Автогол

      Последняя тренировка перед игрой с Тэгу проходила в усиленном режиме, что было совсем неудивительно для знавших Квон Хо участников клуба. В этот раз было решено ставить на ворота основного вратаря. По этой причине Пак Ю Ра снова пришёл в благосклонное расположение духа. Второй же претендент на место вратаря, Лим Хэ Вон, не показал никаких эмоций по этому поводу и продолжил тренироваться по своему усмотрению. Разве что от Хвасу он предпочитал держаться подальше. А девочка, только завидев этого парня, сгорала от стыда и норовила куда-нибудь скрыться. Чанг Со Ёнг не понимал такого поведения ранее самоуверенной единственной девочки в их команде. Впрочем, уже половина игроков заметила изменения в поведении Хвасу. Ли Чо Хи и вовсе откровенно ухмылялся при виде нападающей, ведь этот давно просвещённый в амурных делах парень давно поставил диагноз: она без памяти влюблена в их нового вратаря.       Со Ёнг пока не был знатоком общения с противоположным полом, но всё же подруга у него была. И не просто какая-то девчонка, а сама Ким А Гён, участница пока ещё малоизвестной девчачьей музыкальной группы. Они встречались не так часто, как хотелось бы Со Ёнгу, но каждый раз запоминался надолго. Девушке приходилось скрывать лицо, как настоящей звезде эстрады, и это только добавляло остроты ощущений. Встречаясь, они гуляли, ходили по магазинам и баловали себя фастфудом, пищей настолько вредной, что продюсеры А Гён строго-настрого запретили ей брать в рот хотя бы кусочек. Но иногда так хотелось! Поэтому А Гён и Со Ёнг, нашедшие друг в друге сообщников в этом кулинарном деле, скрывались и покупали гамбургеры где-нибудь на северной окраине Сеула.       Именно об А Гён полный парень рассказывал товарищам, не произнося её имя. Но кто мог поверить полному парню в его связи с таинственной особой? Над ним посмеивались, но Со Ёнг не обращал внимание, пока А Гён присылала ему всякие милые сообщения. Как раз одно такое сообщение и пришло во время тренировки.       Велика же была радость Со Ёнга, когда он увидел сообщение от некоей «Блестяшки», как он назвал А Гён в своём телефоне. В сообщении говорилось о том, что девушке удалось вырваться пораньше, поэтому она может прогуляться с ним. Но какое же было разочарование, когда Со Ёнг увидел время прихода сообщения. Час назад! А ведь ему ещё нужно было тренироваться, потому что его имя было в стартовом составе. Полный парень засуетился, подбежал сначала к капитану, потом к тренеру, но оба были непреклонны – дела команды важней. И Со Ёнг места себе не находил от такой оказии. Он быстро написал девушке, что задержится ещё на некоторое время, и, если ей не сложно, пусть подождёт. Теперь каждая минута тянулась, словно вечность, и Со Ёнг без конца поглядывал на часы. Но нет, время теперь специально замедлило свой ход. В итоге, Джи Су смилостивился над полузащитником, шепнув ему, что можно пожаловаться на недомогание. Со Ёнг так и поступил. Вопреки ожиданиям тренер забеспокоился о самочувствии и отпустил парня. Как-никак Со Ёнг должен был играть на правом фланге довольно важную роль, и отдых для него тоже важен.       Парень с трудом сдерживал улыбку по пути в раздевалку. Ещё шаг и он уже звонил А Гён!       - Ты так долго не отвечал! – обиженно сказала девушка по телефону. – Вот и гуляй вместе со своим мячом… А у меня дела.       - Я не видел твоего сообщения, - только усмехнулся Со Ёнг. – Если бы увидел раньше, уже пришёл бы к тебе.       - Всё равно ты плохой. – Гнев А Гён немного смягчился, но она ещё некоторое время хотела поиграть обиженную девочку. – Мог бы и раньше посмотреть на телефон…       - Завтра важный матч, - просто ответил Со Ёнг. – Но ты важнее. Поэтому сейчас я иду к тебе.       