Последний курс

Сегодня в актовом зале была более напряжённая атмосфера, чем обычно. Не было привычного шума. Каждый занимался делом. Кто-то повторял текст, кто-то на сцене прогонял некоторые сцены, кто-то дорабатывал костюм. Ребята сидели на излюбленных местах. Все уткнулись в свои листы, повторяя реплики перед генеральной репетицией. Были уже в костюмах, но без грима. На это время нужно, а его столько нет. Бонни положил листы на колени и потянулся. — Как у вас дела идут? — он отложил сценарий на другое сиденье и наклонился вперёд, сложив руки на спинке сиденья. — Как обычно. — Мун повернул к нему голову. — А должно что-то измениться? — Нет. Просто интересуюсь. Я не могу уже смотреть на этот текст. — Я тебя понимаю. Тошно становится от всего этого. — Воскресенский отбросил сценарий на сумки. — Скорей бы сдать и диплом получить. — А кому-то раньше нравилось учиться. Пахал чуть ли не за всё группу и был лучшим студентом. — язвительно сказал Монти. — Ну, про «пахать» мы опустим. А вот ту планку «лучшего студента» я до сих пор держу. Просто не выкладываюсь на все сто процентов. — Мун развернулся к другу и сразу же отвернулся. — И вообще не смотри на меня, пока ты в этом парике. — Да что ты докопался до парика?! Нормальный же! — Гатор пригладил темные искусственные волосы. — Я когда тебя в нём вижу, не знаю, что делать. Плакать или ржать с тебя. — после задумчиво добавил, также не смотря на друга. — Или плакать со смеху. — Ой, тебе напомнить твою слишком короткую стрижку, похожую на горшок? — потянулся в карман за телефон, чтобы найти фото этой причёски. — Как я могу забыть такой кошмар? — Мун закатил глаза. — Сейчас, секунду. — Монти быстро листал галерею. — Не надо. Я всё прекрасно помню. — Нет-нет. Надо, я хочу посмотреть. — Сан всё это время слушал разговоры, параллельно повторяя текст. Но когда Монти заговорил про стрижку Муна, то стало интересно. — Нашёл. — Монти старался сдержать смех. — Покажи! — Ярков привстал со своего места, от чего сценарий упал с колен на пол, и потянулся через Муна к Монти. Гатор развернул экран телефона. Бонни нарочно тоже заглянул. Оба старались сдержать смех. — Мы тоже хотим посмотреть. — Роксана слегка ударила Гатора ладонью. Чика в нетерпении приблизилась. Когда им показали фото, они тоже старались сдержать смех. Всем весело, кроме Муна. У него начало подёргиваться нижнее веко. Стыдно не было за неудачную причёску в прошлом. — Видимо, после неудачного опыта ты стал отращивать волосы. — Бонни тихо рассмеялся. — Нет. До этого мне было лень идти в парикмахерскую, а сейчас уже привык к такой длине. — раздражённо сказал и уткнулся в сценарий. — Не будь таким серьёзным. — Сан сложил свои ладони у него на плече и положил на них голову. Он посмеивался. — Зато сейчас всё прекрасно. — намотал прядь волос на кончик пальца. — Вы вообще волнуетесь перед спектаклем? — спросила Чика, когда успокоилась. Мун и Бонни ответили кратко. Просто отрицательно покачал головой. — Есть такое. Как можно не нервничать перед важным экзаменом? — после Монти указал рукой на Бонни и Муна. — Мы опустим этих бесчувственных сухарей. — Воскресенский ничего не сказал, только покачал головой. — Очень удивлён, что это говоришь ты. — Бонни вскинул брови. — Для меня это просто ещё один этап жизни. Если и провалишь, то жизнь не кончится. — А никто не говорит, что если завалить, то поведут на эшафот. Но важности это не отнимает. — сказал Гатор. — Скинь мне то фото. После него меня уже ничего не волнует, лучшее успокоительное. — Роксана заулыбалась. — Точно, никакая валерьянка не сравнится. — Чика захихикала. — Даже легче стало. А то от этого всего голова пухнет. — Ну, ещё немного осталось. — Сан старался оставаться оптимистом, но у самого скоро сдадут нервы. Мысль, что уже завтра спектакль и всё, немного успокаивала. Всегда эти экзамены мотают нервы. — Кстати. Не хотели бы после вручения дипломов вечером где-нибудь посидеть? Посидим в последний раз, а то когда мы сможем всем составом собраться? — предложила Чика. — Ну, почему в последний? Предпоследний. Мы же ещё на природу собрались. — Не прикапывайся к словам, Бонни. — девушка метнула в него ручку. — И так что думаете? — Я лично не против. Монти тоже. — Гатор возмущённо посмотрел на Роксану. — А что это ты за меня решаешь? — Не начинай. Когда ты был против тусовки? — на этот вопрос только один ответ. Никогда. Он всегда «за» и помешать ему может только резко возникнувшие дела, которые не перенести. Гатор замолк и не продолжил препираться. — Ты как, Мун? Пойдём? — Сан собрал листы с пола, которые все это время валялись, и выпрямился. — Угу. — кратко ответил Воскресенский, не отрываясь от сценария. — Я не против. — Бонни протянул ручку обратно девушке. — Отлично! — девушка хотела ещё что-то добавить, но прозвенел звонок. Все вздохнули. Очередная пара с прогоном спектакля. *** Сан после работы проводил Теону до остановки и пошёл домой. Шёл медленно. Потому что ноги гудели. И чтобы немного свежим воздухом подышать. Во время уборки в кафе парню звонили родители. Тогда ответить не мог и попросил отсрочку на минут двадцать или тридцать. Домой придёт и перезвонит. А пока плетётся в сторону дома, задумался о предстоящем разговоре. В нём ничего такого не планировалось. Узнают дела друг друга, поговорят об учебе Сана, о спектакле и так далее. Обыденный разговор для его родителей, но они не знают, что Сан планирует. А планирует сдаваться со всеми потрохами. Не может уже утаивать. Его это гложет, мучает. Не так сильно, чтобы с ума сходит, но осознание всей лжи неприятно. Хочется поскорее от этого груза избавиться. Если всё пройдёт благоприятно, то Муна с родителями сразу познакомит. Хоть Воскресенский их недолюбливает, готов поговорить. Может и мнение изменится в положительном направлении. Но это пока только в оптимистичных местах Сана. Другая сторона, более пессимистичная, предполагает, что они разругаются ещё сильнее, Сана обругают и снова разлад на какое-то время. Ярков старался об этом не думать. Оптимистичные мысли воодушевляли на этот шаг, поэтому старался думать о хорошем. Как прошёл каменную арку, ускорился. Ноги заныли сильнее, и поэтому зашагал быстрее. Чтобы скорее оказаться в квартире. Доволочил своё тело до двери. И вот наконец-то дома. Сбросив с ног обувь, он поплёлся в гостиную. На диване устроился Мун с ноутбуком. Сан сел рядом с ним и только тогда его заметили. — Ты что-то рано. — Воскресенский снял очки, потёр глаза. Болели из-за долгого сидения перед ноутбуком. — Нет. Я даже немного задержался. — парень с прищуром посмотрел на Сана, а потом, надев очки, опустил глаза в угол экрана. Хмыкнул. — Время быстро прошло. — Ярков лёг на диван, складывая ноги на Муне. — Что ты там вообще делаешь? — Да так. С документами разбираюсь. — положил ноги парня удобнее для себя, не нарушая комфорт Сана. Погладил по колену. — Устал? — Очень. А ты уже закончил? — Ещё нет. Но думаю, что близок к истине. — Ярков кивнул и прикрыл глаза. — Что-то хотел? — Потом скажу. Лучше заканчивай быстрее. — Воскресенский немного склонился над ноутбуком и вернулся к делу. Тем временем блондин разминал ноги. Вытягивал носочки. Совершал круговые движения ступнями. А в голове прокручивал разные исходы событий. От хороших до плохих. Предполагал реакцию родителей. Но где-то на подкорке вертелась мысль: «Я не готов встретиться с отрицательной реакцией. Не готов сейчас рассказать об этом. Я боюсь их разочаровать». Парень старался не замечать этого. Подбадривал себя, как мог. — «Ничего страшного не произойдёт. