Последний курс

Зима утром выглядит прекрасно. Тёмное небо, где не видно звёзд и Луны из-за облаков. Ещё не наступил рассвет и на улицах горят фонарные столбы. Снег попадает под жёлто-оранжевый свет, делая белые хлопья слегка золотистыми. На стекле окна появились полупрозрачные причудливые узоры и цветы с необычными лепестками. Волшебные рисунки, оставленные морозом. Снег идет, не прекращаясь уже больше недели. Сугробы за последние дни стали раза, наверное, в два больше, а ветки деревьев стали тяжелее из-за холодной перины. О солнышке можно только мечтать. Как минимум до марта, если не до апреля… Комната окутана приятным мраком. На кровати спят две фигуры. Мун за ночь завладел всем одеялом, точнее Сан сам его отдал в плен, пока ворочался. Сейчас блондин закинул руки и ноги на парня, а голову положил на плечо. Темноволосый приобнимает рукой, на которой расположилась голова Яркова. Уже неделю Санрайз живёт у Воскресенских. Все эти семь дней искал квартиру. И так понятно, что ещё не нашёл. Подходящие варианты или давно сдаются другим, или находятся далеко от института. Последние дня два из телефона не вылезал. Хотел быстрее съехать, чтобы не стеснять Муна и Валасия. Что можно сказать об этих двоих… Муну в радость, что Сан с ними живёт; Валасию все равно было с самого начала, главное чтобы не наставляли и не мешали. И дабы Яркову не казалось, что сидит на шее у Воскресенского, помогал с делами по дому и продукты покупал. Если обсудить парочку моментов, то могут жить втроём. Это и хочет предложить брюнет последние дня два, только на него не обращали внимание. С братом перед этим поговорил, он не против. Точнее сказал: «Делайте, что хотите. Просто мне не мешайте. Будете трахаться: или когда меня нет дома, или делайте это тише.». На этом и договорились. Постепенно Сан стал просыпаться. Ресницы подрагивают в попытках разлепить веки. Мун продолжал ровно дышать и, кажется, что вставать вообще не собирается. Парень промычал и лег на спину, голова продолжала оставаться на плече. Рука потянулась к светильнику. Темноту разрезал свет от лампы. Ещё она неприятно резала глаза. Мун состроил недовольную мину и отвернулся от назойливого света, укрываясь с головой одеялом. Повёл плечом, разминая его. Сан за ночь отлежал это место, и теперь оно болит. Тем временем сам Ярков сел на край постели, потерев глаза. Оглянулся на фигуру, завернутую в ткань. — Встаём. — сонно произнёс Сан, зевнув. — Не хочу. — буркнул Мун, перевернувшись на другой бок. Сейчас оба выглядят вяло. — Я тоже не хочу, а надо. Подъём. — блондин лег на живот, опираясь локтями в матрас. Ладони стянули немного одеяла. Воскресенский приоткрыл глаза и тут же закрыл их. — Встава-а-ай. — протянул Ярков. Мун что-то буркнул, но блондин не смог разобрать, что конкретно. Наверное, что вставать не хочет. Тогда решил применить запретное оружие, если по-хорошему не хочет просыпаться. Рывком забрал одеяло. Точнее сколько смог, но и добытого достаточно. Ладони светловолосого забрались под чёрную ткань футболки и легли на рёбра. Меньше чем через минуту раздался нервный смех и попытки отбиться. Воскресенскому неприятна щекотка. — Всё-всё, хватит! — выдавил из себя парень. — Встану я, только прекрати! У блондина не было намерения мучить Муна, поэтому остановился. Руки вытащил из-под футболки и сел коленями на кровать. Воскресенский принял вертикальное положение, в попытках отдышаться. Сан обнял за шею парня и оставил несколько поцелуев на щеке, виски и уголке губ. Мун развернул голову и резко поддался вперёд, блондин из сидящего положения перешёл в лежачие. Холодные пальцы коснулись щеки, спускаясь к шее и к ключицам. Он склонился, оставив буквально пару миллиметров от губ Яркова. Дразнит поцелуем. Сан тяжело вздохнул и на секунду задержал дыхание. Жалобно промычал и Мун расплылся в хитрой улыбке. Наклонился ещё ближе, блондин положил ладони на скулы парня и только хотел коснуться губ своими, но его опередили. Кратко чмокнул в веснушчатую