Вот так, говоря по телефону всякие глупости, Со Ёнг приехал на автобусе в их любимое кафе. Там сидела девушка в кепке, лицо её было скрыто медицинской маской, а поверх неё были надеты тёмные очки. Любая могла бы скрываться под этим гримом, но Со Ёнг сразу узнал ту, с которой гулял уже так много раз. Её губы были скрыты, но он угадал улыбку, когда зашёл в кафе.       Парень рассказал о маленьком представлении на тренировке, и А Гён пришла к выводу, что раз уж им обоим нельзя показываться на глаза людям, то лучше скрыться где-нибудь. Выбирать долго не приходилось, девушка любила петь, и ей постоянно требовалось тренировать этот навык, так что мелкие нарушители отправились в караоке. Там их точно никто не мог увидеть, в одной комнате должны были быть только они.       Было спето десятки песен, А Гён и своего сообщника просила спеть. Со Ёнг сначала сопротивлялся, но всё-таки взял микрофон в руки. Потом они спели вместе. Это был концерт только для него. А Гён пела довольно талантливо, и Со Ёнг любовался её задорным лицом, освещённым электронной подсветкой.       Вышли из караоке Со Ёнг и А Гён поздно. При прощании девушка поцеловала юного футболиста в щёку, и поцелуй этот окончательно свёл его с ума.       Крадущиеся тигры уже несколько раз играли с командой школы Тэгу, и каждый раз было довольно сложно. В первый год команда проиграла с разгромным счётом, во второй раз была ничья. Перед матчем, который должен был проходить на территории столичной команды, игроки волновались, стучали остриём карандаша по парте и посматривали на часы. Участники команды не чувствовали должного единства, но их объединяло одно – воля к победе и желание не проиграть почти в самом начале.       Время матча было назначено на два часа, так что уроки пропускать не пришлось. В раздевалку игроки пришли сосредоточенные и очень серьёзные. Ки Джи Су всеми силами старался подбодрить команду, и вроде бы у него получалось.       На поле игроки вышли, как на последний бой. Игроки Тэгу, форма которых совсем не пестрела яркими красками, а выделялась невыразительным коричневым цветом, были уверенными. Зрителей собралось довольно много. Немало студентов приехали и из Тэгу, чтобы поддержать свою команду колледжа Богондэ Хаггё.       - Покажем хорошую игру, - сказал Пак Чхоль, капитан команды соперника, пожимая руку Джи Су. Тот только кивнул в ответ.       Игра началась.       На этот раз было решено сменить тактику и поставить в первом тайме всего одного нападающего. И этим нападающим был капитан. Поэтому была возможность увеличить число полузащитников, к которым присоединился Ли Кю Бок. Тренер подметил его способность неожиданно выскакивать перед соперником, оставаясь при этом незамеченным. Ким Су Юн на этот раз сместился в центр, чтобы новой выученной обманкой вынудить соперника потерять мяч. В остальном всё было без изменений, и каждый оставался на своей позиции.       Тем временем игра продолжалась у ворот Тигров. Почти вся команда переместилась на свою половину, чтобы не дать противнику забить мяч. Су Юну не давали приблизиться к мячу двое, что его опекали. Он даже усмехнулся, удивившись, что ему отвели целых двух человек в качестве помехи. Пак Ю Ра уже два раза в последний момент ловил мяч, не давая ему коснуться сетки ворот. В следующий момент капитан команды Тэгу снова повёл мяч к воротам Ю Ра, но промахнулся и мяч улетел за пределы поля. Круглый объект снова попал в руки Пак Ю Ра. На этот раз он сделал точную передачу Ким Су Юну. Тот не помедлил мяч принять и наконец-то повести его в противоположную сторону.       