Последний курс

Небо затянуто серыми облаками. Солнца не видно. Ни одного лучика. И, видимо, сегодня будет дождь. Так как сейчас ранее утро, на улице дует прохладный ветер. Мун поёжился, застегнув ветровку и накинув капюшон. Чувствовал себя вялым, потому что не выспался и встал рано. Сегодня вручают дипломы. А до этого мероприятия хотел заехать на кладбище, что, собственно, и делает. Поэтому встал рано. Потёр слипающиеся глаза, продолжая идти мимо могил. Приехал он один. Валасия брать не стал. Говорил, что поедет, и юноша желания ехать с ним не изъявил. Настаивать не стал, помня какая реакция была с последнего визита. Оба почти смирились. Временами тяжело бывает, но время подлечило. Как жаль, что вылечить оно не может полностью. Валасия спокойно может поддерживать разговор, связанный с матерью, но осадок печали остаётся. У Муна также. Иногда и на эмоции вывести может. Тяжело вздохнув, сжал цветы и остановился у ограды. Отворил калитку. Переступив через неё, поднял глаза на могильные памятники. Оглядел вокруг них. С этими спектаклем почти не приезжал и успело всё зарасти. Несильно. Управится быстро. Поэтому, не теряя ни минуты, отложил цветы и опустился коленями в траву. Начал с могилы матери. Сорняк за сорняком. В это время особо не о чём не думал. Сосредоточился, что и забыл, где находится. Рукам без перчаток было неприятно и местами больно. Потом перешёл на могилу бабушки. Очистил столько, сколько смог. Кожа на ладонях покраснела. Попытался размять ладони, но это отозвалось лёгкой болью. Встряхнул ими и на шаг отошёл назад. Стало выглядеть опрятнее. Мун положил свежие цветы на могилы и сел на землю. Вытянул руки, кладя их на колени, и пристально оглядел холодный камень. «Как жаль, что ты не успела увидеть выпускной Валасия. Не сможешь побывать на вручении диплома. В принципе многое не сможешь увидеть…» — Воскресенский опустил глаза. Сжал одну руку в кулак, а другой накрыл. — «Почему именно так вышло?.. Компенсация мне тебя не вернёт. Тот человек отсидит и снова будет свободен. Жить, радоваться… Ещё уголовное дело хотели закрыть.» — Мун хмыкнул, вспоминая, как родственники виновного пытались договориться. — «И зрение мне это не вернёт. Оно и так было не очень, а сейчас ещё хуже.» — сняв очки, он посмотрел по сторонам. Размытые пятна кругом. Раньше эти пятна были чётче… Посмотрел на могильный камень. Буквы слились в единую полосу. Цокнул языком. Вытер слезу под глазом и надел очки. — «Я скучаю… И Валасий тоже.» — он сглотнул слюну и утёр слёзы. Но влага продолжала настойчиво застилать глаза. — Я люблю тебя. — горько улыбнувшись, последний раз бросил взгляд на могилу. Поднялся на ноги. Вышел, закрыв за собой ограду, и неторопливо направился на выход. Осталось терпкое чувство скорби в груди. Стало тяжелее дышать, будто что-то давило. Хотелось закурить. И очень сильно. До этого такой тяги не было, а если и была, то перебороть получалось. Но сейчас присутствовало острое желание закурить сигарету. Теперь проблема отсутствия этих самых сигарет. Он прикусил ноготь на большом пальце. Решил попытаться потерпеть. Может пройдёт. Если и нет, то купит в ближайшем магазине по пути домой. Нервно вдохнул и зашагал быстрее. Приподнял очки, чтобы вытереть дорожки слез со щёк. Стал выглядеть получше. Только глаза немного покраснели и были припухшими. Мун глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы окончательно успокоиться. Понадеялся, что отёки пройдут пока будет ехать обратно. Добравшись до ворот, он покинул территорию кладбища. У входа стояли две машины. Одна принадлежала Муну, другая — какому-то мужчине. Этот человек стоял рядом и курил, а поодаль от него стояла женщина. Она обнимала себя за плечи, пытаясь успокоиться, но выходило плохо. Слёзы ручьём катились из глаз. Мужчина был чуть спокойнее, но вид у него мрачный. Мун украдкой посмотрел на мужчину. От запаха табака желание покурить возросло многократно. Прикусив губу, направился к машине. Достал из кармана ключи и нажал кнопку на брелке. Фары на мгновение вспыхнули, но затем сразу потухли. В машину садиться Мун не торопился. Вроде и хочет одолжить сигарету у мужчины, но и старается бороться. Воскресенский неосознанно ладонью провёл по лицу и сильнее прикусил губу. В итоге развернулся и направился к мужчине. — Извините, вы бы не могли одолжить одну сигарету? Мои закончились. — он окинул Воскресенского напряжённым взглядом. После молча достал пачку и выудил одну сигарету, протягивая Муну. И потом начал вытаскивать спичку из коробка, который был у него в руках. — Не стоит. Спасибо. Мужчина кивнул. Воскресенский подошёл к машине и открыл дверь пассажирского сиденья. Не садясь, отварил бардачок. Документы, связка ключей и спички. Зажигалки не было. Вздохнул и взял коробок. Аккуратно захлопнув дверь, Мун облокотился спиной об машину. Достал спичку и чиркнул об бок коробка. Прикрывая рукой огонёк, чтобы не потух от ветра, зажёг