переносицу, и Воскресенский резво выпрямился, а после вступил на пол. Забрал очки с тумбы, надевая их, и покинул комнату. Сан остался пялиться в потолок с зависшими руками в воздухе. Поднялся на локти, посмотрев в спину Муна, который скрылся в темноте ванной комнаты. Поджав губы, поднялся с кровати и надел тапки. Подошёл к окну, одёрнув шторы в разные стороны. Красивый орнамент из инея на стекле и восхитительный пейзаж зимы. Природа прекрасная, а вот погода беснуется. Зима-матушка не жалеет. Последовал обречённый выдох и пошёл в ванную, чтобы умыться и зубы почистить. Да и в принципе собраться надо в темпе, чтобы на репетиции не опоздать. *** Всё же зима прекрасное время года, хоть бывают жуткие морозы. Сан любит еë за красивые пейзажи, даже парочку успел отразить в листах скетчбука. Зябко передернул плечами, всё же ненавидит это время года за холод. Но скоро, буквально через две недели, весна. Станет теплее, снег растает и всё начнёт зеленеть. Уже заприметил местечко в одном парке, которое хочет нарисовать весной, когда на деревьях будет листва. И хочет непросто выделить место в блокноте, а отразить пейзаж на холсте красками. Давно в таком формате не рисовал. Даже «давно» мягко сказано. В последний раз это было лет в шестнадцать, то есть шесть лет назад. Уже отвык от кисточки и красок, но ничего не помешает вспомнить. Снег хрустит под ногами, а прошлые следы от ботинок постепенно засыпает холодным порошком. Незамысловатые разговоры. Вспоминая первые дни, когда между Саном и Валасием была неловкость. Немного не верится, что сейчас они свободно общаются. Они в принципе стали хорошо общаться, Воскресенский теперь не смотрит на него, как на пустое место. Иногда они что-то обсуждают, а Мун сидит и смотрит на них, словно третий лишний. Весело у них деньки проходят. Сейчас они разошлись по учебным заведениям: Валасий в школу, Мун и Санрайз в институт. — Ты пока иди, а я в курилку отойду. — Воскресенский достал из сумки сигареты. — Ладно. — Ярков сделал несколько шагов к лестнице и поднялся к двери. Внутри сел на скамью, расстегнув куртку и сняв шапку. В здании тепло и светло. Глаза метнулись к окнам. Тёмное небо и белая пыль. Взгляд ушёл в сторону коридоров. Студенты проходят группами и парами, расходясь по кабинетам. Теперь зрачки забегали по стенам. Бледно-жёлтая краска покрывала их, ещё висят стенды с какими-то изображениями, белые колоны от пола до потолка, огромная люстра угрожающе висит, как будто в любой момент может упасть. В зимней куртке стало жарко. Снял еë, ещё размотал шарф. Как обычно, оставил в гардеробе и вернулся на скамью. Вот и Мун зашёл. По-быстрому снял верхнюю одежду, оставил и они направились в танцевальный зал. Они там репетируют, так как актовый пока занимают актёры-кукольники. — Ты квартиру нашёл? — после нескольких минут молчания Мун прервал еë своим вопросом. — Пока нет, но я обещаю найти еë к следующим выходным и съехать. — Сан протараторил предложение на одном дыхании, после поджав губы. — У меня к тебе есть предложение получше. — выдержав несколько секундную паузу, продолжил этот любить интриг. — Может, продолжим жить вместе? — В смысле? — блондин изумлённо вытаращился на него. — А Валасий? — А что Лися? Он не против. — Мун пропустил Яркова первым и зашёл в зал после него. — И каков твой ответ? — Сан! — парня окликнул одногруппник. — Я хотел прорепетировать и обсудить совместные сцены. Можем сделать это сейчас? — Вернер неловко улыбнулся, зарываясь ладонью в волосах. Они с Санрайзом в хороших отношениях (Почти со всеми блондин имеет хорошие отношения). Если бы чаще общались, могли и до дружеских дотянуть. — Конечно. — Ярков сменил удивление на лице после слов Муна на улыбку. — Муни, я подумаю над твоим предложением и позже отвечу, хорошо? — Ладно. — Мун развернулся и подошёл к Бонни, усаживаясь рядом с ним на полу. — Можешь подождать несколько минут, пока я сценарий в хронологическом порядке соберу? У меня вчера с листов скрепка слетела и