Бежать надо было быстро, намного быстрее, чем игроки Тэгу. Но вдруг около Су Юна откуда ни возьмись появились двое, преграждая ему путь. Скрепя сердцем Су Юн сделал пас Ан Джэ Хва, который тут же повёл мяч к воротам Тэгу. Но тут подоспели защитники, идти дальше было некуда и снова пас в сторону Ким Су Юна. Центральный полузащитник в одно касание отправил мяч в нижний угол ворот так, что вратарь не смог дотянуться. Первый гол был засчитан команде Сеула!       Но не стоило расслабляться! Гол в ворота Тэгу только раззадорил учеников Богондэ Хаггё. Теперь они пытались вести атаку с двойной силой. Но воодушевлённые успехом игроки столичной команды уже не давали так просто забрать мяч обратно. Так ещё немного попыток забить с той и с другой стороны не увенчались успехом, и прозвучал свисток судьи, в качестве которого выступал учитель физической культуры соседней школы.       Второй тайм начался более стремительно, но теперь боевой дух столичных игроков был приподнят, играть стало веселее. Не прошло и пяти минут, как Ки Джи Су получил мяч от Ли Кю Бока и отправил его между двумя защитниками в ворота по центру. Вратарь выбежал слишком рано и не успел отреагировать. В итоге, второй мяч так же оказался в сетке ворот Тэгу. Тут уж и вовсе радости не было предела. Первым к капитану подбежал А Хён Джэ и на радостях обнял. Но объятия получились слишком откровенными и близкими, что подбежавший вторым Со Ын Джи нарочито громко кашлянул, и двое как можно быстрее отпрянули друг от друга, покрывшись лёгким румянцем.       Так и закончился матч, который все ожидали со страхом и неверием. 2 : 0. Довольно неплохой результат. Но для самих игроков он был просто замечательным, и теперь они возомнили себя игроками, равными мировым футбольным звёздам.       Этот вечер был наполнен радостью, редкими звёздами и яркими впечатлениями.       Футбол нисколько не мешал Мун Джин Уку оставаться самым успевающим в классе и продолжать быть президентом студсовета. По крайней мере, он себя так уверял. Он клялся себе, что нисколько не устал, и он может ещё больше, когда приходил домой около полуночи со слипающимися глазами и буквально валился на кровать. Только такое самоубеждение помогало ему держаться твёрдо на ногах.       Такое самоистязание было только благодаря отцу Джин Ука. Парень всеми силами старался не быть на него похожим, поэтому во всём пытался отличаться от отца. Он хотел быть во всём лучшим, добиться успеха во всём, ведь его отец просто прожигал жизнь, и в какой-то момент докатился до того, что оказался в тюрьме за воровство.       Это произошло не так давно, около недели назад. От новости о том, что отец дошёл до кражи денег, ненависть к нему увеличилась в сердце Джин Ука ещё больше, если это можно было представить. Тогда он хлопнул по столу так сильно, что мать даже испугалась. Конечно, она давно не любила своего бывшего мужа, но часть её всё же переживала за него. Чего нельзя было сказать о Мун Джин Уке. В тот день он даже захотел избавиться от единственного, что ему оставил отец, – фамилии. Но сделать это было не так просто, не сейчас. И осознание того, что в парне осталась частичка этого опустившегося человека, мучило невообразимо.       Очередной звонок разбудил в очередное утро Джин Ука, а он даже не заметил, что проспал несколько часов. Но нужно было начинать очередной день снова. Парень скосил глаза на электронные часы. Половина седьмого. Со вздохом он поднялся с кровати. О желании хоть немного отдохнуть от этой вечной гонки Джин Ук даже не думал, не было времени. Съев наспех приготовленный матерью завтрак, парень отправился в школу, чтобы потом снова прийти поздно вечером, хотя была суббота.       Утро оказалось пасмурным. Хмурое небо только прибавляло неуверенности в том, что оставить зонтик дома было правильным решением. Но на эти размышления тоже не оставалось времени, и Джин Ук спустился на первый этаж, взял на стоянке велосипед и поехал в школу. Всё было бы не так плохо, он бы добрался до пункта назначения, но не понять откуда взявшийся гвоздь на дороге испортил все дальнейшие планы. На полпути спустило колесо. Оставалось только дойти пешком.       