"Красное солнце"

– Вход в библиотеку пока ограничен. Этой ночью там засекли нарушителя. Не ясно, когда её снова разрешат посещать. Но, думаю, что на проверку понадобится некоторое время, не больше недели. Эта новость совсем не удивила Шарлотту, но заставила немного взгрустнуть. Когда же доступ к хранилищу книг будет снова открыт? А что с Томкой? Всё ли гладко прошло у Феликса и Беннетта? Эти вопросы терзали её, но ответить на них она была не в силе. Оставалось лишь верить в лучшее и заниматься повседневными делами. По крайней мере, Анри перестала обижаться и возобновила общение с Шарлоттой, что не могло не радовать нашу героиню. – Ты совсем какая-то вялая, – не утихала Анри – взбодрись! Уже совсем скоро обед! Эй! Но Лотта будто её совсем не слышала. Бессонная ночь не прошла без последствий. Почти всё утро и до полудня Шарлотта клевала носом, то бесконтрольно погружаясь в сон, то резко включаясь, делая вид, что она совсем не спит. Так девочка держалась до того момента, пока не наступил "тихий час". Ничто не могло больше заставить Шарлотту стоять на ногах, и она тот час рухнула на кровать. В этот момент, она словно забыла все свои тревоги и отдалась сладким мечтам. Анри всё прекрасно знала. Сложить в голове 2 и 2 по силам даже первокласснику. Посторонний в библиотеке, её подруга, что ушла ночью в туалет и вернулась в свою постель лишь под утро. По другому быть просто не могло. Но правильно ли Анри тогда поступила, сказав о долгом отсутствии подруги вожатой? Сделанного не воротишь, и оставалось лишь пожинать плоды своих решений. – Ан, – в комнату заглянула Первая и подозвала темноволосую – не могла бы ты выйти ко мне на минутку? Уже в коридоре состоялся их диалог. – Я заметила, что ты сильно волнуешься о своей подружке, верно? – вожатая начала заводить разговор из далека – Вы так часто проводите время вместе. Редко когда вижу вас порознь. – Наверное. – Анри опасалась утверждать что-либо сейчас – Мы хорошо общаемся. – Тогда, наверное, знаешь, почему Шарлотта бегает в библиотеку? – вожатая знала куда надавить побольнее, чтобы получить желаемое. Наблюдая за детьми, она запоминала их слабые места и не стыдилась этим пользоваться – Она тебе как подружке рассказывала? В ответ та лишь повернула голову, не желая сталкиваться со старшей взглядами. – Не знаю. Наверное, как и все нормальные люди в библиотеке. Читает книжки. – Но ты не уверенна, да? Разве не хочется узнать, что она там делает на самом деле? – вожатая подошла ближе к сути – Всего-то нужно приглядывать за ней и говорить о странностях мне. – Это ваша работа, а не моя! – Анри догадывалась, к чему всё это ведёт. Вожатая просто сваливала часть своих обязанностей на неё– Вы должны за нами приглядывать, а не дети друг за другом! – Шарлотта, к сожалению, не особо меня любит, – начала прибеднятся первая – а Беннетт на отрез отказывается мне помогать. Вот я и прошу от безысходности твоей помощи. – Какое мне до этого должно быть дело?! – девочка начала терять терпение от всех этих нудных допросов – Мне это не интересно. Хотя, она кривила душой. Терять почти единственного человека, с которым более менее общаешься совсем не хотелось. А уж любопытство ело её уже довольно давно. Но Анри всё не могла найти предлога сходить вместе с подружкой в библиотеку. – А жаль. Главная вожатая будет ой как недовольна твоим отказам. Я ведь успела ей о тебе рассказать. Думала, что ты умная девочка и не откажешься помогать взрослым, которые тебя о чём-то просят. – чтобы работа не звучала, как описание "грязной слежки", Первая начала придавать ситуации более светлый окрас – Сама подумай. Ты же довольно хорошо знаешь Шарлотту. Она та ещё непоседа. Вдруг, опять прокрадётся в своё излюбленное место и проблем не оберёшься. За ней глаз да глаз. Там же ещё этот никому неизвестный мальчик. Твоя помощь и Шарлотту от неприятностей убережёт и поможет выяснить, что за человек прокрался в библиотеку. Вдруг, этот её дружок и есть "нарушитель покоя"? Ан в тот же момент напряглась. Всё звучало как-то слишком "хорошо". Уберечь подругу от проблем, помочь лагерю. И всё это так просто, достаточно лишь следовать