Альтернатива Спасению

Глава четвёртая. Черновик. Часть вторая. Шум и возня похуже чем в классе или коридорах учебного заведения. Столовая — излюбленное место практически любого ученика. Болтовня и скрежет вилок, звон стаканов и топот ног создавали суетливую мелодию, такую наполненную хаосом и в то же время неким уютом, что на пятнадцать с минут любой ученик мог сделать для себя перерыв от учёбы и перекусить, проводя время с друзьями или знакомыми. «Как много людей… вот там сидят наш класс, но почему я села сюда в угол? Тут пустой стол, на меня точно косо смотрят… » — сжимая руки в кулаки на коленках, Рита смотрела только в стол, прикрывая растерянные глаза под густыми и растрепанными волосами. — Рита, ты что хочешь? — Что есть то и буду. — Любишь рис? А котлеты на пару? Или лучше суп? — Рис…— казалось, что Рита была совсем потеряна, паранойа и страхи сковали её. От чего-то место подобное вызывало у нее не лучше воспоминания, начиная от травли в средней школе, когда на неё была облита манная каша с комочками, заканчивая первыми признаками расстройств, когда она осознала, что ей никогда не стать такой же аккуратной и стройной как её ровесницы. Хотя от природы фигура Риты была худощавая, правда ноги ей до сих пор казались слишком толстыми. Да и просто было дискомфортно, ей казалось, что на неё смотрят. Но не прошло и минуты, как Руслан, на удивление слишком скоро, вернулся, захватив и себе тарелку риса. — Всё, угощайся, я за всё заплатил. Даже чай успел купить, с сахаром. Какой ты чай любишь? — Я… обычный чай. — на волнении Рита не могла спокойно соображать, теперь пялясь в белоснежную тарелку с рисом и на слипшуюся, убогую котлету, не вызывающую у неё никакого аппетита. Но взамес второму у неё был чай и сладкая булочка, собственно, как и предлагал ей Руслан. — Правда? Я вот тоже люблю. Обычно чёрный пью, но моя мама говорит, что зелёный более полезный… я так и не понял почему. Ещё она говорит, что полезно есть рис, особенно рисовую кашу. — Ага… — А сладкое ты любишь? Может конфеты там… или шоколад? — Не очень люблю. — Эх, понятно. А ты чего не ешь? Осталось десять минут до конца перемены, ты должна перекусить. Не хочешь второе? Тогда хотя бы чай. — Да… Рита опасливо отодвинула тарелку, в которой лишь поковырялась ложкой и съела совсем чуть-чуть, теперь взяв в руки стакан с остывшим чаем. — Тебе нравится выпечка? Может ты любишь с каким-нибудь вкусом конкретно? Я знаю одну пекарню у нас в городе, могу показать потом. — Спасибо, не надо. Я не особо люблю выпечку. — Видимо, я взял то, что ты не любишь? — Руслан доедал свою порцию, но ощущал, как ему стало некомфортно, крайне неловко от возникшей ситуации. Он наоборот думал, что такие мероприятия помогут им сблизиться, чтобы узнать друг друга получше. Но кажется, подход к Рите должен был быть другим. Когда столовая опустела, Рита опасливо поглядела по сторонам и пододвинула обратно тарелку, съедая ложку за ложкой риса. Она знала, что будет ходить ещё долго голодной, она пыталась таким образом загладить вину перед Русланом, да и если Рита сейчас откажется, Руслан вряд ли больше будет так угощать её. — О. О, я рад, что ты решила поесть. Следующим что? Вроде география, ешь и не торопись, мы можем себе позволить опоздать на пару минут. — Угу, — кивая с полным ртом риса, девчонка старалась нормально жевать, показав своим видом, что она благодарна Руслану. Руслан только следил за ней краем глаза, допивая свой чай и радуясь, что Рита всё же приняла его незатейливые ухаживания, пусть всё вышло не так удачно, как он представлял себе. *** Дождь беспощадно бил по крыше крупными каплями, небо без просвета было укрыто тучами, а ветер сгибал тонкие деревья за окном. На последнем уроке Рита только и делала, что скучающе пялилась в окно, лишь с тоской осознавая, как будет нелегко добраться до дома. В начале сентября погода стала ухудшаться до такой степени, что если не знать, какой сейчас месяц, многие могут предположить что ноябрь. По крайней мере девчонку знобило и Рите становилось неуютно от мыслей, как ей будет ещё холоднее когда она выйдет наружу. Ещё и без зонта. «Как ей намекнуть? Я ведь вроде уже стал более менее близок к цели. Но будет глупо, если я