Through our troubles

      Типичное утро. Типичные сборы в школу в одиночестве, потому что мама убежала на работу. Ей, конечно, недавно открытое кафе важнее, чем уже взрослый ребенок, так ей сказал Денис, и она решила поверить. Хотя каждое утро готовит Денису кушать и перед самым выходом поцелуем в лоб выводит из сна, в последнее время почему-то не очень крепкого. Казалось, мальчику пятнадцать лет, подобное должно восприниматься не очень хорошо, но Денис матери доверяет, потому ничего против не говорит, ему даже нравится.       Когда просыпается - сразу идет умываться и приглаживать волосы, которые давно отросли слишком сильно, но Денис все не может позвонить для записи в парикмахерскую. Потом с десяток минут лежит на кровати, залипая на короткие видео в известном приложении. Потом наконец идет кушать и собираться. Потом выходит из дома и пару минут шагает до остановки под звуки рока в наушниках, иногда достаточно активного, но сейчас больше вгоняющего в депрессию. Хорошо было, что новые наушники не только отлично звучали, но и хорошо закрывали уши от промозглого ноябрьского ветра. Не приходилось постоянно возвращаться за шапкой, которую парень забывал каждый день почти без исключений.       Затем на остановке парень ждал троллейбус. Именно шестой, потому что именно он в это время проходит здесь и идет точно до школы и потому что это один из двух оставшихся в городе маршрутов, иронично: сохранились первый и последний. Водители в их небольшом городке, которые обычно водят троллейбусы на этом маршруте, Дениса уже знают. Он с детства ездит один, а некоторых водителей и контролеров его мама лично просила приглядывать за сыном. Ехать ему шесть остановок, что не так уж много, тем более для их маленького города в белгородском пригороде. Парень уже привык добираться в одиночку. За час до школы мало кто из учеников вообще просыпается, не говоря уже о том, чтобы ехать на учебу. Но в этот раз кое-что изменилось.       В салон запрыгивает знакомая фигура, сразу движется к водителю, кажется, в припрыжку, подает карту для оплаты и пританцовывает под музыку, наверное, в наушниках-затычках. Затем хочет сесть на места прямо рядом с передней дверью, но бегло осматривая салон, видит в конце знакомое лицо. Теперь Денис понимает, что это не просто знакомый, а одноклассник, с которым они иногда перекидывались парой слов и вместе переписывали химию, Даня Сомов. Поймав на себе его взгляд, прячет глаза в телефоне, но Даня от этого не пропадает, и через пару секунд умещается прямо рядом. Одной рукой помещает рюкзак на колени, а второй вынимает из уха наушник.       - Привет! Ты всегда так рано? - спрашивает и смотрит внимательно, изучающе. Денису даже приходиться стянуть свои наушники с головы, чтобы продолжить диалог.       - Привет. Да. - отвечает тихо, но Даня не переспрашивает. Хочется спросить, почему человек, забегающий в кабинет обычно минут за десять до конца первого урока вместе с одноклассницей, сейчас едет на троллейбусе за час до звонка, но Денис не спрашивает, сам не знает почему.       - Ничего себе. - тянет одноклассник. Хочет уже уткнуться в телефон, но снова поворачивается к Денису через несколько секунд, когда тот уже успел надеть наушники. - А я сегодня вот с Аней поспорил, что приеду в школу первее нее. Встал пораньше, но не рассчитал. - Денис улыбается, а Даня, не дожидаясь реакции, продолжает. - Как ты понимаешь, с математикой у меня плохо. Зато я умею выигрывать! - усмехается сам со своей шутки, и наконец вставляет наушник в ухо, пока Денис выжидающе смотрит, не зная, будет ли диалог иметь продолжение. Понимает, что нет и наконец натягивает наушники.       В школу идут вместе. Даня иногда разбавляет тишины фразами типа “снег рановато выпал” и “вот бы самостоятельной не было”. Денис не понимал, по какому предмету самостоятельная должна быть, но наличие химии в расписании не предвещало ничего хорошего изначально. А еще Денису казалось, что из-за его молчания Дане не очень комфортно, поэтому тот надеялся, что они дойдут до школы даже быстрее, чем обычно. И кажется вот, финишная прямая, Даня уже несколько десятков секунд напряженно молчит, потому что не знает, что еще можно сказать, как вдруг останавливается, как вкопанный, прямо перед воротами школы.       - Чувак… - тянет Даня, и хлопает себя по лбу. - Я сменку забыл! - издает стон и вздыхает, предвещая возвращение. Действительно, в их школе без сменной обуви ходит только Денис, потому что появляется раньше проверяющих, и Сева Фёдоров, который этих проверяющих, цитата, “на хую вертел”. Денис усмехается, и наконец подает голос.       - Не переживай, пройдем. - и поднимает немного ногу, как-бы показывая, что сам сейчас в кроссовках, которые вряд ли поменяет на что-то другое.       - Как? Мимо Александры Дмитриевны? - Даня, похоже, запомнил график дежурства завучей, потому что именно с ними ходил писать объяснительные за опоздания.       - Пойдем. - Денис не хочет раскрывать секреты сразу, потому просто кивает головой в сторону школы и улыбается. Не говорить же, что там внутри кроме них нет даже гардербщицы?       Даня действительно удивлен тем, какой пустой выглядит школа. И какой темной. Оглядывается вокруг, а в голове, наверное, диссонанс от того, что пусто, будто урок уже начался, а темно так, как было после шестого урока во второй смене. А ведь сейчас утро.       - Вот видишь, никого нет. - улыбается Денис, когда Даня боязливо оглядывается, пропуская переобувание.       - И всегда так? - спрашивает светловолосый, поправляя пиджак. - Ты поэтому так рано приходишь?       - Ну, не совсем поэтому, на самом деле потому, что просыпаюсь рано. Ну и комфортнее так. - Денис берет свои вещи в охапку и направляется к гардеробу вместе с Даней.       - Понятно. - отвечает, и замолкает, продолжая листать что-то в телефоне.       До кабинета идут молча, Денис не знает, о чем говорить, а Даня, наверное, знает, но разговаривать не спешит. Денис даже успел подумать, что Даня разместится за одной с Денисом партой, но тот проходит дальше, занимая четвертую на том же ряду. Любой другой человек расстроился бы, но Денис к этому привык. Даже не стал пытаться продолжить диалог или какой угодно контакт. Просто уткнулся в телефон так же, как Даня двумя партами дальше.