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Так ведь?..» — нервно выдохнул и сжал кофту. Сомнения отбросил на второй план. — «Конечно так! Вообще соберись, тряпка. Ты взрослый человек, живущий свою жизнь. Живёшь, как хочешь и с кем хочешь. Строишь отношения с тем, кого любишь». — как бы себя не мотивировал, нервозность напоминала в геометрической прогрессии. Взял маленькую подушку и стиснул её. — Я всё. — парень закрыл ноутбук и откинулся на диван. Сан тут же выпрямился, положив подушку на место. — Так что ты хотел? — Я хочу сегодня всё рассказать родителям. — ладони сжали джинсы. Растянулась неестественная нервная улыбка на лице. Если посмотреть под другим углом, то эту улыбку можно назвать жуткой. Нервы Сана на данном моменте уже не выдерживают. — И-и-и тебе нужна группа поддержки? — ему закивали, чрезмерно активно. — Угу… А ты уверен, что сейчас подходящее время? — Мун успел заметить нервозность Сана. Смотря на выражение его лица, появилось беспокойство. И в принципе на его состояние. Это он её не знает, что творится внутри. Яркова метает с «Да, не готов!» до «Да всё нормально будет. Мы же хорошо общаемся, если что придём к компромиссу». — Да. — выдавил из себя это. Больше было похоже на писк. Услышав, как он это сказал, Сан прокашлялся и выпрямился. Медленнее стал дышать, чтобы вернуть самообладание. И сейчас слова звучали более уверенно. — Да. Я решил так, чтоб нервов себе меньше трепать. А то так не дотяну до пятницы. — улыбка стало лёгкой, непринуждённой. — Если всё пройдёт хорошо, то и тебя познакомлю с ними. Ты не против? — против то он не был. К идее признаться претензий не имеет. Но на счёт «Всё будет хорошо» относился скептически. Хотя Сану лучше знать. Он его родителей знает только с рассказов парня. Поэтому что-либо говорить не стал. Бросил короткое «Не против» и сел поближе. Ярков радостно обнял его. — Ну, задушишь же, кто потом будет группой поддержки? — Сан рассмеялся и сильнее стиснул в объятиях. На спине почувствовал прикосновение, а после поглаживание. Расслабив руки, щекой прижался к шее, носом уткнувшись в плечо. — Пора уже. Я обещал позвонить минут через тридцать, а прошло явно больше. — Ярков опустил ноги и достал из кармана телефон. Сначала открыл список контактов, пролистал до нужного и… Остановился. Почему бы по видео не позвонить? Чтобы сказать всё, смотря в глаза. И видеть их выражение лица. Поэтому открыл мессенджер. Отложил телефон и поднялся. Со стеллаж взял пару книг. Поставил их на кофейный столик и облокотил телефон об сооружение. Нажал на камеру в углу экрана. Пока была надпись «Соединение…» снова пытался настроиться. Мун накрыл его руку, чуть сжимая. Близко не садился, чтобы не попасть в поле зрение камеры. Но для Сана он сидел слишком далеко. Разворачивая ладонь, чтобы в ответ сжать, он потянул его за руку, а своей свободой помахал к себе. Намёк, чтобы сел ближе. Воскресенский подвинулся к нему и в этот момент на звонок ответили. Пока звонок загружался, Сан выдохнул. — Привет! Как у вас дела? — Привет, у нас ничего. Потихонечку. У тебя как? — Ярков ответил, что всё хорошо, и завалил их вопросами. Давал себе отсрочку. Мысли в порядок перевести, в руки себя взять. Мун свою функцию поддержки выполнял. Но многого сделать не мог. Безмолвно гладил по руки, чтобы немного успокоить. Иногда немного сжимал. Ярков в его сторону не смотрел, но улыбнулся. «Давай. Скажешь и дело с концом. Дальше уже разбираться с их реакцией». — он набрал воздуха в лёгкие и медленно выдохнул. И вроде уже собирался говорить, как остановился. Как будто ком в горле. Опустил голову вперёд, потерев переносицу пальцами. Мун погладил его по пояснице. От этого Сану стало чуть спокойнее. — Санни, всё хорошо? — Ярков резко поднял голову, встречаясь с обеспокоенным взглядом родителей. Он сглотнул, провёл по волосам. — Голова немного болит. После работы устал. — решила не заставлять себя. По крайней мере, сейчас. Все равно не получается выдавить эти слова. Где-то в подсознании понимал, что реакция положительной не будет. Максимум нейтральной. Но это если у них мнение не изменилось. И думается ему, что вряд ли изменилось. — Может, тогда поговорим позже? Завтра допустим. А сейчас пораньше ляжешь спать. Сколько у тебя сейчас? — она посмотрела на наручные часы, быстро подсчитав время в столице. — Почти десять. Самое время на боковую. Тебе рано вставать, так ещё генеральная репетиция. Нужно быть отдохнувшим и бодрым. — Сан с этим согласился, поэтому звонок закончился. Закрыл лицо руками. — Что тебя остановило? — Мун аккуратно сел впритык к нему. Положил руки ему на плечи. — Я не знаю… — провыл парень, не отрывая от лица ладоней. Его обняли одной рукой, а другая легла на светлые волосы. Нежно поглаживали по прядям. Ярков опустил руки и положил голову на плечо. — Я, наверное, боюсь их реакции. Не готов выслушивать негатив. Даже не готов слушать нейтральное. А на положительное не рассчитываю, хотя пытаюсь надеяться. — Будешь готов выслушать любое мнение через какое-то время? — Возможно. Я не знаю. — Сан шмыгнул носом, и Мун посмотрел на его лицо. Глаза у Яркова были на мокром месте. — Разнервничался что ли? — Воскресенский улыбнулся, поцеловав в лоб. После коснулся губами под глазами и ещё в нескольких разных местах. Ярков вытер глаза руками, и на лице появилась слабая улыбка. — Успеешь сказать. Нет же какого срока. — Мне просто некомфортно. Упорно пытаюсь скрыть, а на деле в отношениях ничего такого нет. Они рассказывают обо всём. А я не могу про отношения рассказать. — Это твоя личная жизнь и можешь не рассказывать. — Ну да. Но думаю, если об этом узнают неожиданно, то будет хуже. Да и хочется поделиться. Не понимаю почему, но очень хочу. Но личные тараканы в голове останавливают. — Может, я как-то могу помочь? — Сана взяли за руку, бережно сжал. — Просто будь дальше группой поддержки. Я смогу сам настроиться и взять себя в руки. Маме ведь смог позвонить, чтоб помириться, и тут смогу. Я думал с этим разобраться сначала, чтоб не нервировало и не думать об этом, но не получилось. С экзаменом как-то проще разобраться. Может когда стресса поменьше будет, то легче будет собраться. — поднёс сплетённые пальцы к губам, касаясь ими костяшек. — Предлагаю последовать совету мамы и лечь пораньше. Или тебе на работу надо? Ты насколько взял отпуск? — Сегодня дома. В понедельник только выходить. — Вот и отлично! Идём тогда спать. — он взял его вторую руки и потянул на себя. — Хоть выспишься наконец-то. Пошли-пошли-пошли. *** За день до спектакля. Днём ещё было всё хорошо. Сан спокойно занимался своими делами. А к вечеру стал метаться по квартире, как ужаленный. Весь как на иголках ходил туда-сюда, пытался собрать вещи к завтрашнему дню. Мун что днём, что вечером оставался спокойным. И секрет спокойствия очень прост. Выпил чай с ромашкой. Это ему помогает держать себя в руках. Перед сном ещё валерьянки выпьет, чтобы спалось лучше. Или хотя бы смог просто уснуть, а то нервы мог этого не дать. Воскресенский в гостиной гладил костюмы, наблюдая за Саном, который мотылялся тут и там. Гладил вещи и свои, и Яркова. В таком состоянии он его не подпустит к утюгу. Весь на нервах, руки немного дрожат, бог знает, что может случиться. — Мун! Где вещи от костюма?! — Воскресенский дёрнулся от крика, чуть ли не в ухо. — Я глажу. И не мог ты отпустить руку? Мне гладить неудобно. — сдержанно попросил парень. Эти хождения и волнения немного измотали Муна. Голова чуть заболела к тому же. Ярков резко отпустил руки, заломав пальцы. — Извини. — и вернулся к сборам. — Может чай с ромашкой налить? Поможет немного успокоиться. Если не поможет, могу предложить валерьянки выпить. Хотя в твоём случае, наверное, лучше будет выпить пустырник. — Сан немного отвлёкся. Снова подошёл к Воскресенскому. — Почему пустырник, а не валерьянка? — Насколько я помню, пустырник эффективнее. Где-то читал. Так дать что-нибудь? — Если не будет сложно, нальёшь чай? — Для начала закончу глажку. Пока иди чайник поставь и присядь, подыши, окно можешь открыть, чтоб свежим воздухом подышать. — Ярков развернулся и пошёл на кухню. Там поставил чайник и сел на стул. Попытался успокоить нервишки. Поджал колени к груди и глубоко вздохнул, медленно выдыхая. Прикрыл глаза и сосредоточился на мыслях, которые не заставляют паниковать. Как оказалось таких не водилось. Всё сосредоточенно на экзамене и другое на ум не приходил. Порывался снова носиться по квартире, но сдержался. Не получается думать о другом, решил попытаться вообще не думать. Осталось понять как. Задумался над этим. Начал философствовать. Вот и волнения отошли на второй план. Но поток мыслей быстро кончился. На секунду как будто стало пусто, а после снова переживания. Постарался отвлечься действиями. Качался на стуле, стучал пальцами по столу. — А за чайником кто следить будет? — Ярков поднял голову на Муна, который выключал конфорку. Похлопал глазами, не понимая, как он мимо прошёл, что Сан не заметил. Брюнет быстро налил чай и поставил перед ним. Сам сел на рядом стоящий стул. — Спасибо. — он посмотрел в чашку. Бледно-зелёный цвет, а запах мягкий травяной. Подул и отпил. И все равно немного обжог язык. — И как тебе? — Мун подпёр кулаком висок, смотря на Сана с улыбкой. — Вроде нормально. Пить можно. — он широко улыбнулся и сделал глоток, перед этим подув на чай. Воскресенский стал подниматься с места. Сан быстро сглотнул напиток. — Стой. Не уходи. Посиди со мной. — Хорошо. — опустил обратно и принял прежнюю позу. Какое-то время молчали. Ярков спокойно пил чай, потаскивая конфеты, а Мун смотрел на него. От тишины блондину стало неловко. — Что-нибудь расскажешь? — Конкретнее. — Не знаю. Что-нибудь. — брюнет задумался. — Всего восемьдесят восемь созвездий, двенадцать из них зодиакальные. Созвездие большой медведицы как ковш. — на столе пальцем начертил созвездие. — Созвездие Кассиопея как растянутая «W». — тоже показал, начертив на столе. — Созвездие