сигарету. Втянул себя этот горьковатый вкус никотина. С выдохом стало полегче на душе. Только горло саднило. С каждой новой затяжкой чувствовал себя спокойнее. Уже было не так горестно. Когда докурил сигарету, на душе стало лучше. Не скребли кошки. Но теперь совестно перед Саном. Он обещал не курить и до этого успешно выполнял обещанное. Даже когда была небольшая ломка, смог через неё переступить. А сейчас он нарушил обещание. Сев за водительское сиденье, задумчиво постучал пальцами по рулю. От себя чувствовал лёгкий запах табака. Когда курил регулярно, не замечал за собой его. Открыл окно, что бы в салоне не было запаха, а может ещё с одежды немного выветрится, и завёл машину. *** По пути домой заехал в магазин. Купил сигареты и зажигалку. По лестнице поднимался быстро, так как задержался, а ещё надо переодеться и на голове навести порядок. Подойдя к квартире, полез в карман за ключами. Их не оказалось. Похлопал по карманам. Тоже нет. Видимо в машине остались. Возвращаться уж не стал. Времени в притык. Позвонил в звонок. Несколько секунд тишина и после с той стороны послышались торопливые шаги. Молчание. И последовал звук открывания замка. Дверь приоткрылась. На пороге стоял Сан с не заправленной рубашкой и расстёгнутыми брюками. Зато волосы были аккуратно уложены. — А ключи где? — блондин прищурил глаза, оглядывая Муна. — В машине забыл, наверное. А что? Без ключа не пустишь? — Воскресенский облокотился об стену, складывая руки на груди. — Именно. — и закрыл дверь. Но через секунду распахнул дверь. Жестом показал входить. Мун усмехнулся. — На сегодня прощаю, но в следующий раз будешь ночевать в подъезде. — со смехом и улыбкой сказал Сан и отошёл с прохода. — На такой случай в машине перекантуюсь. — Воскресенский переступил через порог и закрыл за собой дверь. Его тут же обняли. — Ты долго. Ничего не случилось? — Сан прижался носом к одежде парня и почувствовал запах табака. — Ты курил? — верить в это не сильно хотел. Всё же Мун обещал и давно не курит, а запах, потому что кто-то рядом курил. Но… — Да. — коротко сказал. Ничего не объясняя. Сан отстранился. Руки опустил с плеч к ладоням, нежно сжав их. От сжатия Мун тихо прошипел. — Что такое? — Ярков развернул ладони, оглядывая их. Заметил несколько небольших ранок. Опережая вопросы, Мун начал объяснять. — Немного решил почистить могилы от сорняков. — он старался не встречаться со взглядом Сана. Было неловко перед ним. Да, Мун взрослый человек. Может распоряжаться своей жизнью как хочет. Хоть курить по пачке в день. О последствиях курения знает. Что в школе об этом рассказывали, что на пачках пишут. Но неловко за нарушенное обещание. И купленная пачка добавляла этого чувства. Ярков потянул за руки на кухню. Там посадил Муна на стул, а сам стал смотреть на ящики с дверцами. По очереди открывал их. — Если ты ищешь аптечку, то она в угловом шкафчике. — Спасибо. — Сан сразу подошёл к нужному. Достал небольшую пластиковую коробку с разными мазями и лекарствами и поставил на стол. Нашёл перекись водорода и вату. — Что это вы тут делаете? — Валасий сначала выглянул, а после облокотился об косяк. Не отвлекаясь, Ярков продолжил обрабатывать ладони, поэтому ответил Мун. — Немного могилы почистил и вот. — на секунду отнял руки от блондина, демонстрируя брату, после вернул. — А почему не потом? Я бы помог… — Валасий с некой виной смотрел на Муна. — Там ещё есть работа. Не переживай. — тем временем Сан убрал перекись и вату. Достал мазь. — Не дёргай руками. — блондин нахмурился. С недовольством бросил взгляд на парня. — Хорошо-хорошо. — Воскресенский усмехнулся и ещё ближе протянул руки. Сан немного намазал на ранки заживляющую мазь. — Всё. Свободен. — Ярков стал обратно всё складывать. — Спасибо, солнышко. — он привстал со стула и, чтобы не замарать рубашку Сана, положил ребром руки. Поцеловал в лоб. — Пожалуйста. — блондин украдкой глянул на Валасия и смущённо отвернулся. Взял аптечку и понёс обратно. Юноша же, когда Сан отошёл, встал рядом с братом. Обнял его. — Что такое? — Мун приобнял его одной рукой, так же стараясь не замарать одежду. — Ничего. Ты снова куришь? — Это был последний раз. — Воскресенский на секунду завис. Что-то ему это напоминала — «Когда я успел стать, как Марк?» — он опустил голову. — По крайней мере я надеюсь, что это в последний раз. — но пачка сигарет в его кармане говорит об обратном. — Ладно. Пора собираться. — Именно. — Сан всё это время стоял рядом. Заправлял рубашку. Когда начал говорить, уже застёгивал брюки. Потрепал Муна по волосам. Спустя полчаса Воскресенский был готов. В спальне наводил последние штрихи на голове. Волосы завязал в низкий хвост, и петухи уложил совсем небольшим количеством геля для укладки. И опрятно, и не выглядит, как будто подсолнечное масло на волосы вылили. Сан же ждёт его в гостиной. Весь при параде. До этого всё вертелся в прихожей перед зеркалом. Давно на себе костюма не видел. В