Что будет после...

Было ранее утро, когда прозвенел надоедливый, противный звук будильника. Из приоткрытого окна сквозило прохладным осенним воздухом, а развиваясь от легкого ветерка тюль, пропускала в полу-темную комнату свет. С большой двуспальной кровати, облачившись в одеяло и сонно потирая глаза, вылез рыжеволосый парень, и недовольно садясь на край, кинул большую пуховую подушку в звонкий аппарат. Тот наконец заглох, и юноша снова беспристрастно упал на спину, потягиваясь и встряхивая копной запутанных волнистых волос. Было непривычно вместо слов матери по утру слышать этот писк, но делать нечего. Переехав в Токио на обучение, в один из лучших вузов Японии, Чуя не ожидал, что самостоятельная жизнь окажется настолько тоскливой. В свои 18 лет он уже имел полное право жить один, однако делать это не было никакого желания. Пересилив себя и выйдя с уютной кровати, Чуя дополз до ванны, а закончив с водными процедурами начал заваривать крепкий кофе, ожидая, пока закипит чайник, и чуть ли не падая головой на стол. Однокомнатная квартира, в которую он только вчера заехал, была маленькой, но довольно уютной. Сейчас, когда половина вещей еще были сложены в чемоданах, или валялись на полу, особой атмосферы не было, но она уже совсем скоро обещала появиться. В светлых тонах и с красивым интерьером, эта жилплощадь принадлежала отцу Чуи, и давно пустовала в одной из высоких новостроек почти в центре города. Времени до занятий оставалось более чем достаточно, и, выпив горячий напиток, Накахара привёл себя в порядок, взял всё, что может пригодиться и вышел из дома заранее. Не работающий лифт сильно раздражал, и все 7 этажей пришлось спускаться по ступенькам. Благо университет очень близко, и утренняя прогулка пешком пришлась очень даже кстати. — Добрый день. — Пробубнил Накахара при входе охраннику, оглядывая снаружи массивное здание, куда торопились студенты. Столь большое количество людей говорило и о разнообразии факультетов, и каждый выбирал только один, делая этот важный выбор. Как и всегда были те, кого заставили поступать строгие родители, те, кто выбрал свою специальность с закрытыми глазами, ведь она им без надобности, но были и такие личности, которые хотели поступить, поступили, и теперь не собирались отступать. Одним таким чудом природы являлся Чуя. Подобные ребята обычно либо стремились к знаниям, с полной уверенностью, что станут кем-то достойным в этом мире, либо причины были в другом. И их обычно называли «личными мотивами». Массивные двери открылись, и парень вошёл внутрь. Немного старое здание с потертыми обоями и ярким светом. Длинные коридоры и широкие лестницы, которые вели не только вверх, но и вниз, в подвал и кладовую. В первый год обучения на биологическом факультете было особенно трудно, и Чуя знал это, тем не менее не отступал от своей цели, ведь на то были действительно существенные причины, рассказывать которые он никому пока не торопился. Шагая по коридорам, Накахара оценивающе смотрел на разных учеников. Тех, что с последних курсов было заметно издалека, они тут как дома, все знакомы между собой, старше и опытнее. Да и застенчивых новичков тоже легко распознать, многие на одно лицо, ходят в поисках кабинета, и спрашивают у всех подряд, где вообще находятся? Не походив ни на тех, ни на других, Чуя нашел и кабинет, и само расписание предметов, облегченно вздохнув. Кажется кто-кто, а сам Накахара не очень понимал, что происходит. Вот он вроде поступил, гордился собой и осознавал: сегодня его первый учебный день. Но в тоже время эта информация доходила с опозданием. Такой спокойный, словно все, что происходит – обыденно. Словно каждый день ему выпадает шанс учиться в престижном месте на бюджете и жить совсем одному в центре, но это вероятно, попросту шок. Аудитория, в которую он попал, была просторная, с немного тусклым