The Blacks

- Пора, - негромко произнёс Люциус, тем не менее, не отстраняясь от меня.        Не узнавая себя, набравшись смелости не пойми откуда, я взяла его руку в свою и нежно подняла лицо супруга. - Как ты говорил когда-то? Мы - Малфои, мы справимся, - я улыбнулась настолько тепло, насколько могла.        Люциус медленно встал и, кажется, стал наклонятся к моим губам, но вдруг вздрогнул и схватился за Метку. - Идём, - только и сказал мужчина, ведя меня к двери.        Я глубоко вздохнула, кинула быстрый взгляд на своё опрятное, но смертельно бледное отражение в зеркале, после чего тенью скользнула за мужем.        Чтобы дойти до Большого Зала нужно было преодолеть три этажа и несколько длинных коридоров. Обычно на это у меня уходило минут десять, но сейчас путь показался мне чрезвычайно быстрым. Словно мы ступили за порог моей комнаты и аппарировали к массивным кованым дверям зала. Они всегда мне очень нравились - увитые чеканным золотом, гоблинской работы, с неповторимым узором, изображающим какие-то сценки из жизни Армандо Малфоя, первого владельца тысячелетнего менора. Я пребывала в диком восторге от этой золотой вязи с тех пор, как впервые увидела её. Но сейчас мне показалось, что это врата в ад, по меньшей мере. Если Милорд решил учинить расправу надо мной в Большом Зале, значит, соберётся весь Ближний Круг. Как бы не умереть от позора на глазах у всего высшего общества…        Перед дверьми мы с Люциусом остановились. Я робко дотронулась дрожащими пальцами до его ледяной руки, и муж сжал мою кисть так, что я с трудом сдержала стон. Быстрый взгляд глаза в глаза, Люциус поправляет серебряную застёжку мантии Пожирателя и толкает дверь.        На несколько секунд мне показалось, что в полутёмной комнате никого, кроме Милорда, нет. Но в следующее мгновение я поняла, что полный штат Пожирателей стоит вдоль стен, сливаясь с темнотой, в своих чёрных одеждах, масках и капюшонах, опущенных на лицо. В парадном обмундировании, как говорил Люциус. Церемониальные, парадные чёрные мантии из тяжелого бархата под плащами из такого же материала, цепи с пряжками гоблинской работы сдерживают мантии под шеей. На лицах тяжёлые серебряные маски из литого серебра с чеканными узорами.        Пока мы идём через зал к стулу/трону Тёмного Лорда, я некстати вспоминаю рассказы Люциуса. Это детишкам в чистокровных семьях рассказывают, что Пожиратели на заданиях движутся подобно теням, в этих рассказах (помню ещё по своему детству) слуга Тёмного Лорда обязательно силён, могущественен и одет в чёрный бархат и литую маску. Мы с Беллой всегда обожали слушать истории отца о доблестных воинах Милорда, об их отваге и красоте. В наших маленьких головках создавался образ этакого идеального аристократа, прыгающего по полю битвы в полном торжественном обмундировании. А Люциус объяснил мне, что так одеваются только на собрания или важные мероприятия. В основном Пожиратели отправляются на задания в наколдованных масках-дымках, не заслоняющих обзор, но скрывающих лицо. В лёгких шелковых мантиях и таких же плащах. Причём капюшоны в битве никогда не надеваются, дабы не мешать обзору. «Попробуй хоть минут пять поскачи в бархатных одеждах и серебряной маске, - говорил Малфой, - пот заливает глаза, тяжелая ткань замедляет движения и душит, капюшоны заслоняют и тот скудный обзор, что ты имеешь благодаря тоненьким прорезям маски».        