они, когда упали, перемешались. — Давай я тебе помогу. — Остин и Ярков сели под станки, возле батареи. — Не стоит. Я сам справлюсь. — из рюкзака выудил сценарий. Он начал искать первую страничку в этой куче листов. — Как знаешь. — Вернер посмотрел через зеркало на Воскресенского, который с Калверым что-то активно обсуждал. — А вы с Муном в достаточно хороших отношениях. Как ты с этим угрюмым общаешься? — Отлично общаемся. Что-то не так? — поднял зелёные глаза на секунду и вернулся к разложению листов. — Просто ты такой общительный и жизнерадостный, а он вечно с каменным выражением лица. — парень достал из сумки свой сценарий и посмотрел на титульный лист. — А вы с ним друзья или… Вы встречаетесь? — вопрос неуместный, но всё же слетел с губ Вернера. — С чего вывод про отношения? — Сан сделал глубокий вдох, пытаясь не показывать волнение. — Вы всегда вместе. Ходите, сидите и подозреваю, что вне учёбы тоже неразлучны. Замечал, что во время перемен куда-то уходите. И ещё ты только что назвал его «Муни». — паника, что их могут раскрыть, нарастала у парня. Лицом пытался показать спокойствие, а вот руки стала пробивать мелкая дрожь. — Я многих ласково называю. После учёбы видимся, но не только вдвоём. Чаще компанией. — скрепил небольшие блоки бумаги степлером, который валялся на дне рюкзака. — Мы с Муном в дружеских отношениях. — Прости за этот вопрос. — виновато посмотрел на блондина. Тот только рукой махнул, мол: «Ничего страшного.». — Потом надо будет сшить, чтобы больше не заниматься сортировкой. — пролистал блоки, проверяя порядок страниц. — У тебя руки дрожат. — Вернер подметил это, опустив взгляд на ладони. Руки дрожали ещё из-за волнения. — Здесь просто прохладно. Сбегаю за кофтой. — намеревался подняться, но его остановили, удержав за запястье. — Предлагаю не тратить время. Просто возьми мою и приступим к делу. — парень достал из-под сумки скомканную кофту. — Спасибо. — накинул на плечи, и они поднялись для отыгрывания сцен. Санрайз посмотрел через зеркало на ребят. Мун заметил взгляд на себе. Немного повернулся в его стороны, и уголки губ выразили лёгкую улыбку. Красные глаза окинули парня. Остановившись на кофте, вскинул бровь. Сан слегка пожал плечами. Они обменялись взглядами в последний раз и завершили свой короткий и немой диалог. *** — Держи. — в руках парня было две кружки с горячим чаем, одну протянул Сану. — Спасибо. — ручку обхватил кулаком. Вдохнул сладкий аромат фруктов и подул на напиток. Сделал глоток. Сладость ощутилась на языке. — Ты мог немного вздремнуть перед работой. Не высыпаешься ведь совсем. — Ничего. Не помру. — Мун положил голову на плечо Яркова и отпил чай. — Я хочу с тобой время провести. — Мы можем сделать это на выходных, когда ты выспишься и будешь отдохнувшим. — кружку передал в другую рука, а освободившееся легла на тёмные волосы и стала поглаживать. — И на выходных, и сейчас. — поставил посуду на столик перед диваном, чтоб он немного остыл, и обнял за талию Сана. — А где Валасий? — блондин перебирал пальцами волосы, иногда накручивал белую прядь на перст. Не убирая ладони из волос, поставил кружку на столик. — На тренировке по баскетболу. — Сан снял очки с Муна. Держал за дужки, потому что по рукам получит, если будет держать за линзы. Проходили такое. Он повертел их в руках и после положил на столик возле кружек. — Вы сегодня весь день с Вернером репетировали. — Ревнуешь? — Воскресенский выпрямился, а Ярков посмотрел ему в глаза. — Нет. Просто хотел поинтересоваться, были ли исправления в ваших сценах. — Сан выгнул бровь и приблизился к лицу Муна. Локтем упёрся в спинку дивана и подпер щеку кулаком. Зеленые глаза смотрели проницательно. — Ладно. Немного ревную. — блондин сузил глаза и усмехнулся. — Правда, немного. Другого от меня не услышишь. Как бы не смотрел своими хитрыми и проницательными глазками. — Хе-хе-хе. — слетел тихий смешок. — Нет, мы ничего не меняли. Всё и так идеально. — помолчал немного и продолжил. — Мы договорились