всё скажу в лоб. Я хочу сначала стать для неё другом…но как много времени мне придётся на это потратить? Как обычно вообще люди становятся друзьями, а затем парой?» — в другом конце кабинета сидел другой человек, который был замучен вопросами. И это Руслан. Для него день прошёл серым и размытым перед глазами, часы в школе пролетели незаметно над усердной работой на уроках и постоянными мыслями лишь об одном объекте его обожания. — Подойти не можешь что ли к ней? Просто пообщаться? Раз тебя так тревожит это…— тыкнув Руслана ручкой, девчонка обеспокоенно захлопала глазами, отвлекаясь от письма. — Подойду. — Ты должен действовать как можно скорее. Сейчас об этом знают пара человек, через день будет знать весь класс, а ещё через день и Рита сама будет понимать, что ты к ней чувствуешь, если будешь дальше так пялиться на неё и молчать загадочно! — громким шёпотом пролепетала она. Она явно была озабочена положением одноклассника, да так, что даже тянулась к нему, чтобы помочь в любовных делах. А для чего? Она не дала ответа на этот вопрос. — И она прям совсем-совсем не выходит на связь? Ни телефон, ничего другого? О боже, в какое время мы живём, ты её проводишь за ручку после школы так, как это делал когда-то мой отец, ухаживая за матерью. — Перестань такое говорить. Это удобный стиль общения. И мы только начинаем контакт. — Ты только провожал её пару раз и накормил сегодня. То же мне, герой, ведешь себя не как романтик, а как её родная бабка. — Наташа, хватит! — пихнув соседку локтем, Руслан недовольно уставился на неё, всем своим видом показывая, что не хочет продолжать эту тему, тем более в такой неподходящий момент. — На этом вы его и закончите, если ты не расставишь всё точки над «i». — Лучше бы я не общался с вами на тему эту. Она личная. Я не буду больше ничего говорить, — обиженный, Руслан отвернулся, возвращаясь к уроку, пытаясь вникнуть в тему и внимательно слушать, но болтливая Наташа не успокаивалась. — Да ладно тебе, что ты разнервничался. Вот: можешь попробовать один способ, — она склонилась над ним сильнее, чтобы шептать прямо на ухо, лишь бы правда никто вокруг больше не услышал. Несмотря на раздражение, Руслан покорно наклонился, внимательно внимая в слова, шепот девчонки слегка щекотал его ухо, но он не отстранялся. — Вот что: ты можешь попробовать её проводить до дома сегодня. Видишь что на улице твориться? Если у твоего отца есть машина, то ты можешь попросить, чтобы тебя забрали, а там и заодно завезете Риту, а если этот способ не рабочий, то есть более простой — тебе нужно подождать её и потом предложить проводить под зонтом. Видел как это делают во всяких фильмах? Это так романтично, я думаю, что такой поступок поможет тебе сделать хотя бы маленький шажок навстречу к дружбе. Хотя я сама вижу, что у вас тут дружбой и не пахнет… — нервный смешок соседки по парте был слишком громким. — В конце концов никто не запрещает устроить свиданку. Мы если надо найдём и местечко и всё устроим. Даже если ты считаешь её просто будущей подружкой, то всё равно это вам поможет чт… — Наташа, уймись, — грубо отодвигая от себя знакомую, Руслан недовольно закатил глаза. Он вообще не просил никаких советов. А тех, кто любит трепаться по поводу и без Руслан терпеть не мог, но случай был единственным, так как с Наташей обычно парень не сидит. — Я сам разберусь, только не рассказывай никому больше, если у Лехи язык надо укоротить, то на догадливую тебя я могу понадеяться? — ответил ей нервозно Руслан, потому что ему было весьма неловко шептаться тогда, когда на них пристально смотрит учитель, стоящий в конце класса, пока они всё смотрят дружно видеоурок. — Конечно можешь надеяться! Я могила! — приложив руку к груди, радостно добавила девчонка. Но беседа неожиданно прервалась строгим тоном учительницы — Я вам там не мешаю ворковать, голубки? — уже подходя к ним, она хотела разузнать в чем проблема, но только своими действиями привлекла внимание всего класса. С этого момента Руслан держал рот на замке, следил за каждым своим движением и старался выглядеть по-особенному отстраненным от всего вокруг. Четвёртый час, школа почти уже была пуста. Быстро темнеет. Руслан все крутился вокруг раздевалки, держа в