Сын Посейдона

От автора: Скучали, мои хорошие? Ждали, надеюсь? Вот и прода прибыла) Как обычно, спасибо Илюше за вычитку и правку моих огрехов! Как и всегда, текст, благодаря ему, "блестит":) И еще: мой бета,можно сказать, подобрал отличный саунд к этому отрывку. Рекомендую читать под него, и мне не придется объяснять, почему именно эта музыка:) Приятного чтения!!! Жду ваших отзывов) Саундтрек: Кино - Группа крови - И что ты будешь делать?- сатир гонял вилкой сочную клубничину, украшая тарелку красными разводами ягодного сока. - Тут двух ответов быть не может,- Перси отхлебнул яблочного сока из высокого бокала и поднял его, сквозь завесу жидкости и стекла любуясь преломляющимися лучами поднимающегося солнца. Троица друзей завтракала. Мужская часть компании вяло ковырялась в тарелках, женская - в лице Аннабет – сосредоточенно выводила какие-то линии на глянцевой поверхности планшета, подаренного матерью на последний день рождения. Сегодня они выбрали стол в отдалении, дабы не искушать увеличившееся в последнее время число любителей погреть уши или сунуть не в меру любопытные носы не в свое дело. - Ани, тебе нужно поесть!- парень шутливо дернул за выбившуюся из белокурой косы длинную прядку. – Сытый желудок – один из признаков здоровья! Девушка на это фыркнула и одарила собеседника мимолетным, теплым взглядом. Сегодня полубогиня выглядела не в пример лучше, чем накануне, только излишняя бледность намекала на недавнее недомогание. Снова уткнулась в гаджет, зашевелила пальцами. На экране замелькали смазанные быстротой кадры и обрывки текста. Сын Посейдона понаблюдал за деятельностью подруги, придвинул ближе стакан с соком и тарелку с тостами, аккуратно заправил за ухо прядку и вернулся к разговору с другом. За завтраком он поведал друзьям о вчерашнем разговоре с оракулом и кентавром, умолчав о том, что произошло позднее. Что он считал пока сокровенной и неприкосновенной тайной, ибо не был уверен, что воительница не затеяла собственную игру. Желание, разожженное неожиданно сменившей гнев на милость дикаркой, тем не менее, не перевешивало доводы разума о некой неправильности ситуации в целом. И полубог не мог пока зацепиться даже за хвост головоломки, которую представляли собой дочь Ареса и её выходки. Но он не учел одного. Его лицо не смогло скрыть нежности, притаившейся в едва заметной, только намечавшейся улыбке, когда он делал паузы в разговоре, задумчивой дымки обычно сияющих аквамаринами глаз, непроизвольные и редкие касания подушечками пальцев нижней губы: её вчера с некой животной жадностью терзали зубки Ла Ру. Гровер всё заметил и правильно истолковал. Но ничего не сказал, не намекнул. То были не его сложности. Только что-то в глубине беспечной души протестовало, а разум выдвинул вполне логичное предположение, что полубог, находящийся на его попечении, не сможет сделать выбор. И сатира терзали смутные и беспокойные предчувствия на сей счёт. - И когда планируешь отправляться?- клубника все-таки отправилась в рот. - Завтра утром,- парень задумчиво жевал сыр, вертя в руках бокал и устраивая маленький мутный водоворот. – Я так понимаю, вы идете со мной? - Это даже не обсуждается,- хмыкнул Гровер и почесал рожки, а девчонка оторвалась, наконец, от экрана и кашлянула, привлекая внимание. - Смотрите сюда,- она развернула к парням экран, но Перси ничего, кроме греческого названия «Золотое руно» и каких-то размазанных очертаний не увидел. – Руно издревле символизировало собой богатство и благоустроенность того, кто им владеет. Только вряд ли Люку требуется именно это. И вот что я накопала. Зато сатир озадаченно присвистнул. - Чтоб меня церберы загрызли! Эта шкурка притягивает сатиров. У нас в лагере никого из моей братии не похитили?- неудачно сострил он. - Это еще не самое главное!