светом. На стенах вывешены плакаты с изображениями великих химиков и биологов, а так же краткие базовые термины, в качестве помощи на занятиях. Приглядевшееся свободное место у окна Чуя сразу забронировал и сел, ведь в кабинете уже располагалось много первокурсников, таких же, как и он сам, а оставшиеся подтягивались постепенно, лавируя между рядами парт. Один высокий черноволосый парень, с кончиков волос которого свисали белые пряди-кисточки, привлек внимание тем, что подсел рядом. Кажется, он не горел желанием общаться, размеренно раскладывая учебные пособия с рюкзака и даже не оглядываясь, что происходит вокруг, а Чуя просто хмыкнул и отвернулся к окну. Его новые знакомства тоже не привлекали, хотя он скорее просто не надеялся, что такое может с ним произойти. Последними, перед самым звонком зашли двое. Красивая девушка, стройная, с длинными светлыми волосами и выразительным лицом, на которую обратила внимание вся мужская часть аудитории. И парень, который шел с ней под руку, и сразу убедил заинтересованных юношей смотреть только на выданные учебники. Они быстро прошли куда-то на задние места, прямо за спину Накахары, и он нахмурился, расстраиваясь, что появилось слишком много близь сидящих соседей. Наконец вошёл учитель и огласил начало первой, вступительной пары. Их проинформировали обо всем, что касалось процесса обучения, мероприятий в течение года, педагогического состава и всего того, что растянулось на час рассуждения и посвящения в это ребят. — И последнее, среди университетов в нашем районе проводиться конкурс, он обязательный для всех первых курсов, и это придумали не педагоги или лично декан, просто теперь хотят оценивать не только ваши знания по имеющейся программе, но и по таким нововведениям. Попрошу разделиться на группы по 5 человек и крайний срок через две недели, вы должны сдать проект по выбранной теме. — Завершил преподаватель и раздал всем небольшие листочки с написанными вариантами тем. Многие сразу расформировались по командам. «Видимо по одному сюда учиться не приходят. Но ладно, надо выкручиваться.» – Подумал Чуя, закатив глаза. — Эй, тебе ведь тоже не с кем работать? Будешь со мной. Я Накахара Чуя. — Он в приветственном жесте подал руку сидящему напротив. — Акутагава Рюноске. — Пробубнил парень в ответ и легко пожал руку. — Хэй, ребят, я буду с вами хорошо? — звонкий голос окликнул их откуда-то с первых парт, и показалась рыжая макушка, подходящая ближе. — Я Тачихара Мичизо, можно просто Тачи. — Он подсел рядом. Со стороны этот парень был похож на типичного двоечника и хулигана, спортивный костюм, кепка на бок и закинутый на плечо чёрный рюкзак. Он оказался очень общительным, но их знакомство прервали. — Мы будем с вами. — Послышался спокойный голос сзади. Все трое обернулись и посмотрели на парня и сидящую рядом. — Ой, ну чего ты такой грубый, — возразила следом девушка, с непритворным сожалением смотря на ребят и как бы извиняясь. — Я так понимаю, вам как раз не хватает двух человек, и видимо никого на примете нет, поэтому как вариант, возьмете нас. Я вот Джессика, можно просто Джесс, а это Дазай, мой парень. Упомянутый только вздохнул и снисходительно кивнул, подтверждая сказанное. — Что ж, раз все в сборе, может соберёмся у меня на днях? Обговорим план и распределение обязанностей по проекту. — Предложил улыбаясь Тачихара. Никто, как и предвиделось, против не был. Они вскоре волей неволей все познакомились и разговорились, а Дазай понабравшись наглости окликнул Накахару на перемене, в большой столовой, ведь ждали только его. — Э-эй метр с кепкой, иди уже быстрее сюда, — крикнул шатен через все помещение. Чуя обернулся. За одним из столов сидели его со работники, но смотрели на него теперь не только они, а еще половина находящихся в столовой. Переводили взгляд с одного на другого, но быстро занялись своими