Worth Saving

      Дело Боджвелла приняло серьёзный оборот, поэтому у Гермионы было очень мало времени, чтобы обдумать произошедшее во вторник. Вместо этого она бегала за своими стажёрами, пытаясь собрать воедино то, что происходило в Бирмингеме в последние несколько недель.       Дерек Боджвелл, их бывший подопечный, которого они считали исправившимся, начал ходить по домам Бирмингема и продавать вещи. Сначала это были обычные безделушки, например, кусачие дверные ручки и спонтанно свистящий чайник (который продолжал свистеть, даже когда его убирали с плиты). Ничего такого, с чем не смог бы справиться Отдел неправомерного использования маггловских артефактов. Но потом он перешёл к вещам, которые можно приобрести в Лютном переулке, например, в Борджин и Беркс. Тёмные безделушки, от которых у бедняг магглов появляются ужасные фурункулы, вырастают рога или, как в одном случае, развивается сильная потребность кусать шеи маленьких старушек посреди Теско.       Короче говоря, это был административный кошмар. Она уже отправила запрос аврорам, чтобы кто-нибудь поймал его и привёл на допрос. Но сейчас она пыталась отследить его передвижения и понять, как он сошёл с прямого пути на скользкую дорожку. Первый случай, о котором им стало известно, произошёл чуть больше месяца назад, когда он продал 56-летнему магглу пылесос, который вместо того, чтобы всасывать грязь и пыль, выплёвывал их на всю комнату, пока не осталось ни одного чистого места. Это объяснили как механическую неисправность, когда пришли Обливиаторы и изменили его воспоминания. Перед этим смутные воспоминания о мистере Боджвелле у маггла изъяли.       Следующий инцидент, который она смогла с ним связать, произошёл во время установки новых дверей и окон в доме пожилого маггла. Все дверные ручки были заменены на кусачие. Они хватали за пальцы всякого зеваку, который долго думал над открытием или закрытием двери. По большей части эти инциденты были относительно безобидными и легко исправимыми, но Гермионе казалось, теперь они становятся гораздо темнее, чем раньше.       Только в прошлые выходные Боджвелл был замешан в проклятии маггловской семьи из четырёх человек в районе Эджбастон в Бирмингеме. Семью нашли в собственном саду за домом. Каждый член семьи лежал в глубокой яме, и у каждого была только лопата, которой они и копали эти ямы, и браслеты из бисера. Браслеты были пропитаны тёмной магией, которая заставила владельцев вырыть себе могилу, а затем лечь и ждать смерти. После тщательного изучения их воспоминаний выяснилось, что семья пролежала в ямах не менее суток, получив браслеты двумя днями ранее под видом подарка от родственника, вернувшегося из отпуска на Тенерифе. Родственник, о котором шла речь, всё ещё находился на испанском острове и должен был вернуться только в следующую среду, так что вряд ли "подарок" был в самом деле от него.       Гермиона уставилась на доску перед собой, впитывая всю эту информацию. Она провела рукой по волосам. Боджвелл и раньше доставлял неприятности, да, но он никогда не был тёмным. Кусачие дверные ручки и подобные штуки были в порядке вещей волшебника вроде Боджвелла. Он определённо был той же породы, что и Наземникус Флетчер, но не был намеренно жестоким волшебником. Он просто не понимал, что подшучивать над магглами было изначально неправильно. - Анжела, ты можешь выяснить, что делал Боджвелл накануне инцидента в Эджбастоне? - спросила она проходившую мимо стажёрку с охапкой бумаг. Напряжённая ведьма кивнула и бросилась прочь, теряя бумаги на ходу.       Гермиона присела на край стола перед доской и продолжала смотреть. Между незначительными инцидентами и происшествием с раскопками могил был промежуток примерно в неделю. Как он перешёл от кусачих дверных ручек и взрывающихся пылесосов до проклятых предметов? Было ясно, за неделю между этими инцидентами что-то произошло, и единственный способ прояснить это - поговорить с самим мужчиной. - Скривенс! - крикнула она через монотонный гул офиса, привлекая внимание старого колдуна. - Есть какая-то информация от авроров?       Скривенс скривился и покачал головой, направляясь к ней и уклоняясь от служебных записок, которые врезались в него по дороге. - Пока ничего. Поттер говорит, что послал Уизли за ним, - он сделал извиняющееся лицо, зная, как сильно Гермиона старалась избегать работы с Роном. - Я попросил, чтобы они просто привели его к нам, и мы уже будем разбираться. В любом случае, он не будет для нас опасен, когда у него конфискуют палочку.       Гермиона кивнула. - Всё в порядке, пусть будет Уизли. Если они хотят, чтобы он занимался этим делом, я справлюсь. Особенно если Боджвелл был в контакте с тёмной ведьмой или волшебником. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, верно? - она слегка улыбнулась ему, благодарная, что начальник подумал об её чувствах. - Я не думал, что Боджвелл перейдёт к такому, а ты? - спросил Скривенс, присоединяясь к ней на столе, чтобы посмотреть на их информационную доску. - Нет... - задумчиво ответила Гермиона. - Наверное, я ждала, что он немного оступится в более тривиальных вещах, но не думала, что до такой степени. Это не имеет смысла… Он переходит от шуточек над магглами до полной темноты всего за неделю. Это бессмысленно... - Я так понимаю, кто-то из твоих следит за его передвижениями? - Сейчас этим занимается Анжела. Необходимо отслеживать его передвижения после Эджбастона? Что, если он уже перешёл к чему-то большему или планирует это сделать, как только мы его отпустим?       Скривенс хмыкнул в ответ, а затем крикнул через весь офис: - Эвенсби! Найди Уотсон и скажи ей, чтобы она изучала передвижения и после Эджбастона. Мне нужен полный отчёт о нём вплоть до того момента, пока авроры не приведут его сюда. Хотя запиши, чтобы за его передвижениями следили и после того, как мы его отпустим. Не хочу, чтобы он даже чесался без нашего ведома, пока всё это не прояснится!       Нервный мужчина лет двадцати с небольшим кивнул так энергично, что очки съехали на кончик носа, и помчался в том направлении, куда направилась Анжела. - Вы видели что-то подобное раньше, сэр? - тихо спросила Гермиона, чтобы не напугать стажёров вокруг.       Скривенс хмыкнул и так же тихо пробормотал: - Со времен войны — нет. Что-то или кто-то определённо помешал ему. Попахивает тёмной магией.       Гермиона кивнула, прежде чем встать. - Дадите мне знать, когда Уизли приведёт его? - Конечно. - Хорошо, тогда пойду посмотрю, как справляются стажёры.

