверить свое предположение. Сшибая все со своего пути, Гермиона быстро спустилась вниз и забежала в библиотеку. Но как без помощи палочки она сможет найти нужную книгу? Судорожно бегая по отделу с алхимией, шатенка проклинала эту прекрасную библиотеку за её размеры. По лбу Грейнджер стекали капли пота, когда она в очередной раз залезла на стремянку в поисках книги.       Трикси появилась бесшумно. Она с ухмылкой облокотилась о стеллаж и наблюдала за безуспешными поисками Гермионы. Спустя пару минут эльфийка не спеша протянула:       — Мисс Грейнджер нужна помощь Трикси?       Шатенка вскрикнула от неожиданности и чудом не упала, схватившись за полку.       — Да… Не могла бы ты найти книгу о теории…       — Хорошо, — даже не дослушав девушку, Трикси щелкнула пальцами, и с полок полетело около сотни книг.       Шокированная и возмущенная Гермиона вскинула бровь и надеялась услышать хоть какое-то объяснение, но эльфийка тут же растворилась. Удрученно вздохнув и поправив выбившиеся волосы, девушка последовала в свободное от книг пространство и осознала, что задержится здесь надолго.       Шел третий час поисков нужной книги. Мысль оторвать Джипси от работы уже не казалась такой неуважительной. Жутко клонило в сон. Гриффиндорка, облокотившись о кресло, водила глазами по разбросанным учебникам и не знала, за какую кучу браться дальше. Вдруг ее взгляд зацепился за знакомую обложку.       Охваченная ностальгией, Гермиона подняла с пола с улыбкой на лице «Новую теорию нумерологии». Именно эту книгу Гарри подарил Гермионе на Рождество пятого курса, однако она давно была утеряна. Девушка открыла ее и уставилась на надпись на форзаце.       Этого быть не может.       «Счастливого Рождества, Гермиона!        Гарри.»       Это была ее книга. Все это время она какого-то чёрта хранилась в библиотеке Малфоя.       Судорожно пролистав несколько страниц, шатенка откинулась на кресло и устало выдохнула. Рука соскользнула с подлокотника, и учебник с грохотом упал. Ругнувшись про себя, она потянулась за книгой и увидела три колдо снимка, выпавших из нее. Губы задрожали. В глазах защипало. На них были изображены счастливые лица, полные любви и непосредственности. Почему это снова происходило с ней?       На колдо снимках были запечатлены влюбленные Драко и Гермиона.