делами и потеряли к происходящему интерес. Чуя крайне недовольно сдвинул брови к переносице и подошёл, демонстративно садясь возле Акутагавы и как бы намекая: «Я не знаю этого кричащего придурка». — Ты что, имени моего не запомнил шпала? — шипел Накахара, смотря враждебно и малость оскорбленно. — Ну чего так злишься? Я просто шучу, — добродушно отозвался Дазай и ойкнул, когда Джесс пихнула его в плечо. — Хотя имя можешь напомнить, а то вдруг забуду. Чуя быстро понял, кого из всех в этом здании он возненавидит больше всего. «Какой идиот. Только выпендриваться и может. Надеюсь, вылетит от сюда с первой возможностью, на зачете в конце полугодия например. А вообще так-то типичный сынок богатых родителей. Долго же его придется терпеть, — обдумывал рыжик. — Ну, как только закончим проект, в крайнем случае, пересяду и забуду про его существование». Так и было решено. Пар оставалось немного, всё же первый день, но будь он первый или последний, Чуя вряд ли утратил бы своё рвение учиться и желание вызубрить эти сложные науки. К вечеру он уже готов был упасть без сил, когда доделывал домашнее к завтрашнему семинару. Сидя за широким кухонным столом, и расположив вокруг себя все возможные учебники и методички, он сосредоточенно что-то писал. Конспекты. Но спустя несколько часов такой продуктивной работы можно было выдохнуть с облегчением. — Всё-ё. Наконец-то спать. — Сползая по стулу прошептал Накахара, начиная собирать весь беспорядок. Он направился в спальню, забирая с полки телефон и попутно выключая весь свет. Сев на край кровати включил гаджет, сразу сбавляя яркость на минимум и набирая контакт «мамочка». Довольно банально, но выдумывать не приходилось, да и зачем? Послышались медленные гудки. — Алло, милый. Как ты? — Мам, привет. Всё хорошо. — А в универе как? — Тоже не плохо. Преподаватели очень квалифицированные и понятно объясняют, хотя мне всегда было понятно, но сейчас придется немного потрудиться. — Это здорово. Ты нормально себя чувствуешь? Познакомился с кем-нибудь? — голос в трубке стал немного напряжен и насторожен. Кто-кто, а его мать прекрасно знала, что это не лучшая тема для разговора, но спросить хотелось однозначно. Женщина очень переживала, ведь её сын, который все эти 18 лет не покидал дом, вдруг переехал в совершенно другой город, и хотя это и случилось всего день назад, Коё уже нервничала, что могло что-то случиться. — Да, я принимаю лекарства и всё в полном порядке. Кстати про знакомства на удивление в точку! Я начал общаться тут с некоторыми ребятами. Не по собственному желанию конечно, просто мы готовим общий проект, и больше было не с кем. Они хорошие, мне кажется. Рюноске например. Он подсел рядом, молчаливый правда, но я думаю, мы как раз поладим. Тачихара, такой забавный тип, позитивный, всё ему не сидится на месте. Он примчался с первых рядов, вообще не понятно, что забыл там, но подошел познакомиться и даже предложил на днях пойти к нему домой. Обсудить совместную работу. Дазай ещё... но он просто кусок дерьма, хотя Джесс, девушка его, довольно милая. — Чу-уя, подбирай слова. — засмеялась Кое, вздохнув. — Ладно, ладно. Просто выскочка. Назвал меня «метр с кепкой», так еще и на виду у кучи людей. Выкрикнул, и все уставились на меня, как на зверушку в клетке. Ненавижу это, ты же знаешь. Потом еще величал «рыжиком», и все это под предлогом того, что имя забыл. Но я почти не среагировал, это было сложно, но я старался. — Я знаю, дорогой, знаю. Ты молодец. — Чуя тепло и устало улыбнулся, впервые за долгое время будучи доволен собой хотя бы немного. — Главное не нервничай, ну ты помнишь, а остальное само образуется. Твой отец кстати сегодня допоздна на работе, не знаю, когда теперь вернётся. Он предупреждал что задержится, какая-то деловая встреча намечена, и от нее видимо зависит доживет человечество до завтра или