Связанные судьбой. Книга третья.

      После обеда был первый в этом году урок защиты от тёмных искусств. Ученики вошли в класс, расселись по местам, достали книги, пергамент, перья и в ожидании профессора перекидывались шутками. Он наконец вошел, улыбнулся и бросил на стол видавший виды портфель. Одежда на нем была та же, потрепанная и заплатанная, но выглядел он лучше, чем в поезде, как будто поздоровел после нескольких сытных обедов.       —Добрый день, — приветствовал он учеников. — Учебники можете убрать. Сегодня у нас практическое занятие, оставьте только волшебные палочки.       С любопытством переглянувшись, ученики спрятали книги и бумагу с перьями. Практическое занятие по защите от тёмных искусств было у них всего один раз, они его хорошо помнили: профессор Локонс принёс клетку с шалунами пикси, выпустил их, и они перевернули всё в классе вверх дном.       —Ну что, готовы? — спросил Люпин. — Пойдемте со мной.       Школьники сгорали от любопытства. Вышли за профессором из класса, пошли по коридору и свернули за угол. Пройдя следующий коридор, Люпин остановился перед учительской.       —Ну вот мы и пришли. Заходите. И он открыл дверь.       В отделанной деревянными панелями просторной учительской стояло много старых разномастных кресел. В одном из них у камина сидел профессор Снейп. Он обернулся на шум и криво улыбнулся, блеснув глазами. Профессор Люпин вошёл последний и хотел было закрыть за собой дверь, но Снейп остановил его:       —Постойте, Люпин, я, пожалуй, пойду. Зрелище предстоит не из приятных.       Снейп поднялся и широким шагом прошествовал мимо учеников. В дверях он остановился, повернул голову и бросил взгляд на Сабрину. В нём девочка увидела какое-то странное беспокойство. Она свела брови к переносице и чуть склонила голову набок, уставившись на мужчину в немом вопросе. Но Снейп лишь покачал головой и вышел, громко хлопнув дверью.       Девочка вздрогнула и быстро огляделась. К счастью, никто из учеников не обратил на них внимания.       —Поглядите на гардероб, — сказал профессор Люпин и жестом указал на дальний конец комнаты, где стоял старый гардероб для мантий.       Люпин подошел к гардеробу, внутри что-то завозилось, и гардероб покачнулся, ручка дверцы задергалась. Ученики в переднем ряду отшатнулись.       —Там всего-навсего обычный боггарт, — успокоил их учитель. — Так что бояться нечего.       Большинство всё-таки полагало, что боггарта стоит бояться.       —Боггарты любят темноту, — рассказывал Люпин. — И чаще всего прячутся в гардеробе, под кроватью, в ящике под умывальником, одного я нашел в футляре напольных часов. Этот появился здесь только вчера. Я попросил директора оставить его для нашего сегодняшнего урока. Кто ответит, что такое боггарт?       Гермиона подняла руку.       —Боггарт — это привидение, которое меняет свой вид. Он превращается в то, чего человек больше всего боится.       —Замечательно, даже я не ответил бы точнее, — похвалил Гермиону Люпин, и та зарделась. — Так вот, боггарт в гардеробе ещё ни на что не похож. Он не знает, кого и чем станет пугать. Как он выглядит, неизвестно, но стоит его выпустить, он тут же станет тем, чего мы боимся больше всего на свете.       Сабрина задумчиво воззрилась на гардероб.       —А это значит, — продолжал профессор, — что у нас перед боггартом огромное преимущество. Можешь сказать, Гарри, какое?       —Ну-у… нас здесь много.       —Правильно, — сказал Люпин. — Поэтому с боггартом лучше сражаться вдвоем, втроем, вообще, чем вас больше, тем лучше. Он сразу теряется, не может выбрать, в кого ему превратиться. Заклинание против боггарта простое, нужно только одно: хорошенько сосредоточиться. Лучшее оружие против него — смех. Превратите его во что-нибудь смешное и рассмейтесь, он тут же исчезнет. Сперва поучим заклинание без волшебных палочек. Повторяйте за мной: ридикулус!       —Ридикулус! — хором воскликнули ученики.       —Замечательно! Но это самая легкая часть. Волшебное слово само по себе вам не поможет. Вспомните теперь, чего вы больше всего боитесь, и придумайте, как страшилище превратить в посмешище.       Сабрина закусила губу и стала бегать глазами по комнате в надежде, что что-то да натолкнёт её на мысль о своём самом большом страхе. Но тщетно. Она раньше никогда не задумывалась о том, что её может по-настоящему напугать.       —Ну что, придумали? — спросил Люпин. Сабрине вдруг стало страшно. Она еще ничего не придумала.       Девочка прикрыла глаза и вздохнула. Видимо, это отличный шанс встретиться со своим страхом, что был для неё незнакомцем, лик которого спрятан в тени капюшона.