***

      Уроки Денис вновь провел один. Учеников в классе и так было не очень много, поэтому тот списывал все на наличие других свободных мест, хотя в глубине души всегда знал, что просто недостаточно хорошо общается хотя бы с кем-то, чтобы к нему сели по собственной воле. Историю с одним из лучших учителей по средам называли “затишьем перед бурей”. После нее шла химия, которая длилась всего сорок минут, но по ощущениям шла несколько часов. За это время успевали похудеть от переживаний, и даже переварить все то, что успели наесть в столовой на перемене перед уроком. Многие именно в среду не ходили в столовую вообще, готовясь к уроку, например Алиса, которая уткнулась в учебник химии двумя уроками ранее.       Денис поступил по ситуации и неторопливо направился в столовую. Он не был двоечником, скорее умеренным хорошистом, из двадцати трех человек в классе он был тринадцатым в рейтинге, но понимал, что сколько учебник по химии взглядом не сверлить, на понятный русский язык он не переведется. Лучше хорошо покушать, чем сидеть с урчащим животом, который химичку только раззадорит. Денис уже успел повернуть в столовую, и в холле перед ней обратить внимание, что теперь на верхней позиции рейтинга Сева, а не Аня, как вдруг среди шума услышал гитарную музыку. Сначала подумал - показалось, но аккорд повторились вновь, после чего зафонили колонки, звук резко усилился, чем вызвал недовольство проходящих, а после так же резко затих. Стало интересно, что же все таки происходит. Звук мог идти из кабинета секретаря, из школьного туалета для младших классов, и из школьного музея. Денис думал проверить еще и переход между школой и спортивным залом, но увидел, что вечно закрытый школьный музей теперь открыт, а внутри горит свет. Отсюда не было видно, но подойдя ближе, стало понятнее. Внутри сидел один из старшеклассников, вроде как Ваня, его Денис видел в школьном совете. Он держал в руках гитару и чего-то ждал, обернувшись к каморке. Внутри нее копошились, потом что-то вдруг упало, и оттуда выпрыгнул Даня, тоже с гитарой и, вроде как, проводами.       - Вот, какие есть. - выкладывает перед Ваней.       - Эти нерабочие. - отвечает парень и кривит лицо.       - Ну а что я сделаю? Куплю новый, когда деньги будут. - Даня вздыхает и плюхается на стул рядом. Поворачивает голову, и неожиданно замечает Дениса. - Ты чего?       - Ничего. - быстро отвечает парень, и спешит укрыться в столовой от необходимости объяснять свое присутствие.              