Дорога была длинная, чтобы дойти до школы и приступить к обязанностям президента студсовета, нужно было преодолеть путь бегом. Велосипед, который Джин Ук теперь должен был вести в руках, всё осложнял. Но Джин Ук смог приспособиться и к этому.       Если бы не ненавистный человек, которого Джин Ук желал бы видеть в самую последнюю очередь. Отец преградил дорогу парню и никак не позволял пройти. Джин Ук только посмотрел на него ненавидящим взглядом, но тут же отвёл глаза. Мужчина был немного ниже своего сына, одежда помята и кое-где грязная, на лице была недельная щетина, глаза покраснели.       - Разве ты уже вышел из… тюрьмы? – сказал Джин Ук куда-то в сторону. Если он не заговорит с отцом, тот так и не даст ему пройти. Последнее слово вызвало внутри парня огромное презрение.       - Отпустили за примерное поведение, - заплетающимся языком ответил отец.       - И уже напился? – с таким же презрением спросил Джин Ук, обращаясь к проезжающим рядом машинам.       - Не одолжишь тысячу вон? – вместо ответа сказал отец.       Джин Ук только презрительно прыснул и вышел на проезжую часть, где было отведено место для велосипедистов. Не прощаясь, парень отправился пешком, его объезжали редкие машины и велосипеды. Отец что-то кричал ему вслед, но он уже не слышал, сосредоточившись на автомобильном гуле. Он был приятнее.       Когда Джин Ук пришёл в школу, в кои-то веки оказавшись в кабинете студсовета не первым студентом, он с головой погрузился в школьные дела. С удовольствием занимался на уроках, наслаждался тренировкой после занятий. После такого важного матча Квон Хо решил, что его воспитанникам всё-таки нужен отдых, и сильно не напрягал.       Неприятная встреча почти выветрилась из головы Мун Джин Ука, но неожиданно напомнила о себе, когда он вышел из школы в компании доброй половины команды. Отец поджидал его у ворот школы. Заметив эту нежелательную личность, парень сразу же отстал от друзей и подошёл к мужчине. Ему было совсем не нужно, чтобы хоть кто-то увидел его с этим опустившимся человеком. Ведь это могло так неблагоприятно повлиять на его репутацию и дальнейшее будущее.       - Что тебе ещё? – не тратясь на приветствие, спросил Джин Ук. Он отвёл отца за угол, чтобы их никто не увидел.       - Дай тысячу вон, - повторил свою просьбу отец.       - Тогда отстанешь? – с подозрением спросил Джин Ук.       Но отец ничего не ответил и только стоял с протянутой рукой. Он хотел вызвать жалость, но вышло только презрение. Джин Ук взял кошелёк из кармана брюк и достал оттуда такие желанные для отца деньги. При виде синей бумажки с изображением знаменитого учёного Ли Хвана глаза отца загорелись, и он взял деньги.       Но на этом отец не остановился, и снова пришёл к Джин Уку. Теперь он появился перед дверями квартиры и продолжительно названивал. Казалось, отец следил за квартирой своей бывшей жены и сына, и приходил только, когда женщины не было дома. Мать Джин Ука сама посчитала нужным оставить за ним статус бывшего мужа, хотя это не было подтверждено документами. Теперь отец просил уже две тысячи вон, и некоторые соседи оказались свидетелями того, что к их соседям приходил какой-то неприятный и грязный тип.       Это продолжалось и на следующий день. На этот раз отец просил уже пять тысяч вон, а в случае отказа грозился появиться в школе и заявить, что он отец Джин Ука. Такой шантаж уже надоел парню, он позвонил в полицию, но представители закона сказали, что мальчик должен помогать своим родственникам, и на этом разговор был окончен. Парень был загнан в тиски и не знал, как из них выйти.