нет. — Ох, и как ты только это терпишь мам, — хихикнул Чуя, поддерживая это напускное осуждение. — Он же дома не бывает. — Ой, вот не надо тут. Я привыкла, ты же знаешь. Ладно, ложись спать, завтра рано вставать, верно? — Верно. Меня пока не отчислили, чтоб это было неверно. Спокойной ночи, люблю тебя. — И я тебя люблю, спокойной ночи. За секунду все погрузилось в звенящую тишину, но только сейчас, положив телефон, Чуя ощутил как происходящее реально. Ему чертовски не хватало этого разговора в живую. Вечером его ждала пустая квартира, и это было в новинку. С одной стороны такая жизнь манила и даже позволяла почувствовать, что он вполне нормальный, взрослый и самостоятельный человек, а с другой пугала, ведь если вдруг что, никто не сможет помочь… Где-то рядом на полке стоял стакан воды и распакованные блистеры таблеток. Чуя потянулся рукой за несколькими из них, научившись уже на ощупь определять, сколько и чего ему нужно, не раздумывая выпил и лёг, укрываясь полностью, прикрывая глаза, в жалких попытках сразу заснуть, не думая ни о чём. Однако это, как и многое другое, редко могло увенчаться успехом. *** Знал бы Накахара, как он был одновременно прав, и в то же время как ошибался, когда думал что Дазай – тот самый сын богатеньких родителей. — Ну Осаму, ну пожалуйста. Я всё-всё-всё сделаю, правда... — хныкала Джесс сидя на коленях у шатена. — Любовь моя, мы не купим ту «машинку», потому что она стоит больше чем весь этот дом. — Тяжело вздыхая говорил парень, хотя кажется аргумент девушку не вразумил. Дом, в котором они жили вместе уже больше двух месяцев, больше напоминал замок, с высокими потолками, выбеленными стенами и целой толпой служанок, которые бегали и выполняли любую прихоть за свою высокую плату. Поместье принадлежало отцу Дазая, и так как они с Джессикой должны были скоро пожениться, то девушка переехала жить к ним. Не сказать, что будущие молодожены до беспамятства любили друг друга, и можно было вообще усомниться чувствуют ли они что-то искреннее и стоящее, но никто не спрашивал, хотят они или нет. Джессика была симпатичной, образованной, а Дазай так вообще мечта любой девушки и не только, поэтому они не протестовали. Их родители должны были заключить очень важную сделку по сотрудничеству и общему бизнесу, а для подтверждения им было необходимо породниться. В сложившейся ситуации они были лишь ключевым моментом для получения большей суммы денег, и оба прекрасно это понимали, отдавая в жертву пустое местечко в паспорте. Дазай сидел на кресле, в их спальне за столом, и был не очень доволен, когда к нему на колени запрыгнула Джесс. Часть конспектов на завтра была не закончена, и он старался отделаться от девушки хотя бы ещё на несколько минут, чтоб дописать. Но такой возможности не представилось. Самым главным провалом в их отношениях было то, что им просто зачастую не о чём было поговорить. Дазай казался со стороны очень легкомысленным задирой, но дело в том, что как только предпринимал попытки поговорить на серьезную тему, или обсудить что-то, мало напоминающее шопинг и поездки в гости, Джессика чаще всего хмурилась, и говорила что-то вроде: «Ну чего ты нудишь? Давай-ка...» и они просто трахались. Больше шатен не поднимал никакие темы разговоров. Это немного напрягало, и заставляло задуматься о будущем, что будет потом? Но выбора не было, они — важная часть важной сделки и большого семейного бизнеса. Ничего более. И хотя такой фундамент ставил под сомнения счастливую, супружескую жизнь, было ясно, если не так – то никак. — Ладно, забыли про машинку хорошо? Оторвись уже от уроков, чего ты так стараешься? — дело всё было в том, что сам Дазай вряд ли бы поступил на биологический факультет по собственному желанию. Не его это. А пошёл он туда ради самой Джесс, которая страсть как мечтала поступить, и сначала делала все ради этого. Учила