руках свою куртку. Среди кучи вещей, Руслан не мог разглядеть куртку Риты и чувствовал себя полным дураком, потому что умудрился забыть, какого цвета именно куртка у нее. И теперь он мог только растерянно наблюдать за тем, как стремительно пустеют коридоры и темнеет, а следом включается свет. «Выгляжу как маньяк наверное… как неловко! И не уйти же! На улице непогода, как мне поговорить с Ритой? И где она может быть вообще? Не помню, чтобы она всегда задерживалась в школе… Может неуспеваемость и её задержал кто-нибудь из учителей? Но ведь только начало года! — мысли ураганом метались в голове, у Руслана закружилась голова от хождения туда-сюда. Дурная привычка, когда парень проходил пять шагов вперёд, разворачивался и шёл назад. Иногда ему это здорово помогало думать, но теперь, в полумраке школьного коридора, это его только угнетало. — Точно! А вдруг Александр Львович ещё не ушёл? Сегодня он как-то… по-особенному отнесся к персоне Риты… — дурное воображение парня заиграло новыми красками. Покраснев, он только помотал головой, отгоняя такие рассуждения — Ну уж нет! Мне показалось! И если не показалось?!.. Рита справиться, она не даст себя в обиду! А если и будет что-то неладное — то этому подозрительному типу придётся иметь дело со мной! Вот что, пойду посмотрю её около нашего кабинета, может она так долго дежурит…» — сердце парня продолжало трепетать, ведь неуверенность сковывала его, а желание общаться было сильнее сонливости, жуткой усталости, которая сковывала его. Всё, что хотел бы сейчас Руслан — так это поесть и лечь в постель, хотя он знает, что вечер он проведёт совсем иначе. Наконец из полумрака коридора кто-то осмелился выйти ему навстречу — неизвестным оказался как раз тот, кого опасался Руслан. Рядом с ним Риты не было, значит, она не оставалась после уроков с новым учителем. Сейчас мужчина казался Руслану немного потрепанным, но тем не менее бодрым, он все время озирался по сторонам, словно выискивая кого-то конкретного и поглядывал на наручные часы, что носил на левой руке. Очки его были слегка спущены на переносицу, а волосы завязаны сзади в маленький низкий хвост, и не выглядели более опрятно, нежели с утра, когда тот был просто взлохмаченный. Но все-таки Воробьев сдерживался, чтобы не присвистнуть тихо — небрежность учителя и в то же время подчеркнутая серьезность, даже чопорность, его черное распахнутое пальто и дурацкий портфель, в котором он носил учебники и тетради — Александр Львович выглядел как настоящий профессор. Руслан не мог больше стоять на месте, упираясь плечом в стену и смотря в одну сторону коридора, потому что терпение его не было вечным. Он решил подойти к учителю. — Извините, Александр Львович… — Да? Ты что-то хотел? Я тебя внимательно слушаю, — по его внимательному взгляду, но рассеянному тону сомнительно верилось, что тот правда выслушает его. Все-таки учителя тоже люди и им не хочется тратить лишнее время во внерабочие часы ради учеников. По крайней мере такое часто замечал Воробьёв, в их стране по крайней мере было мало учителей, которые искренне любили свою работу и было ещё меньше которые и искренне любили работу и при этом готовы были чем-то жертвовать ради нее. — Вы утром говорили, что оставите Александрову Риту, мою одноклассницу после занятия поговорить, я почему-то подумал что вы оставили её именно после уроков и… До Александра Львовича не сразу дошло, о ком говорит мальчишка, потому что в первый день работы, при всех приложенных усилиях, увы, он не мог запомнить абсолютно каждого ученика, учитывая то, что он знакомился сегодня сразу с несколькими классами одновременно. А то что было утром он конечно мог и позабыть, тайно смущаясь своей рассеянности, потому что даже не смог вспомнить облик Воробьева и даже сейчас стоял и не понимал, кто с ним разговаривает. — А…Ты про Александрову? Я с ней поговорил сразу после первого урока, точнее попросил просто быть её более внимательной и сосредоточенной во время занятий…она потом сразу ушла без лишних слов. Я не видел её, клянусь тебе. — Не надо мне клясться, Александр Львович…— окинув скептичным взглядом учителя, пробормотал Воробьев при этом прикоснувшись рукой к шее в волнении — Извините, что