Бьём копытом оземь.

Мой неспешный шаг и хруст снега под каждым из них дополняли ужасающую картину этой ночи, воздух обдувал лицо и руки морозом, заставляя пылать, а усталость настигала полностью. Я окончательно вышел из рабочего строя и еле-еле добрался до дверей. Я, тяжело дыша, оперелся о них спиной, тем самым повернувшись лицом к коварному, тёмному лесу. Но ничего не происходило. Деревья шатали своими ветвями на ветру, шумели и вновь шептались, жили опять, а я и не думал вглядываться в глубь, ища подвох. Тяжело вздохнув и мысленно прокрутив все события сегодняшнего дня в голове, я резко дернул за ручку, быстро отворив дверь. Войдя, я с шумом захлопнул её, дабы оповестить семью о своем приходе. Я был уверен, что они наверняка волновались... Тепло обдало лицо, и я постепенно начал согреваться. Щеку вновь начало покалывать, а исцарапанные руки неимоверно задрожали, словно я трес их намеренно. Я стоял и не двигался, не кричал с зовом, дабы словесно показать свое присутствие. Ком встал в горле, а усталость усилилась вдвойне с перепадом температуры. Я был обессилен. Признаться, я ни о чем не думал. Все происходящее несколько ранее, да и сейчас, казалось туманным, будто бы в лёгкой дымке, да и к тому же мои очки слегка запотели, образовав тот самый дымный эффект. Во мне что-то рухнуло. Я сделал шаг назад и оказался вплотную к двери. Вжавшись в неё спиною, я медленно сполз по ней вниз и тяжко вздохнул, поджав колени, которые в ту же секунду охватил руками. Но резко я услыхал приближающийся шум, и тут же понял – меня услышали. Я снял очки и протер их о рукав куртки, на снятие которой меня сейчас не хватило. Прищурившись во влажных очках, на одной из ступеней я заметил заплаканную Олю. |Оля: Тоша...| Она шмыгала носом чуть ли не каждую секунду. И, кажется, больше всего на свете я боялся слёз сестры. Силы прильнули, потому я встал и, шатаясь, подошёл к Оле. |Антон: ну, ты чего? Все хорошо...| Я приподнял руки и попытался обнять её, но она замерла. |Оля: что с тобой?..| Я тут же вспомнил о своем внешнем виде: окровавленная щека, что вместе со всем лицом была испачкана в какой-то грязи, порванный рукав куртки, который я заметил только сейчас, а так же исцарапанные вдоволь ладони. Да и теперь, уже войдя в дом, я был весь мокрый, будто бы меня намеренно облили ведром воды. Я вновь отшагнул назад, все ещё глядя на сестру, а та, в свою очередь, постаралась утихомирить дыхание. Получилось. |Оля: Тоша пришёл!...| После её крика – такого слабого и уставшего, показалось, что прежде спящий второй этаж пробудился и дышал с новой силой, – я не вслушивался в происходящее там после спуска Оли ко мне. Шорохи начали приближаться, и не успел я моргнуть, как позади Оли появились силуэты моих родителей в привычных позах. Мне показалось, что мамины глаза были мокрыми и покрасневшими, а отец был крайне взволнован. Но голос мамы вмиг разорвал мои сомнения и впился, как ни в чем не бывало. |Мать: о, боже...| Она дернулась, но тут же лёгким движением отодвинула Олю и, спеша, спустилась вниз, поближе ко мне. |Карина: где тебя носит?! И... Кто это тебя так?| Её взгляд прошёлся по мне с головы до ног. Он останавливался то на щеке, то резко перебегал на мои полные царапин руки. Я старался не следить за её глазами. Предугадывая вопрос, я резко задумался – вспомнил гараж, зверей и то самое чудище. |Антон: Я... Я сам.| |Отец: Совсем не похоже.| Я вздохнул и ещё плотнее вжался в дверь, с надеждой укрыться от неприятного диалога. |Карина: где ты был? Мы с отцом чуть с ума не сошли! Ты хоть немного о нас думаешь?!| |Антон: я заблудился. А там... Темно и скользко. Вот и упал...| |Отец: а руки?| |Антон: Пока бежал – поцарапал... Я устал. Хватит вопросов, пожалуйста...| Я заметил, как Оля с надеждой посмотрела на обоих родителей. Те переглянулись и тяжко вздохнули. Я принял это за знак. Отольнув от дверей, приняв за новую опору стену, я, все ещё дрожащими руками, потянулся к замку. Слегка заморав материю небольшими кровавыми пятнами, мне удалось расстегнуть ненавистную, отнявшую последние силы, «собачку». Я вздохнул и провел костяшками руки по лбу, после чего зацепив и сняв шапку. Она была практически насквозь мокрая, как и мои волосы... Слегка потянув руки, я начал снимать куртку. После снятия я благополучно положил её вместе с головным убором у подножия вешалки, а сам мимолётно взглянул в зеркало. Это не я. Вмиг я не узнал себя. Такого взгляда у меня отроду не было, а волосы никогда не были настоль лохматыми и мокрыми от пота. И настолько измученного лица – грязного, влажного, израненного, – мне никогда прежде не приходилось наблюдать. Только после этого я обернулся и заметил, что родители уже разошлись, и лишь одна Оля стояла на прежнем месте, совсем не сдвинувшись. |Оля: все хорошо?| Я ухмыльнулся. |Антон: конечно... Я пойду в ванную, приведу щеку с руками в порядок... Да и себя в целом.| |Оля: я с тобой!| |Антон: нет, не нужно...| |Оля: а я хочу тебе кое-что рассказать!| Холодок пробежал по спине, будто предвещая нечто ненастное, но я не придал этому значения, спихнув мурашки на жалкое последствие от полученных ранений или усталость. |Антон: давай тогда сразу на кухню.| Сестричка оглядела меня суровым взглядом. Маминым. |Оля: нам нужно, чтобы нас никто не слышал!| И тут-то я не на шутку испугался. |Антон: тогда... Пошли.| Оля была до жути серьезна, потому я молча зашагал за нею, прокручивая в голове самые разные предположения...