Разбуди меня...

Возвращения в общежитие Вэй Ин ждал с некоторым опасением. Даже прожив рядом с Цзян Ченом много лет, заранее предугадать его действия было невозможно. Но, по всей видимости, тщательно осмотрев незадачливого братца на предмет повреждений и убедившись в отсутствии оных, Ваньинь несколько подуспокоился и теперь лишь изредка поглядывал на основной источник своих изрядно потрепанных нервов. Этот вечер было решено провести перед телевизором, степенно потягивая газировку и заедая все это дело недавно доставленной пиццей. После долгого и беспорядочного перещелкивания каналов они остановили свой выбор на «Сверхъестественном». И Вэй Ин, и Цзян Чен просто обожали мистику, фантастику и все, что с ней связано. «Спасать людей, охотиться на нечисть – семейное дело», - было в этом что-то неощутимо родное. К тому же, наблюдая за происходящим на экране, они каждый раз невольно примеряли их образы на себя. Подобно полюбившимся героям, они могли грызться, как собаки, но в минуты угрожающей опасности были готовы порвать друг за друга любого. Братья вальяжно разместились на кровати, полностью погружаясь в разворачивающуюся картину. По комнате внезапно разнесся жуткий, методичный скрежет длинных когтей по земле и леденящий душу громогласный рык, больше напоминающий лязг металлических цепей и вопли уже обреченных на вечную агонию душ. То были адские псы – демоны или злые духи из самой преисподней, принимающие обличие гигантской собаки. В этот самый момент они подобрались к желанной жертве и медленно разрывали ее на части, словно наслаждаясь процессом. Отзвуки лязгающей пасти перемежались с истошными криками, что в целом создавало поистине ужасающую картину. Буквально всем своим существом ощущая непривычно затихшего брата, Цзян Чен как можно скорее попытался выключить телевизор, попутно покрывая себя всевозможными ругательствами. Он очень медленно и максимально осторожно вернулся к нему и присел рядом. Вэй Ин сидел со стеклянным взглядом, уставившись в пустоту и обхватив колени руками. Его тело сотрясала мелкая дрожь, а на глаза стали наворачиваться непрошенные слезы. Прямо как в детстве Цзян Чен без лишних слов заключил брата в крепкие объятия, обещающие безусловную защиту и покой. Собаки всегда пугали Вэй Ина. И это был не просто страх. Практически животный ужас, без остатка поглощающий его при появлении в зоне видимости псов любого размера и породы, более всего напоминал паническую атаку. Негласным правилом и одной из основных своих обязанностей Ваньинь считал защиту брата от четвероногих триггеров. И до этого самого момента успешно с этим справлялся. Даже понимая разумом, что все произошедшее оказалось нелепой случайностью, он не переставал ни на мгновение винить во всем себя. Видеть, как обыкновенно жизнерадостный и пышущий энергией человек в ужасе забивается в угол кровати, сжимаясь в неприметный комок, по-настоящему больно. Только спустя пару часов, наконец справившись с внезапно накатившей истерикой, Вэй Ин продемонстрировал малодостоверную улыбку и уже в который раз заверил, что все в порядке. Естественно, этому балбесу никто не поверил. Разумеется, ни о каком «в порядке» не шло и речи. Но ни один из них не рвался переубеждать другого, опасаясь тем самым нарушить и без того держащееся на одном честном слове душевное равновесие. ---------------------------------------------- Он были повсюду. Протяжный загробный вой хладными щупальцами забирался под кожу, вынуждая замереть от страха, а хищный резонирующий лай отражался от надвигающихся со всех сторон стен потрепанных временем зданий и не прекращался ни на одну гребаную секунду. Лишь одна мысль – бежать… Куда угодно, не разбирая дороги и не замечая ничего вокруг… Хоть на край света, только бы никогда не испытывать пережитого вновь… Слезы напрочь застилали обзор, ладони и колени были сбиты в кровь от слишком частых случайных падений. Сил практически не оставалось. На горизонте замаячило единственное подсунутое разумом укрытие – крепкое раскидистое дерево, в ветвях которого можно затеряться. «Там им не достать», - набатом проносилось в уже ничего не соображающей голове, - «там безопасно». Цепляясь сбитыми костяшками пальцев за острые выступы дерева, после нескольких