Весов… — начал что-то выводить, но остановился. — Не помню уже. — на секунду замолк. — Дисперсия — это разложение света в спектр. Зависимость чего-то от чего-то. Спектр — это радужная полоса. — Сана сначала удивился, а сейчас внимательно слушает. Удивляло только невозмутимое лицо парня. — «Мастера и Маргариту» написал Булгаков, «Вишнёвый сад» — Чехов, «Фауста» — Гёте, «Чуму» — Камю… Метан, пропан, бутан, пентан, гексан… — Гептан, октан, нонан и декан. Ещё забыл этан. — Ярков старался сдержать смех и улыбку с сдержанного лица Муна. Чай уже был выпит. — Да. — снова задумчивое выражение лица. — Вороне где-то бог послал кусочек сыру… — Всё. Хватит. — Сан не мог удержать широкую улыбку. Басню послушать хотел, посмотреть насколько его хватит, но решил прекратить. Потянул руку, потрепав по волосам. — Мне кажется, что любую фигню можешь говорить невозмутимо. — Вообще-то то, что я сказал, не фигня, а школьные знания! Правильно говорили учителя. Пригодилось. — говорил с недовольством, а на деле с трудом держал лицо. Сан рассмеялся. — Конечно-конечно. В следующий раз полностью мне басню зачитаешь. С выражением! И без моей помощи весь ряд… Этих… Ну, из химии. — слово вертелось на языке, но не мог вспомнить его. Воскресенский голову ломать над этим не пытался. — Иди собираться. А то до утра будешь возиться. — А ты? — Штаны просиживать буду. Я уже готов, мне делать нечего. — Я тебе сейчас дело найду. — Сан сложил руки на груди. Вспоминал, что они ещё не сделали из быта, одновременно притопывая ногой. Кое-что на ум пришло. Куда-то убежал на минуту. Когда вернулся, Мун вскинул бровь. — Вещи достирались. Иди, развесь. Пожалуйста. Воскресенский выдохнул и, собравшись с силами, встал на ноги. Каждый разошёлся по делам. Мун в ванную, а Сан в спальню. Чай немного помог. Но лёгкое волнение присутствовало. Когда закончил со сборами, несколько раз перепроверил содержание сумки. Вдруг что-то забыл. После устало завалился на кровать. Мысли снова стали нагнетать. Пытался отмахнуться от этого. Переключился на хорошее. Что пройдёт всё на высшем уровне, что после спектакля можно расслабиться, отдохнуть… Ярков перевернулся на бок и прижал колени к груди. Настойчиво продолжал думать о лучшем. Наконец-то провести свидание с Муном вне дома… Съездит в родной город к родителям… Заныл. Вцепился в волосы, оттягивая их до боли. Не получается сосредоточиться на позитивном. Беспокойство все равно берёт вверх. Дальше пытаться не стал, сразу пошёл к более действенному способу. Направился к Муну. В ванной его не было, зато были развешанные вещи на сушилке над стиральной машиной. Пошёл в гостиницу. Вот там парень продолжал заниматься одеждой. Развешивал вещи. Ярков подошёл со спины. — Да что у вас за хобби подходить сзади?! — дёрнулся с криком Мун. Резко развернулся, чуть не опрокинув сушильную доску. Сана удивило его поведение. Чересчур эмоционально. Обычно он спокойнее реагирует. На скромный взгляд Яркова. — Извини. — он отошёл на один шаг назад. Воскресенский вздохнул и вернулся к делу. Сан положил руки ему на талию. Ласково обнял. — «И на Муне сказывается стресс перед экзаменом. Чрезмерно реагирует на почти всё. Сильно раздражается, дёргается, голос повышает… Плохо спит». — мягко погладил по груди, подбадривая. — Ты волнуешься перед спектаклем? — Есть такое. — без эмоционально буркнул Мун, продолжая на автоматизме вешать на перекладины одежду. — Что-то твоё настроение куда-то улетучилось за эти полчаса. — Сан осторожно, с трепетом стал гладить по волосам. — Вымотались нервы. — он нахмурился. Но, когда повернулся к парню, устало улыбнулся. — Я закончил. — его руку обняли, прижимаясь щекой к плечу. — Тогда пошли. — и под ручку направились в спальню. В комнате Мун развалился на кроватке звездой, занимая всё место. — Включи лампу. — Воскресенский на пару секунд приподнялся, чтоб сделать это, и снова растянулся вовсю длину и ширь. Ярков нажал на выключатель, и верхнее освещение погасло, оставляя свет на тумбе. Кровать обошли и над лицом Муна нависли. — Ничего не смущает? — Да нет. Если ещё пялиться не будешь, то точно ничего не будет. — Сан закатил глаза. — Ляг нормально. И двигайся вообще. Я тоже спать хочу. — выпрямился и встал, чтобы можно было Муна подвинуть. Стал толкать в бок, но Воскресенский и на миллиметр не сдвинулся. Предприняв ещё несколько попыток, блондин выдохся. Сел на колени и сгорбился, лбом приложившись к груди брюнета. Дальше издеваться не стал. Приподнялся и переполз на свою сторону, сразу закутался в одеяло. Сан тоже лёг, укрывшись. Пока Мун ставил будильник в телефоне, к нему прилипли, закидывая руки и ноги. Рядом тяжко вздохнули. — Что такое? — положив гаджет на тумбу, перевернулся на бок, обнимая Сана и поглаживая его по спине. — Переживаю. — Ярков перестроился. Немного изменил позу, чтобы удобнее стало. Перелёг чуть ниже. Уткнулся носом в грудь, руку и ногу так и оставил на теле Муна, только крепче прижался. К макушке прижались, оставляя невесомый поцелуй. — У тебя всё получится, я уверен. Ты на репетициях хорошо справлялся, не побоюсь сказать, что не просто хорошо, а отлично. Ты сможешь также отлично справить завтра… Ну, уже можно сказать сегодня. Да, с нервами и переживанием, а когда перед ответственными моментами нет этих чувств? Просто кто-то больше нервничает, кто-то меньше. Но, не смотря на это, ты справишься. Я в тебя верю. — Мне бы твою уверенность. — Сан усмехнулся, отнимая лицо. — Моей уверенности хватит и на меня, и на тебя, и на ещё десять человек. — улыбка блондина стала шире, и он тихо рассмеялся. — Бываешь таким чудиком. — Сан заправил за ухо темные пряди, чтобы не мешали, и потянулся к губам. Коснулся с напором, расположив ладонь на затылке, чуть надавливая, но Мун мог спокойно отстраниться, и его отпустят. — Ты бываешь им не меньше. — парень отстранился, и Сан его отпустил. Блондин язвительно показал язык. — Чудилка. — и Мун рассмеялся. Немного поддался вперёд и поцеловал в щёку, при этом нежно сжав ладонь Сана. — Нам завтра рано вставать. — Ярков подвинулся поближе к Муну и обнял его. — Уже завтра экзамен. Даже не верится. — Быстро и незаметно прошло время. — блондина стали гладить по спине. — Угу… — Сан потянулся и зевнул. — Всё, давай спать. А то я сейчас прям здесь засну. — он потёр глаза. — Спокойной ночи. — Угу, спокойной. — Мун лёг на спину, а Сан также остался лежать в обнимку. *** Открывал глаза Сан с трудом. Уснул поздно, и спалось плохо. В комнату пробралось яркое солнце. Ярков зажмурился и отвернулся от слепящих лучей. Не поворачиваясь, потянулся к тумбе. На ощупь нашёл телефон. Посмотрел на время. Но посмотрел так. Вскользь. Что даже не запомнил. Положил обратно и поправил одеяло, планирую ещё поспать. До будильника. Будильника… Сан вскочил. Судорожно потянулся к телефону. Посмотрел на время. Несколько раз пригляделся к цифрам. Выдохнул и расслабленно откинулся обратно. Напрягло, что проснулся не под будильник. Даже удивляет, что проснулся раньше него. Уснул ведь очень поздно и думал, что проспит до победного. Хотелось и дальше спать, но нет. Пора вставать, иначе потом и танком не разбудишь. Поднялся с постели. Так как встал последний, на его долю выпало заправлять кровать. Поправил простынь, подушки нормально поставил и одеяло накинул и разгладил складки, чтобы презентабельно выглядело. Покончив с этим, парень пошёл ванную, умыться и зубы почистить, и после отправился в разведку на кухню. Встал в дверном проёме, наблюдая за Муном и Валасием. — Что ты у меня над душой встал? Не готово ещё. — парень помешал что-то в небольшой кастрюле и отложил ложку. — Или тебе что-то надо? — Я могу сегодня к Яне пойти? — Валасий завел руки за спину и поднялся на носочки, чтобы заглянуть в кастрюлю. — С ночёвкой. — Экзамены на носу. Готовиться к ним кто будет? — юноша положил руки брату на плечи, чтобы была опора, и выпрямился. — Ну, ты ещё лицо сунь в кастрюлю. Рисовая каша это. — потрепал Воскресенского по волосам, взлохматив их. — Ой, остался то один экзамен. Да и мы с ней будем готовиться. Взаимопомощь. Пожалуйста! — он прилип к руке Муна. — Тем более у вас сегодня экзамен. Спокойно вечером отдохнёте. Я мешаться не буду. — Ладно, иди. — Валасий крепче прижался к руке. — Спасибо! — юноша отстранился и собирался сесть за стол. В этот момент Сан прошёл на кухню. — О! Доброе утро. — Доброе. — парень сразу подошёл к Муну, обнимая. — Только проснулся? — Воскресенский немного повернул голову. — Угу. Спалось ужасно, вообще не выспался. — Ярков поставил подбородок ему на плечо. Посмотрел в кастрюлю. — Мне кажется уже готово. — Ещё минуту и всё. — Мун переложил ложку в другую руку и освободившейся пригладил лохматые светлые пряди. — Не хочу никуда идти. — уткнувшись в плечо, Сан