Правда, сейчас я была рада такой форме одежды. Я могу смотреть на любого Пожирателя, не узнавая его и не сгорая со стыда. Просто безликие тени. Я старалась смотреть куда угодно, только не на Повелителя. Поэтому пока шла через тихий зал, цокая каблучками в унисон с Люциусом, старалась угадать, кто под какой маской. Вон та - точно отцовская. Он напряжён и это хорошо видно. Вон те двое, полных и жмущихся друг к дружке, однозначно Крэбб и Гойл. Та троица, стоящая ближе всех к Милорду, - Лестрейнджи. Братья и их отец. Я узнала их по субтильному Руди, который казался самым стройным и изящным из всех в этом зале. Не узнать тонкие бледные пальцы со шрамом на левом мизинце невозможно, что только подтверждает мои догадки. Я поглядела по сторонам от этой семьи в поисках Беллы. Но не из под какой мантии не струилась чёрная кружевная юбка, а из под капюшонов не выглядывали локоны. Беллатрикс не было на её обычном месте. Я оглядела весь зал, но худощавой фигурки сестры не нашла. Это было сразу понятно - никакая из масок не была горделиво вздёрнута в Беллиной обычной манере.        Я занервничала. Если нет Беллатрикс, меня никто кроме Люциуса не поддержит. По сути, одна Белла могла как-то отвести гнев Милорда, хотя я не поняла, чем она могла меня спасти. Та сцена в спальне была странной, я не могла взять в толк, почему так взбесился Люциус, который всегда держал себя в руках и считал магловские тумаки ниже своего достоинства, и почему Беллатрикс, которая наказывала людей за оскорбления, если даже намёка на них не было, простила Малфою удар в челюсть.        Мне показалось, что я шла к трону Милорда под сотней взглядов целую вечность, когда как на самом деле прошло не больше минуты. Просто удивительно, что столько глупых мыслей проносится в голове в такой тревожный момент. Наконец мы с мужем остановились у огромного стула, увитого каменными змеями, которые неприятно поворачивали головы и высовывали каменные язычки. - Люциус, - холодно прошелестел Милорд.        Я осмелилась бросить быстрый взгляд на Повелителя. Воистину, сидя на таком стуле, в чёрных одеждах, он был величественен. Наверное, даже красив. Странно, никогда не задумывалась о нём как о мужчине, пока не узнала о похождениях Беллатрикс. Хотя, наверное, высокий и стройный Хозяин с тонкими чертами идеального белоснежного лица в обрамлении чёрных волос был довольно привлекательным. Если бы меня не бросало в дрожь от одной мысли о нём. Даже красивые красновато-карие глаза не вызывали во мне ничего кроме панического ужаса мышки перед змеёй. Да и вообще вся внешность Милорда была неестественно совершенной, очень холодной и больше отталкивала, чем притягивала. Как только Белла умудрилась стать Его любовницей?.. Разве можно сравнить этого страшного человека с юным и прелестным Руди Лестрейнджем, с превосходными манерами и обожанием Беллатрикс. - Мой Лорд… - раболепно прошептал Люциус, становясь на одно колено и низко опуская голову в знак абсолютного смирения и готовности служить Хозяину вечно.        Я чувствовала на себе множество глаз, но когда пронзительный взгляд Милорда перешёл на меня, будто молния прошла через моё тело. Я трусливо подняла на Него глаза и сразу опустила их. Опять чувствую себя парализованной. Как жертва перед лицом анаконды… - Твоя супруга сегодня взволнованна, как я погляжу. Наверное, Хаффлпафцы стали умниками, а Василиск - любимой зверюшкой Дамблдора, если у Нарциссы Малфой не подготовлено вежливого приветствия для меня и с десяток учтивых фраз, - Милорд усмехнулся одними губами, глаза, как всегда, оставались холодны и прожигали насквозь.        