последний раз надевал на выпускной из школы. Парень поправил галстук, чтобы сильно не давило на шею, и посмотрел на часы на стене. Время ещё есть. Но поджимает. «Почему Мун так долго?». Не терпеливо тряс ногой. И вот. Наконец-то Воскресенский соизволил выползти из спальни. Сан вскочил с дивана. Подошёл к Муну, останавливаясь в несколько шагах перед ним. Оглядел его. Белая рубашка, где две пуговицы сверху были расстёгнуты. Черная жилетка и брюки, которые на свету отливали тёмно-синим. Пиджак висел на сгибе локтя, пока парень поправлял ворот рубашка. — Прекрасно выглядишь. — Воскресенский приблизился к Сану, продолжая рассматривать. Слегка одёрнул пиджак и после положил руки ему на плечи. Ярков от комплимента смутился. Неожиданно было. До этого ведь осыпал комплиментами. Он неловко улыбнулся и отвёл взгляд на секунду. — Спасибо. Ты тоже ничего. — не подумав сказал. — В смысле «ничего»? Я выгляжу превосходно! — и рассмеялся. Ярков в след за ним стал смеяться. Немного успокоившись, Мун спросил. — У меня с лицом всё нормально? — Сан пристально оглядел. Как обычно всё. — Нормально. А что? — ещё раз осмотрел. Может не заметил чего-то. — Я просто синяки и красноту тоном замазал. Пятнами вроде не лёг, но решил удостовериться. — Ярков оглядел кожу под глазами. — Нет. Всё хорошо. — Отлично. Тогда пошли. — Воскресенский обхватил его руку своей и повёл в коридор. *** Вот он. Самый важный день наконец-то настал. Выдача дипломов. Сколько нервов и сил на это всё. И не только сессии нервы мотали. Родители, которые очень настаивали на юридическом институте, а потом были недовольны и злы, что сын собрался учиться в другом городе. Но всё стоило того. Сан выдохнул и обвёл большой зал взглядом. Были студенты только их направления. Актёры театра и кино. Каждое направление подходит в определенное время. Помимо выпускников были и родственники. Они сидели чуть дальше. Тяжко вздохнув, сел нормально. Его родители, к сожалению, приехать не смогли, хотя хотели. Если бы только раньше предупредил… Но что горевать. Вышло так. Что поделать. У Муна и Роксаны тоже родители не присутствуют. В семье Роксаны случились какие-то непредвиденные обстоятельства и поэтому не смогли. У Муна по понятным причинам. Сан похлопал себя по ногам, а потом стиснул пальцами ткань брюк. Вроде просто встать и забрать диплом, но так волнительно. Он медленно вдохнул и выдохнул. Расслабил пальцы, отпуская ткань. Закинул ногу на ногу, сложив руки на колене, чтоб хоть куда-то их деть. Сверху его рук легла бледная ладонь. — Нервничаешь? — Мун немного наклонился в его сторону и спросил шёпотом. — Так заметно? — Сан рук не убирал. Со временем как-то стало все рано узнают или нет. Но всё же лишнего внимания не хочется, поэтому огляделся. По обе стороны от них сидят ребята. Не увидят из-за этого. Если только с переднего ряда не обернуться. — Очень. Сейчас то что волнуешься? Выступать не заставляют или что-либо делать. — Я не знаю. Просто нервно и всё. — Сан поднял глаза на парня. — В такой ситуации могу порекомендовать подышать и не нервничать. — Очень смешно. — Мун усмехнулся. — Но первый совет немного нервишки успокоить может. Сан не успел ответь. В зале погас свет. От этого Ярков отвлёкся. Перевёл взгляд на сцену и сел прямо. Мун убрал руку и откинулся на спинку сиденья. Ему бы скорее получить эту корочку. Не хочется тут сидеть. Поскорее бы домой. Или хоть куда-нибудь. Он выдохнул и расслабился. Если Сан слушал внимательно речь, то ещё чуть-чуть и Мун будет клевать носом. Когда директор закончил, начал звать на сцену. Сначала шли люди, которые получали красный диплом. В это число вошли Сан, Мун и Чика. Воскресенский выходил спокойно и расслабленно. Для фотографии легко улыбнулся, но, когда ушёл со сцены снова вернулось недовольное лицо. И вот дошла очередь до Сана. Под аплодисменты он резко встал, что чуть обратно не упал, и на негнущихся ногах направился к сцене. Нервно одергивал рукав пиджака, краем глазами оглядывал ряды сидений. Поднялся по ступенькам и подошёл к директору. Ему протянули диплом, взял он его слегка трясущимися руками. Пожав руку, встал ближе к директору для фото. Когда спустился со сцены, наконец-то со спокойствием выдохнул. На своём мести приступил рассматривать диплом. Бордовая твёрдая обложка c золотистым гербом и надписью «Диплом о высшем образовании». Улыбка растянулась до ушей. Спустя пару часов вручение дипломов закончилось. Стали приходить студенты других направлений. Ребята вышли из института. — Наконец-то! Я закончила! Да, ебать! — Роксана рассмеялась, отойдя чуть в сторону к остальным. — А теперь надо искать работу… — Бонни посмотрел на свой диплом и выдохнул. — Найдётся, не переживай. — Монти прижал к себе Бонни за шею, растрёпывая волосы ладонью. — Да за что?! — Меньше пессимистом будь. — и Гатор рассмеялся. — Цирк на выезде. — Мун подошёл к Монти. — Вот, как раз закончил, теперь можешь официально пойти