продолжил. — Хочу обратно в кровать и спать. — Ну, что я могу тебе предложить. Терпи. После спектакля придёшь и отдохнёшь. — он помешал кашу и выключил плиту. — Могу только это предложить. — развернулся лицом, от этого Сан отстранился, и поцеловал в щёку. — Спасибо и на этом. — на лице появилась усталая улыбка. Валасий делал вид, что его тут нет. — Можешь тарелки достать? — Сан только кивнул и подошёл к шкафу с посудой. Достав оттуда три тарелки, он поставил их рядом с плитой. Пока Мун накладывал кашу, Сан взял чайник и налил воды. Как только встал с постели, мысли о спектакле не давали покоя. Это давило и становилось беспокойнее. Но утренняя рутина помогла не думать об экзамене. А Мун вызывает такое ощущение, что ему вообще по барабану всё. Сессия? Закроем. Практика? Сделаем. Экзамен? Сдадим. И в принципе так есть. Муну немного все равно. Учиться ему нравилось, но за эти года осточертело. Хочет быстрее сдать и всё. Получить диплом и пойти работать. Поэтому он несильно переживает за спектакль. Столько репетиции и обложатся? У него такого не случиться. Быть самоуверенным иногда полезно. Нервы сберегает. Воскресенскому и так их сильно потрепали в прошлом. Восстанавливал долго. Второй раз этот ад проходить не хочет. За столом стояла тишина. Мун сидел задумчиво, не торопясь завтракал. Сан в голове повторял реплики и параллельно ел. Что до Валасия, то он что-то смотрел в телефоне, переписывался, к тарелке ещё не притронулся. Начал только, когда парни уже закончили. Сан вызвался помыть посуду. Занимал себя хоть каким-то делом, чтобы меньше нервничать. Но всё вернулось в двойном размере, когда стоял перед чехлом с костюмом. Немного расстегнул молнию, пальцами коснулся рубашки. — Так быстро время прошло. Вроде только недавно перевёлся, а уже конец года. — застегнул всё обратно и подошёл к небольшой сумке. Проверять ничего ли не забыли. — Отстань ты от сумки. Вчера по несколько раз проверял. — Мун подошёл со спины. — Мне надо чем-то себя занять! Я так хотя бы меньше волнуюсь. — Сан стиснул ремень сумки, чтобы не было видно дрожащих рук. Но Мун успел это заметить. Он положил ладони ему на плечи, слегка массируя. После молча крепко обнял. Руки блондина с ремня легли на сложенные руки парня. Также стиснул пальцами, но слабее. — Солнышко. — Воскресенский взял его за руку, разворачивая к себе. — Постарайся собраться с мыслями. Последний рывок остался и останется только получить диплом. Побереги нервы, они ещё будут нужны. — продолжая нежно держать за руку, Мун свободной ладонью стал поглаживать по голове. Поцеловал в лоб. — Всё будет хорошо. Мы сдадим и получим треклятые дипломы. Всё будет не просто хорошо, а отлично. — сильно легче от этого Сану не стало. Он вдохнул и выдохнул, прикрыв глаза. Но постояв вот так за ручку, стало чуть спокойнее. Мун рядом и если что поддержит. Или будет выступать жилеткой для слёз, если у Сана сдадут нервы. По ощущениям парня это может произойти. Ходит по грани. — Да, всё будет отлично. — Ярков улыбнулся. Попытка взять себя в руки прошла успешно. Осталось удерживать позитивный настрой. — И нам пора выходить. По крайней мере, мне. Мне ещё лицо надо размалювать, поэтому прийти надо чуть раньше. — Тогда пошли. — они забрали сумку и костюмы и покинули комнату. Быстро оделись и направились в институт. *** Сан нервно теребил рукав рубашки. Терпеливо ждал, когда Мун закончит с гримом. Под руку лезть не хотелось. Парень сосредоточенно накладывал пигмент, прорисовывая морщинки на лбу. После немного отодвинулся назад, тщательно осматривая результат. Цокнул языком и потянулся за кисточкой. Немного растушевать. Слишком чёткими получились, что выглядело неестественно и слишком старило, а персонаж у Муна не такой старик. Сан очень внимательно следил за его движениями. А до этого также внимательно смотрел на другого парня, но поняв, как это странно со стороны выглядит, переключился на Муна. Менее странной от этого ситуация не стала, но лучше смотреть на своего человека. Воскресенский снова оглядел грим. Он потянулся за ватной палочкой и мицеллярной водой. Что-то не понравилось в результате. Но на этот раз Сан не понимал, что не так. Сейчас это выглядит более реалистично и не так старит. Когда Мун начал прибираться на столе, складывать всё в сумку, Ярков поднялся с небольшого дивана и подошёл к нему. — Выглядишь намного старше теперь. — Сан встал рядом, оглядывая лицо парня в отражении зеркала. — Приму это за комплимент моему умению гримировать. — Воскресенский, не вставая, развернулся к нему. — Эти умения мне бы раньше. Отрастить усы, загримироваться и алкоголь в ларьках продадут. — И кто из нас алкаш спрашивается. — парень наклонился, облокотившись об спинку стула, где сидел Мун. На лице появилась ухмылка. — Точно не я. Это в прошлом было бы славно, а сейчас я за трезвый разум. — накрыл своей ладонью ладонь Сана. — Ну, иногда можно выпить. Немного. Чисто для настроения. — Ярков покачал головой, улыбаясь шире. — Пора идти. Там уже преподаватели собрались и приглашают на сцену. — зашёл парень в гримёрную, объявляя это. Тут же поднялся шум. Некоторые судорожно старались подправить костюм или грим, кто-то кинулся искать сценарий, переживая о забытых репликах. Сан занервничал, но его от переживаний отвлекли. Мун обхватил его пальцем и потёр большим пальцем костяшки. — Пошли. Помни, всё будет отлично. Я в тебя верю. Ты справишься. — Воскресенский поднялся со стула. Быстро оставил поцелуй на губах. Не переживал, что кто-то это заметит. Из-за суматохи всем не было дела до других. Брюнет направился к двери. Сан застыл на пару секунд от неожиданности. После поспешил за ним. Стоя за занавесом, воображение стало нагнетать. Вдруг текст забудет, вдруг сымпровизировать не сможет, вдруг то, вдруг сё. И поддержать никто не может. Он стоял за правой кулисой, где были однокурсник, с которым он почти не общался, и Чика, которая тоже нуждается в поддержке. Это было очень заметно по рукам девушки. Раскрытый веер в её руках подрагивал из-за дрожи в руках. У парня самого дрожали руки. Сжимал их в кулаки, чтобы это унять. Или хотя бы дрожь была несильно заметна. Мун был за левой со всеми остальными. Парень ходил туда сюда, не находя себе места. Стал в голове повторять свои реплики. Но если записался, нервничал ещё больше. В один момент остановился. Вспомнил способ, как успокоиться. Дыхательное упражнение. Сан старался ровно дышать. Сосредоточился на этом. Успокоиться это помогло, но слабо. Переживания оставались. Но это не помешает исполнению роли. К ним заглянул староста группы, проверить все ли на месте. Убедившись, что и здесь все здесь, вышел на сцену к преподавателям. — Мы готовы. — Приступайте. — сказал один из преподавателей. «Ну, всё.» — Сан глубоко вдохнул и выдохнул. Всплеснул руками. Подошёл ближе к сцене, не выходя из-за кулис. Положил ладонь на грудь, так как чуть тяжелее стало дышать. Постарался это вправить, дыша через рот. Запаниковал. Чувствовал, что в таком состоянии и слова сказать не сможет. Тяжело сглотнул. Дыхание стало судорожным и рваным. Но время поджимало, а лучше не становилось. И не стал момент, когда нужно выйти на сцену. Из-за паники немного задержался. Спасибо Чике, которая подтолкнула, намекая, что пора выйти. Сан рассеяно вышел. Уверенности как не было, так и нет. «Всё будет хорошо. Мун в меня верит, и подвести ни себя, ни его нельзя. Соберись, тряпка». — резко выдохнул и остановился. Начал говорить свой текст. Сначала тихо, неуверенно. Заметив краем глаза, что преподаватели прислушиваются к его слова, стал добавлять громкости. Голос не был уверенным, но это несильно выбивалось из образа персонажа. Постепенно влился в работу. Выпрямился. Говорил громко уже без стеснения. Дышать стало легче, будто груз с груди упал. Закончилось всё неплохо, хоть и начало оставляет желать лучшего. Сан зашёл за кулису. На лице растянулся непроизвольная улыбка. Он был один. Чика и одноклассник вышли на сцену. Парень сел на пол, облокотившись об стену. Но рассиживать нет времени. Немного перевёл дух и поднялся. Поспешил за другую кулису через специальный проход, где было очень темно. Вёл рукой по стенке, стараясь идти быстро, но не нестись, чтобы не споткнуться. Что до Муна… У него всё прекрасно. Сильного беспокойства нет. Вышел на сцену и начал уверенно. Говорил громко и чётко. Но в начале у него дрожали руки, что было заметно. Решение этой проблемы в голову пришла быстро. Просто убрал руки за спину и выпрямился по струнке. Стал выглядеть более важно, что и подобает генералу. Поэтому беспокоиться не о чем. *** Продолжал в том же духе. В середине у Сана паника сошла на нет. Чувствовал себя на сцене раскрепощённо. Сейчас он расслабленно стоял за кулисой. Следил за ходом выступления на