и старалась, переживала из-за результатов вступительных, а когда поняла, что все у нее получается, и напрягаться не надо, потеряла интерес. Она с легкостью могла ответить на вопросы преподавателей, но многое уже знала и изучила. Ей стало, откровенно говоря, скучно, а проблем это добавило Дазаю. Ему приходилось стараться в двойне, чтоб не отставать. И делать заданное за девушку, которая трудиться больше не собиралась. — Ну, я же должен быть умён как ты, верно? — Ты и так очень умный, а то, над чем сидишь так долго – просто, как белый день. — Легко тебе говорить, — в теории да, их родители финансировали сам университет, поэтому стараться было не обязательно. Но он, на собственное удивление, хотел. Хотел соответствовать и быть для кого-то примером, посему и старался. — Пойдём, уже пора спать. — Он поднял девушку на руки и понес к кровати. Атласное платье на бретельках заскользило по оголенной коленке, приподнимаясь, и это действо Дазай внимательно проследил взглядом, выключая свет и прикрывая дверь. — Осаму, — прошептала девушка, когда он нагнулся, целуя в шею и устраиваясь между стройных ножек. — ты же кажется хотел спать? — Я передумал. Ты против? — Н-нет. Совсем нет. *** В пятницу когда все были свободны, как и договаривались пошли к Тачихаре. На улице было по-летнему жарко, поэтому многие считали в календаре не первые числа сентября, а последние августа, не желая расставаться с любимым временем года. Ребята, повязав на пояс кофты и закатив манжеты на рукавах рубашки шли медленно, хотя их постоянно подгоняла резвая Джессика, которая заботясь о своем комфорте, хотела как можно скорее прийти, присесть и даже прилечь если получиться. — Вот же, почему не зачёт? Я же ответил на все ее вопросы. — Восклицал Чуя, засунув руки в карманы и подталкивая камушек под ногами вперед. — Ну, может у неё настроение сегодня плохое. — Ответил вдумчиво Аку, как его коротко стали называли все четверо, и ближе подошёл к Накахаре. За минувшие дни они успели не плохо так поладить, и даже много о чем говорили, как на парах, так и во время перерыва, и хотя первому Чуя был не очень рад, придерживаясь позиции слушать лектора и не отвлекаться, иногда это становилось так заунывно, что приходилось скрашивать минуты за разговором. Сам Акутагава оказался не таким уж глухонемым. Он просто не воспринимал совсем не знакомых людей, но теперь они спокойно шли бок о бок с Накахарой, и это стало даже обыденным. — У неё настроение плохое всегда, она просто стерва. — Негодующе поддержала Джесс, обхватив руками Дазая и чуть ли не падая на высоких каблучках. Девушка ладила со многими преподавателями, была обходительна и мила, но с этой женщиной у них была обоюдная неприязнь. Не строгая, а скорее озлобленная на всех и все, дама в больших круглых очках со стальной оправой не полюбилась всем и каждому в универе, поэтому негативные отзывы в её адрес можно было услышать нередко. — Да ладно вам, она не такая уж и ужасная как вы тут описываете, — расплываясь в довольной улыбке проговорил Дазай, внимательно наблюдая за и так обиженным ею Накахарой. — Согласись рыжик, ты не выполнил большую часть письменной работы, и оценка заслуженная. Чуя чуть дар речи не потерял. Дело было ясное, у этой специфической особы Дазай был в приоритете, единственный в своём роде любимчик, которого она хвалила и поощряла непонятно по каким причинам. Ходили слухи, что ей не хватает внимания, вот она и лезет к молоденьким парням, но кто их распускал и насколько это правда неизвестно. Тем не менее, на все эти доводы Чуя совершенно не хотел обращать внимание, пусть это и во многом оправдывало Дазая и его защиту педагога, Накахара знал — оценка снижена, причём сильно и несправедливо. А его во лжи уличает кто? Тот самый человек, который может безмерное количество времени возмущаться из-за любой ерунды, например