***

      Четыре часа спустя Рон притащил Боджвелла в комнату для допросов. - Почему ты так долго? - прорычал Скривенс. Увидев, как Рон бросил на Гермиону влюблённый взгляд, он решил взять дело в свои руки.       Рон заметно ощетинился на колдуна и толкнул взъерошенного Боджвелла на единственный в комнате стул. Цепи мгновенно обвились вокруг запястий и ног мужчины, подобно стулу в здании суда. - Вы мне не сказали, что я должен ловить сумасбродного чудилу! - Рон зарычал в ответ сквозь стиснутые зубы. - Он протащил меня через половину чёртовой страны, прежде чем я смог к нему подобраться! А потом, когда мне удалось приблизиться к нему, - он сделал паузу, чтобы закатать рукав боевой мантии, - он УКУСИЛ МЕНЯ! В смысле, кто так вообще делает?!       Рон повернулся к Гермионе так, чтобы она увидела следы укусов на его предплечьях. Раны были не особенно глубокими, но, очевидно, Рон всё ещё не овладел простыми исцеляющими заклинаниями.       Гермиона закатила глаза, потянувшись к руке Рона, когда её палочка скользнула в другую руку. - Серьёзно, я бы очень хотела, чтобы они научили вас, авроров, правильно исцелять себя. Эпискей!       Из палочки вырвалась небольшая полоска света, и рана срослась на их глазах, оставив за собой розоватый оттенок новой кожи. Рон одарил её ещё одной из своих кривых улыбок, которые приберегал специально для неё. - Спасибо, Миона. Я... - И где же он был? - Гермиона остановила парня, не желая слушать дальше, поскольку рассматривала их пленника. - Хогсмид. Вывалился из Кабаньей головы. Аберфорт знатно на него орал. Судя по запаху, ему удалось аппарировать прямо в бочку с Огневиски, - Рон наморщил нос для пущего эффекта. - И он заставил тебя мотаться по всей стране? - вмешался Скривенс. - Да. Бирмингем, Ньюкасл, где-то в Уилтшире, Корнуолл рядом с пограничным пунктом, Глазго, какое-то место в Кенте, и затем, наконец, Хогсмид. Думаю, к тому времени он был уже настолько измотан, что приземлился в бочку. Повезло, что сам не расщепился. - Ладно, - резко бросил Скривенс. - Пойди-ка запиши это всё. Найди Уотсон и подробно расскажи ей обо всём. Ничего не упускай. Нам нужен полный отчёт о его передвижениях.       Когда Рон не пошевелился, он добавил: - Свободен, Уизли. Мы сейчас начнём допрашивать его.       Рон собирался что-то сказать, но умоляющий взгляд Гермионы отправил его за дверь искать Уотсон. Прежде чем выйти, он вытащил из кармана золотой галеон и произнёс: - Он всё ещё у меня. Просто напиши, если я тебе понадоблюсь, Миона.       Гермиона закусила губу и попыталась не обращать внимание на тянущее ощущение в животе, видя, что Рон всё ещё хранил свой галеон со времён ОД. Она знала, что Гарри и Джинни всё ещё хранили свои: они использовали их, когда родился Джеймс. Однако она думала, что Рон выбросил свой или потратил. Это был ещё один признак, что он не отказался от них.       Она покачала головой и переключила свое внимание на насущный вопрос - мужчину, прикованного цепью к стулу. - Мистер Боджвелл, мы хотели бы задать вам несколько вопросов.