Я опомнилась и грациозно опустилась в глубоком реверансе, расстелив по полу кремовое платье и жемчужную лёгкую мантию. Почему-то подумалось, что я выгляжу как прекрасная Ульрика-магглорождённая из старинного сказания, которую убили на кровавом ритуале чёрные маги. Наверное, ещё вчера я сказала бы, что это безумно романтично - юная дева в светлых одеждах в окружение мрачных теней, перед Тёмным Властелином, и только её принц готов встать на защиту любимой. Но я не похожа на романтическую героиню, так как некрасиво трясусь от страха и судорожно перебираю в голове самые подлые пути спасения, а не проявляю кроткую покорность судьбе, а Люциус вовсе не напоминает принца. Хотя внешне он и мог бы показаться похожим на Вильгельма из сказания, но Малфой никогда меня не любил, ни за что бы не отдал за меня жизнь и уж точно не бросил бы вызов Повелителю. Разве что Милорд и его слуги идеально подходят под тёмных колдунов из легенды. Что же такое, опять глупые мысли! - Прошу простить меня, Милорд, за неучтивость, - тихо сказала я. - Я всего лишь не могу сказать и слова, понимая всю глубину своей вины.        Волдеморт недоверчиво хмыкнул, явно выражая сомнения в моей искренности. - Малфои, вы всегда знаете такой ответ на любой вопрос, что и придраться не к чему , - посетовал мужчина. - Няньки и учителя с пелёнок вбивают в ваши белобрысые головы учтивые словечки, не так ли? Уверен, если я застану Люциуса за обшариванием моего стола, он и тогда сумеет отвертеться. Да и женушка ему под стать, - судя по всему, Повелитель находился в устало-ворчливом настроении.        Обычно в такие моменты Ближний Круг всеми правдами и неправдами старался подсунуть под нос Милорду Беллу. Та сглаживала мрачный настрой, и основное внимание Повелителя приходилось на мою сестру. - Мой Лорд, уверяю Вас, мы с супругой бесконечно преданы Вам… - завёл Люциус речь в своих лучших манерах. - Я слышу это каждый день, Малфой, - кисло заметил Хозяин. - Да, кстати, можете встать оба. И так в глаза не смотрите, а тут ещё и на полу ползаете.        Люциус сделал мне жест, не давая подняться, и сам остался на гладкой плитке. - Моя вина так глубока, Мой Лорд, что я не смею стоять перед Вами. - Мой скользкий друг, на этот раз твои изыски тебе не помогут, - дружелюбно осведомил нас Повелитель.        Малфой поспешно поднялся, как и я. Милорд задумчиво рассматривал меня, от этого взгляда внутренности сжимало, а в горле пересыхало. Да что там, кровь стыла в жилах… Однако, на какие-то секунды мне показалось, что Хозяин выглядит устало и Ему самому надоел этот фарс. Я вдруг подумала, что, возможно, и Он человечный немножко. На месте Милорда мне бы хотелось поскорее дать мне парочку Круциатусов и пойти отдыхать. Возможно, с готовой услужить во всём Беллой.        Как раз когда я додумывала эту мысль, наши с Лордом взгляды схлестнулись, и я без слов поняла, что он услышал мои мысли. Сердце упало. - Браво, Блэк, ты не так безнадёжна, как кажешься, - произнёс Повелитель негромко, а затем возвысил голос. - Итак, мы собрались здесь, чтобы свершить суд. Что ты можешь сказать, Люциус?        Люциус молчал некоторое время, будто собираясь с силами, я же в это время слегка успокаивалась. Потом кинул стремительный взгляд на меня, на мой живот, и заговорил. - Повелитель, прежде всего я хочу попросить Вас о снисхождении. Видите ли, Нарцисса беременна, сильное наказание повредит ребёнку…        Муж осёкся, наткнувшись на взгляд Повелителя. - Ты в своём уме, Малфой? - вопросил Хозяин. - Во-первых, это не относится к делу. Во-вторых, неужели ты серьёзно полагаешь, что меня это волнует и смягчает вину Нарциссы? Нет, это не так. Она получит своё наказание, а если с ребёнком что-то и случится, это только послужит уроком вам обоим.        