сцене. Прошло чуть больше половины спектакля. Сначала казалось, когда парень был на нервах, что экзамен затянется надолго. Но половина экзамена прошла не заметно, хоть и ушло много времени. Почти всё время Сан был на сцене, отыгрывал свою роль. Занимаясь каким-либо делом, не замечаешь, как быстро идёт время. — Как дела? — со спины донёсся шёпот. Если говорить с нормальной громкостью, то будет слышно на сцене. Чтобы не отвлекать выступающих, говорили в полголоса. Сан кратко обернулся. — Нормально. Сама как? — Чика встала рядом. — Тоже нормально. Вижу, ты спокоен. — парень не смотрел в её сторону, продолжая наблюдать за действиями на сцене. — Да. Втянулся, так скажем. — Сан выпрямился, настраиваюсь на свой выход. — По голосу слышу, тебе тоже спокойнее стало. Или ещё переживаешь? — Не так сильно. Всё же побаиваюсь оплошать. — Чика поправила платье и раскрыла веер. Подтянула перчатки и протянула руку Сану. — Господин, неужто свою даму не выведите на танец? — парень только сейчас обернулся к ней. От удивления глаза стали больше, не ожидал такого. Девушка тихо рассмеялась, прикрывая губы веером. — Что? Всегда будь готов вжиться в роль. Или по системе Станиславского вообще из образа не выходи. — Спасибо за совет, мисс, учту на будущее. — он положил свою руку на руку девушки. — Герцогиня, вам не кажется, что уже пора выходить? — Чика посмотрела в сторону сцены. — Воистину пора. — и они подошли ближе, но пока не покидали кулисы. Когда закончилась музыка и, выждав пару секунд, они шагнули вперёд. Актёры обратили на них внимание, как и было написано в сценарии. Разыгрывая радужное приветствие, они встали все в центре. После этого пара студентов ушла за кулисы. Шло всё хорошо. Каждый отыгрывал свою роль на отлично. Пока Сан не запнулся на сложном слове. Всегда в этом месте проблема. То получается выговорить, то нет. И сейчас не повезло. Секундная заминка и он закашлял. Сделал это специально, чтобы немного сгладить свой косяк. Один парень подхватил это, спрашивая, хорошо ли чувствует себя персонаж. Сан ответил, что всё хорошо, и закончили с небольшой импровизацией. Пошли дальше. У парня сердце тяжело колотилось. Тело немного напряглось, вытянулось по струнке. «Ничего страшного. Всё до этого было отлично и небольшой косяк не должен повлиять на результат». — Сан на секунду прикрыл глаза. Времени на дальнейшее размышления не было. Открыл глаза и продолжил играть. Сердце всё ещё часто билось, но не обращал внимания на это. Только когда ушёл за кулису стал глубоко дышать, чтобы сердцебиение нормализовалось. На удивление парня он не запаниковал на сцене. Быстро сориентировался. Эта небольшая ошибка даже успокоила его. Успокоило, что если и будет идти что-то не так, то может собраться, взять себя в руки и быстро придумать, чтобы это скрыть. Ярков поправил рубашку и пригладил волосы. Недолго он задержался за кулисами. Уже сейчас снова надо на сцену. Он выдохнул и направился на сцену. После спектакля в гримёрной стоял радостный гул. Многие на эмоциях обсуждали всё произошедшее. Оставшиеся развалились на диванчике или стульях и отходили от всего этого. В это число вошёл Мун. Он сидел в стуле возле столика с зеркалом и просто смотрел на потолок. По ощущениям как будто по нему проехался трактор несколько раз. Казалось, что сил даже подняться с места нет. Экзамен всё выжал без остатка. А у Сана рот не закрывался. Всё говорил и говорил, можно сказать тараторил, с остальными. Даже не просто остались, а как будто прибавились ещё. Настроение было превосходным. Усидеть на месте не мог, перевозбуждённое создание требовало каких-то активных действий, чтобы деть появившуюся из неоткуда энергию. Ярков до этого приклеился к Муну с разговорами. Точнее он говорил, а Воскресенский слушал. Слушал местами. Его немного нервировал Сан, но сильно устал, что это не мешало. Пусть говорит, сколько влезет. Главное громко не говорит. Поэтому, прикрыв глаза, старался вникать в слова парня, но без усилий. Яркову было немного обидно, что его не слушают. Но видел, что Мун устали и сил у него нет, поэтому оставил его одного. Пусть спокойно отдохнёт, наберётся сил, а поговорить можно потом. В гримёрной имелись люди, с кем можно поделиться впечатлениями. И по ощущениям мог так ещё часами, но время освобождать помещение. Другие направления тоже сегодня сдают экзамен. Мун поднялся со стула и подошёл к Сану. Положил руку ему на плечо, чтобы привлечь внимание. — Пора собираться. Скоро должны прийти другие направления. — заговорил, когда Ярков замолк и чуть повернулся. — А, точно. — он оглядел лицо Муна. — Ты смывать грим не будешь? — Дома смою. Здесь неудобно. — он провёл пальцами по небольшой растительности на лице. — И наконец-то я это сбрею к чертям. — Вы живёте вместе? — неожиданно встрял Вернер, приятель Сана. Удивлённо и с небольшим смущением спросил. — Да. Так выходит дешевле. — Воскресенский опередил Яркова с ответом, так как тот замялся. — Пошли. — это уже было адресовано Сану. Парень попрощался со знакомыми, и они направились к своим вещами. Где лежали сумки, уже никого не было. Некоторые давно покинули территорию института. В числе этих студентов был и Монти. Сразу после спектакля переоделся и ушёл. Бонни, как и Мун, откисал на стуле, но спустя минут пятнадцать тоже собрался и ушёл. Что касается девушек. Роксана ушла вместе с Монти, а Чика ещё была в женской гримёрной. Парни старились быстро переодеваться. Мун подошёл к Сану и наклонился к уху. — Какой у тебя любопытный приятель. — Меня больше удивляет, что он сам живёт с другом, и спрашивает про нас. — Ярков остался в недоумении от вопроса Вернера. — Почти аналогичная ситуация, а с таким удивлением спрашивает, как будто такого не бывает. — Только в нашем случае мы не друзья. — Воскресенский усмехнулся. — Ему знать об этой маленькой детали не обязательно. — Ярков ухмыльнулся ему в ответ. — В нашем случае вместе жить дешевле, а секс приятный бонус. — А эти разговоры прибереги до дома. — Сан ткнул его локтём в бок. Для самого парня было удивительно, что он не смутился этих разговоров. Привык и смущения это не вызывает или ещё на эмоциях, что перебили смущение. Дальше они собирались в молчании. Сделали это быстро. Перед выходом проверили, ничего ли не забыли, и после этого направились на выход. Вышли из гримёрной, а потом из института. Ветер обдал их прохладным воздухом. На небе облака сгустились. Возможно, будет дождь. Может даже ливень. Как-то резко похолодало, хотя до этого стояла жаркая погода. И по прогнозу погоды не обещали чересчур сильного похолодания и дождя. Но погоду точно предугадать тяжело, поэтому что поделать. Одеваться теплее и носить с собой зонт. Сан поёжился от холода, так как был в тонкой кофте. Мун, хоть и был одет также, несильно замёрз. Его холод немного взбодрил. Шли достаточно быстро, чтобы поскорее оказаться дома. Воскресенский выглядит хмурее неба. Планы на ближайшие полчаса навести порядок на лице и спать. И все равно, что только около двенадцати. Сан посмотрел на парня. Внимательно оглядел его внешний вид. — Правильно мама говорила, что, если я не буду слушать её, меня дяденька заберёт. Не послушал, перевёлся и уехал, вот и забрали. — Воскресенский чуть повернул голову его в сторону и вскинул брови, а Ярков надрывно и неестественно засмеялся. — Ты под чем-то? — Муну немного было не до смеха. Слишком сильно вымотал экзамен, да и смутил неестественный смех Сана. — Тц, я просто шучу. Почему сразу «под чем-то»? — Ярков прищурил глаза. — Если б ты себя со стороны слышал, то не спрашивал бы. На этом диалог закончился. Сану не нашлось, что ответить, поэтому замолк. А Мун не особо хотел говорить, поэтому что-либо добавлять не стал. Добрались до дома. Воскресенский сразу направился в ванную, а Ярков — на кухню. Перед тем как разойтись по делам, Сан спросил, будет ли Мун чай. Тот дал положительный ответ. И вот теперь точно разошлись. Блондин поставил чайник и сел за стол. Задумался о сегодняшнем спектакле. Ему понравилось, как он сыграл. На личный взгляд, справился он хорошо. Теперь с нетерпением ждал диплома, чтобы скорее пойти работать в театр. Пора бы начать подыскивать место работы. Все десять минут провёл за планированием, пока вода в чайнике не вскипела. Налив чай в две кружке, пошёл к Муну. В ванной его не оказалось, поэтому заглянул в спальню. Воскресенский разлёгся поверх одеяла и спал. Сан улыбнулся и тихо подкрался к кровати. Кое-как вытащив одеяло из-под парня, накрыл его. Удивительно, что от этого не проснулся. Он от любого шороха может проснуться, а тут одеяло вытащили и хоть бы хны. Даже не шевельнулся. Ярков погладил его по голове и оставил отдыхать, сам пошёл на кухню. Пил чай параллельно смотрел на телефоне видео, чтоб скучно не было. Он