***

      Они допрашивали Боджвелла 4 часа, прежде чем сделали перерыв. Он не сказал почти ничего важного, да и вообще говорил мало. Но одно было ясно: где-то между его возвращением из отпуска на Сардинии и прибытием в Бирмингем на следующий день до Боджвелла кто-то добрался. Когда он отказался отвечать на что-либо, кроме самых элементарных вопросов, они привели Обливиатора, чтобы проверить его воспоминания.       Так они выяснили, что Боджвелл не отвечал на их вопросы не потому, что не хотел. Он не отвечал, потому что не мог. Его разум был кристально чист, если не считать очень ясных случаев, когда он передавал проклятые предметы. Кроме этих воспоминаний не было ничего, кроме густого серого тумана.       Даже его побег и задержание Роном отсутствовали. - В этом нет никакого смысла! - застонала Гермиона, прислонившись к двери кабинета Скривенса, прежде чем сесть напротив него за стол.       Скривенс мрачно кивнул. - Смысла нет, согласен. Кто-то или что-то помешало ему, но не могу понять, что именно. Нам нужна помощь ОМП. У них есть больше информации о том, что может стереть воспоминания человека вот так бесследно. - Я свяжусь с Луной по этому вопросу. А пока нам нужно попросить Обливиаторов ещё разок поработать с ним, посмотреть, смогут ли они преодолеть тот туман. Вы же знаете, как работают в ОМП. Они либо помогут сразу, либо забудут на несколько недель, пока за твоим столом не появится Невыразимец.       Скривенс мрачно рассмеялся и откинулся на спинку стула. - Точно тебе говорю, из тебя вышел бы отличный Невыразимец, Грейнджер. Или ещё лучше, аврор.       Гермиона покачала головой, глядя на своего наставника. - Может быть, однажды. Но я думаю, что больше пригожусь здесь, как считаете? - Конечно! Не пойми меня неправильно, Грейнджер. Я бы налетел на любого, кто попытался бы забрать тебя из моей команды. Но иногда я думаю, не создана ли ты для чего-то большего, чем просто быть моим заместителем... - его голос затих, и они сидели в тишине минуту или две, пока Гермиона обдумывала его заявление. Способна ли она на что-то ещё? Конечно, она всегда хотела поработать над реформой правосудия, но ещё есть домашние эльфы и кентавры… А ещё есть Нарцисса. И она всё ещё заслуживает гораздо лучшего... - На данный момент, сэр, я сосредоточена на реализации реформ, которые мы разработали. Но надеюсь однажды изменить фокус на другие вопросы помимо волшебного мира. Я хочу изменить мир к лучшему везде.       Скривенс добродушно улыбнулся, размышляя, как же ему повезло, что Гермиона была в его команде. - Ну, просто помни, Грейнджер, в жизни тоже есть нечто большее, чем работа, ладно? Есть жизнь и за пределами офиса. Кстати об этом, - он полез в ящик стола и вытащил дорогой на вид конверт. - Заметил на твоём столе, когда вошёл Уизли. Не волнуйся! - поспешно добавил он, увидев её шокированное лицо. - Я его не открывал. Я бы так с тобой не поступил. Просто подумал, что Уизли, увидевший это — последнее, что тебе нужно сегодня.       Он протянул конверт через стол, и Гермиона схватила его обеими руками, почти сразу узнав почерк на лицевой стороне. Она подавила желание открыть конверт прямо здесь и сейчас и вместо этого засунула его во внутренний карман своей мантии. - Спасибо, сэр. Я ценю это, - она посмотрела на часы, отметив, что было почти пять. - Ничего, если я уйду? Или вы думаете, что Боджвелла вечером снова вызовут на допрос?       Скривенс отмахнулся от неё с лёгкой улыбкой на морщинистом лице. - Иди, Грейнджер. Если возникнет что-то срочное, я с этим разберусь. Не волнуйся.       Она ещё раз поблагодарила его и направилась в свой кабинет, убедившись, что заперла за собой дверь. Дрожащими руками она подошла к столу и достала конверт из кармана. Этот почерк было невозможно не узнать, и от одного взгляда на него у девушки в животе запорхали нервные бабочки. Почему почерк Нарциссы производил на неё такой эффект?       Она аккуратно открыла конверт и увидела элегантно выглядывающий пергамент. Письмо внутри мягко вылетело из конверта и зависло перед ней.       Уважаемая мисс Грейнджер,       Простите, если это покажется вам излишним, но я подумала, не могли бы вы составить мне компанию во время ужина сегодня вечером?       Я забронировала столик в "Скрещенных палочках" в Ислингтоне на 6 вечера, но вы можете прийти в любое время после 5.       Считайте это небольшой благодарностью, которую я вам задолжала за возвращение моей магии и мой развод.       Я очень надеюсь, что вы сможете прийти.

Ваша,

Нарцисса

      Когда она закончила читать, письмо аккуратно сложилось, как и в прошлый раз, в маленький идеальный нарцисс. Он мягко проплыл через комнату, чтобы присоединиться к другому на её столе, и вдвоём они образовали милую бумажную композицию. Она смотрела на цветы и чувствовала, как сердце бешено колотится в груди. "Скрещенные палочки", должно быть, самый эксклюзивный ресторан во всём Лондоне, если не во всей Великобритании. Чтобы забронировать там столик, нужно изрядно постараться. Рон как-то пытался сделать бронь, когда они хотели куда-то выбраться, но ему неоднократно сообщали о трёхлетнем списке ожидания. Даже Джинни и Гарри были там всего один раз, и Гарри запланировал это за несколько месяцев до того, как сделать предложение Джинни.       Сам факт того, что Нарцисса Блэк могла просто, ну, забронировать столик, отправив им сову? И ей не отказали? Это было за гранью безумия. Но, может быть, она забегает вперёд. Может, она сделала бронь уже давно? Нет… Она не могла. Она находилась под домашним арестом с конца войны… - Чистокровные! - воскликнула она в тишине пустого кабинета. Её раздражение было недолгим, хотя часы на стене за спиной громко тикали, словно напоминая ей о времени. Она взглянула на них и выругалась. Если она собиралась в поместье Блэков, выходить нужно было уже сейчас. Она схватила деревянную коробочку с летучим порохом и кинула щепотку в огонь. - Домой! - крикнула она, прежде чем шагнуть в изумрудно-зелёное пламя.