в клоуны. — Тебе эта роль больше подходит. — Да-да, конечно. — Воскресенский перевёл взгляд за спину друга, после снова посмотрел на него. — Тебя уже ждут. — Монти сначала не понял. Похлопал глазами и обернулся. — Точно, забыл совсем. В общем, мы с Роксаной пошли. Вечером увидимся. — Стоять! А сфоткаться на память? — Чика достала из сумочки телефон. Попросила сфоткать мимо проходящего человека. — Улыбаемся, ребята. — все встали кучнее. Незнакомый человек сделал несколько фото и протянул телефон обратно девушке. — Спасибо большое! — Теперь всё? — ответом на вопрос стал кивок. — Тогда мы пошли. До вечера. — и Монти с Роксаной направились к родителям парня. — Я, наверное, тоже пойду. Меня родители ждут. Потом ещё за Фредди поедем r его родителями. Не скучайте до вечера. — Чика подмигнула им и пошла в толпу. — Что ж, тогда до вечера. — Сан обнял Бонни, а Мун на словах попрощался. Они отошли чуть подальше от института, где не было людей. — Не хочешь фото на память сделать? — Ярков потянулся в карман за телефон. — Думаю, я уже отказаться не могу. — парень бросил взгляд на телефон в руках блондина. — Конечно. — Сан хитро улыбнулся и включил камеру. Воскресенский встал возле него. — Встань по ближе. Я не кусаюсь. — положил ладонь ему на талию и притянул к себе. — Я бы поспорил, что ты не кусаешься. — Ярков на такое заявление закатил глаза. — Не паясничай. — возле уха послышался смешок. — Всё. Давай, натягивай улыбку до ушей. — уже через пару секунд в галерее было пару снимков. — Кстати. Не желаешь куда-нибудь сходить? — Например? — Не знаю… Кафе, парк, в театр, если есть что-то интересное. — В принципе, я не против. — Мун немного наклонился к парню. Его взгляд на мгновение скользнул в сторону, так как показалось, что кто-то знакомый идёт к институту. Но уже через пару секунд напряжённо посмотрел туда же. Возле толпы стояла знакомая рыжая голова. — Нет… — не осознано выдал шёпотом. — Что? — Ярков посмотрел в глаза парню. Увидев, что тот смотрит куда-то в сторону толпы, тоже повернулся. Ничего примечательного для него не было. — Что там? Кто-то знакомый? — Очень даже. — Мун сглотнул и повернулся к Сану. Блондин заметил… Испуг в глаза? Просто напряжение? Волнение? Какая-то не определённая эмоция. Может и всё вместе. — Пойдём-ка домой. Ты же хотел куда-нибудь сходить? Переоденемся и пойдём. — Яркову право выбора не дали, сразу стали тянуть за локоть. Пришлось просто подчиниться и, стараясь поспевать за быстрым шагом Муна, идти домой. Шли почти бегом. Мун был впереди и тянул за собой Сана, крепко, даже грубо, держал чуть ниже локтя. Ярков терпел. Было неприятно, но несильно больно. Ему на это всё равно было, ведь в голове был один вопрос: «Что вообще происходит?». А у Воскресенского в голове хаотично появлялись мысли. Вдруг просто похож? А вдруг правда он? Тогда зачем пришёл? Так совпало, что ему сегодня случайно приспичило сюда приехать? На случайность с натяжкой списать можно, но Мун это сразу отмёл. Он давно исключён из института. Восстановиться хотел? Сегодня институт не работает, да и вообще спустя столько времени можно восстановиться? Не важно. Пока Муна интересует только один вопрос. Зачем он пришёл? Они уже подошли к дому. Пройдя каменную арку, Сан стал идти медленнее и старался освободиться из мёртвой хватки. — Мун, стой. Притормози. — Ярков аккуратно придержал за руку. — И отпусти, пожалуйста. Мне больно. — Извини. — Воскресенский отпустил его. Они остановились недалеко от их подъезда. Сан оглядел парня. На лице брюнета наблюдалось смятение и напряжение. — Давай успокоимся. Вдох, выдох. — Ярков сначала поднял ладони, вдохнув, и опустил, выдохнув. Мун молча вскинул бровь. — Не ставь меня в неловкое положение. Повторяй. — Сан неловко улыбнулся. Воскресенский усмехнулся и стал повторять за ним. Из-за этой ситуации немного расслабился. — А теперь расскажи кого ты увидел. Или что-то случилось? — Неважно. Лучше пошли домой, мы вот. — указал ладонью на следующий подъезд. — Уже почти дошли. — Мун развернулся в указанную им сторону. — Постой. — Ярков опередил его и преградил ему дорогу. — Скажи мне, что там. Я настаиваю. — И, если я не скажу, мы будем стоять до вечера? — Да. — Мун вздохнул. — Там был Марк. Я, конечно, мог спутать, но проверять не хочу. Если это был и вправду он, то не хочу его видеть и знать зачем наведывался. — Мун обеспокоено обернулся. После вернул взгляд на Сана и положил ладони ему на плечи. — Пожалуйста, пошли домой… — Мун. — Воскресенский резко выпрямился, услышав своё имя. С губ слетел нервный смешок. Сан выглянул из-за плеча парня. Недалеко от них стояли два человека. Рыжий с сильно короткой стрижкой, по всей видимости Марк, и брюнет. — Ты не пойдёшь? — Я… Не знаю. — Мун смотрел в одну точку. В мыслях накатили не радужные воспоминания. Они были и до этого, но получилось не обращать внимания, а сейчас нет. Не выходит. — Мун! — видимо подумав, что его не