думал, что вместе с Муном чай попьют, спектакль обсудят, а он уснул. Да и на Сана накатила сонливость. Пока пил чай несколько раз зевнул. Эйфория после экзамена сошла на нет, и пришла усталость. Сан допил свой чай и чай Муна. Вымыл две кружки и пошёл в спальню. Еле-еле перебирая ногами из-за их тяжести, дошёл до кровати. Опустился на край постели, немного потянулся. После откинул одеяло и лёг рядом с Воскресенским. На эмоциях он не замечал усталости, но, когда всё прошло, сразу накатило. Как только голова коснулась подушки, почти сразу вырубился. *** — Добрый вечер. — сказал Мун, когда Сан открыл глаза. Он подпирал ладонью голову и смотрел на блондина. — Сколько времени? — Ярков прикрыл глаза и потянулся. Голова немного болела от дневного сна. Зато чувствовал себя отдохнувшим. Воскресенский лёг и потянулся за телефоном. — Ровно восемь. — положил обратно и сплёл пальцы вместе, расположив их на затылке. — Угу… — Сан перевернулся на бок, лицом к брюнету. После резко распахнул глаза. — Сколько?! — Восемь. — парень продолжал расслабленно лежать. — Капец, весь день проспали. — он выдохнул и перевернулся на спину. Минуту помолчали. — Ты спать, что ли дальше? — Сан повернулся к Муну. — Нет, просто собираюсь с мыслями, чтобы встать. — Что делать будем? — Воскресенский пожал плечами. — В магазин сходим и ужин приготовим? — В магазин зачем? Дома же всё есть. — Я хочу кое-что определённое. Имеешь что-то против лапши быстрого приготовления? — Нет. — Отлично. — Ярков откинул одеяло и принял сидячее положение. — Вставай, в магазин пойдём. — Без меня никак? — приоткрыл глаза, смотря на парня полусонным взглядом. Выспался, но был не против ещё побыть в кровати. — Никак. — он подвинулся к нему и навис над ним. — Что? Сейчас встану. Минутку. — изначально Сан планировал защекотать его, чтобы быстрее поднялся, но решил не издеваться. Вместо этого наклонился и кратко поцеловал в губы. Нежно погладил по щеке. — Ничего. Не спеши. Магазин ещё наскоро закроется. — Ярков лёг на него, обвив руками шею. — Не тяжело? — Нет. — Мун был несильно многословен, так как ещё был сонный. Он Сана просто обнял одной рукой, а другая так и осталась под головой. Поглаживая его по спине, прикрыл глаза. Ярков от приятных прикосновений тоже прикрыл глаза. Не заметно для обоих задремали. Ладонь парня стала замедляться, пока вовсе не застыла. Сан открыл глаза первым через десять минут после погружения в дрёму. Сел на край кровати. Нет. Ложиться нельзя. Иначе опять уснут и до ночи спать будут. Парень растолкал Муну, прося подняться. Воскресенский немного побурчал, но возражать не стал. С недовольным видом поднялся и направился в ванную, чтобы умыть лицо. Ярков вошёл за ним. Холодная вода немного сняла сонливость и придала лицу более свежий вид. Но оба все равно выглядели помятыми. У Сана даже был след от складок одеяла, которое он подложил под голову и обнимал. Он провёл пальцами по этим неровным тонким полосами, разглядывая их в зеркало. Ещё раз плеснул холодной водой в лицо и ушёл в спальню. Мун сидел на кровати уже одетый, ожидая парня. Пока Ярков переодевался, старался не смотреть на него, хотя соблазн был. Это чтобы лишний раз не смущать его, но на деле Сану давно на это безразлично. Привык и уже не стесняется. Когда и Ярков был готов, они направились в коридор. Воскресенскому на плечи накинули кожаную куртку. Почувствовал касание губ на своей щеке, когда немного обернулся. Положил ладони на руки Сана, задерживая их на плечах. Откинулся спиной к его груди. Поднёс его ладонь к губам. — Знаешь, а у нас давно ничего не было. — Мун посмотрел ему в глаза с хитрой улыбкой. — Когда ты стал говорить завуалированно? — Сан поцеловал его в шею. Шепнул на ухо. — А раньше так топил за прямоту… — Знаешь, а у нас давно не было секса. — он прищурил глаза. — Так лучше? — Да. Соответствуешь своим словами. — Ярков поцеловал его в губы и отстранился. — Но не сейчас. Сначала в магазин. Воскресенский заулыбался как ребёнок. Надел куртку и отошёл в сторону, чтобы не путаться под ногами. Сан взял с вешалки ветровку и накинул её. Через пятнадцать минут они шли по улице, покидая двор. Солнце уходило за дома, кроны деревьев. Становилось постепенно темно. На парковке двора появлялось больше машин. Люди сидели по своим домам с семьями, поэтому на улице было почти ни души. Сан и Мун не торопясь шли, держась за руки. За эти месяца Ярков стал спокойнее относиться к тактильностям на публике. Но всё же напрягают индивиды, которые пялятся на них. Благо таких по пальцам посчитать. Раньше казалось, что на них смотрит каждый. Но Сан стал замечать, что многим по барабану. Свои бы дела сделать. Какое дело до каких-то незнакомцев? Поэтому отношения к проявлению любви на улице менялось. Нет, на лавочке никто никого не засасывает в дёсна. Это не для чужих глаз. А вот за руку держаться, обняться можно. Что Сан активно и делает. Он отпустил руку и прижался к Муну с объятиями. То, что они недавно спали в обнимку, не хватило. Немного замедлившись, но, не прекращая движения, Воскресенский ответил. Около минуты они так шли. Сану приятно, только неудобно. Обоим. Пришлось отлипнуть и остаток пути идти нормально. В магазине Ярков сразу направился в нужный отдел. Мун шёл за ним. Так как планировали брать немного продуктов корзину не взяли. — Выбрал? — Воскресенский наблюдал, как парень внимательно осматривает полки с быстро приготовляемой лапшой. Искал любимую. Приходясь взглядом по полке в третий раз не находил. В итоге взял другую. Две пачки. — Теперь да. Сейчас за сыром и домой. Нам что-то ещё надо? — Сан пошёл в другой отдел. — И колбаса у нас есть? — Половина. А зачем тебе? — Ярков резко остановился, разворачиваясь лицом к брюнету. Мун столкнулся с ним. — Надо. — Ладно. — он улыбнулся и поднял руки, мол «Сдаюсь». — Я пока пройдусь. Может, вспомню, что нужно домой. — блондин кивнул. Парень развернулся и направился куда-то. Сан прошёлся вдоль холодильников. Из-за экзамена давно не выбирался из дома. Даже в магазин. Так как оба были сосредоточены над выпускным спектаклем, посылали Валасия. Ему тоже нужно было готовиться к экзаменам, но он сам просился. Делал всё что угодно, лишь бы не готовиться. Сидеть, скорбеть над вариантами нервно, а смена вида деятельности хорошо расслабляло. Сан и Мун придерживать тактики: «Сидим над сценарием до победного, пока не сдадим». И вот сегодня они сдали и это кончилось. Ярков размял шею. Тело всё ещё болело после сна. В особенности шея и спина. Ещё размял шею, плюсом спину. И остановился. А вот и сыр. Взял упаковку плавленого сыра и огляделся по сторонам. Искал Муна поблизости, но видно его не было. Только двинулся его искать, уловил сбоку движение. Слегка повернул голову и увидел парня, который шёл к Сану. В руках у него был торт. — Отпразднуем завершённый экзамен? — Ярков присмотрелся к этикетке десерта. — Какой догадливый. — он одной рукой слегка подтолкнул в сторону касс. — Не хмурь брови, морщины будут. Ванильный, как ты любишь. — Спасибо. — Сан закатил глаза. Сжал его ладонь и потянул в сторону касс. — Пошли на кассу. Быстренько приготовим, а потом… — загадочно промолчал. — А потом? — Мун хитро прищурил глаза. — А потом. — сказал Ярков с широкой улыбочкой и потянул руку к торту. — Я оплачу. — без лишних слов ему отдали продукты, и отошли ближе к двери. Собрав всё в пакет, Сан подошёл к нему. — Поспешу тебя огорчить. На улице ливень. — он вскинул бровь и приблизился к стеклу в двери. Пригляделся. И в правду льёт как из ведра. — Было же не так облачно. — не отрывая глаз, достал из кармана телефон. Мельком посмотрел на время. — Да и в магазине были недолго. — Пойдём-ка выйдем. — Ярков застегнулся и вышел следом. Они остановились под навесом. — Вышли мы, дальше что? Побежим или подождём? — Ты домой сильно хочешь? — Очень, но желательно добраться сухим. — Тогда подождём немного. — Мун приобнял Сана за плечи, прижав к себе. — Давай на свидание сходим в ближайшее время? Хочу куда-нибудь выбраться. — опустил голову ему на плечо. На блондинистые пряди легла ладонь. — Хорошо. — ласково погладил по волосам, после поцеловал в лоб. — Куда бы хотел? — Не знаю. В кафе посидеть там, потом где-нибудь погулять. Я думал, мы это вместе обсудим. У тебя идей нет совсем? — Сан поднял на него взгляд. Освободив руку, заправил длинные пряди за ухо. Перед тем как отнять руку нежно погладил по щеке. — В клуб или бар. — Мун рассмеялся, а Сан цокнул языком и слегка ударил в бок. — Нет алкоголю. Лучше домой бутылочку купить и спокойно распить. Мало ли что может в клубе произойти. — Справедливо. Тогда есть другое предложение. Аттракционы. Или кино. Или в театр, как раз присмотришь местечко себе. — Ты всё же в кино пойдёшь? — Да, против? — Нет. Просто было