***

      Двадцать минут чистой агонии спустя Гермиона в своей лисьей форме бежала по гравийной дорожке к Блэк-Мэнору. Лисица неуверенно мялась на пороге, пока дверь особняка не распахнулась, а затем медленно скользнула внутрь. В слабом свете коридора Гермиона превратилась обратно, остановившись на мгновение у подножия лестницы, и убедилась, что мантия сидит должным образом. Она выбрала светло-голубую, похожую на ту, что надевала на Святочный бал на четвёртом курсе. Она истратила полбутылки Зелья для волос, чтобы уложить непослушную гриву в мягкие локоны, красиво ниспадающие ей на лицо. Ведьма глубоко вздохнула и пошла по коридору, отметив, что все двери, кроме библиотеки, были закрыты. Именно там она и обнаружила Нарциссу, тихо сидящую у окна лицом к саду, в тёмно-синем одеянии, а её светлые волосы, заплетённые во французскую косу, красиво спускались по спине. Она обернулась на шаги Гермионы, лёгкая паника на её лице быстро сменилась мягкой улыбкой и блеском в глазах. - Я беспокоилась, что вы можете не прийти, - произнесла она тихо, почти застенчиво, будто было так легко смутить Нарциссу Блэк. - Вы аппарировали прямо на порог? Я думала, что увижу, как вы идёте сюда.       Гермиона слегка наклонила голову, пытаясь скрыть румянец, поднимающийся от шеи к щекам. - Я пришла в своей анимагической форме. Иногда мне проще передвигаться незаметно, - она призналась блондинке. - Я не регистрировалась в Министерстве. После войны… Я просто хотела иметь возможность заниматься своими делами без постоянной слежки и приставаний. - Лиса, - с пониманием кивнула Нарцисса, медленно вставая и плавно скользя по полу библиотеки к девушке. - Я должна была догадаться. Хитрая. Быстро соображаете. И щепотка коварства, - она улыбнулась, когда подошла к Гермионе, её рука обвилась вокруг руки ведьмы. - Идёмте, мисс Грейнджер?       Гермиона судорожно сглотнула, отчаянно надеясь, что Нарцисса не заметила, как задрожала её рука от прикосновения. - Скрещенные Палочки? - спросила Гермиона, сразу же мысленно на себя накричав. Конечно, идиотка! Она же так и написала! - Скрещенные Палочки, - подтвердила Нарцисса, выглядя чуть удивлённой.       Гермиона попыталась отвлечься от ощущения руки Нарциссы в своей и сосредоточиться на пункте назначения. Она на мгновение задержала дыхание, а затем развернулась на месте, аппарировав их обеих с тихим хлопком.       Они появились в маленьком розовом саду, освещённом крошечными золотыми шариками света, плавающими в воздухе. Запах жареного чеснока и множества трав плыл по саду, заставляя желудок Гермионы голодно сжиматься. Сегодня она только позавтракала. Нарцисса вела их по дорожке. Её рука мягко лежала на сгибе локтя Гермионы, пока они не достигли серебряной арки, украшенной множеством роз и шариков света. На небольшой вывеске в верхней части арки были две скрещенные палочки, одна чёрная, другая белая. Из палочек исходили мягкие искры, они сверкали красным и золотым в вечернем свете, когда нарядно одетый волшебник во всём чёрном приблизился к ним с другой стороны арки. - Мадам Блэк, рад видеть вас, - он слегка поклонился им обеим. - Пожалуйста, следуйте за мной. Я приготовил ваш обычный столик. - Ваш обычный столик? - Гермиона с благоговением уставилась на Нарциссу.       Женщина мягко улыбнулась одной из своих чистокровных улыбок. - Естественно. Не хотелось бы прийти и ждать свободный столик, не так ли? - лёгкий смешок сорвался с её губ, но опять же, это был не тот смех, который Гермиона слышала ранее, а тот, который Нарцисса решила продемонстрировать обществу.       Они последовали за метрдотелем через арку, и пейзаж вокруг сразу изменился. Там, где раньше росли кусты роз, теперь стояли уютные столики, накрытые для пар или небольших групп состоятельных ведьм и волшебников. Некоторые из них склоняли головы, когда Нарцисса проходила мимо, другие отводили глаза или делали вид, что её там вообще не было. Метрдотель провел их прямо в конец небольшого заведения, в небольшую нишу подальше от любопытных глаз, за столик, накрытый на двоих. Он выдвинул стул для каждой из них, прежде чем перед ними появились два чёрных меню. - Не хотите ли взглянуть на карту вин? - он обратился к Нарциссе, но та легко от него отмахнулась. - Тогда как обычно? Изумительно. Я сейчас вернусь. Потребуется задёрнуть занавеску? - Гермиона выглядела озадаченной, но Нарцисса кивнула и одарила его очаровательной улыбкой, которая не совсем соответствовала взгляду. Очевидно, он всё понял, когда, выходя из алькова, потянул за золотистую верёвочку, и шёлковая красная занавеска закрыла проход от чужих глаз.       Нарцисса вздохнула и заметно расслабилась. Заметив всё ещё озадаченное выражение лица Гермионы, женщина проследила за её взглядом на занавеску и объяснила: - Для уединения. Если Скрещенные Палочки и делают хоть что-то правильно, так это их осмотрительность. У каждого стола есть своя штора, пропитанная чарами секретности. Никто, кроме посетителей алькова, не может слышать или видеть, что происходит внутри.       