поставленной чуть ниже, чем он сам ожидал оценки. — Что? Да как ты вообще... — «так, спокойно Чуя, никакой агрессии ты же помнишь? Один, два, три...» — ты просто стелешься перед ней как последняя сука, ради только оценок, или может, есть еще причина? — Какие причины? На что ты намекаешь? Да я даже имени ее не помню. — Не только ее, — подхватил Мичизо, посмеиваясь, — как можно было забыть, как зовут нашего зама? Его же весь поток знает. — Ой, какая сейчас разница? Это было давно. — Мы здесь учимся всего неделю. — Ну, значит слишком недавно. Я не успел запомнить. — Дазай многозначительно пожал плечами и снова вернулся к начатому. — В любом случае это не показатель, а вот твоя оценка рыжик – да. — Она не заслуженная! — Не унимался бедный Чуя. — Ну-ну, убеди себя какой ты молодец. Легко ведь винить всех вокруг. — Ехидно отвечал Дазай, получая какой-то физический и моральный кайф от того, как раздражался и терялся Накахара, но так старался держать себя и свои эмоции под контролем, что даже не ответил ничего, только ускорил шаг, слишком резко поднимая голову и показав средний палец. Интересно… На такие их перепалки уже никто особо не реагировал, как и на внезапные поцелуи и флирт Дазая и Джесс, веселые вскрики Тачихары по разным пустякам, и размеренные мысли вслух Акутагавы, по типу: «Зачем нам идти туда, в этом нет никакого смысла». Или: «Как думаете, если тому парню нашу химическую смесь с молекулярной биологии подсыпать в еду, он умрет от соединения веществ с желудочным соком, или от вкуса?» И произносилось это с таким серьезным лицом, что все были уверены, он серьезно, но закрывать этого юного профессора в подвале никто не торопился, так как попыток привести свои мысли в действие пока не было, и они покорно ждали. Наконец показалась нужная темно-бордовая крыша. Частный двухэтажный дом, в котором жил Мичизо, был огорожен высоким забором, а большая территория сада впечатляла. Выстриженные хвойные деревья, короткий, немного жухлый газон, среди которого большими форменными камнями была выложена тропинка, ведущая к дому и гаражу. Внутри интерьер не был броский. В спокойных тонах, с недешевой мебелью и закругленной лестницей на второй этаж. Просторная кухня и уютный зал с плазменным телевизором, большим широким диваном. Именно там они и расположились. — Я живу с родителями, но их сейчас нет. Работают допоздна в конторе. — Объявил Тачи, когда все сели около низкого диванного столика, вытаскивая материалы для первоначальной работы, а именно распределения темы, обязанностей, и кто за что отвечает. — Итак, начнем с простого. Простое как выяснилось, не оправдывало свое название и затянулось надолго. Уже темнело, когда растрепанные и перессорившиеся ребята, пришли к мирному соглашению, хотя и с большими усилиями. — Итак, к чему мы пришли, — было бы уместнее сказать приползли, но теперь Акутагава, как самый здравомыслящий, сидел на полу и разъяснял. Остальные смотрели на него с высоты, с дивана. — За информационное подразделение работы отвечаю я. За его редакцию – тоже я. За презентацию и слайды – Чуя, за их редакцию и сохранность – Джесс. За показ презентации – Тачи, и за прочтение текстовой части – ты, Дазай. — Все синхронно, а главное согласно кивнули. Конечно, работы у Рюноске теперь было не дать не взять много, и он был бы не против помощи, но это был единственный возможный компромисс к которому пришли без кровопролития, и Аку решил принести в жертву свое бесполезное свободное время ради спасения своих и друзей нервов. Он надеялся, что в данной ситуации его спокойная чаще всего натура очень помогла, а остальные знали, так и есть. Угнетало только то, что эта была всего малая часть работы, и им предстояло еще многое, поэтому было решено собираться у Тачи не реже чем через день и выполнять свою часть, продвигаясь вперед в этом нововведении образования.