***

             Затем была многострадальная химия, которую Денис про себя называл “борьба за выживание”, и очень с этого смеялся. Затем физика, которая не была спасением, потому что Денис все еще ничего почти не понимал, но была передышкой, потому что учитель хотя бы не ставил два и три за одно произнесенное слово. Потом, будто глотком воздуха, в расписании стояла литература. Королев вел у них шесть уроков в неделю, и ко всему прочему был классным руководителем, поэтому на последнем уроке в среду предпочитал помиловать учеников и проверять тетради. Хотя дети списывали это на общую усталость, все понимали, что урок не проводят просто потому что Виталий Максимович не может заставить девятиклассников послушать его хотя бы несколько минут.       Денис никогда не был тем, кто нарушает дисциплину, потому предпочитал поспать. Этому сильно мешал Сева, который последнюю четверть облюбовал третью парту третьего ряда вместе с Ульяной. Ульяна вела себя… странно, но тихо. Сева вел себя так, будто это его последний шанс для разговоров и движений, будто дальше все тело онемеет и он больше не сможет шевелиться. По хорошему нужно сказать об этом учителю, но Денис слишком устал, чтобы мыслить, как хорошо, а как плохо. Парень просто положил голову на парту и надел наушники, ожидая окончания урока.       После него парень направился вниз, в холл, чтобы подождать полчаса до дополнительных курсов. По средам та самая учительница истории вела у них «олимпиадное обществознание», которое должно было помогать в написании этапов всероссийской олимпиады, но пока помогало только забить мозги различными правовыми ситуациями и статьями. Денис уже привык, что эти полчаса проведет также, как и почти всю жизнь с момента покупки наушников, но рядом с ним вдруг оказались куртки, брошенные Даней и Валей.       - Ден, пойдешь в магаз? - говорит Сомов, любящий сокращать слова. Денис сначала даже не понял, что обращаются к нему. - Ты же на общагу ходишь, да? - проницательности Дани стоит только позавидовать, он запомнил того, кто уже третий месяц ходит с ним на одни и те же занятия.       - Пошли, поесть купим. - вступает в диалог Валентина, и у Дениса не остаётся никакого шанса отказаться.       - Только я куртку возьму.       Оказывается, с одноклассниками есть, о чем поговорить. Денис всегда считал себя недостойным, всегда думал, что общение с ним - тяжесть и даже больше - что-то невозможное, но оказалось это не так. Даня, попытавшись завести разговор о ком-то из школы понял провал идеи, и заговорил о музыке. А потом оказалось, что все трое слушают почти одно и тоже. Только Валя фанатом зарубежного рока не была, и Денис впервые почувствовал, какого это, быть главным собеседником. На занятии сели непривычно рядом. Хотя разговаривать не приходилось за исключением работы в группах, но сам факт того, что Дениса позвали сесть рядом уже сам по себе приятно грел душу.       Но ничего большего Денис не ждал. По окончании занятия просто встал, собрал вещи, и обратив внимание, что Даня и Валя подошли что-то спросить, просто ушел. Куртки на дополнительных они брали прямо в кабинеты, поэтому Денис даже в гардеробе не задержался. Дорога из школы к остановке совсем не длинная, но преодолев ее в наушниках, Денис совсем не подумал о том, что кто-то сейчас может его искать. Даже спустя десять минут ожидания троллейбуса никто не подошел, кроме самого троллейбуса. С этим повезло, сегодня Денис поедет на новой, недавно привезенной из регионального центра машине.       