Гермиона медленно кивнула, всё ещё пытаясь осознать, что сидит в ресторане, столик в котором в Лондоне забронировать практически невозможно. - Я всё ещё не могу поверить, что у вас есть "обычный" стол. Так вот почему простым смертным так трудно забронировать здесь место? Неужели все чистокровные просто бронируют каждый вечер половину ресторана? - Хм, - Нарцисса сделала глоток золотистого вина, которое только что появилось в бокалах на столе. - Не совсем. Но этот стол часто оставляют за мной, учитывая, что семейство Блэков имеет контрольный пакет акций ресторана.       Челюсть Гермионы едва ли не отвалилась с грохотом. - Вы… Вы владелица Скрещенных Палочек? - Пятьдесят один процент, - небрежно ответила блондинка. - Но пусть это останется между нами, мисс Грейнджер. Блэки любят всё контролировать, но мы делаем это в тени. Не стоит кричать о своём богатстве и влиянии. - Каждый раз, когда я думаю, что знаю вас, всегда обнаруживается что-то удивительное, - пробормотала Гермиона, переключая внимание на меню. Она уже собиралась открыть книжицу в чёрном кожаном переплёте, когда тонкая рука протянулась через стол и остановила её. Она резко подняла голову и оказалась в ловушке сияющих голубых глаз Нарциссы. - О, я думаю, вы обнаружите, что я полна сюрпризов, мисс Грейнджер, - тихо ответила она, уголки её губ дёрнулись от румянца на шее Гермионы.       Эта женщина убьёт меня, подумала Гермиона, отчаянно желая, чтобы краснота исчезла так же быстро, как появилась. Разум начал лихорадочно соображать, а затем, будто её погладила прохладная рука, мысли вдруг успокоились, и она глубоко вздохнула. Она была уверена, что не переживёт этот вечер в присутствии Нарциссы. - Мои извинения, - спокойно сказала Нарцисса, забирая меню из рук Гермионы, - но я не думаю, что нам понадобится меню сегодня. Если вы мне позволите?       Гермиона мельком подумала, что сейчас она готова была отдать Нарциссе почти всё, что угодно. Всё ещё прикованная к ледяному взгляду голубых глаз, она кивнула в знак согласия.       Метрдотель снова появился из-за занавески, плавно скользнул в их альков и позволил занавеске снова опуститься за спиной. Перед ним появился изящный блокнот с маленьким, но элегантным пером. - Мадам Блэк? - спросил он, отводя взгляд Нарциссы от Гермионы. - Цесарка, Тюрбо, а на десерт... - она повернулась, чтобы рассмотреть Гермиону, и девушка могла бы поклясться, что ощущение прохлады в её сознании вернулось на короткий миг, прежде чем Нарцисса мягко улыбнулась. - Яблоко и ваниль.       Метрдотель кивнул и снова исчез, а перо и блокнот растворились в воздухе позади него. Когда занавес опустился на место, Гермиона решила, что должна спросить. Ей нужно было знать. - Нарцисса Блэк, вы только что использовали легилименцию, чтобы узнать, что я хочу на десерт?! - прошипела она, на мгновение забыв о чарах секретности в занавеске.       Нарцисса небрежно отхлебнула вино в ответ, приподняв бровь. - Вы же сделали это, не так ли? - настаивала Гермиона. - Как ещё я должна была узнать, что вы предпочитаете – яблоко или грушу?       Гермиона шокировано расхохоталась. - Нормальные люди просто спрашивают!       Нарцисса одарила её милой улыбкой. - Мисс Грейнджер, я Блэк. Блэки не спрашивают. И кроме того, - продолжала она, перебивая возмущённое бормотание Гермионы, - я пригласила вас на ужин, чтобы выразить вам свою благодарность за вашу помощь. Вы тратите кучу своего времени на размышления, составление стратегии и планирование. И вы делали это в течение многих лет. Сегодня вечером позвольте себе не думать. Сегодня вечером вы должны расслабиться, насладиться хорошей едой и, если я смогу, приятной беседой. - Я не знала, что меня пригласили на ужин с условиями, - Гермиона съязвила в ответ, удивляясь женщине перед ней. Всего пару лет назад она бы причислила Нарциссу к своим врагам, но теперь, после каких-то нескольких месяцев, проведённых за разговорами с этой женщиной, у них сложилось нечто похожее на дружбу. Нарцисса просто отмахнулась от её комментария элегантным движением руки. - Вы писали в своих письмах, нам есть, что обсудить в вопросах, касающихся арифмантии и трансфигурации. Должна признаться, ваша анимагическая форма меня удивила и заинтересовала. Что привлекло вас в лисе?       Гермиона почувствовала, как внутри неё вспыхнула гордость, услышав, что она произвела впечатление на Нарциссу. - Ну, если честно, так вышло потому, что я хотела гулять по ночным улицам Лондона, не беспокоясь о слежке из-за того, кто я такая. После войны… Не знаю, видели ли вы какой-нибудь выпуск ”Ежедневного пророка" сразу после войны?       