Удача на неудачу

— Удача — на неудачу, неудача — на удачу, — бормотала Лотти, бросая в воду маленькие камушки. Один был более серым, чем другой, другой — немного светлее третьего, а третий вообще оказался прозрачным. Иногда такая последовательность повторялась по стечению обстоятельств не без удачи. Эх, ещё бы Лотти так везло по жизни, но нести бремя человека, который по жизни встаёт не с той ноги, а по итогу путается в одеяле и каждый раз падает с кровати, всё же кому-то нужно. Ей всё равно уже не привыкать. Двенадцать с половиной лет назад, когда маменька с папенькой решили обратиться к гадалке, чтобы узнать о будущем ребёнке, старушка сразу им сказала: «Коли родите ребёночка, то век ему жить с трудностями, бед не оберётесь!» Наверное, гадалка была настоящая, хотя Лотти всё равно относилась ко всей ситуации с явным скепсисом — где же в мире есть магия? Может, ей всё же повезло угадать! Ну вот, ещё один человек, которому повезло, верно ведь! Вот туда и ушла удача Лотти! Впрочем, чего расстраиваться и лить слёзки по тому, чего у девочки не было практически отродясь. Можно было сказать, что повезло ей только в двух случаях — родиться и при этом родиться настолько здоровой, что никакая зараза не берёт и любые проблемы со здоровьем проходят как по мановению абстрактной волшебной палочки. Денёк выдался очень даже приятным на погоду, только вот прохладненько немного, но на Лотти перед уходом из дома надели руану, которая была связана заботливой материнской рукой ещё год назад. Кололась, зараза, шерсть ведь такая, но зато тепло, да и хлопковая рубашка не давала подморозить руки — кажется, Лотти попросту не грозит замёрзнуть сегодня. Водица прохладная, но прохлада эта приятная, и грех не усесться на каменистом берегу, опустив ноги в холодную воду. Та приятно щекотала кожу между пальчиками и ступни в принципе, и Лотти улыбалась, ощущая это. «День прекраснее уже не может быть», — подумала девочка, не решаясь сказать этого вслух, вдруг спугнёт?.. Наверное, и думать было не надо, потому что со стороны кустов послышался шум и шелест, сопровождаемый далёким пыхтением, и звук усиливался по мере приближения его источника. Из кустов чуть ли не пулей вылетел мальчуган, старше на вид лет так на пять, чем Лотти, но только за счёт того, что сам худосочный, тощий, но высокий по сравнению с девочкой. Тёмные кучерявые волосы торчат в разные стороны, а в них ещё и веточки, сучки и листья запутались. Глаза большие, круглые — казалось, что глазные яблоки из орбит выпадут в любой момент. И этот мальчик явно от кого-то бежал, впрочем, Лотти долго гадать не пришлось, чтобы понять, что за бедолагой гнались собаки. — Мамочки! — орал дурниной мальчик, который явно не мог понять, куда ему от собак деться, потому что вода их явно не отпугнёт, а вот сам он засомневался, что сможет удачно перейти речку вброд. Лотти подскочила на месте и тут же вылезла из воды, забыв про сандалии. Кого-кого она точно на дух не переносила, так это собак, но девочка скорее боялась их, чем попросту ненавидела. Лотти, насколько быстро могла, рванула в сторону одного из достаточно высоких деревьев, попутно схватив незнакомого мальчика за руку и потянув его за собой. Тот воздухом подавился только, но всё же поспешил за ней залезть на одну из толстых веток. Собак было всего три штуки, на что Лотти скорчила рожицу и надула щёки: «Фу, церберёныши!» Девочка качнула головой и посмотрела уже на запыханного мальчишку.  — Ты, что, к сеньору Померано полез в сад, что ли? — пробормотала Летти, поджимая ноги под себя так, чтобы при этом не свалиться с ветки. Мальчишка посмотрел на неё так, будто Лотти — местная ненормальная, но та только сама покосилась в ответ с немым вопросом о том, почему он так на неё посмотрел. — Я на прошлой неделе видела, как он спускал своих собак на Марко и Альберто из-за того, что они попытались свистнуть у него манго. — А, — растерянно отозвался парень, чуть дёрнувшийся от того, что одна из псин подпрыгнула и чуть не куснула его за пятку, с которой в итоге сняли сандалий. — Фу, противные, фу! — верещала Лотти. Ещё бы найти способ отогнать собак… А способ есть! — Слушай, у тебя рогатки, там, не найдётся или чего-нибудь такого-эдакого? — Мальчик покачал головой, таращась во все свои большие глазища цвета коры какого-нибудь абстрактного дерева на Лотти, которая лишь на секунду задумалась, пока хлопала себя по карманам. Пара камушков в кармане и залежалась, и Лотти была готова завизжать от радости — тогда у них есть шанс смотаться от собак. — Надо залезть повыше, где листьев побольше, — шепнула мальчику на ухо Лотти, которая начала карабкаться с ветки на ветку. Мальчик подметил про себя, что делает она это так, будто всю жизнь росла в джунглях и жила в семье обезьянок. На самом деле всё было проще — когда твоя жизнь обременена извечными передрягами со времён сидения в песочнице, то как-никак придётся учиться совершенно неожиданным навыкам. Девочки обычно по веткам не лазают, но тут эта необходимость оказалась явной. Лотти помогла мальчику вскарабкаться, но тот делал это на удивление неуклюже и неловко — где-то рукавом рубашки зацепился, где-то ногой стукнулся, а вообще он неплохо приложился лбом к одному из суков. В общем, Лотти