услышали, попробовал ещё раз. Мун глубоко вдохнул и выдохнул, разворачиваясь лицом к Марку. Направился к нему. Сан хотел его остановить, но сдержал себя. Раз решил поговорить, то ладно. - Зачем ты пришёл? — начал парень без лишних прелюдий. Мун остановился на расстоянии вытянутой руки. Когда Марк хотел подойти ближе, то сделал шаг назад. На расстоянии легче контролировать ситуацию в случае чего. — Я… Эм… — Марк замялся. От стеклянного взгляда Муна было не по себе. Ожидал ненависти к себе, злости, но не равнодушия. — Это тебе. Поздравляю с окончанием института. — парень с неловкой улыбкой резко протянул небольшой букет цветов от чего Мун шарахнулся. Воскресенский нервно втянул воздух через стиснутые зубы. Сложил руки на груди, чтобы скрыть дрожь в конечностях. — Прими их, пожалуйста. — Спасибо. — рывком взял букет. Сжал его до побеления костяшек. Он находился в напряжённом состоянии. Рядом с Марком было страшно, так как не понимал зачем пришёл. Не просто же цветы подарить. От стресса заболела голова и всё вокруг немного поплыло. Мун немного опустил голову и потёр переносицу, чтобы немного унять это. — «Давление что ли поднялось на нервной почве?» — хоть головокружение никуда не ушло, парень поднял голову и посмотрел на Марка. — Ты только цветы пришёл отдать? — Воскресенский прищурил глаза с подозрением посмотрел на него. — Нет. — Марк поджал губы. Несколько раз собирался начать говорить, но замолк. Он переживал. — Я хотел извиниться. — и поднял глаза на Муна. Парень нахмурился. Наверное, только небо было хмурее него, если не наоборот. Повисло молчание. Марк ждал, что Мун хоть что-нибудь скажет на этот счёт. Парень только вскинул бровь, ожидая продолжения. Он уже знал, что ответит на это, но послушать бывшего парня хотел. Когда прошла минута, Марк глубоко вздохнул. — Прости меня… Прости за всё. Я… Мне жаль. — от этого всего у Муна задёргался глаз. — Тебе жаль? Тебе, блядь, жаль?! — плёнка, в которую были завёрнуты цветы, захрустела под пальцами. — Марк, давай лучше разойдёмся сейчас. — он не знал на чём концентрировать свои эмоции. На страхе? Гневе? Внутри всё перемешалось. — Мне правда жаль. Когда я пережил ломку и после не употреблял, не мог не вспоминать про всё, что между нами было. Особенно последний год наших отношений. Я хотел давно извиниться, но духу не хватало. Сегодня смог собраться с силами… Извиниться. Извини, пожалуйста. — он протянул руку, чтобы положить её на плечо брюнета, но тот дёрнулся. Этот жест был не резким, но Воскресенский все равно отшатнулся. Теперь паника перекрывала все остальные чувства. Марк отнял руку и опустил. Смотрел исподлобья на Муна, когда сам парень смотрел на него с широко распахнутыми веками. Перед глаза проносились картины из прошлого. Марк также извинился за синяки на лице и теле Воскресенского и клялся, что больше не будет такого. И такое, конечно, потом было. Не осознано пальцы коснулись виска с левой стороны. Припомнилось собственное отражение в те дни. Синяки под глазами от недосыпа. Гематомы, которые с каждым разом занимали всё больше места на теле. Мун поджал губы. — Я… — сказать эти слова тяжело. Но пускать пыль в глаза не хотелось. Поэтому собравшись с мыслями продолжил. — Я не могу тебя простить. Я до сих пор всё помню. И не могу забыть. — к глазам подкатили слёзы. Всё это морально выводило. Насколько смог взял себя в руки. Продолжал прошлую мысль не стал. — Лучше бы ты не приходил. Вообще. Ты мне напоминает о тех днях… И мы вроде всё тогда в палате решили? — когда он поднял голову, Марк заметил слёзы. Они не стекали по щекам, но скапливались в глазах. — Да, но я хотел лично извиниться. И посмотреть на тебя. Я понимаю тебя. Понимаю, почему ты не хочешь прощать. Но я надеялся. — парень провёл по волосам и на секунду отвернулся. — Я могу спросить? — Что ты хочешь спросить? — Марк мельком улыбнулся. — У тебя… Как бы это спросить… — он пощёлкал пальцами, пытаясь сформулировать вопрос не так прямо. — У тебя нет… Пристрастия к алкоголю? К наркотикам? — К чему вопрос? — Мун с подозрением прищурил глаза. — Просто я помню, как ты и дня не мог без алкоголя. И иногда тебе в бокал подмешивал наркотики… Хочу понять, насколько я подпортил тебе жизнь. — Воскресенский нахмурился. — Нет. — очередное молчание. — Спасибо, что послушал. Я рад, что у тебя сейчас всё хорошо. Я больше не буду появляться. — Я тоже рад за тебя. Удачи. — Мун сделал несколько шагов назад и после развернулся. Марк смотреть ему в спину. Смотрел как он подходит к блондинистому парню, который обнял его. К нему подошёл друг. Напомнил о времени и о том, что его ждёт девушка. Поэтому они тоже развернулись и направился прочь. Прочь навсегда. — Чувствуешь себя хорошо? — Сан нежно обвил его талию руками с беспокойством заглядывая в глаза. Всё это время он наблюдал со стороны на встречу. Немного брала ревность от факта, что Марк бывший парень. Но напоминал себе, что он бывший. Мун