Даже когда заходил в троллейбус, не посмотрел по сторонам, поэтому не сказал водителю немного подождать. Справедливости ради даже если бы посмотрел - не сказал бы, потому что напрягать никого не хочет и потому что легче промолчать. А тем временем, когда парень уже устроился, троллейбус вдруг резко остановился и открыл двери. В салон забежал запыхавшийся паренек, который, подойдя к водителю на выдохе говорит слова благодарности. Затем парень переводит взгляд и плюхается рядом с Денисом прямо как тогда, утром.       - Не ожидал? - спрашивает Сомов, поудобнее утраиваясь и поправляя куртку.       - Нет. - улыбается скромно Денис.       Хотя диалог, разгоревшийся по пути в магазин, так и не повторился, Денис рад был уже тому, что с ним вообще говорят. Даже тому, что Даня показывает смешные видео на телефоне, не спрашивая, хочет ли Денис посмотреть. Мысли о том, что Денис Дане неприятен не пропадали, но радость от того, что Даня проявил интерес затмевала и их. В пустую надеяться не хотелось, но почему то весь остаток дня Денис провел в мечтах. О том, как завтра снова встретит Даню, как они снова поедут вместе, как потом, возможно, Даня даже сядет к нему на уроках, чтобы поговорить или рассказать что-то о музыкальной группе. Но на второй после дома Дениса остановке никто в троллейбус не зашел. В школе было привычно пусто, в кабинете тоже, как будто никого не было довольно долго. Ощущение, что все покинули не только Дениса, но и все здание школы. Потом начали приходить ученики. Вчера Денис не обратил внимания, но сегодня вновь стал изучать окружающих с неподдельным интересом. Вот Сева запрыгивает в кабинет, чересчур активный, кидает вещи на парту и достаёт под, не стесняясь курить прямо в классе. Вот почти сразу следом появляются Алиса и Ульяна, спрашивая «Ты специально убежал?», и размещаясь на самой последней парте этого ряда. После заходит остальная часть одноклассников, кто группами, успев встретиться в коридоре, кто, не успев, по одиночке. Все занимают привычные места, оставляя четвертую парту третьего ряда пустой, будто так и должно быть.       Звенит звонок. В классе появляется Виталий Максимович, сразу включает ноутбук, пока дети успокаиваются, неловко говорит «садитесь, урок начинается», но не может концентрироваться на двух вещах одновременно. Проводит перекличку, даже не упоминая Сомова и Румянцеву, прекрасно зная, что они придут, просто точно не сейчас. И правда, когда Виталий Максимович уже разбирает третье задание из экзамена базового уровня, дверь кабинета распахивается, и в класс влетают запыхавшиеся дети. Даня, как обычно, в рубашке и брюках, потому что так безопаснее всего, Аня, желая выделиться, в кружевном свитере и тоже строгих брюках, чтобы Анна Дмитриевна не позвонила родителям. Пришедшие извиняются за опоздание, Королев приглашает их войти и дает Ане отдельный вариант, углубленный. Иногда казалось, что не будь в их школе обязательных четвертных экзаменов, жить было бы проще, и проще было бы готовиться к ОГЭ.