бы классно вместе на работу ходить. — Я подумываю про театр. Если в кино будет тухло, то туда поддамся. — Сан покивал и посмотрел вперёд. Дождь всё не утихал. — Добежим? — Мы промокнем. — Плевать. — Ярков выпрямился и поднял глаза на Воскресенского. — Если заболеем? — Мун усмехнулся и стянул с себя куртку. — Бежать недалеко. И надень. Так дойдём. — Ну, смотри. — накинув куртку обратно на плечи, он двинулся вперёд. Когда оба оказались под ливнем, побежали. Сан передвигался в своём темпе, а Мун подстраивался. Наоборот сделать проблематично. Брюнет бегает быстрее, если стараться подстроиться под него, то блондин выдохся б в скором времени. Половину пути он продержался стойко, но стал замедляться, а потом и вовсе остановился. Воскресенский его обогнал, но тоже остановился, подойдя к нему. Отклеил мокрую ткань от тела, попытался выжать. Хотя смысла в этом было немного, через несколько минут футболка снова вымокла до нитки. Ярков немного склонился, облокотившись об колени ладонями. Восстанавливал дыхание. — Ты долго? — Мун отлепил от лица мокрые пряди и убрал их за уши, но мелкие волоски так и остались на лбу. — Сейчас, погоди… — Сан выпрямился, но тяжело дышать не перестал. Положил руку на талию с правой стороны. — У меня колит бок… — Бывает. — он подошёл к нему, накрыл его ладонь своей. — Сильно колит? — Да нет, но неприятно. — Тогда пошли потихоньку. — Мун впился в его губы. Положил и другую руку на талию. Сан убрал ладонь с бока и переложил её на плечо парня. Нежно прикусив губу, он отстранился. — Пошли уже. До нитки вымокли, не хватало заболеть. — довольно улыбнулся, и они направили дальше. Уже не бежали. Даже шли не спеша. Обнявшись. По пути Мун иногда вбрасывал разные шутки, рассказывал что-то, что оба смеялись на всю улицу. Уже дома оба зависли в коридоре. Смотрели на пол, на котором появлялись лужи. С одежды капало. — Предлагаю в теплый душ. — Воскресенский снял куртку и после сразу футболку. Поднял мокрый кусок ткани. — Целое ведро набрать можно… — Пошли в душ. — Ярков похлопал его по щеке и снял кроссовки. Стянул носки и босиком направился в ванную. *** Разорвав поцелуй, Мун переключился на шею. Мелко и нежно касался губами разгорячённой кожи. Ладони ходили по всем чувствительным местам парня. По груди, животу, бёдрам… Сан уткнулся лбом в сложенные руки на кафеле. От поцелуев и прикосновений дыхание спёрло. В голове было пусто у обоих. Находились они в этом моменте, и всё остальное было неважно. Рука брюнета легла на поясницу, двумя пальцами повёл по позвоночнику до копчика. Раздался стон. Ярков слегка повернул голову. Воскресенский прокладывал дорожку поцелуев от шеи к лопаткам, но, заметив взгляд парня, выпрямился и приблизился к лицу. Хитро прищурился и улыбнулся, коснулся губами его носа. У Сана затрепетало сердце от этой пьянящей улыбки и прищура. Как же он скучал по этому. По всему происходящему тоже. От этого желание возросло. После Мун коснулся губ страстным поцелуем. Одну руку расположил на бедре, поглаживая, а пальцами другой провёл вдоль члена. Сан вспыхнул. Щеки забились краской, и он на мгновение прервал поцелуй. Мун не успел что-либо ещё сделать, его запястье обхватили и переложили на живот, а на ухо кратко шепнули: «Не надо» и прикусили мочку резцами. Затем снова слились губами. Воскресенский невесомо огладил живот и завёл руку за спину. Провёл пальцами по позвоночнику, от чего Сан тихо простонал в губы. Мун отстранился и любовно оглядел его. Смущение ещё не сошло с лица, поэтому щеки были красными. Немного помутнённый взгляд. Теплая после воды кремовая кожа. Что-то это ему напомнило… — Что такое? — Ярков развернулся к нему лицом. Коснулся спиной холодной плитки, от чего дёрнулся. — А? Нет, ничего. Вспомнил кое-что. — Муна притянули ближе. Достаточно болезненно прикусили нижнюю губу. — Вспоминаешь кого-то другого в такой момент? — он наигранно нахмурил брови. — Нет, воспоминание связанно с тобой. — Воскресенский ласково обвил его талию и поцеловал в уголок губ. — Потом обязательно расскажешь… — положил руки ему на спину. Наклонился к бледной шее с поцелуями и укусами. Всё как любит Сан. Сильно старался не расходиться, оставить сладкое на потом. Так медленно, но верно, Ярков забрал ведущую роль. С шею переключился на ключицы. Кусал, целовал и оставлял засосы. Ладонь переложил на грудь, а другой погладил по спине. Мун не сопротивлялся и не пытался взять всё в свои руки. Думать не о чём не хотелось, просто отдался моменту и чувствам. Сан потянулся к губам, но в нескольких миллиметрах остановился. Взгляд Воскресенского опустился на его губы, а потом посмотрел в глаза. Когда он хотел приблизиться, рука блондина надавила на грудь. Ярков усмехнулся и кратко поцеловал в губы. — Как ты смотришь на то, чтобы… Поменяться местами, так скажем. — разместил ладони на его бедрах, прижимаясь грудью. — Что? — у Мун не сразу понял сказанное, так как в голове была каша. — Ну, чтобы я сегодня… Был сверху. Был главным. Был ведущим. Не знаю, как ещё сказать. — по лицу Воскресенского можно писать картину. Удивление смешанное со смятением. Поражённый предложением, не знал, как реагировать и что ответить. Так как молчал он долго, Сан продолжил. — Я изучил, как это делать. Тем более помню, как ты это делаешь. Я не буду торопиться, не переживай. — видя офигевшее лицо брюнета, добавил. — Если не хочешь сейчас, можем потом. Мне интересно попробовать другую позицию, но можно сделать в другой раз. Когда ты будешь готов. — он костяшками провёл по его скуле. Мун был на перепутье. Он не против поменяться, но не знал, как отреагирует. Давно не был принимающим и не знает, какие триггеры в этом деле. Всегда был сверху, всё держал под своим контролем. Воскресенский отвёл взгляд. Ярков положил ладонь на щеку, поворачивая его голову к себе. — Посмотри на меня, всё хорошо? Я же говорю, что можем… — Хорошо. Поменяемся. — Мун посмотрел ему в глаза. Взгляд говорил, что он не совсем уверен в этой затее. — Мунни… — Сан обеспокоено смотрел на него. — Ничего не говори. Просто начинай. — Хорошо. Тогда пошли в спальню. Я пока не хотел бы экспериментировать с местом. — Воскресенский кивнул и выключил воду. Почти сразу стало холодно, так как кожу покрывали капли воды. Перед тем как выйти, Ярков впился в его губы и прижался всем телом, чтобы было теплее. Мун ответил пылко, стараясь вернуть прежний настрой. *** Воскресенский лёг на спину, а Ярков навис над ним. Видеть его под собой было необычно. Вначале он просто рассматривал его тело. Под лунным светом кожа казалась совсем белой, а глаза были ярко-алыми. Завороженно коснулся пальцами подтянутого тела. Пока Мун лежал расслабленно. Да и просто лежал. Не проявлял себя никак. Сан заметил, как будто он был не здесь. Витал где-то в своих мыслях. — Ты точно хочешь? — блондин опустился ему на бедра. Потряс его за плечо. — Да-да. — приподнялся на локтях. Теперь смотрел на него осознаннее. — Тогда сосредоточься. — Сан провёл по мокрым волосам и посмотрел на тумбу. — Я пока всё подготовлю. Ты подумай ещё. — Мун кивнул и лёг на спину. Взвешивал «за» и «против». Из «за» было, что не против. Из «против» был страх, что окунётся в те времена. Он всегда старается избежать триггерных моментов, а тут идёт вслепую. Вздохнув, продолжил размышлять на эту тему, тем временем Сан достал из тумбы лубрикант и презервативы. Остановил взгляд на коробке брюнета с секс игрушками. Открыл её. Бросил взгляд на содержимое. Провёл пальцами по плети и наручникам. Воскресенский явно будет против такого, а вот против повязки на глаза — нет. По крайней мере, так думает Сан. Парень когда-то обмолвился, что ему такое нравится. Достал повязку и закрыл коробку. Задвинул ящик. — И как? Готов? — Да. — Мун приподнялся, приняв сидячее положение. Прижал колени к груди. — Я точно уверен, можешь не спрашивать. — Не будешь против этого? — Ярков повертел повязкой для глаз. — Нет, так даже лучше. Лицо озарилось довольной улыбкой. Швырнув всё нужное на кровать, залез на неё, подползая к Муну. Заправил влажные пряди за уши и завязал глаза. Не успел Воскресенский что-либо осознать, как Сан впился ему в губы. Парень откинулся назад, но ладони на лопатках не позволили лечь на спину. Рука спустилась к пояснице, а другая зарылась в темных волосах. Оторвавшись от губ, Сан преступил к шее. Немного навалился на Муна, заставляя лечь. Терзая кожу зубами и губами, он провёл ладонями по напряжённым мышцам. У Воскресенского не получалось расслабиться. В тишине, не видя, разум рисовал картины из прошлого. Перед глазами застыла фигура, нависшая над ним. От этого перехватило дыхание. От прикосновения тело дёргалось и от неизвестности руки дрожали. Чтобы это скрыть, сжал одеяло. Для Сана это был знак, что он идёт в верном