поняла, что, оказывается, в мире всё же есть человек, которому тотально не везёт. Пошуршав немного в кроне деревьев, дети смогли усесться между ветками так, чтобы больше особо не шуметь, и собаки немного затихли, теперь обхаживая деревья. Камушки легли в руку так удобно, что не хотелось их кидать, но девочка понимала — собак надо как-то отвлечь, а красивые камушки она ещё найдёт. Прицелившись, Лотти даже язык высунула, после чего прищурила один глаз и кинула камушек в дальние кусты, и те зашуршали так, что привлекли внимание собак. Лотти потянула за рукав рубашки паренька в сторону веток соседнего дерева, мол, «давай, карабкайся на них, пока собаки про нас забыли». Кажется, такого адреналина Лотти никогда в своей жизни не испытывала — все её приключения были масштабом всё же поменьше, чем погоня с каким-то мальчишкой, имени которого она не знает даже, от собак синьора Померано. Впрочем, она всё равно радостно пыхтела, когда в один момент, прислушавшись, спрыгнула с ветки на землю — и даже ногу не подвернула! …зато парнишка этот чуть шею не свернул, пока падал с соседней ветки на землю так, как обычно спелый плод манго шлёпается вниз. — Ну ты, конечно, шороху навёл! — хихикнула Лотти, покачивая головой. На лице широкая улыбка, в которой виднелась дырка вместо одного из зубов — молочный зуб последний выпал, теперь только новый ждать. — Давай-ка мотать отсюда, пока они не чухнулись за нами? — Х-хорошо, — не то крякнул, не то брякнул мальчик, взгляд которого всё ещё выражал вселенское удивление. — И всё же, как ты умудрился нарваться на собак? Они больно кусаются, — спросила Лотти, оглядываясь на мальчишку. Вблизи и без спешки она смогла переосмыслить кое-что — навряд ли он старше неё на много лет. Впрочем, что тогда, от страха, что сейчас — не пойми от чего, у него были пронзительного цвета большие глаза, блестевшие так, будто были сделаны из какого-то стекла, омытого речушкой и выброшенного на гальку, когда холодный поток и водный камень обточили его острые края и сделали круглым и гладким. Такие глаза обычно у детей — подростки такими радостными не бывают, особенно когда настаёт пора идти помогать родителям в семейном ремесле — в Энканто это было что-то вроде нормой, к которой можно привыкнуть, будучи уроженцем маленького поселения или деревушки вовсе. Мальчик ничего не ответил и даже потупил взгляд, продолжая неуклюже вышагивать за Лотти. — А ты не очень разговорчивый — впервые такое вижу, это забавно, — захихикала девочка. От понимания своей тяги к передрягам, взгляд на некоторые вещи становился донельзя простым и даже смешливым иногда — не вечно же на неудачи смотреть со слезами на глазах, и посмеяться над собой можно. Однако, что заметила Лотти, заставляло всё же немного задуматься — если бы собаки погнались за ней, то наверняка бы цапнули пару раз, пришлось бы идти к той чудаковатой семейке, живущей поодаль от самого Энканто, ведь там есть девочка, наверное их с мальчишкой ровесница, которая с ранних лет печёт арепы, способные залечить любые ссадины и синяки. Полезное дело, очень, только вот удивительное — всё же Лотти скептик, пока не убедится сама в чём-то, а к этой девочке за помощью она не обращалась. Сейчас она и от собак убежала вместе с этим бегуном, и сама не стала жертвой укусов, и даже смогла удачно отвлечь псин от себя — это ли не везение, которого давно не было у девочки? Правда, свои сандалии она так и оставила на берегу речки, и теперь трава приятно щекотала ступни. — Прости, — пробубнил мальчишка, на что Лотти повернулась практически на все сто восемьдесят градусов и уже полностью смотрела на мальчика. — Я даже не знаю, за что ты извиняешься, так что не думай об этом, но выглядишь ты ужасно. — Мальчишка сначала подумал, что что-то с его внешностью совсем не то — может, кожа, которая даже при всей своей смуглости, казалась серой от недостатка света, чем-то девочке не понравилась, а может что-то не так с волосами? Нет, всё хуже, наверняка всё дело в.! Лотти подошла к нему и поправила руану, ворот рубашки, чуть встряхнула кудри, не чураясь застрявших листьев и веточек, а потом сделала шаг назад и чуть склонила голову на бок, чтобы оглянуть мальчика вновь. — И ты не сказал, как тебя зовут! Думаю, после этой беготни мы теперь друзья — я всё ещё плохо всех здесь знаю, и друг мне бы точно не помешал, — заметила Лотти, протягивая руку мальчику, — меня Лотти звать, а тебя? Мальчик забыл думать и о своём утерянном сандалике, и о том, что вызвал какой-то переполох, а попросту поднял удивлённый взгляд на девочку, которая надеялась, что ей пожмут руку. — А я Бруно, — представился мальчик, чуть дрожащей от тремора, вызванного адреналином погони, пожав ладошку Лотти. Девочка улыбнулась ему и потянула в свою сторону, снова разворачиваясь в сторону дороги, которую знала только она одна. — Пошли, мой дом недалеко, мама наверняка уже приготовила обед, а собаки заставили меня проголодаться! Бруно сопротивляться не стал, хотя всё же удивился, что Лотти от него не стала шарахаться — видимо, и правда не в курсе, почему он такой неболтливый. Рано или поздно узнает, но мысли за желаниями не поспевали — желание отдохнуть и опомниться всё пересиливало, и он послушно последовал за девочкой.