Малиновый свет

Дискотека на «ура».

Ты танцуешь, дура-дура.

Кто-то тусит до утра, кто-то на балконе…

Do it, bitch!

/22:40, в гостиной/

Музыка играет громче, напитки продолжают разливаться по стаканам, пока очередная доставка еды находится в пути. Вечер проходит хорошо. Даже отлично (по меркам старшеклассников). Если откинуть мысль, что все это действо разворачивается в спальном районе в одном из серых панельных домов, то может получиться вполне себе серия зарубежного сериала про подростков: душевные разговоры на кухне, хаос в гостиной, перекуры на балконе и прочие-прочие детали.

***

Сугавара сидит на диване с бутылкой сидра в руке и пытается сосредоточиться на словах рядом сидящих Дайчи и Мичимии, но выходит из ряда вон плохо, потому что все внимание привлекает картина, разворачивающаяся перед его глазами. Чертов Ойкава Тоору в чертовом кресле напротив с чертовой девкой на коленях. Коуши временами забывает, что Тоору нормальный и ему свойственно флиртовать и общаться с девушками. – Суга, ты чего завис? – конечно, Суга завис. Еще чуть-чуть и дыру в этой парочке прожжет. Да, Ойкава ему по большей степени просто друг – они хорошо общаются, иногда проводят свободное время в компании друг друга, но вот эта вот беспричинная ревность в душе – убивает. Головой еще можно понять, что с человеком ничего не светит, однако попробуй убедить в этом сердце. – Дайчи, а ты знал, что убийства вслух не планируют? – Коуши делает глоток сидра и все еще не сводит взгляд с Тоору – он кажется расслабленным и принимающим ситуацию. Вот даже не сопротивляется, когда его тянут за руку за собой, видимо в другую комнату. Уединиться. – Да еб… – ситуация SOS – давай просто уйдем отсюда, так будет лучше, – Савамуре временами бывает сложно, ведь до конца понять другого человека невозможно, хоть это и близкий друг. И что сейчас происходит в голове Сугавары – большая загадка. – Да, Коуши, мы как раз с Дайчи собирались уходить. Пойдем вместе, – Юи чувствует подвох во всей этой ситуации, т.к. домой они не собирались как минимум ближайший час, но подыграть и поддержать слова Савамуры сейчас необходимо. – Да… да, хорошо, – Сугавара ставит недопитую бутылку на кофейный столик, встает с нагретого места и пытается в этом полумраке сосредоточиться на силуэте друга, который уже приближается к выходу из комнаты.

***

Прихожая обдает прохладой, что помогает немного прийти в себя после духоты и смеси запахов в гостиной. У Сугавары голова идет кругом от нахлынувших мыслей, но сейчас важно найти свою обувь и куртку. Задача из непростых, тем более, когда туда-сюда из комнаты на кухню и обратно снуют люди, то и дело задевая. – Придурок… идиот… – а вот и та девчонка, которая как приклеенная сидела на коленях Тоору. Похоже, что-то пошло не по ее плану. – Осторожнее можно, не? – все нормально, все хорошо, сейчас просто желание подраться не только у Коуши из-за чувства ревности, но и у Юи, которую толкнули. Вот только та уже скрылась за поворотом на кухню, да и какие-то претензии в любом случае пропустила мимо ушей. – Господи, ни стыда ни совести. – Мичимия, забей на эту прошм… – поплеваться желчью сейчас необходимо. – Суга! – Дайчи такими темпами явно начнет пить успокоительное, – мы можем уже идти отсюда или нет? – Юи кивает и берет своего парня за руку, а вот Коуши крепче сжимает свою куртку и о чем-то задумывается. Гениальная мысль приходит и в его голову этим вечером. – Я хочу заглянуть к Тоору, – Сугавара говорит слишком быстро, будто бы боится передумать. – И что ты ему скажешь? – Дайчи сто процентов придется пить успокоительное. – Какой он засранец, – парню приходится опять разуваться, получается неаккуратно, но это мелочи, – идите без меня, – говорит на прощание Суга и срывается вперед по коридору. Савамура уже привык тяжко вздыхать и закатывать глаза на выходки своего друга, а вот Мичимие сегодня открылась вторая личность Сугавары Коуши – личность, неуловимая при непредвиденных обстоятельствах, касающихся Ойкавы Тоору.