Нарцисса покачала головой. Она избегала жёлтых газетёнок, как драконьей оспы. Гермиона понимающе кивнула. Она бы тоже с удовольствием не видела, если бы эти чёртовы штуки не были везде, куда бы она ни повернулась. - Ну, они всегда хотели интервью с нами. Желали знать, чем мы будем заниматься теперь, когда Волан-де-Морт пал. Что-то в этом роде.       Нарциссе удалось даже не вздрогнуть при упоминании Тёмного Лорда. - Я просто хотела вернуться в Хогвартс, закончить учёбу. А когда пойму, что это безопасно, найти своих родителей и восстановить их воспоминания. Может быть, после этого немного попутешествовать, прежде чем найду работу. Мальчики… Ну, они сразу пошли работать в Министерство аврорами и всё спрашивали меня, не присоединюсь ли я к ним. Но я решила вернуться в Хогвартс и закончить последний курс. Я могла немного успокоиться и расслабиться, когда была в замке, но если я как-нибудь выбиралась в Хогсмид, я не могла и шагу ступить свободно. Поэтому я решила проводить выходные вместо Хогсмида в Выручай-комнате. Я работала над самыми разными вещами, но больше всего времени ушло на изучение анимагии. Я подумала, это поможет мне, когда я отправлюсь на поиски своих родителей. И это правда помогло. Я смогла поехать в Австралию незамеченной для прессы и восстановить их воспоминания, не будучи обеспокоенной волшебным миром. - Простите, - перебила Нарцисса, - вам пришлось восстанавливать память своим родителям? В Австралии?       У Гермионы появилась небольшая передышка, когда принесли первые блюда, прежде чем она пустилась в объяснения. Она продолжила рассказывать между восхитительной цесаркой и свежими овощами и ягодами. - Я изменила их память в конце шестого курса, - тихо сказала она, пристально глядя на тарелку перед собой. Воспоминания всплывали на поверхность. - Я не знала, что повлечёт за собой следующий год, но знала, что в Британии опасно. Поэтому я заставила их забыть меня. Забыть всё о нашей семейной жизни.       Нарцисса тихонько ахнула и потянулась через стол, чтобы взять руку Гермионы в свою, лишь краешком сознания отмечая, что только что сделала. - Ты заставила их забыть о твоём существовании? Гермиона... - выдохнула она, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони девушки. Она не могла представить, что Драко когда-нибудь пришлось бы сделать такое, не говоря уже о том, какая для этого требуется сила воли. - Я отправила их в Австралию. Заставила их думать, что они исполняют мечту всей своей жизни. Если бы их не было в стране, если бы их нельзя было найти, то их нельзя было бы использовать против меня. В худшем случае я бы погибла на войне, а они бы прожили счастливую жизнь в Австралии. Я не хотела, чтобы им причинили вред, - Гермиона замолчала, прокручивая в голове воспоминания, и Нарцисса не могла их не видеть, когда они возникли перед её взором.       Младшая версия Гермионы медленно спускалась по лестнице, крепко сжимая палочку в кулаке, пока родители сидели в гостиной и смотрели телевизор. Она старалась не наступать на третью ступеньку снизу, потому что та всегда скрипела. Она не могла дать им возможность увидеть её. Если бы она увидела их лица, то не смогла бы сделать то, что нужно. Поднятая палочка приставлена к затылку женщины. Безмолвное заклинание заставило глаза женщины закатиться, когда она откинулась на спинку дивана. Мужчина хотел повернуться, чтобы посмотреть, что случилось, но она среагировала слишком быстро. Подступившие слёзы заглушили крик “Обливейт!”, и он тоже рухнул на диван. Она смотрела, как воспоминания об их совместной жизни исчезают из их глаз, на фотографиях по всей комнате исчезают изображения девочки, которую они так любили. Слёзы брызнули из карих глаз, и она левитировала чемодан со всеми своими вещами за дверь.       Нарцисса в ужасе уставилась на девушку перед ней. Она запнулась, подыскивая правильные слова. Не уверенная, что может подобрать слова, которые соответствовали бы силе эмоций, что она испытывала в тот момент. В конце концов, она остановилась на шёпоте: - Прости за то, что тебе когда-то пришлось это сделать, Гермиона.       Ведьма быстро шмыгнула носом и выдернула руку из руки Нарциссы, чтобы вытереть глаза. - Я... благодарю тебя. Но тебе не за что извиняться. С ними всё в порядке. Они были в безопасности, и сейчас они снова знают, что я существую. - Я была соучастницей в причине, по которой тебе пришлось это сделать, - пробормотала Нарцисса.       Настала очередь Гермионы протянуть руку через стол и положить её на руку Нарциссы. - Послушай, - промолвила она, ожидая, когда Нарцисса посмотрит ей в глаза. - В конце концов, ты оказалась на правильной стороне. Вот что имеет значение, - она нежно сжала руку Нарциссы, прежде чем убрать свою. - Но вернёмся к твоему вопросу. Я думаю, это была лиса, потому что я всегда знала, что вернусь в Лондон. Лондон всегда был для меня домом, и когда я не могу ночью уснуть, нет более простого способа бродить по улицам, чем в форме лисы.       Нарцисса кивнула, безмолвно удивляясь, как Гермиона смогла так легко простить её проступки. - У тебя есть анимагическая форма? - спросила Гермиона, пытаясь снова поднять настроение. - Тайная или нет.       