Бесконечность и лиминальность

Я остался наедине с этой странной женщиной, поведение которой вызывало подозрения. Казалось бы - обычная робость, очевидно, мягкость характера, выраженная интровесия, однако в Закулисье этот набор выглядел небезопасно. В тихом омуте черти водятся. Женщина могла оказаться кем угодно, преследовать какие угодно цели и филигранно выдавать себя за обыкновенную странницу, потрепанную жизнью и травмированную здешними зрелищами. Я в целом с женщинами почти никогда не имел дела, и мне всегда казалось, что они более хитрые, чем мужчины - детский и глупый стереотип, однако подкрепленный реальными жизненными примерами. Я вспоминал свою мать, которая всю жизнь мне врала; вспоминал двоюродную сестру, так ловко мухлевавшую в настольных и компьютерных играх, её витиеватую речь, полную лести и эпитетов, когда нужно было подлизаться или что-то выпросить у взрослых в детстве. Вспоминал нагловатых и похабных одногруппниц, ведущих непристойный образ жизни. Вспомнил и пошлую тетку с Уровня 11, впарившую мне сок памяти - я с того стыдного времени почти ничего не помню, однако хорошо запомнил эту ловкость движений и пронырливость. Конечно, я встречал и милых женщин - та же Меган, вероятно, заменившая мне мать в Закулисье. Если кратко, то девушка мне очень не нравилась. Я чувствовал какую-то угрозу - завуалированную, запудренную угрозу. Мне не нравился этот туманный взгляд, белое веснушчатое лицо, растрепанные русые волосы и болезная астеничность щупленького тела. От неё исходила настолько неприятная атмосфера, что в какой-то момент мне захотелось развернуться, открыть дверь и побежать следом за Алексом с его коллегой - да, Алекс вел себя сегодня не менее странно, чем выглядела эта женщина, однако я примерно понимал, чего мне ожидать от него. Я ему доверял, я его по-дружески любил, он был мне как родной брат - отголоски старой службы в Б.И.Г. и приятные воспоминания о первой встрече с этим необыкновенным и, казалось бы, лучезарным человеком - человеком, порожденным Закулисьем. Я почти что сделал задуманное, тронул ручку двери, получив отрезвляющий ожог от её холода, однако остановился. Куда ж теперь идти?  Надо снова присоединяться к  Б.И.Г. Карьера, стабильность, жизнь в более комфортных условиях. Без голода, с ингибируемой неизвестностью. Служба на благо цивилизации Закулисья. Да. Я однозначно свернул не туда, решив устроить эту катавасию с приключениями. Мое физическое состояние однозначно оставляло желать лучшего - руки белые, как лист бумаги, холодные, как лед. Очевидно, анемия точно имеется в наличии. От истощения часто сводило икры и немели ноги, идти долго не получалось - кружилась голова, начиналась одышка. Периодически отказывало зрение. Идти дальше одному, исследуя то, что уже давно исследовано - бред. И ради чего все это? Я, считай, совершенный бомж в формирующейся закулисной экономической системе - у меня нет решительно ничего. И достать хоть что-то не за что.  –  Вам помощь больше не нужна, да? - негромко заговорил я; голос даже осип от моего осознания своей грубейшей ошибки. Вероятно, самой страшной ошибки за всю жизнь в этом гребаном месте, - Значит, идите дальше сами. До свидания, Катерина, всего вам наилучшего. Берегите себя. И я, как и планировал, одним нажатием на ручку открыл дверь. Мне не была интересна реакция девушки, я хотел как можно скорее убраться подальше от этого странного субъекта.  – Постойте, - окликнули меня со спины. Я нехотя повернулся на уже знакомый тихий голос, хотя симпатическая нервная система орала : «Беги отсюда. Беги, пока не поздно. Или бей.» Я чувствовал, как мое лицо меняется - с нейтрально-апатического выражения переходит на раздраженно-ненавидящее. Объективных причин для беспокойства нет. Тогда почему же мои мыщцы напряглись, а силы мобилизовались, как перед дракой? – Я хочу вам предложить свою помощь, - её голос, такой же тихий, вдруг стал чрезмерно уверенным. Всякое сомнение улетучилось, - Вы ведь совершенно не знаете, где находитесь. А в базе данных Б.И.Г. очень мало информации. Биговцам известно лишь о двух выходах отсюда, и все они ведут на не самые лучшие уровни. Не думаю, что вам понравится встретить вооруженного картографа на Уровне 2, либо умереть от ожогов на Уровне 3. Я был ошарашен такими заявлениями. Разве эта женщина сама не была «потеряшкой»? Или, может, у меня уже начались галлюцинации, нарушения когнитивных способностей. Судя по тому, как себя вели Алекс и мелочь, они помогали девушке разобраться с устройством уровня, выводили отсюда прочь. Разумеется, мне стало любопытно, что она выдаст дальше. Мой голос был ледяным, невероятно ледяным и строгим, монотонным и безэмоциональным. Не знаю, с кем в жизни я разговаривал более отстраненно  и холодно, чем с данной «Екатериной». – Разве вы знаете об этом уровне больше, чем они? Вы же сами вели себя неуверенно и растерянно, будто попали сюда в первый раз. – Я из Backrooms Robotics. Была на специальном задании, но это уже вас не касается.  Все стало ясно. Хотя, конечно, все это выглядело странно и подозрительно. И она полезла в карман джинсов тонкой рукой. Она вытянула ладонь вперед, ко мне - в ней была небольшая черная обложка, похожая на студенческий билет. На ней был нарисован характерный логотип и подписано : «Backrooms Robotics. Удостоверение сотрудника.» – Даже открою, чтобы вы мне точно поверили, - что она и сделала - развернула документ. «Екатерина» оказалась Региной Шафранской. Пол : Женский. Дата рождения : 16.04.1990. Должность : Программист категории M. Рост : 166 сантиметров. Вес : 48 килограммов. Утверждено : Роберт Уоттс, - Я уверена на сто процентов, что в Хабе вы застрянете; тем более - у вас нет уровневых ключей. Вы пройдете сотни километров, и даже если найдете дверь на какой-нибудь уровень, вы не сможете открыть ее. В ответ я съязвил. Вызывающе и открыто. – Почему же вы так беспокоитесь за меня? Может, я из Б.И.Г., и выдаю себя за бедного путника, чтобы получше узнать устройство вашей группы? – Все очень просто. Вам лишь повезло, что я - человек милосердный и мягкий. Считающий, что помогать нужно всем. Что жизнь человека выше всего. Регина говорила тихо, чувствовалась легкая робость, меланхоличность. И все же - голос полон решительности и уверенности. Он был похож на алюминиевую пластинку  - металлически-точный, но мягкий. Регина глядела мне прямо в лицо, и я стыдливо отворачивался, так как любой зрительный контакт мне никогда не нравился, а тем более - с этой особой. Жуткий дискомфорт. И все же, я на мгновение посмотрел на Шафранскую в ответ - прямо в грустные темные глаза, отливавшие янтарем в потолочном свете ламп. – Ладно. Мне терять нечего.