red is gentle.

Эдгар Вальден любит красный цвет. Он любит свою красную накидку, свой красный или даже алый берет, прекрасно сидящий у него на голове, а так же свой бант, красующийся в волосах. Но больше всего ему.. нравится кровь. It seems to me at times my blood flows out in waves Like a fountain that gushes in rhythmical sobs. I hear it clearly, escaping with long murmurs, But I feel my body in vain to find the wound. Вся израненная в порезах и царапинах рука ведет кисть по холсту. Сколько порезов сделал себе Эдгар? Сколько крови он потратил на это? Зачем же про это знать.. Это ведь совсем не важно. Эдгару всё равно. Ему всё равно, что его руки пронзает жуткая боль, из его глубоких ран сочится кровь. Ему плевать. Он слишком увлечен работой над своей картиной. Он хочет сделать её прекрасной. Ему нужен идеал. Он сам должен достигнуть его, неважно какими усилиями. Pain, pain, pain... Хах? Боль? Что такое.. боль? Нет, ему не больно! My soul is dark - Oh! quickly string The harp I yet can brook to hear; And let thy gentle fingers fling Its melting murmurs o'er mine ear. Картина закончена. Вальден отложил кисть и с гордостью оглядывает проделанную работу. На холсте красуется невероятно красивая черноволосая девушка с печальным лицом и.. с глубокими порезами на руках. Ей больно. Так же, как и Эдгару, но к сожалению, он этого совсем не замечает. Парень, вертя кисточку в руках ходит вокруг картины, осматривая её со всех сторон. Он доволен своей работой. Хотя.. погодите.. Или.. всё же нет?.. Художник резко остановился. Ему что-то не понравилось. Очень не понравилось... Схватив нож, который был весь в следах от крови и лежал на столе, Вальден замахнулся и проткнул холст. По лицу женщины поползли глубокие разрывы. Оно было всё меньше различимо. Эдгар в истерике рвал ножом холст, раздирал его, отбрасывая куски в сторону. Он ненавидел своё творение, которым ещё каких-то пять минут назад гордился. Он ненавидел эту картину, он ненавидел свои руки, он ненавидел себя... Прошло несколько жалких секунд, которые показались целой вечностью. Художник остановился, медленно опустив нож. Он начал осознавать, что произошло. Слезы потекли по его щекам. Они падали Вальдену на руки, обжигая запястья новой болью. "Как же больно..." Бросив нож в стену, выживший сел на колени. "Почему мои запястья горят? " - Ты сам сделал все для себя. Ты сам губишь себя. Ты сам разрушил свое драгоценное творение, за которое так дорого заплатил. - Эдгар лёг на пол. Что с ним? Что с его чувствами? Он не понимает, хочет смеяться или хочет плакать. Но всё же выбирает первое. Художник истерически захихикал. "Почему ему весело?" Парень разразился ещё более громким смехом, давя на свои порезы пальцами. Ему и больно и смешно. "Какой же ты жалкий." Thus let me live, unheard, unknown; Thus unlamented let me die; Steal from the world, and not a stone Tell where I lie. "Ты ужасный художник, Эдгар Вальден."