неудачных попыток все же получилось забраться выше. Усталость брала свое, и тяжелые веки сдались под напором пережитого… ------------------------------------------- Ванцзи знал это место. В этот раз, собрав все свои силы и переборов оцепенение перед внезапно настигшим его кошмаром, он смог заставить себя проснуться. И теперь всем своим существом ощущал необходимость найти и помочь так нуждающемуся в нем человеку. На часах была уже полночь, но сбитый режим – последнее, что волновало Лань Чжаня. Он летел по пустынным улицам города в надежде успеть. Успеть, забрать и спрятать от всего мира… Оставался последний поворот, сердце билось в груди подобно подстреленной птице. Остановив машину неподалеку от предполагаемого места, он с трудом отцепил нервно вздрагивающие пальцы от руля и направился в объятия своей судьбе. Точно как во сне, Лань Ванцзи обнаружил свою пропажу, тихо сопящую на ветвях раскидистого дуба. Из груди вырвался вздох облегчения. Но теперь, стоя глухой ночью посреди закрытого парка и наблюдая за спящим на дереве человеком, он почувствовал себя несколько некомфортно. «Стоит ли разбудить его? Не напугает ли его мое появление? Как вообще объяснить сложившуюся ситуацию?» Размышления прервал резко поднявшийся ветер. Под действием настойчивого шелеста листвы и, возможно, слишком громких мыслей Лань Чжаня, веки любителя поспать под открытым небом затрепетали, и он проснулся. И теперь пара серых глаз сквозь массивную крону дерева настойчиво сверлила находящегося рядом с ним человека. По всей видимости, отходных путей уже не было. Поэтому, пытаясь выглядеть максимально дружелюбно, Ванцзи решил действовать. - Привет. - … - Я случайно проходил мимо и подумал, что тебе может понадобиться помощь… (Случайно проходил мимо? По закрытому парку в час ночи? Потрясающе, Ванцзи, продолжай в том же духе, и тебя тут же запишут в маньяки). Ответом была многозначительная тишина. И либо ночной сонуля всерьез обдумывал озвученную ранее мысль, либо до сих пор не пришел в себя, чтобы выдать вразумительный ответ. Ванцзи изо всех сил надеялся на второе, а потому решил дать некоторое время на обдумывание информации. - Привет. – Нерешительно произнесенное слово вселяло некоторую надежду. – Если честно, мне и правда не помещает помощь. – Внезапно в его голосе прорезались панические нотки. – Постой. Собаки. Тут были собаки. Огромные хищные твари с противным скрежетом зубов… - Собак больше нет. Тебе нечего бояться. Спускайся. – Низкий бархатный голос непроизвольно внушал непоколебимую уверенность. - Я… Я не могу. Не могу спуститься. Как забрался – не помню. А слезть обратно просто не в силах. - Хорошо. Тогда прыгай. Я тебя поймаю. Обещаю. Довериться неизвестному человеку, прыгая в темноту ночи, и надеяться на мягкое приземление – само по себе сомнительное удовольствие. Но в данном случае, когда помощи ждать больше неоткуда, других вариантов попросту не было. Поэтому, откинув все мучавшие его страхи, он прыгнул – и тут же был заключен в кольцо сильных рук. Первое мгновение, увидев вблизи свалившуюся на него практически с неба ношу, Ванцзи по наивности грешил на обман зрения. Но, чем больше деталей он подмечал, тем крепчала уверенность в том, что это даже не галлюцинация. - Вэй Усянь… - Едва уловимо, на выдохе произнес Ванцзи. - П... Профессор Лань? – Шок на лице парня можно было пощупать руками. Но, быстро справившись с удивлением, он выдал. – Как? Как вы здесь оказались? - Я же сказал, случайно. – И лишь небольшая искорка, в тот самый миг проскочившая в глазах цвета янтаря, и едва заметная ухмылка могли сказать об обратном. - Ясно. В общем… я хотел сказать… спасибо, профессор Лань. - Лань Чжань. - Что? - Учитывая, что вне университета мы сталкиваемся куда чаще, чем в его пределах, ты можешь звать меня по первому имени. К тому же, я не профессор, а всего лишь аспирант кафедры. - Оооо… Лааань Чжааань… Красиво… В таком случае, ты можешь звать меня Вэй Ином. – Мечтательная улыбка очертила лицо юноши, а в глазах заплясали донельзя веселые чертята. - Вэй Ин… Кто бы знал, что лишь от одной этой фразы обладатель имени, произнесенного низким чарующим голосом с какой-то невиданной нежностью, резко поперхнется воздухом и ощутит почву, уплывающую из-под ног…