в воскресенье у него собраться для репетиции. Это днём будет, а вечером я весь твой. — не посчитал нужным ещё говорить про вопрос Вернера. — Хорошо. Да и у меня дела днём будут. — Какие? — К врачу съездить и на кладбище. — он прищурился, посмотрев за спину парня. Сан развернулся, взгляд упёрся в пустующую стену. — И фотографии надо обратно повесить. — А ты как видишь? — В смысле как? Глазами, наверное. — Нет. Не так выразил мысль. На какой границе видишь размыто? — Вот так. — Мун вытянул руку, и палец лёг посередине предплечья. — Концы пальцев уже немного размываются. — Всё же не улучшилось? — По всей видимости, да. — Ярков выпрямился и положил ладони на щёки парня. Большими пальцами провёл по синякам под глазами, после указательным по шраму на виске. В разуме всплыли тучные воспоминания. — Я тогда испугался, когда ты на звонки не отвечал. — Сан обнял Муна, крепко сжимая. Как будто парень куда-то уйдёт или исчезнет. — А потом новость о твоей «смерти»… — Это было больше двух месяцев назад. Сейчас всё хорошо. — Воскресенский ответно обнял, гладя по спине. — Я живой и уже здоровый. Повезло, что пострадал несильно и быстро восстановился. Дальше у нас будут хорошие воспоминания. Блондин выпрямился, но не выпустил из объятий. Лучезарно улыбнулся. Даже волосы за уши заправил, чтобы Мун видел эту улыбку. Ладонь прошлась вдоль позвоночника к волосам, зарываясь в золотых прядях. Губы растянулись в доброй ухмылке. Сердце затрепетало. Это чувство как будто вернуло в прошлое, когда они только начали что-то испытывать друг другу. Кажется, что это было всё вчера. Это только начало, а что же будет дальше… Ладонь Муна надавила на затылок, и Сан поддался, приблизившись. Поцелуй сначала был почти невесомым, переходя в напористый. У обоих сердцебиение участилось. Дыхание сбилось. Снова заставляет Воскресенский испытать разную гамму эмоций. Приятная и горячая истома, которая появляется только с Муном. Язык со штангой в ней прошёл между губ. Прошёлся по языку парня, по нëбу, что шарик украшения стучит по внутренней стороне зубов. Они не заметили, что замок щелкнул пару раз и потом раздался хлопок двери. Ничего в данный момент не имело значения, кроме друг друга. — Опа, а чем это вы тут занимаетесь? — послышался голос юноши со стороны коридора. Парни тут же разорвали поцелуй и посмотрели на Валасия, который усмехался вовсю. Сан отвернулся и уткнулся в ключицу, чтобы скрыть покрасневшие щеки. Эта область и кончики ушей горели ярым огнём смущения. Мун оставался спокойным, дыхание тоже пытается вернуться в безмятежное состояние. Немного прищурился, чтобы фигура брата стала чётче. На секунду красные глаза метнулись на столик рядом. Вернул взгляд на Валасия, а рукой потянулся к очкам. Надев оптику, потянулся за кружкой с остывшим чаем. — Чай пьём. — приподнял кружку в знак убедительности и глотнул напиток. Несильно остыл, немного тепла ещё есть. — Ага-ага. Видел, как вы чай пили. — Валасий разлохматил чёлку и направился в свою комнату. — Ты чего так рано, балбес? — Мун проводил его взглядом и спросил, не оборачиваясь. — А что помешал? Было бы более интересное продолжение? — всё же Воскресенский посмотрел на него слегка неодобрительным взглядом. — Тренировка раньше закончилась. — после ответа ушёл к себе в комнату. Ярков оторвал нос от ключицы и поднял глаза на Муна. Щеки вернулись в прежний оттенок, только слегка припекали. Воскресенский потрепал его по волосам и заключил в объятия. Ладонь Сана легла на грудь с левой стороны. Под пальцами ощущалось биение сердца. Нежности прервал тот же самый человек. Валасий. Он прошёл на кухню, быстро сделал себе чай и подошёл к парням. Плюхнулся на диван рядом с ними. Предложил включить что-нибудь на телевизоре. Первым оказались новости, а второе уже фильмом. И довольно интересный, стоить признать. Вот они и погрузились в просмотр, а через пару часов Мун уехал на работу, Валасий ушёл домашнюю работу делать, а Сан размышлял о предложении Воскресенского.