Нарцисса улыбнулась её попытке. Она действительно была очень милой, эта мисс Грейнджер. - Боюсь, что нет. Я никогда даже не пыталась. Вместо этого я сосредоточилась на легилименции. Я прирождённый легилимент, но мастерство требует времени. - О боже, должно быть, ты такое слышала от меня! - воскликнула Гермиона в тихой панике. - Вам не о чем беспокоиться, мисс Грейнджер. Как правило, я прилагаю сознательные усилия, чтобы блокировать мысли других. Очень редко я действительно пытаюсь услышать, о чём думают люди вокруг.       Гермиона вздохнула и расслабилась. Слава богу. Если бы женщина знала, как часто посещает её мысли... - Только когда дело доходит до десертов? - пошутила она.       Голубые глаза Нарциссы весело блеснули. - Десерты всегда являются исключением из правил, мисс Грейнджер, - вкрадчиво ответила она.       Гермиона почувствовала, как румянец снова пополз по шее от внезапной перемены тона Нарциссы. Но её избавили от смущения появившиеся на столе основные блюда. Она воспользовалась возможностью и попробовала кусочек рыбы, слабо застонав от восторга, когда та растаяла у неё во рту. Нарцисса внезапно очень заинтересовалась своей едой, сосредоточившись на картофеле и рыбе, чтобы Гермиона не заметила чуть порозовевших щёк женщины. - Знаешь, - сказала Гермиона между укусами, - я думала, мы договорились, что перейдём на "ты" и ты перестанешь называть меня "мисс Грейнджер". - Мои извинения, мисс Гр... - Нарцисса остановилась с улыбкой и закатила глаза, осознав свою оплошность. - Мои извинения, Гермиона. Я не привыкла к такому. Беседовать с кем-то из Министерства без всяких формальностей.       Гермиона положила столовые приборы на пустую тарелку. - Тогда не думай обо мне как о ком-то из Министерства, - она усмехнулась. - В конце концов, я здесь не по делам Министерства, не так ли? Думай обо мне как о... Не слишком ли рано упомянуть слово "друг", мисс Блэк?       Нарцисса последовала её примеру и положила собственные столовые приборы на тарелку, чуть отодвинув её от себя. - Хорошо, - она промокнула уголки рта салфеткой. - Если мы хотим быть друзьями, я подозреваю, что тогда тебе следует перестать называть меня мисс Блэк, не так ли? Если я должна обращаться к тебе на "ты" и по имени, ты должна делать то же самое. Зови меня Нарциссой, пожалуйста, Гермиона.       Гермиона просияла от её слов, и она не смогла позволить своей маске снова оказаться на лице, когда улыбнулась в ответ. Было что-то заразительное в эмоциях женщины перед ней, и она поймала себя на мысли, как давно она не считала кого-то, кто не был членом семьи, своим другом. Возможно, с Гермионой всё было бы по-другому.       Тарелки исчезли, и на столе оказалась всего одна миска. В ней было маленькое идеальное яблоко, покрытое ирисным соусом, а рядом лежал шарик ванильного мороженого. Гермиона тут же подтолкнула миску к Нарциссе, настаивая, чтобы та съела десерт, так как это она всё-таки предложила им прийти сюда. - Не говори глупостей, Гермиона, - ответила Нарцисса, отодвигая миску обратно в центр стола. Она положила свою руку, которая была холодной от миски, поверх руки Гермионы и почувствовала, как девушка слегка вздрогнула. - В конце концов, я заказала это для тебя. Не заставляй мою легилименцию пропадать даром, - она игриво подмигнула и получила небольшое удовольствие от почти мгновенного розового румянца, появившегося на лице Гермионы.       Эта женщина убьёт меня, если будет так на меня смотреть! - Нет! - взволнованно упёрлась Гермиона. - Я настаиваю.       На мгновение Гермионе показалось, что она выиграла этот спор, когда Нарцисса взяла ложку и небольшой кусочек яблока, соус и мороженое. - Ха! - начала она, но замолчала, когда Нарцисса потянулась через стол и сунула ложку в её открытый рот. - Я никогда не проигрываю, Гермиона. Тебе не мешало бы это запомнить, - Нарцисса прищурилась, голубые глаза искрились весельем. - А теперь, - протянула она, осторожно вынимая ложку изо рта Гермионы, - ты съешь остальное сама или мне придётся продолжать тебя кормить? - она покрутила ложку в руке, чтобы предложить её ручкой к Гермионе.       Дрожащая и не уверенная в том, что только что произошло, проглотив вкуснейшую смесь ирисного соуса, мороженого и тающего во рту яблока, Гермиона взяла предложенную ложку.       Глаженые штаны Мерлина! - подумала она. - Как я могу отказаться?       Нарцисса подавила желание снова ухмыльнуться, но уголки её губ все ещё подёргивались. - Ты играешь не очень честно, Нарцисса Блэк, - неохотно сказала Гермиона, зачерпывая ложку мороженого из миски и отправляя его в рот, чтобы хоть чем-то занять свои трясущиеся руки.       Нарцисса откинулась на спинку стула с довольным блеском в глазах и сделала глоток вина. - Мы, Блэки, никогда не играем честно.       