Игра Слов

Надежда, эта фальшивая эмоция, которая завязывает людские души в узлы.

***

Хайтани был задумчив, витая в своих мыслях, не замечая, как мужской голос несколько раз окликнул его. Он медленно оборачивается, приходя в себя. — Господин Хайтани. — Что с моим братом? — не церемонясь с мужчиной, смотря в стену, но не на него. Хайтани выглядел откровенно говоря не очень, его напряжение выдавал холодный пот, стекавший по лицу. — Операция прошла успешно, пуля не задела жизненно важных органов, но ваш брат потерял слишком много крови. Ему придётся на какое-то время задержаться здесь. — произносит врач. С сердца будто бы свалился тяжёлый камень, который до этого не давал спокойно дышать. Риндо облегченно выдыхает, а на лице появляется слабая улыбка. Он не простил бы Рана, если тот бы умер. Хайтани до сих пор помнит день, когда они друг другу дали клятву.

***

Девушка искренне улыбается, сидя на песке, смотря за восходящим солнцем. Тёплые лучи аккуратно падали на лицо Рины, а красные пряди волос будто светились под солнечным светом. Вид на море был прекрасен: небольшие волны, которые касались босых ног, чистое небо без единого облака и свежий ветер, который доносил запах благоуханных сладких цветов. Море было непостижимое, таинственное и чистое. Рина никогда не чувствовала себя настолько легко, она ощущала себя пером, летящим по воздуху.   Она прикрывает глаза, наслаждаясь происходящим, желая, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Что-то тёплое касается её плеча, она неспешно оборачивается и видит сиреневые глаза цветом лаванды. На нем сияет слегка заметная глазу улыбка, которую может видеть только она. Он наклоняется припадая к губам девушки, нежно целуя. Рина почти сразу же отвечает, кладя руку ему на лицо. Их языки просто сейчас соприкасались друг с другом медленно и постепенно увеличивая скорость. Она была счастлива. Спустя минуту парень отстраняется от Сато, она раскрывает глаза и замирает от ужаса. — Почему ты не спасла меня, Рин? — парень был весь в крови, вся одежда была пропитана ею, с лба стекали капли, а его взгляд был таким пустым, пробирая до костей. Рина инстинктивно сразу же отдаляется,  не понимая что происходит, страх постепенно начал сковывать тело, теперь она не могла пошевелиться. Девушка зажмурила глаза, но открыв их она увидела совершенно другую картину: тёмная лестничная площадка её дома, окровавленные ступени и пол, дорожка из крови, которая вела прямиком к ногам Рана. — Почему ты так со мной поступила? — он смотрит прямиком ей в душу, в самые потаённые места, от чего по телу выступает холодный пот. Девушку сковал страх. Она не могла пошевелится, мурашки от её головы пробегали до пят и обратно, отдаваясь в теле крупной дрожью. Она тяжело сглатывает, хочет ответить ему, но язык словно онемел, тело не слушалось. — Ты убила меня, Рин. — на его лице появляется безумная улыбка. Она вновь предпринимает попытку пошевелиться, с трудом, но ей это удаётся, освободившись от оков цепей. — Нет, это не так! — отчаянно выкрикивает девушка, а на глазах наворачиваются слёзы, она хочет закрыть глаза руками, но не верит в то, что она видит. Её руки были в крови, Рина часто моргает, в надежде, что ей просто показалось, но это было не так.  — Твои руки в моей крови, ты – причина моей смерти. —  парень не отрывая взгляда от Рин взял окровавленные руки девушки и сильно сжал запястья. Казалось, будто кости сейчас сломаются. Девушка отчаянно пыталась вырваться, но всё было тщетно. Сердце отбивало бешеными ударами в груди. Губы приоткрылись, будто она хотела продолжить говорить, но просто не могла выдавить из себя слова. Она и вправду его убила?