сейчас с ним. И после всего не вернётся к нему. Воскресенский покачал головой. Ярков положил ладонь на затылок и стал поглаживать по волосам. — Пошли домой. У меня голова болит. И… В общем, как-то не очень себя чувствую. — Сан рукавом рубашки утёр его слёзы. — Пошли. — широко улыбнулся и аккуратно потянул его к подъезду. Когда Мун двинулся за ним, Ярков его отпустил, но шёл рядом. Рука об руку. На случай если Воскресенскому станет хуже и начнёт заваливаться на бок. Или в обморок упадёт. Кто знает, как скажется стресс. То, что испытывал Мун в период подготовки к спектаклю, ни сравниться с нынешними навалившимися чувствами. Все воспоминания, эмоции, чувства смешались в голове в какую-то несуразную кашу. Боль начала сильнее давить на виски. Давление подскочило. Когда они почти подошли к подъезду, Муна накренило в сторону. Сан это заметил боковым зрением. В ту же секунду он схватил его под руку одной рукой, а другой приготовился придерживать за талию. Напряг мышцы, чтобы удержать Воскресенского. Хотя если учитывать разницу в весе и физической силе… Не удержать, но усадить на землю без травм. И вроде на руку должны были навалиться, а ничего. Ярков поднял на него взгляд. Мун смотрел на Сана с непониманием. Стоял уверенно на своих двоих. Через несколько секунд до брюнета дошло, что сделал парень. — Я на скамейку сесть хотел. — губы на мгновение растянулись в лёгкой улыбке. Когда его отпустили, он опустился на скамью. Ярков сел рядом. — Ты как? — поинтересовался Сан. Он аккуратно положил руку ему на плечо, ласково поглаживая. — Не лучше. — пальцы зарылись в темных волосах, уводя передние пряди от лица. Мун переложил ладонь на ладно парня, остановив, а волосы вновь заструились перед глазами. Он продолжил, предотвращая дальнейший диалог. — Спасибо, но не надо. И давай просто минут десять посидим молча. — сжав ладонь, он убрал её с плеча. Ярков понимающе кивнул. Сплёл пальцы в замок и задумался. О этом рыжем парне, имя которого он так и не вспомнил, о состоянии Муна. «Зачем он пришёл? Для чего возвращаются бывшие… Просить вернуться? Поздновато в этом случае, столько времени прошло. Или созрел только сейчас явиться.» — немного пораскинув мозгам, Сан пришёл к выводу, что нет. — «Нет. Он быстро для этого сдался. И к Муну не лез. Если хотел бы вернуть, всеми силами уговаривал. Хотя может и уговаривал… Но судя по его выражения лица не за этим пришёл. А что тогда? Напомнить о себе? Опять вопрос зачем. Напомнить о себе можно было бы и в сообщении. А хотя Мун, наверное, его везде заблокировал. Может извиниться пришёл? Почему нет? Пока это самое правдоподобное.» — боковом зрение уловил движения со стороны Муна. Воскресенский положил подаренный букет между ними и наклонился, закрывая лицо руками. Ярков сначала намеревался подсесть поближе и утешить, но замялся. Решил его не беспокоить. Пока понаблюдает со стороны. Устремил взгляд на парня и снова погрузился в свои мысли. — «Надеюсь наша вечерняя вылазка поднимет настроение…» — не успел Сан развить эту мысль, как вздрогнул. Мун резко вскочил на ноги, чем напугал парня, схватил цветы и швырнул их в урну. — Сука, жил себе спокойно, а тут явился… — Воскресенский старательно собирал свою жизнь по кусочкам первые два года после расставания. Было тяжело. Тяжело было прожить и день без спиртного. Тяжело засыпать. Тяжело жить. Но он старался. Старался жить. Старался забыть последний год своей жизни. И вроде восстановился. Зажил спокойной жизнью. С приходом Марка он снова стал тонуть в неприятных воспоминаниях. Всё те старания дали трещину. — Почему я забыл незначительные вещи, а не это… Если бы я этого не помнил, то жилось бы легче. — он опустил голову. Ярков без резких движений поднялся на ноги. — Пойдём домой. — на руку Муна легли ладони, аккуратно сжимая. — Чай попьёшь, успокоишься… — потянул на себя. Воскресенский поддался и пошёл за ним. — Я спокоен. — Ярков был с этим не согласен, но просто кивнул. — Все равно пошли. Чего тут сидеть. — на блондина посмотрели, и тот улыбнулся. — Пошли. — он поднялся. Сан следом. *** Сан на кухне ждал, когда чайник вскипит. Мун попросил его ненадолго оставить одного, поразмышлять. На полу кухни легли полоса света и тень парня. Он тоже думал о произошедшем. Ему очень было интересно узнать у Воскресенского зачем Марк пришёл, но не хотел лишний раз нервировать. Тем временем у Муна… Он развалился на диване, мучимый многочисленными вопросами и ужасными воспоминаниями. К чему были эти извинения? Не придёт ли он ещё раз? Не захочет ли всё вернуть? Ну и воспоминания. Как он терпел его. Как он его избивал. Как не останавливался, когда уже текли слёзы по щекам и он уже просто рыдал на взрыв. Как он довёл до нервного срыва. В общем, все ужасы. Ничего хорошего уже не осталось. Скрылось за мраком их совместной жизни и гематомами. У Муна даже сейчас от воспоминаний начинают наворачиваться слёзы. Он никому никогда не рассказывал об