- оборвала его дочь Афины, тыча в низ экрана. – Вот здесь. Оно обладает целебными свойствами: уничтожает действие любого яда, помогает при эпилепсии, заживляет раны, способствует плодовитости, а также защищает от всякого колдовства. Короче говоря, это универсальное средство от всех бед. - Жаль, что не от дислексии,- почесав затылок, Перси подхватил эстафету неудачных шуток. – И кого же Кастеллан надумал исцелять? - Думаю, скоро мы это узнаем,- Чейз свернула изображение и выключила экран. – Если всё написанное – правда, тогда есть надежда, что в случае удачного исхода…- девушка умолкла и тяжело сглотнула вдруг образовавшийся в горле ком. Полубог взял ладони Аннабет в свои, казавшиеся по сравнению с теми просто огромными. - Мы нашли его! Ты чудо, Ани. Дело осталось за малым. Ты со мной? - Вопрос попахивает глупой патетикой,- шмыгнула та носом и потерлась лбом о плечо парня. – Куда я от тебя денусь? Да и вы с Гровером пропадете совсем без женской руки,- слабая ухмылка осветила нахмуренное лицо и сгладила скорбную печать. - Не нравится мне все это,- пробормотал сатир, чувствуя, как внутри скручивается тугим узлом холодная змея сомнения и предчувствия беды. - Сохранить Олимп или снести,- напомнил Джексон, стараясь не обращать внимания, что нотки беспокойства кольнули острыми иглами. – Ани, поешь и давай собираться. И никому ни слова,- упредил он намерения сатира посплетничать. И никому решил не говорить, что наметил идти гораздо раньше обозначенного срока. *** А в это время Хирон случайно узрел, как из домика мистера Ди выскользнула Кларисса Ла Ру. Воровато оглянулась, убедилась, что никем не была замечена и исчезла в своем домике. - Что ты задумал?- кентавр нашел недовольного бога виноделия за очередной неудачной попыткой испробовать вино. - Лагерь надо спасать!- проворчал расстроенный созерцанием в бокале воды директор. – А кроме золотого лоскута шерсти я больше способов не нашел. - И послал навстречу опасности девчонку?- сердито пробасил седовласый Хирон. - Она – лучшая! К тому же, дочь бога войны,- директор продолжал пялиться в бокал с хрустальной прозрачности влагой. – Отпрыску большой тройки там делать нечего. - Не позабыл ли ты, что в пророчестве и он упомянут?!- кентавр ударил копытом так, что собеседник подпрыгнул. – Что именно ему предстоит решить судьбу Олимпа?! - Меньше знает – крепче почивает. Пусть и дальше остается в неведении. Боюсь, даже мы с тобой не знаем, сколько скрыто в этом юноше. Оракул говорила: ему суждено стать великим. И погибнуть,- в груди Хирона будто что-то оборвалось. - Ты хочешь оградить его от гибели? - Я хоть и невыносимый временами, но мне дорог каждый, кто сюда попадает. Не его вина, что он рожден сыном одного из верховных богов. И что поступки этого самого верховного бога порой даже мы с тобой не в состоянии постичь,- мистер Ди поднял глаза и, впервые на своей памяти, кентавр заметил в них усталость и тоску, а в густой черной шевелюре, как ни странно, серебряные нити. - Он уже собирается в дорогу!- Хирону казалось, что он выталкивает из горла камни, а не слова. – Люк рассказал ему,- посчитал нужным пояснить он. - Тогда нам остается только молиться, чтобы он вернулся,- невысказанное повисло в воздухе неосязаемым, но ощутимым Дамокловым мечом. – И смог остановить воскрешение… Сам предмет чужих разговоров сидел на берегу, наблюдая, как солнце медленно подбирается к отметке, знаменующей полдень. Необходимое было собрано, осталось ждать ночи. И волнующей встречи: почему-то Перси был уверен, что и сегодня увидит желанный лик. Ему категорически не хотелось прощаться, но неизвестное будущее звало в путь, как и в тот день, когда он отправился вызволять мать, не имея в своем арсенале ничего, кроме меча и голого энтузиазма. Отношения отходили на второй план после приключений. Но в этот раз… Он вёрнется, потому что его будут ждать или не будут вовсе. Рядом будет та, что дорога. Здесь останется та, что желанна, аки запретный плод. Конечно, если он вернётся… *** День тянулся монотонно и тягостно. В попытке скрасить медленно бегущие часы и минуты, Перси и Аннабет затеяли шуточный бой на мечах. Потом были соревнования, кто быстрее пройдет полосу препятствий, состоящую из веревочной лестницы, узкой перекладины и лабиринта. Вовлекли в игры присоединившегося циклопа. Брату