Заявление Нарциссы подтвердилось, когда Гермиона попыталась заплатить за ужин в конце вечера. Под предлогом похода в туалет она пыталась привлечь внимание метрдотеля, но мужчина, казалось, не обращал на неё никакого внимания. Вернувшись из туалета, она снова попыталась его найти, но его нигде не было. Поэтому она вернулась в их альков в замешательстве, чтобы Нарцисса встретила её в, как она начала это называть, "чистокровном режиме". Светловолосая ведьма одарила метрдотеля своей фальшивой улыбкой и положила что-то в маленький чёрный бумажник на серебряном подносе между ними. - И помни, Тиберий, чаевые для себя и поваров следует брать из моего личного хранилища, а не из хранилища компании.       Метрдотель благодарно улыбнулся и быстро поклонился им обеим, прежде чем снова уйти. - Нарцисса! - возмутилась Гермиона, снова садясь. - Я собиралась заплатить! - Не говори глупостей, дорогая. Я тебя сегодня сюда пригласила. С какой стати я должна позволить тебе платить? - невозмутимо парировала она, поднимая салфетку с колен и аккуратно складывая на столе рядом с пустым бокалом из-под вина. - Ну, я могла бы, по крайней мере, заплатить за себя! - взорвалась девушка. - Знаешь, я могу себе это позволить. Если тебя это волнует.       Нарцисса встала и протянула руку Гермионе, которая уставилась на неё, ожидая ответа. Она вздохнула и вместо этого подняла руку, чтобы осторожно заправить выбившийся локон за ухо ведьмы. - Дело не в деньгах, Гермиона.       Гермиона на мгновение отвлеклась на руку с тонкими пальцами, всё ещё зависшую у её уха, когда посмотрела на Нарциссу. - Тогда в чём? - Просто я так захотела. Считай это подарком. За всё, что ты для меня сделала. Небольшая попытка отплатить тебе за твою помощь, - она убрала руку с волос Гермионы и повернулась, чтобы отодвинуть занавеску. - Вернёмся в поместье?       Гермиона кивнула, чувствуя себя немного сбитой с толку близким контактом, и встала, чтобы снова последовать за Нарциссой в розовый сад. Выйдя на улицу, она предложила женщине руку и была рада, когда Нарцисса за неё ухватилась. Она чувствовала, что трепетное настроение вечера ускользнуло, так что Нарцисса, решившая всё ещё держаться рядом, одновременно успокаивала и разочаровывала.       Как и раньше, она постаралась прицелиться в конец гравийной дорожки, чтобы они могли провести вместе ещё несколько мгновений. Это было глупо – желание провести время вместе, но со всем, что происходило сейчас на работе, время с Нарциссой было для неё желанной передышкой, от которой бы она не хотела отказываться.       Она почувствовала прилив облегчения, когда Нарцисса не отпустила её руку, когда они начали подниматься по дорожке. Тишина ужасно давила на неё с каждым шагом, и мысленно она начала паниковать.       Мерлин, Гермиона, скажи что-нибудь! Не позволяй ей думать, что ты какая-то неблагодарная девка. Скажи ей спасибо! Скажи ей, какой это был чудесный вечер. И что нужно его повторить. Она потрясающе выглядит сегодня. Ой, нет, не говори. Она и так знает, что выглядит потрясающе. Ты будешь выглядеть как идиотка. Хочешь показаться идиоткой?! Ты, наверное, уже ведёшь себя как идиотка. Удивительно, что она вообще захотела тебя пригласить.       Она почувствовала, как рука Нарциссы соскользнула с её руки. Прохладные ладони обхватили её лицо, и Нарцисса остановила их, прижавшись лбом к лбу Гермионы. - Ты думаешь очень громко и очень неправильно, - сказала она тихо, почти касаясь губ Гермионы. - Просто перестань на минутку.       Перестать что? - подумала Гермиона, с удивлением глядя в холодные голубые глаза Нарциссы.       "Думать", - голос, который не принадлежал ей, ответил в её голове. Появилось то же успокаивающее ощущение, которое она чувствовала раньше в присутствии Нарциссы.       "Спасибо за ужин, было приятно поужинать с тобой сегодня, Гермиона. Мы обязательно повторим это, если хочешь. Ты ни в коей мере не идиотка, ни в какой форме. Пожалуйста, никогда не думай, что я вижу тебя так", - голос сделал паузу и мягко покинул разум Гермионы, оставляя за собой ощущение прохладной ласки.       Гермиона позволила своим глазам на мгновение закрыться, когда Нарцисса отстранилась и физически. Она почувствовала холод, когда тёплые руки отпустили её лицо, а магия покалывала кожу, как будто притягивала женщину обратно. Она судорожно вздохнула и открыла глаза, чтобы увидеть Нарциссу, прислонившуюся к входной двери поместья и выглядящую, пожалуй, даже слишком непринуждённо.       Нарцисса медленно улыбнулась, её глаза блестели в лунном свете, всё ещё не отрывая взгляда от девушки. - Вы тоже прекрасно выглядите, мисс Грейнджер. Спокойной ночи. - С... Спокойной ночи, - удалось пробормотать Гермионе что-то в ответ, когда Нарцисса исчезла в поместье. Она на мгновение задержала дыхание, уставившись на гигантскую дверь, как будто могла заставить её открыться, прежде чем развернуться, превратиться в лису и ускользнуть по гравийной дорожке.