везде за Лоттой, как Анри обычно и делала в свободное время. Да и отказ главной вожатой мог быть чреват последствиями. – Ладно, я слушаю. – сказала она с большим нежеланием и долей отвращения – Что нужно делать? *** – Доктор Хаксли? Скарлетт постучала в дверь и тихо дожидалась ответа. – Войдите. Мужской, бархатный голос ответил, приглашая гостью войти. Комната находилась в самой глубине комплекса, а потому, посторонний шум не имел и шанса проникнуть внутрь. Конечно, за исключением сигнализации, которую Генри Хаксли несомненно слышал. Девушка вошла в помещение, прикрыв за собой дверь. Комната выглядела...несколько одиноко, не смотря на обилие всевозможных записей, книг, полок с медицинскими картами и тому подобное. Однако, не только бумажной волокитой была она богата. Микроскопы, склянки и ёмкости. Вообщем всё, что только можно себе представить в комнате учёного медицинских наук. Единственное, что напоминало о существовании внешнего мира помещалось в настенных часах, что мерно тикали, обозначая ход времени. Однако, в глаза бросалась одна довольно значительная деталь. Стояло это неизвестное "нечто" как раз с боку рабочего стола и было даже несколько выше самого доктора. Скорее напоминало капсулу холодного хранения. Но сказать точно было нельзя, так как "это" было накрыто куском белой ткани, что пропускала еле заметный свет, исходящий из под неё. Плеяды проводов и трубок шли то по полу, то были прикреплены под потолком. Такое зрелище притягивало взор. Так и хотелось стянуть полотно с неизвестности и явить труды доктора миру, но тот явно был бы этому недоволен. – Если вы зашли полюбоваться комнатой, то попрошу вас пройти на выход. – Простите. Перед доктором Скарлетт не имела власти, пусть и была прислана от лиц свыше, дабы следить за тем, как продвигаются исследования. – Совещание прошло успешно, даже не смотря на побег tum№25125. – Тома, урезание желудка, – доктор будто точно дублировал предписание медицинской карты – как его результаты? – Мёртв, уже на момент собрания. Это примерно 4 часа утра. Хаксли приостановил свою деятельность и снял очки, которые надевал при работе с бумагами. Подушечки пальцев прошлись по сомкнувшимся векам и встретились на переносице, оставшись там. – Прискорбно. – однако, перерыв долго не продолжился и разговор продолжился в рабочем русле – Когда планируется пополнение состава экспериментов? – Уже через неделю. – Есть ли весомая причина для такой задержки? – Обычно после "закрытия" очередного медицинского дела, почти сразу начинали следующее. Максимальная задержка составляла лишь 1-2 дня. – Усиление безопасности. Дабы прецедент с побегом больше не повторился. – Хорошо...Будет что-нибудь ещё? – Да. Свыше пришило сообщение... – Сколько раз мы это обсуждали, Скарлетт. – спокойствие и безразличие учёного пугали больше всего – Всё, что приходит из министерства на твоей ответственности. – Но здесь прямая адресация на вас. Они просят поторопиться и продемонстрировать результаты уже в ближайшее время. – Как я могу это сделать, дорогуша, когда поставка материала задерживается на неделю? А про финансирование и заикаться не стоит. – Никак. – Вот и дай им ответ. А меня сюда не ввязывай. Я работаю максимально эффективно, насколько возможно с таким персоналом. – На счёт персонала... – Скарлетт остановилась на пол пути, закончив мыслю на недосказанности. – Что случилось? – Ничего. – она оставила письменные отчёты и результаты ИК на положенном им месте – На этом всё, я пойду. Девушка, как можно скорее вышла из помещения. Разговоры с доктором проходили особенно официально, что заставляло Скарлетт немного нервничать. Хотя, это можно было и потерпеть, что бы иметь в своих руках основную власть над деятельностью ИК. А точнее, направлять их по интересам соответствующих органов. Ничего не должно отвлекать Хаксли от основной работы. После ухода докладчицы, Генри вернулся к своей работе. Склонившись над столом, он заполнял осточертевшие бумажонки. Взгляд перекинулся на стоявший под тканью предмет. Он снял с него покрывало, дабы вид напоминал ему о том, для чего вся эта кутерьма затевалась с самого начала.