полубог так и не решился сказать об уходе. Не хотелось почему-то втягивать в предприятие существо, настолько наивное. К тому же, циклоп был всё же родственником Джексона. Чейз встретила третьего участника игр настороженно и держалась от него особняком, что, впрочем, Тайсона особо не огорчало: всё внимание он уделял новообретённому брату. Глядя на шаливших юношей, со стороны так похожих друг на друга что в профиль, что цветом глаз, и на улыбающуюся подругу, сатир не мог отогнать тоску. Друзья звали его присоединиться, но не тянуло. Зазывные взгляды дочерей Афродиты не вызывали прежнего пыла. А лагерь казался Гроверу уютным гнездышком, которое он, как птенец, не хотел покидать. Какую-никакую защиту тут обеспечивали, но друзьям он был предан больше, чем месту, ставшему родным домом. Пропустив обед, компания явилась на ужин. И устроила из него представление. Словно напоследок хотели пошалить, оставив в стороне условности и границы. Тайсон соорудил из вилки катапульту, а Перси, не всегда ловко, ловил ртом виноградины. Потом полубогиня состряпала из листьев салата подобие венков и украсила головы парней. Гровер выкинул грустные мысли из головы и присоединился к чудачествам соратников. К концу трапезы их стол выглядел так, словно по нему прошелся легион свиней: еда была раскидана, тарелки и стаканы выстроены в невообразимой конструкции пирамиды, среди которых полубоги и циклоп пытались найти виноград. Хирон наблюдал за устроенным бедламом с отеческой улыбкой и затаенной тоской в спрятавшихся под тяжелыми веками глазах. Обитатели лагеря реагировали на происходящее по разному: кто-то смеялся, кто-то осуждающе качал головой, кто просто крутил пальцем у виска. Дочь же Ареса высокомерно поджимала губы, поглядывая на компанию Джексона с неким превосходством, и сжимала кулаки, когда в объятиях лидера синих оказывалась смеющаяся дочь Афины. *** Устав от дневных забав, Аннабет быстро заснула. Укрыв девушку, парень несколько минут созерцал безмятежное, улыбающееся лицо. Погасил ночник и тихо прикрыл за собой входную дверь. Воительница уже ждала. Встретила звонкой пощечиной. И застонала, когда губы схлестнулись в голодном, жёстком поцелуе. - Блудень!- подсечка, и парень лежит на земле. - Мне нравится твоя ревность!- смешок, тут же прерванный поцелуем. - Лицемерный слабак!- девушка пару раз приложила его кулаками в плечо. - Если одержимость тобой есть слабость, значит, я слаб,- не согласился оппонент, подминая соперницу под себя и фиксируя вездесущие руки над головой. Уткнулся лицом в нежную кожу шеи и шумно вздохнул. Вместе с воздухом в ноздри проник и аромат девушки: нечто легкое и почти неуловимое, с мятной свежестью. - Я хотел попрощаться. Завтра утром меня не будет в лагере. Знаю, что слишком рано и, быть может, не имею права… Ты дождешься? - Нет,- Ла Ру не стала лукавить. Высвободила руки, мягко оттолкнула и села. – Я тоже ухожу. И все заготовленные слова в раз вылетели у полубога из головы. - Задание?- с горечью пробормотал он. - Да. Мы не сможем друг друга ждать, Джексон. Но я могу сказать лишь одно… Перси!- окликнула воительница, заметив, что парень подозрительно затих. – Ты слушаешь? Тот промычал что-то неопределенное, выражая таким образом положительный ответ. Кларисса фыркнула и придвинулась к сыну Посейдона, укладывая голову на плечо. Перси обнял стройный стан и потёрся носом о мягкость волос. - Так что ты там говорила?- девушка угадала в голосе собеседника улыбку. - Джексон, запомни: что бы ни случилось, как бы я ни поступала… Верь только своим глазам и сердцу. Они не обманут. И не проси большего, ибо взамен сможешь получить целый мир. - Ты загадочная сегодня, Рис,- полубог скрыл беспокойство, вызванное словами воительницы, за маской шутливого тона. В ответ получил мягкую ласку полных губ и горько-сладкую нежность прощального поцелуя. И долго не мог отпустить, раз за разом приникая к желанному рту, выпивая дыхание и впитывая образ губами, руками, телом. Даря о себе память. Уже безумно скучая. Не желая отпускать. Не желая прощаться.