***

      —…Сабрина, теперь ты, — неожиданно для девочки позвал профессор.       Сабрина, которая с улыбкой наблюдала за происходящим, тут же стушевалась и вышла на середину комнаты. Перед ней катался безногий паук. Те несколько секунд, что паук превращался в страх девочки, казались вечностью. Сабрина взметнула палочку, приготовившись, и замерла. Рука её дрогнула, глаза распахнулись, рот приоткрылся в безмолвном ужасе вперемешку с ошеломлением. Кулон на её шее стал ощутимо тяжелее.       Перед ней стояла… она сама. Но… Волосы девочки напротив были полностью чёрными, глаза стеклянные и блёклого сиреневого цвета, взгляд безжизненный, кожа мертвенно-белая. Облачена она была в длинное чёрное платье. Девочка стояла, уставившись на Сабрину, и не шевелилась.       Эйлертсон сжала свободную руку в кулак, и тут же ближайшее окно распахнулось настежь, впуская в учительскую порыв холодного ветра. Все присутствующие в недоумении наблюдали за этой картиной, ёжась от холода.       Девочка напротив Сабрины осклабилась, а её глаза вдруг недобро засверкали, наполнившись живым презрением и окрасившись в огненный цвет.       Далее всё произошло в считанные секунды. Люпин, опомнившись, взмахом палочки захлопнул окно, и, крикнув «Ридикулус», превратил боггарта в таракана.       Сабрина всё ещё стояла, не шевелясь, с волшебной палочкой наготове, и ошеломлённо смотрела на ползущего перед ней таракана, что был до этого ею.       —Что ж… — неуверенно начал профессор Люпин, — весьма… занимательно…       Профессору было трудно найти нужные слова, поэтому он замолк. Ученики, вмиг очнувшись, стали шептаться. Каждый толковал увиденное по-своему.       —Мисс Грейнджер, — профессор вдруг обратился к Гермионе, — отведите подругу к мадам Помфри. Пусть даст ей успокоительное.       В голосе Люпина слышалось неподдельное беспокойство. Гермиона кивнула и, подойдя к Сабрине, аккуратно взяла её за руку.       —Ри, пойдём, — тихо сказала она подруге и мягко потянула её за собой.       Девочка, ничего не ответив, послушно последовала за Гермионой. Весь путь до больничного крыла они молчали. Гермиона боялась спросить подругу о произошедшем, а Сабрина вновь и вновь прокручивала у себя в голове до мельчайших подробностей. Она с чёрными волосами, похожая на труп, неожиданно распахнувшееся окно, та странная улыбка, больше похожая на оскал, и глаза, полные презрения. Что это вообще могло означать? Чего же она боится?       Гермиона усадила её на одну из кроватей, перекинулась парой слов с мадам Помфри и, обняв подругу напоследок, ушла. Вскоре целительница вложила Сабрине в ладони стакан, наполненный жидкостью, что пахла душистыми травами.       —Выпей и приляг, — заботливо сказала мадам Помфри.       Девочка кивнула, одним глотком осушила стакан и, отдав посудину женщине, легла. Она уставилась в потолок, размышляя, с кем из преподавателей она могла бы поделиться своими переживаниями, чтобы ей пролили свет на эту загадку. Само собой, она должна поговорить с профессором Люпином. Но многого он пока не знает о ней, поэтому ему самому будет трудно объяснить.       Полежав в раздумьях ещё какое-то время, она твёрдо решила поговорить с профессором Снейпом. Он явно знает больше, чем сама Сабрина.

***

      Сабрина топталась перед дверью кабинета профессора Снейпа, не решаясь постучать. Пока она лежала в больничном крыле, эта идея ей казалась отличной. Но стоило ей оказаться перед дверью, что разделяет её и возможную разгадку, как в душу девочки закралось сомнение.       Сабрина сверлила взглядом дверное кольцо, как вдруг рядом раздался знакомый голос:       —Мисс Эйлертсон, Вы что-то хотели?       Девочка вздрогнула и удивлённо воззрилась на Снейпа. Он изучающе смотрел на неё, вскинув бровь. Прокашлявшись, она ответила:       —Да, я хотела Вам кое-что рассказать. Возможно, Вы сможете объяснить мне…       Недолго думая, Снейп кивнул.       —Хорошо, проходите.       Они прошли вглубь класса. Мужчина вальяжно сел за свой стол, а Сабрина за парту напротив, теребя пальцами край рукава мантии.       —Рассказывайте, — сказал профессор и уставился на Сабрину внимательным взглядом.       Девочка выдохнула и, собравшись с мыслями, во всех подробностях поведала о том, что произошло на уроке защиты от темных искусств с того момента, как настала её очередь сражаться с боггартом. Профессор Снейп выслушал её, не перебивая. Под конец рассказа, гриффиндорка заметила, что и без того невесёлое лицо мужчины стало мрачнее.       В классе повисла напряжённая тишина. Первой её нарушила девочка, осторожно спросив:       —Ну, так что, профессор?       Мужчина не спешил дать ответ. Он смотрел куда-то в пустоту, размеренно постукивая пальцами по столу. Затем он тяжело вздохнул и, всё так же не глядя на Сабрину, произнёс:       —Вы боитесь своих домыслов.       Эйлертсон тут же недоумённо нахмурилась.       —Это лишь моё предположение, — пояснил Снейп, заметив это. — Боггарт принял обличие того, чего Вы боитесь больше всего. Вы боитесь, что Ваше самое жуткое подозрение окажется правдой.       —То есть… Я боюсь того, что будет после того, как проклятье полностью подействует? — задумчиво выговорила Сабрина. — При этом, мне неизвестно, что случится, могу только предполагать.       —Возможно, — коротко ответил мужчина.       Они помолчали какое-то время. Затем девочка встала и, быстро поблагодарив профессора, поспешила уйти.       —Советую Вам уже начать учиться контролировать свой дар и управлять теми способностями, что уже проявились, — сказал Снейп, когда гриффиндорка собиралась выйти.       Сабрина лишь кивнула, выскользнула в коридор и быстрым шагом направилась в башню Гриффиндора.