Сигнус Блэк, которого я узнала по маске, тихонько застонал. - Мой Лорд, я умоляю Вас вспомнить о том, как верно вам служили Малфои и Блэки, прежде чем выносить приговор, - подал голос отец. - Вспомните и о Розье, Милорд, - произнёс дядя. - О чём именно я должен вспомнить, друзья мои? - насмешливо уточнил Повелитель. - О провале плана по захвату Поттеров, Блэк? Или про то, что ты не сдал мне вовремя доклад, Розье? А, нет, возможно о том, как Люциус вернулся с задания с раной вместо бумаг Дамблдора? Если кто-то из ваших семей и мог о чём-то просить, то это Беллатрикс. И только помня обо всех её заслугах, я согласился смягчить наказание до трёх Круциатусов.        Наверное, надо было облегчённо вздохнуть и начать думать о благодарности Белле, но… О Мерлин и Моргана! Три Круциатуса! Одного хватит, чтобы вызвать ложные схватки, двух будет достаточно для выкидыша, а уж после третьего я точно либо рожу урода, либо останусь бездетной. - Повелитель, это я виноват в том, что вы не узнали об Андромеде вовремя, - негромко произнёс Люциус, глядя на мой живот.        Милорд вопросительно вздернул одну бровь, а в зале воцарилась тишина после слов моего мужа. - Жена передала мне разговор с сестрой, но я убедил Нарциссу в том, что её выговора Андромеде достаточно. Кто бы мог подумать, что девушка из такой семьи вдруг сбежит с маглом… Возможно, дело в недостаточно строгом воспитании… - Люциус умело перевёл стрелки на моего отца.        Я всегда была любимицей матери, в то время, как папа обожал Беллу. Но всё же я его любила, и мне было больно от того, что тот может пострадать, тем более из-за меня. Я с шоком и обидой взглянула на Люциуса. Но тот встретил мой взор ледяными серыми глазами и лишь посмотрел на мой живот, давая понять, что ребёнок - прежде всего. - С Блэком я уж разобрался. Сейчас разговор о Нарциссе, Люциус, - едко напомнил Повелитель. - Хотя, что тут разговаривать? Я уже вынес приговор. Кстати, кому-то ещё повезло, что исполнителем будет не Беллатрикс. - Мой Лорд, но ребёнок… - Малфой, мне нужно призвать Беллу? - только и сказал Волдеморт.        Люциус всегда казался мне чем-то сродни Милорду - без чувств и эмоций, ледяной статуей… Но сейчас я увидела мужа в новом свете. Живым, а не изваянием из мрамора. На лице целая гамма эмоций от боли до отчаяния и страха, глаза полны жизни, а не льда… Никогда не думала, что при взгляде на Малфоя в моём сердце может что-то шевельнуться. - Повелитель, я… Я не смогу… - от безысходности пробормотал Люциус. - Я не привык повторять, - в устало-небрежном тоне зазвучала сталь. - Умоляю, накажите меня, но не её! - Люциус… - раздражённо прошипел Милорд, теряя терпение.        Несколько мгновений я наблюдала мучительную борьбу Малфоя с собой, затем вся краска сошла с его лица… и один из самых гордых людей, которых я знала, встал на колени… Люциус никогда не делал этого даже перед Милордом. Одно колено - верх его возможностей.        По рядам Пожирателей прошёл шепоток, щёки Малфоя вспыхнули, но он всё же поднял глаза на Хозяина. - Люциус… - только и выдохнула я, беззвучно шелестя губами.        Я и предположить не могла, что он может плюнуть на свою честь ради меня! Серо-голубые глаза горели каким-то синим пламенем изнутри, лицо пылало, всегда расправленные плечи жалко опустились под сотнями насмешливых и злорадных взглядов… - Мой Лорд, после рождения моего ребёнка Нарцисса может понести заслуженное наказание. Но сейчас это может убить её! Убить моего наследника! Сделать её бездетной!        В следующую минуту мы с мужем уже в ужасе наблюдали, как поднимается самая кровавая палочка в стране в руке самого могущественного мага всех времён и народов…