побеспокоил. До свидания. — Скорее всего она уже просто ушла. И да, парень, вот мой тебе совет: будь более напористым, если хочешь добиться симпатии от нее, — Руслан опешил, посмотрев растерянно на учителя. «Кто это ему разрешил так резко переходить на «ты»? И почему он теперь тут советы раздает…и как он вообще узнал, что мне она нравится.» — в панике крутилось в тот момент в голове несчастного ученика. Александр Львович только искренне улыбнулся уголком губ. — Хоть у меня совсем ничтожный педагогический опыт, но я много наблюдаю за людьми. Очевидно ты не от просто так ждешь её здесь, а занятия закончились ещё час назад. У тебя хотя бы есть её номер? — Это н-не ваше дело! — грубовато отрезал Руслан, отскакивая в сторону. — Спасибо что ответили, но я больше не нуждаюсь в советах. — Как хочешь. Удачи в делах сердечных, до свидания,…Руслан же? — утверждая напоследок, мужчина стал снова серьезен и более собран. — Да. Руслан Воробьев. Ученик одиннадцатого «Б» вы у нас ещё алгебру и геометрию преподаете, — последнее было сказано явно с язвой, не присущей вообще натуре Руслана. Но именно в этот момент он был очень расстроен и разочарован тем, что сегодня пойдет домой в гордом одиночестве и тем, что он правда не может позвонить Рите, хотя её номер у него есть: телефон попросту сел ещё минут двадцать назад. Теперь связаться с ней он может только когда доберется домой. — Ага, прости. Мне сложно всех сразу запомнить. — Я понял, все нормально. До свидания, Александр Львович. — До свидания. На том эти двое и разошлись. Руслан, шагая по тротуару, злой, сырой и замерзший, шел по знакомым улицам. Он дошел и до поворота, откуда обычно выходила Рита, среди многоэтажек, этих серых панелек есть небольшой двор с убитой детской площадкой, там есть несколько подъездов и один из них ведет в одну из квартир. Горят десятки маленьких окошек, среди них точно есть одно, в котором можно было бы увидеть Маргариту. Но при всем желании Руслан не знает, в какое именно окно смотреть. Стоя с непокрытой головой и промокшим пальто, он всматривался в окна с печалью, боясь, что он нечаянно упустил из виду Риту. Его сердце трепетало от страха, потому что ему душа подсказывала, что между ними твориться что-то неладное. Он видел, что Маргарита молчит всегда, но и ему казалось, что душа её неспокойна. «Какие секреты ты хранишь, Рит? Почему не можешь поделиться хотя бы одним, самым безобидным? Или ты просто общаешься со мной из вежливости или «по приколу»? Пожалуйста, не играй с моими чувствами, не будь так жестока! Я правда переживаю за тебя, ты заняла отдельное место в моей жизни.Но занял ли я хотя бы какое-то место в твоей жизни?» — задаваясь этими вопросами, Руслан растерянно пялился на окна, в некоторых можно было разглядеть силуэты жителей, занимающихся своими домашними делами. Ливень продолжал лить, по асфальту поплыли ручейки, Воробьев был насквозь мокрый, а ботинки на ногах уже противно хлюпали. Но он ещё пару минут так простоял, держась, чтобы не сказать ничего вслух. Что-то поэтическое крутилось у него в голове, смешиваясь со страхами и переживаниями. Он ощущал себя потерянным бродячим котом, который умышленно не идет в уютный теплый дом, где его накормят, напоят, спать уложат и предложат всё для идеальной жизни и комфорта, но сердце его продолжало трепетать, в поисках счастья за пределами этого дома. Только когда Руслан вконец околел и промок до нитки, только тогда он решился двинуться с места и бегом побежал к себе домой, по пути его, конечно же на радость, успела обрызгать проезжающая мимо машина. Липкие желтые листья летели с порывами ветра с деревьев, одно из них приклеилось к волосам Руслана, он попросту не заметил его. В душе у него творился такой же сильный дождь и завывал ветер. Он ещё не знал, что тогда Рита была на не самой приятной встрече с человеком, который однажды ушел из её жизни и решил вернуться снова, чтобы подарить ненаглядной дочурке второй шанс на лучшую жизнь и передумать, вернуться к нему. У Риты самой на душе кошки скребли, она знала, что завтра первым делом пойдет извиняться перед Русланом за то, что вчера так по-английски пропала после уроков, никак не предупредив. Она опять же, умолчит о всех секретах.