/23:15/

Сугавара идет по темному коридору наугад – гостиная с кухней остались позади, а впереди словно развилка двух путей из былин – направо пойдешь –коня потеряешь, налево пойдешь – себя потеряешь. Надеясь на интуицию, Коуши выбирает путь к двери с левой стороны и не ошибается. Постучавшись для приличия, Суга заглядывает в комнату. – Хаджиме, это ты? – Тоору лежит, раскинув руки, на кровати и вдупляет в потолок, но стук в дверь все-таки расслышал. – Нет, это Суга, – миссия по поиску Ойкавы выполнена. А что дальше-то делать, Коуши не успел продумать. – Ну проходи, чего встал, – парень приподнимается на локтях, чтобы посмотреть на вошедшего гостя, и кивает на место возле себя мол «ложись рядом». Сугавара немного тушуется от такого предложения, но старается не подавать виду. Все-таки алкоголь в крови прибавляет пару баллов смелости. Забравшись на пустующую половину кровати, Коуши ложится на спину и смотрит вверх – потолок окрашен в малиновый от подсветок на гирляндах и света лавовой лампы на прикроватной тумбе. – Красивый цвет, – нужно же с чего начинать разговор? – Долго выбирал. Ива думал, что мы в тот день из магазина не выйдем, – боковым зрением Сугавара замечает, как Тоору слегка улыбается, – я вообще с трепетом отношусь ко всему в этой квартире. – С трепетом – это тогда не про вписки, – Коуши усмехается такой логике – в этом весь Ойкава Тоору. – Зато весело. Будешь? – Ойкава берет с пола темную бутылку алкогольного напитка и протягивает собеседнику. – Вишневый гараж я еще сегодня не пил, – Суга делает небольшой глоток, – чувствую, завтра нам будет херово. – Определенно. Бутылка передается из рук в руки словно трубка мира, музыка доносится приглушенно из-за закрытой двери, а молчание совсем и не давит. Слишком спокойно и умиротворенно. Коуши окончательно отпускает свою нервозность и расслабляется, потягиваясь на подушке. Наверное, он так бы и лежал вечность, разбирая клубок из воспоминаний и различных моментов за сегодняшний день, медленно скользя взглядом по интерьеру комнаты – светлые стены, украшенные гирляндами и постерами; рабочее место, заваленное всякими бумажками и над которым весит пробковая доска с полароидными фотографиями; зеркало в полный рост, стоящее в углу комнату. Вспоминая видео-звонки по скайпу, Суга понимает, что это какая-то другая комната и, выходит, квартира, но точно не та, в которой живет Тоору постоянно. Парень поворачивает голову в сторону Ойкавы – тот невозмутимо делает очередной глоток «гаража» прежде, чем убрать его на пол. Кто-то в гостиной включил песню «Малиновый свет». «Хороший выбор», – думает Сугавара.

Это юность моя, это юность моя

Твои солёные губы снова целуют меня

Солёные губы, – и это из-за меня

Коуши начинает подпевать, ведь слова песни знает наизусть. Он не стесняется своего голоса, который вообще не попадает в ноты, главное – петь от души.

Это не из-за тебя, это не из-за тебя –

Я просто ухожу в отрыв, когда наступит закат

Ойкава немного зависает, и совершенно не хочется это чувство списывать на количество выпитого. Тоору дает себе отчет, что зависает из-за такого Сугавары, который просто ловит момент, наслаждается им и является в данную минуту самим собой, чего иногда не хватает самому молодому человеку.

Малиновый свет упал на окна

Танцует во тьме пара влюблённых

Парни сталкиваются взглядами. Смотрят, изучают, пытаются выловить уползающую реальность. В такие моменты любят говорить «воздух электризуется». Сугавара смотрит то в глубокие глаза Тоору, в зрачках которых сейчас утонуть можно, то на его припухлые губы. Хочется их накрыть своими, почувствовать тепло вперемешку с привкусом алкоголя и раствориться окончательно, до последнего грамма. Коуши зажмуривается и просто действует, не успев опомниться. На губах оседает вкус вишневого гаража, всей неправильности ситуации и чего-то еще, совсем сокровенного.

Малиновый свет, малиновый свет

Малиновый свет искал нас долго

Сугавара отстраняется быстро, ему хочется встать с кровати и выбежать из комнаты. Вычеркнуть этот момент, потому что он кажется ошибочным. Нельзя вот так идти на поводу у своих желаний и целовать человека, который тебе нравится. Коуши закусывает губу и предпринимает попытку встать, но его останавливает рука Тоору и один-единственный вопрос, разрезающий воздух: – И зачем? Ойкава кажется слишком спокойным, и он просто ждет, когда ответят на его вопрос, тем временем как Сугавара внутри умирает и рождается вновь, борясь со страхом сказать хоть одно слово, но за свои поступки парень привык отвечать. – Ты мне нравишься, – смысла врать нет. Горит сарай, гори и хата. – Вот как, – и на этот раз инициативу проявляет Ойкава.