этом. Все стали только несколько деталей, а полной картины — никто. Всё это он нес в своей душе все это время. Может быть попытаться рассказать? Разделить это с кем-то? Не в одиночку нести эту тяжесть на душе… Воскресенский вытер слезу со щеки и приподнялся. Сел на диван. В этот момент вошёл Сан с двумя чашками чая с ромашкой. Застал Муна в поникшем состоянии. — Мунни. — он тихонько окликнул его, чтобы не напугать. Тот нервно обернулся. Ярков поставил чашки на стол и сел рядом, обнимая его. После отстранился и поцеловал кратко и нежно в лоб. — Как ты? — Плохо. — после короткой паузы и вздоха сказал Мун. Он колебался. Хотел поделиться, рассказать, в надежде, что станет хоть чуть-чуть лучше. Хотя бы сейчас. А дальше он будет дальше нести эту тяжесть. Просто Марк выбил землю из-под ног Муна. Неожиданность и неприятные воспоминания сделали своё дело. — Я хотел бы рассказать про Марка и наши отношения. Думаю, может мне станет лучше. — Я тебя внимательно слушаю. — Сан ласково улыбнулся и сел ближе, взяв его за руку. Погладил по костяшкам. Мун молчал какое-то время. Пытаясь собраться с мыслями. Думал с чего начать. После паузы он тяжело вздохнул и начал рассказывать. *** — Ребята, минуточку внимания! — жизнерадостная девушка помахала рукой, привлекая внимание не только своим громким голосом, но и жестом. Когда работники обратили на неё внимание, она продолжила. — У нас новый сотрудник! — она похлопала Муна по плечу. — Мун Воскресенский — несильно уверенно сказал парень. Другие сотрудники тоже представились. Зацепил взгляд Муна кудрявый рыжий парень. Ничего такой. Симпатичный. Представился Марком. — Обучать тебя будет Марк. Надеюсь, ты останешься с нами надолго! — после этих слов девушка ушла в помещение для персонала. Некоторые сотрудники вернулись к своей работе, а Марк и ещё один парень стали расспрашивать Муна. У Марка с Муном оказалось много общего. После десятиминутной беседы парень вернулся к своей работе, а Марк стал учить Муна. — Тебе вообще сколько лет? Восемнадцать хоть есть? — шутливо спросил рыжий парень, перемешивая в шейкере коктейль. Мун внимательно наблюдал за его действиями, попутно отвечая. — Есть, не переживай. — с лёгким смехом ответил Воскресенский. Так как у них много общего, то и темы для разговоров много было. Обсуждали фильмы, музыку, потом просто болтали, о жизни рассказывали. Так Мун узнал, что Марк учится в университете, куда подал документы. Этим он тоже поделился. Марк был приятно удивлен такому совпадению. И сказал, что был бы рад с ним учиться. Чаще видеться будут. Мун от этого слегка смутился. Прозвучало это… Немного как флирт. Предпочёл сделать вид, что не заметил. Возможно показалось. Так как сегодня он только учился, Мун на смену не остаётся. Поэтому до открытия клуба, он ушёл. Марк попрощался с ним, подмигнув в конце. Воскресенский слегка покраснел от этого. По пути домой парень много думал о Марке. Все мысли были заняты им. Он в его вкусе, но было тяжело признать, что ему нравится парень. До сих пор. Он ещё в школе это понял, но признать этого пока не мог. Он вздохнул и вышел из машины. Марк всё также не покидал головы парня. *** Прошёл месяц, как Мун стал работать в баре. Марк стал ему достаточно близким другом. Разделил с ним переживания по поводу поступления и радость по случаю принятия в вуз. К слову, его приняли туда же, где учится Марк. Рыжий парень был тоже рад этому. Воскресенский научился готовить всё меню и уже отработал несколько смен, которые прошли хорошо. Сегодня его смена совпадала с Марком. Мун очень ждал этот день. Он по нему скучал, ведь давно не видел. Давно заметил, что сердце при виде парня бьётся чаще и дыхание перехватывает. Но всё ещё отмахивался от этих чувств и не подавал вида, что-то у него внутри происходит. Марк же, как танк стал, если в начале общения он аккуратно флиртовал, то сейчас он не стеснялся, откровенно намекал и флиртовал. Муна это смущало и заставляло задуматься и сомневаться. Ему кажется или нет? Он ему нравится или нет? Почему всё так быстро случилось? Но сейчас нет времени об этом думать, пора работать. И увидеться с Марком… Мун вышел из раздевалки и пошёл в главный зал. Где его ждал Марк… Как только он появился у барной стойки, к нему сразу подошёл Марк. Положил руку ему на плечо и поздоровался. — Не хочешь выйти, пока рабочая смена не началась? Хотел с тобой поговорить наедине. — после этих слов Мун поплыл. — Хочу, пошли. — быстро взяв себя в руки, ответил, и они направились к чёрному входу. Марк достал сигареты и протянул одну Муну. — Нет, спасибо. — парень пожал плечами и зажёг сигарету. Они какое-то время молчали. Марк курил сигарету, а Мун мялся. Хотел как-то начать диалог, но не знал как. Волнение мешало. — Знаешь… Хотел с тобой поделиться одним секретом. — Воскресенский повернулся к нему. В ожидании смотрел на него. — Я гей. И ты мне нравишься. — Марк отвернулся и нервно выдохнул. Мун покраснел. — Хочу