***

      - Вообще он стеснительный такой, мне его даже жаль. - говорит Алиса, протягивая руку, чтобы забрать недавно купленный под обратно. - Дети его совсем не слушают. Ладно мы, но маленькие…       - Соглашусь. - Аня дописывала таблицу по истории на подоконнике, держа три вещи в двух руках. - Но с другой стороны ему нужно учиться быть увереннее, никто помогать не обязан. - останавливает речь, чтобы переписать пару слов. - И все таки он красавчик.       - Ага. - поддакивает Алиса. - Ну ты там скоро? За нами скоро Севу пошлют. - сарказм подобного рода был смешным лишь потому, что был правдоподобен. Сева действительно мог зайти сюда без всякого стеснения.       - Да все, сейчас, точку поставлю. - девушка пробегает глазами по таблице и наконец захлопывание тетрадь. - Пошли. - но вместо выдвижения протягивает руку. Алиса закатывает глаза и достаёт из кармана заветное приспособление. Но ничего не говорит, лишь терпеливо ждёт.       - Теперь пошли.       Девушки выходят из туалета, захлопнув дверь, чтобы не вызывать гнева у других там сидящих, и направляются прямо к своему кабинету. Обе молчат, ведь осталось пережить последний урок, значит Аня отправится на олимпиадный русский язык, а Алиса пойдет домой, на свой законный и единственный выходной. Когда Алиса хочет уже дернуть дверную ручку, Аню кто-то зовёт, и из холла показывается Александра Дмитриевна собственной персоной.       - Ань, подожди. - из-за возраста она общается с детьми так, будто они друзья, но так лишь кажется на первый взгляд.       - Да, что такое? - Аня поворачивает голову, Алиса тоже застывает, желая послушать разговор.       - Алис, иди на урок, я Аню вам верну. - девушки переглядываются, Алиса забирает тетрадь, и скрывается за дверью кабинета. - Пойдем со мной, поговорить надо.       Сердце ушло в пятки. В прошлый раз именно с такими словами в кабинет завуча уводили Ульяну, которой предъявили за курение в стенах гимназии, позвонили ее родителям, а именно матери, а после Ульяна осталась без средств к существованию на две недели. Нужно было срочно что-то решать, но никакие идеи в голову не приходили, а кабинет все приближался и приближался. Каждый шаг увеличивал ощущение проблемы, и к самой двери уже казалось, что Аню не просто убьют, а минимум запрут дома и оставят без дополнительных занятий, что в школе означало падение среднего балла, проигрыш Севе в этой четверти, отсутствие грамоты за первое место в параллели и…       - Проходи, садись, сейчас кое-то обсудим. - Аня на секунду забыла, как дышать. В кабинете сидел Королев. Это ведь значит, что и его приплели в разборки, так? Что вот сейчас она сядет, а Александра Дмитриевна скажет: «ваша ученица курит, что делать будем?». Но Аня садится, выбора нет. - Ну что, ты сочинения хорошо пишешь?       У Румянцевой как камень с души упал. Наверное было заметно, с каким облегчением она выдохнула, но девушка решила, что все слишком хорошо обошлось для того, чтобы заострять внимание на реакции остальных.       - Ну, вроде того, хотя я больше изучаю лингвистику и литературу. - отвечает девушка.       - Смотри, тут у нас конкурс, «Живое слово» называется. Нужно написать сочинение-рассуждение на одну из тем. - женщина протянула список.       - А разве «Живое слово» не про стихи? - спрашивает Аня, внимательно изучая темы.       - Да, но в этом году в регламенте и это появилось. - подаёт голос Королев, до этого перебиравший пальцы на сидении рядом.       - Тогда буду про любовь писать! - Аня воодушевилась. Судя по обстановке ее руководителем будет Королев, значит наверняка должен понять, о чем девушка пытается сказать в сочинении. Точно поймёт, он же не глупый.       - Ты уверена, Аня? Это довольно сложная тема… - но Виталий Максимович не успевает договорить.       - Ничего, справится. - перебивает Александра Дмитриевна. - Ну, все, решили, а теперь марш на урок! - Аня и Королев переглянулись.       - Может прямо сейчас начнём работу? Осталось ведь совсем немного времени. - говорит, неожиданно даже для самого себя, Королев, а Александра Дмитриевна также неожиданно кивает.       - Ну, идите, поищите свободный кабинет.

***

      Когда за минуту до звонка Аня шла к кабинету, где все это время проходил урок истории, на лице искрилась улыбка. Хотя девушка и была слишком серьезной, хотя зачастую старалась проверять все и никогда не доверяла ничему, кроме собственных доводов, что-то подсказывало, что реальной целью этого занятия было вовсе не подготовка сочинения. Когда девушка заходит в кабинет, все уже собирают вещи. Даня смотрит на нее, усмехается и роняет сумку, которую успел собрать.       - Ну что, как прошло свидание? - усмехается Даня, пока Аня замахивается на него сумкой.       - Тебе кто мои вещи разрешал трогать? - говорить вроде грозно, но в сумку лезет не ради проверки сохранности, а чтобы отыскать сигареты. Алиса подходит, но ничего не говорит, просто в ожидании стоит рядом.       - Пойдем Дениса догоним? - предлагает Даня, девушки пару секунд спустя соглашаются.       Шли до остановки вместе, провожая Даню и Дениса. Ане не было смысла ехать домой, чтобы сразу же поехать обратно на дополнительные. Оказавшись на остановке, девочки проследовали в ближайший двор, располагаясь на лавочке, чтобы после Алиса ушла домой, а Аня - в школу на олимпиадные занятия.