***

Она резко вскакивает, первым делом смотря на свои руки — чистые. С лба стекает капля пота, а голова жутко болела, давя на виски. Она пытается вспомнить, что произошло, выстраивая хронологический порядок из обрывков воспоминаний: она пошла в магазин за одеждой, по дороге купила вино, попыталась уснуть, но не удалось, а дальше все как будто в тумане. Ран. Она должна была ему помочь. Она встаёт с койки, выходя из палаты, идя по тусклым коридором больницы, казалось, что тут никого нет, от чего становилось не по себе. Ей надо было срочно увидеть Рана. Она входила в каждую палату в попытке увидеть эти глаза с фиолетовым отблеском, но большинство палат были пустые. Тогда она приняла решение спуститься вниз, там точно должен был кто-то быть. Отыскав лестницу, девушка спустилась вниз ища стойку. Не успев дойти до нужного места, её ловит молодая медсестра с испуганным видом. — Госпожа, вы не должны вставать с постели, вам нужен отдых! — она подбегает к Сато, беря за руку, собираясь вернуть обратно в палату, но она одёргивает её, заставляя медсестру обернуться. — Отведите меня к Рану. — голос ее был ровный, без единого проблеска эмоций, пустой, не имея никого желания на секунду здесь останавливаться. — Извините, но к нему сейчас нельзя, он без сознания, ему требуется покой. — твердит молодая медсестра. — Я сказала отведите. Мне нужно его увидеть. — девушка перевела на неё уже свой ледяной, строгий взгляд, который явно заставил ее занервничать. Медсестра удивленно смотрит на неё, колеблясь. У неё не было времени ждать, поэтому Сато уже было хотела уйти, продолжая искать самостоятельно, как женский голос разрезает тишину. — Господин Хайтани лежит на 2 этаже в 133 палате. — произносит девушка. — Спасибо. — кидает Рина и направляется обратно к лестнице. Поднявшись на нужный этаж, Сато начала искать палату, где находился Он. Чем ближе она была к нему, тем быстрее билось её сердце, чувствуя каждый удар, который отзывался по всему телу. Рина резко останавливается, когда видит нужный номер палаты. Стоит прямо у двери. Хочет открыть, тянется к ручке, но на половине замирает словно статуя. Она глубоко вдыхает и прикрывает глаза, морально подготавливаясь, но знает, что это не поможет. Выдыхает и открывает дверь. Глаза сразу бросаются к бессознательному лежащему телу на койке. Она не решается сделать ещё шаг, стоя посреди дверного прохода. Пристально смотрит на его расслабленное лицо, на ресницы, скулы, губы. Палата в которой находился Хайтани была небольшой, холодные серые стены, единственное окно и множество аппаратов рядом с ним, которые следили за жизненными показателями. Спустя несколько минут она всё-таки неуверенно шагает в его сторону, подходя все ближе. Время будто бы замедлилось. Завидев небольшой стул в углу палаты, Сато взяла его, аккуратно ставя напротив кровати, садясь. Она продолжает внимательно смотреть на него, видит каждый его вздох и выдох. Она ненавидела себя за свою беспомощность перед ним. Ненавидела его за то, что он пришёл к ней раненым, заставив мучиться. Ненавидела того, кто сотворил это с ним, желала, чтобы его нашли и мучали самым извращённым способом, чтобы почувствовали какого это быть на её месте. Девушка чувствовала себя выжитой тряпкой с множеством складок, но вместо складок — душевные раны, которые без остановки кровоточили и не давали возможности забыть о себе. Рина опускает голову не в силах больше смотреть на него, ей было стыдно. Она прикусывает внутреннюю сторону губы до крови, смотря в пол. Но уйти не могла, она будет рядом. — Ты должна быть в своей палате. — сзади доносится знакомый голос. У Хайтани наследственное подходить из-за спины. Девушка ничего не отвечает, продолжая смотреть в пол. Все, что она хотела, так это быть наедине с Раном. У неё не было сил на разговоры с таким человеком как Риндо. — Ты не виновата в том, что с ним произошло. — тяжело выдыхает уставший Хайтани. И эти слова пронзают словно иглы за самое живое, в самую душу, выворачивая наизнанку. Она дёргается, резко поворачивает голову и поднимает взгляд полный боли и злости. — Да что ты вообще знаешь, Хайтани? — тихо цедит она. Она загорелась словно спичка, ярко полыхая. Какое право после всего он имеет, чтобы так говорить? Он, тот кто когда-то её бросил, не сказав ничего, исчезнув её из жизни. Рина почти ничего не помнила, но отголоски воспоминаний помнили и ненавидели его. — Я ненавижу тебя, Хайтани, каждой частью своего тела. Не смей говорить так, будто знаешь, что у меня на душе. — продолжая тихо говорить, со всей ненавистью, которой возможно, сузив глаза.Сато пыталась держать себя под контролем, но гнев внутри пылал, а жжение в груди терзало ещё сильнее. — Но я знаю. Она подскакивает со стула, на котором до этого момента сидела и приближается к парню. Сато подходит почти вплотную и по палате раздаётся звонкий звук, она смотрит со всем отвращением. Звук эхом пронёсся по комнате, отскакивая от стен, нарушая тишину больничной койки. Хайтани был слишком неоправданно самоуверен на свой счёт. Сейчас всю ненависть она была готова выплеснуть на него, а сам он лишь смотрел в её разгневанные, горящие глаза. — Ты ничего не знаешь. — выделяя первое слово, она непроизвольно скрипит зубами, снова ощущая злость, расползающуюся под кожей. Он касается своей щеки, которая горела, слегка потирая. Все так же безразлично смотрит на неё, понимая, что задел её за живое. Он хотел её поддержать, но все снова вышло наперекосяк. — Сомневаюсь, что Ран одобрил бы твой поступок. — спокойно выдаёт он, пытаясь вразумить девушку напротив него. Рина молчит, весь её вид показывал ненависть к этому человеку, но он был прав. Ран был бы не рад такому, ведь это всё-таки его родной брат. Она цыкает и возвращается обратно, садясь на стул, отведя взгляд, чтобы успокоиться. Риндо все так же стоит около стены, не шевелясь, смотря то на Рину то на Рана. — Уходи. — тихо произносит девушка. Это заставляет парня вернуться из глубин своего сознания в реальность, ничего не произнеся в ответ, он выходит и тихо закрывает за собой дверь. Сато обреченно выдыхает, приводя свои эмоции в порядок. Возможно не нужно было давать ему пощечину, Рану бы не понравилось это. Ничего уже не изменить, время вспять не повернуть, поэтому не стоит жалеть о содеянном. Девушка всё-таки вновь поворачивается лицом к лежащему парню и слегка улыбаясь, тихо начинает рассказывать в деталях, как она провела все свои две недели в его отсутствие.