направлении, хотя на деле было не так. Раньше ему вправду нравилось с повязкой на глазах. Казалось, что ничего не изменилось, так как в последний раз всё прошло хорошо. Но стоит учесть, что он был в одиночестве. Возможно, это играет роль. Ещё секунду и он подскочил, сорвав повязку. — Давай без неё. — Сан смотрел на него в шоке. — И можешь не молчать, пожалуйста. — А что говорить? — его рука накрыла руку Муна. Нежно сжал её. — Не знаю. Что-нибудь приятное. — Ярков кивнул и раскрытыми пальцами надавил на грудь. Мун поддался и лёг. Начали всё заново. Сан навис над ним, ласково погладил по щеке и после коснулся губ поцелуем. Аккуратно провёл пальцами от груди до живота. Когда отстранился от его лица, наклонился к уху. Шептал разные комплименты, пока рукой забрался под спину. Мун прогнулся в пояснице только от прикосновения, а когда Сан стал массажными движения спускать по позвоночнику ниже… Парень прикусил губу. Обвил руками шею, сжимая одной светлые пряди на затылке. Ярков опустился к груди, так как словарный запас закончился. Да и Воскресенский лежал под ним расслабленно. Теперь он позволил себе чуть больше. Оставлял багровые пятна хаотично на груди, кусал, целовал. Ладонями прошёлся от лопаток до поясницы. Тело Муна дрожало от удовольствия. Мозг давно отключился, погружаясь в приятные ощущения. Сан поднялся к шее. Не подумав, оставил на коже несколько засосов. Обычно такого он не делал, так как видное место, но сейчас забылся. Накатили чувства и эмоции от нового и от долгожданной близости. Мазнул языком пару засосов и прикусил кожу рядом. Невесомо провёл по рёбрам, перебирая выпирающие. Сан снова потянулся к его губам, на что Мун охотно ответил. Руки остановились на бёдрах, пока брюнет возбуждённо терзал губы. Ладони с шеи пошли ниже по спине, переходя к груди и животу. Ярков простонал и отстранился. Убрал руки от себя и потянулся к презервативам со смазкой. На этом этапе завис. Стало так волнительно и боязно. Мун заметил его нерешительность. — Если не можешь, я могу сам. — Ярков смутился. В его бок нетерпеливо ткнулись коленом. — Думай быстрее, я не могу уже ждать. — Я сам. — поцеловал его в лоб и открыл коробочку. Попытался вскрыть упаковку презерватива зубами, но не вышло. Оторвал уголок фольги. Смущённо бросил взгляд на Муна, который прикрыл губы рукой, чтобы скрыть усмешку, и открыл пальцами, как цивилизованные люди. Надел на два пальца и взялся за лубрикант. Выдавил немного на фаланги и большим пальцем растёр по подушечкам прозрачную вязкую субстанцию. Вспомнил, что Мун обычно больше берёт, поэтому выдавил ещё. Не жалея добавил и убрал в сторону. Набрал в лёгкие воздух и медленно выдохнул. Волнение не унялось. На нервах достаточно резко ввёл пальцы, от чего Воскресенский прошипел и дёрнулся. Мышцы напряглись. Сан тут же вытащил, начиная тараторить шёпотом извинения. Пока Мун снова пытался расслабиться, он старался совладать с чувствами. Запрокинув голову, глубоко вдохнул и выдохнул. Тихое «Давай» заставило парня продолжить. Теперь ввёл пальцы медленно и неуверенно, давая парню привыкнуть. Воскресенский выгнулся в пояснице, упираясь затылком в матрас. Понемногу вводил пальцы глубже, от чего бледные ладони смяли одеяло. Приноровившись, стал делать более уверенные движения. Сан почувствовал себя смелее, поэтому навис над парнем. Рьяно коснулся губ, пока другой рукой эфирно провёл от шеи к паху. Мун впервые простонал. Поцелуй это заглушил, поэтому вышло тихо. Кажется, что впервые за все ночи, проведённые вместе. Или блондин просто не обращал внимания. Языком провёл по нёбу, стальной штанге в языке и отстранился. Наклонился к уху, нашёптывая что-то. В голове Воскресенского это не задержалось надолго. Вытащив пальцы, прикусил мочку уха и выпрямился. Заметил взгляд Муна на себе и мягко улыбнулся. Выкинул использованный презерватив и взял другой. Надел на член. Добавил добрую часть смазки, кажется, чуть ли не пол тюбика. С небольшим трудом притянул его к себе за бёдра и закинул одну ногу на плечо. Придерживая её за колено, плавно вошёл. Так же не торопился, давая Муну привыкнуть. А у него были смешанные чувства на происходящее. Приятно, но странно. С Саном он всегда был главным, а сегодня блондин доминирует. И почти со всеми своими прошлыми партнёрами он был сверху. Когда Ярков стал двигаться, думать о чём-либо, кроме нынешних ощущений, было тяжело. Поэтому он отдался моменту. Встретившись с взглядом Муна, Сан усмехнулся. Прижался губами к коленке, прокладывая вниз, насколько это было возможно, небольшую дорожку поцелуев. У Воскресенского перехватило дыхание. Грудь порывисто вздымалась. Сжал одеяло возле своей головы, утыкаясь носом в руку. Смотря на него сверху… Сан улыбнулся. Тело будто вырезали из белого камня. Сколько бы он не любовался этими изгибами, всё не мог насытиться видом. А сегодня парень был по-особенному прекрасен. Опустив его ногу, он склонился над ним. Повернул голову Муна за подбородок. Полу прикрытые веки, приоткрытые губы… Лицо у него такое же превосходное. Ярков чувственно вонзился в губы. Ладонью зарылся в тёмные мягкие волоса. Вспомнил, что чувствительная часть его тела это спина, поэтому свободной рукой оглаживал спину. Ещё несколько минут и Сан закончил. Навалился на грудь Муна, тяжело и неровно дыша. По телу разлилось горячие, но приятное чувство эйфории. Его ласково обняли, поглаживая по голове. Это продлилось пару минут, после Ярков приподнялся на вытянутых руках. Мун тоже поднялся на локтях и постарался оттолкнуть его. Сан посмотрела на него с непониманием. — Я ещё не всё, поэтому встань с меня. — зелёные глаза скользнули по телу в низ. И вправду не всё. Он коснулся полового органа, но Мун схватил за запястье. — Не переживай, не оторву. — Ярков улыбнулся, приблизившись к лицу. Поцеловал в шею. — Я всё сделаю. Расслабься. Воскресенский прищурился и ослабил хватку, отпустив руку. Ложиться не стал, наоборот принял сидячее положение. Сан нежно обхватил плоть, проведя вдоль рукой. Свободной ладонью приобнял за талию и поддался вперёд, наклоняясь к шее. Расцеловывая кожу, спускался ниже к груди. Мун набрал воздух сквозь стиснутые зубы, стараясь сдержать стоны. Прижав кулаком губы, запрокинул голову назад. Ярков мягко обхватил его запястье. Поднёс ладонь к губам. Касался ими костяшек, пальцев… Воскресенский сомкнул губы. Блондин усмехнулся и отпустил руку. Прижался к его груди своей, впиваясь в губы. Ладонь с талии скользнула к позвоночнику. Ещё несколько интенсивных движений и Мун был на пике. Он обвил шею Сана руками, стискивая пальцами плечи. По телу разлилось приятное чувство. Ярков отстранился, поднимаясь с кровати за салфетками. Этот эксперимент ему очень даже понравился. Кажется, что после этого он будет чаще в доминирующей позиции. Что до Муна… Всё прошло относительно нормально. Если не считать попытки с повязки, то прошло всё отлично. Когда Сан подошёл к кровати, Мун протянул ладонь. Ему заботливо вложили салфетку в руку. Вытер живот от вязкой субстанции и протянул обратно парня. Ярков всё выкинул и лёг рядом с ним. — И как? Понравилось? — положил голову на плечо, кладя ладонь ему на грудь. — Да. — кратко бросил Мун и отвернулся. Сан приподнялся. — Всё нормально? — наклонился к его лицу, целуя в лоб. — Да. — Воскресенский повернулся к нему. — Просто как-то непривычно. Давно принимающим не был. — Не будешь против повторить? — Ярков игриво прикусил губу и заправил тёмную прядь за ухо. — Не сегодня. — с улыбкой сказал Мун. Обхватил его ладонь. Смотря ему в глаза, поцеловал в тыльную сторону руки. — Конечно, не сегодня. Я не потяну два раза за ночь. — он рассмеялся, переплетая пальцы вместе. — Даже с перерывом? Слабенько. — Офигел?! — Сан отпустил его руку и слегка ударил по плечу. — С перерывом могу и три. — Откуда знаешь? — на губах появилась ухмылка. — Уверен. — он навис над ним, страстно впиваясь в губы. На спину легли руки, прижимая к груди. Укусив нижнюю губу, Сан разорвал поцелуй. — Хорошего понемногу. — щёлкнул по носу с лёгкой улыбкой. Лёг на его грудь, обвив шею. — Мы готовить уже не будем? — Почему это не будем? Будем, конечно. — не отрываясь от него, пробубнил Сан. — Давай пять… Нет, десять минут так полежим. — Хорошо. — Мун улыбнулся. Начал едва ощутимо гладить по спине. От этого парень стал засыпать. Но через двадцать минут распахнул глаза и поднялся. Стал одеваться и подбивать Муна. Прошла минута, и они были на кухне. Так как Сан предложил, он и готовил. Вечер прошёл в приятной атмосфере. Воскресенский принёс ноутбук. Параллельно с готовкой смотрели сериал. Давно они так не сидели… Пока есть свободное время, нужно им пользоваться. Потом работа, домашние хлопоты. Но в данный момент не стоит за это переживать. Просто наслаждаться моментом.