Твои горячие руки снова разбудят меня

Горячие руки снова придушат меня

Тоору нависает над Сугаварой, рассматривает его лицо буквально вплотную и, наконец, наклоняется для нового поцелуя. Ойкава не знает, какая сила им движет, но ему просто хочется поцеловать Коуши еще раз. Не оттолкнуть или сказать, что это мерзко. Даже не ради опыта в поцелуях с парнем он это делает, а потому что Тоору хочется ощущать эти влажные от спиртного губы, с характерным привкусом, и как притягивают за рубашку еще ближе, норовя углубить поцелуй.

Ты, поджигая, держись, поджигая держись

Ведь мы взлетаем с тобою в лучшую жизнь!

Ойкава отстраняется, когда за дверью уже звучит другая песня. Смотрит все так же внимательно на Сугу, который сейчас выглядит как помидор, мысленно отмечая, что сам, наверное, раскраснелся и выглядит потрепанным. Парни играют какое-то время в гляделки, которые Тоору проигрывает, и приходится перевернуться на свою сторону, где лежал изначально. – И сколько? – второй точечный вопрос в сторону Сугавары, который теперь не знает, куда деть свои руки, поэтому закрывает ими распаленное лицо. Попытка не заорать от переизбытка эмоций была одна. – Полгода. Может, больше, – так же через ладони отвечает Коуши. – Много, – Ойкава смотрит перед собой – на потолке по-прежнему малиновые пятна, но парень упускает тонкую нить того, что все-таки в этих пятнах изменилось. – Знаю, – Коуши устало растирает лицо и закидывает руки за голову, смотря в потолок, на тот же малиновый свет. Ойкава Тоору – самый популярный парень школы, за которым бегают многие девчонки из разных классов с целью «стать той единственной, которую полюбит старшеклассник». Только дальше заинтересованности в нем из-за внешности дело не доходит. Тоору считает, что в первую очередь люди должны видеть в нем личность и характер, а красивое лицо просто будет идти в комплекте. По этой причине он уверен, что заинтересовал Сугавару – доброго, симпатичного, понимающего, в общем «сына маминой подруги» – не только своим внешним видом. Но об этом сейчас Ойкава, конечно же, не спросит. Он даже старается не удивляется такому положению дел после рассказа Вакатоши о их с Тендо отношениях. В жизни возможно всякое. – Ты останешься до утра? – этот вопрос будет более уместным практически в двенадцать ночи. – Останусь, – Сугавара переводит расфокусированный взгляд на Тоору, – не хочется замерзнуть в сугробе по пути домой, – в ответ Ойкава издает тихий смешок. – Тогда и я останусь. Все равно родители сказали пьяным не приходить. Но будучи в любом состоянии сегодня я и не собирался возвращаться, понимаешь, Коуши? – догадка Суги про другую квартиру подтвердилась. Ничего не находится в ответ, поэтому Сугавара притягивает парня к себе и крепко обнимает, так что Тоору вжимается лицом в район плеча Коуши. Действовать сегодня спонтанно – лучшее решение. – Тогда… раз ты… мы остаемся здесь, полежим вот так? – Сугавара мягко поглаживает каштановые волосы Ойкавы и шепчет что-то совсем неразборчивое на ухо. – Да, было бы супер, – Тоору на мгновение закрывает глаза и пытается расслабиться, втягивая аромат свитера Коуши, который будто бы не попал под воздействие запахов алкоголя и сигарет, и все так же пах кондиционером для белья, – можно тебя тоже обнять? – как-то неловко выходит, ведь бывают моменты интимнее поцелуя? – Конечно, – в тот же момент рука Ойкавы неуверенно ложится поверх ткани на талии Коуши и немного сжимает. – Спасибо, – тихо выдыхает тот. – Все для тебя, Тоору.

***

Возможно, Сугавара за сегодняшний день очень много раз переживал, волновался, делал что-то не так и чересчур спонтанно для себя самого, но его это полностью устраивает. Per aspera ad astra. Да, он по-прежнему влюблен в Ойкаву. Да, они поцеловались. Да, лежат сейчас вместе в обнимку и будут спать в таком положении до утра. С Тоору все кажется таким естественным, как будто так и должно быть. Без этого блядского «неправильно», что засело в голове очень крепко. Суга не знает, сколько они пролежали в таком положении, но Ойкава уже тихо посапывает и видимо крепко спит. Коуши нежно целует парня в макушку и пытается сам провалиться в крепкий сон. Утро вечера мудренее.