тебя пригласить на свидание. — Я… — он не знал, что говорить. Смущение смешалось с шоком. — Это всё так неожиданно… И… Я не знаю, что и думать, если честно. — Обдумай, подумай и ответь в конце смены. Пора работать. — потрепав его по волосам, затушил сигарету и выкинул. Ушёл во внутрь клуба. Мун пошёл за ним в полной растерянности. Что это было только что? Так резко и неожиданно. Как снег на голову. Он встал за барную стойку вместе с Марком, но на него старался не смотреть. Было неловко. Вся смена прошла в смятении. Всё валилось из рук. Несколько раз чуть не разбил бокал. Оглушительная музыка заглушалась в его голове мыслями об этом разговоре. Что ответить? Идти или нет? Вроде у них всё взаимно, но признаться себе не мог. Вернее мог, но с большим трудом. «В итоге я тогда с ним пошёл на свидание. И после него у нас начались отношения.» *** Мун нервно крутился у зеркала, поправляя волосы. Перед выходом Валасий поинтересовался, куда он и можно ли с ним. Воскресенский ответил уклончиво и поспешил выйти из квартиры, пока не начали допытываться до него. Поспешил на автобус, чтобы не опоздать. Пока он добирался до места встречи, много думал об этом свидании. Как оно пройдёт? Всё ли будет хорошо? Мун очень нервничал. Это его первое свидание в жизни. Тем более с парнем. А что о них подумают другие? Ведь чаще на такое реакция слегка отрицательная. Хотя они ведь и не буду прям делать что-то из ряда вон выходящее. Просто прогулка, может за ручку подержатся. Как школьники. А может и до поцелуя дойдёт… Но Мун сразу отмёл эту мысль. Рано думать о таком. Сначала бы просто прогуляться. Побольше узнать о Марке. Не увлечения, а что-то более глубокое. Мун вышел на нужной остановке и направился на место встречи, где его уже ждал Марк. Сначала они пошли гулять по красивому парку. Воскресенский начал с расспросов об учёбе. Как там, сложно ли, как преподаватели. Учиться он будет на том же направлении, что и Марк. А потом стал спрашивать о родителях Марка. Жил в полной семье, единственный ребёнок. Всё как у всех, счастливые моменты, грустные, и хвалили, и ругали. В общем, ничего сверхъестественного. Потом решили зайти в кофейню за кофе. Так как Марк пригласил его, он заплатил за кофе. Мун предлагал перевести ему деньги, но парень отказывался. После начали дальше разговаривать. Обсудили, кто что хотел бы попробовать. Марк поделился, что хочет много чего попробовать, но кроме чего-то противозаконного и наркотиков. Например, попробовать спрыгнуть с парашютом. У Муна такие же мысли. За эту прогулку он много чего узнал о Марке. О его «да» и «нет» в дружбе, отношениях и жизни. О семье. О его планах на жизнь. «А вскоре мы съехались. Всё это было так быстро, но тогда было все равно. Я был ослеплён влюбленностью. — Мун замолчал. — Началась учёба, начался и пиздец. Сначала всё было нормально. Он познакомился с какой-то компанией и часто пропадал с ними. Дома не появлялся, когда был с ними. Но в один вечер пришёл домой…» *** На город опустилась пелена ночи. Небо затянуло звёздами. Мун сидел в гостиной, читал книгу об истории театра. Вроде спокойный тихий вечер в гордом одиночестве. Марк опять ушёл к своей новой компании. Он там настолько часто пропадал, что Мун по нему заскучал. Скучал по вниманию, тактильностям… Что даже купил много чего из секс-шопа. Может ему надоело однообразие, вот чем-нибудь разбавить их интимную жизнь. Только бы выловить его среди чередующихся гулянок. Воскресенский вздохнул и перевернул страницу. В этот момент кто-то стал вставлять ключ в замочную скважину. Вернее пытаться, но было четно. Всё ещё не мог попасть ключом. Мун насторожился и отложил книгу. Поднялся с дивана и пошёл в коридор. Включил свет, подошёл к двери и заглянул в глазок. По ту сторону двери стоял Марк и всё ещё пытался попасть ключом. Воскресенский открыл ему дверь, и он ввалился в квартиру. Прям навалился на Муна. — Мунниииии, привет. — Марк заулыбался. — Привет, ты что перепил? — Мун присмотрелся к нему. Рыжий парень был бледным, глаза красные и зрачки расширены. Нет, это не алкогольное опьянение. — Неееет, кое-что получше. Но какая разница. — Марк выпрямился и запустил руки Муну под футболку. Воскресенский растерялся. — Ну, ты чего? Не скучал по мне?.. — Скучал, просто… Просто неожиданно. Да и с пьяными я не сплю, ты же знаешь. — Думаю, сегодня можно нарушить свои установки. Ради меня. — ласково промурлыкал Марк и попытался стянуть футболку. Но не получилось, Мун стал сопротивляться. — Нет, Марк. Хватит. — холодно сказал парень. За это ему прелетело пощёчина, что он чуть не упал. А потом его взяли за горло и ударили об стену. Удар пришёлся на затылок и спину. После его прижали к стене. — Не разговаривай так со мной. — гневно прорычал Марк и отпустил его. Мун закашлял, так как его немного придушили. Парень ушёл в спальню, а Воскресенский остался в недоумении произошедшим в коридоре. Он никогда не был таким...