The Blacks

       Люциус, кажется, задержав дыхание, наблюдал за тем, как волшебная палочка направляется на него и из той вырывается красный луч. Уже через мгновение Малфоя тряхануло, как в судороге, затем он опрокинулся на пол и забился в конвульсиях. Ещё через несколько секунд из плотно сжатых челюстей всё-таки вырвался крик.        Я никогда не видела, как пытают Люциуса. Моего Люциуса. Одно дело - слушать рассказы Беллы и слегка сочувствовать человеку изо льда, с которым живёшь, а совсем другое - видеть, как отец твоего ребёнка, который готов ради тебя на многое, корчится на полу под Круциатусом.        Я вонзила ногти в ладони, невольно скопировав одну из дурных привычек Беллы. По щекам заструились слёзы. Я и хотела отвернуться и не видеть этой пытки, но мой взгляд будто пригвоздился к мужу. Несколько томительных секунд я с содроганием смотрела, как поджарое тело выгибается дугой, тонкие пальцы скребут по тёмному мрамору плитки, каблуки дорогих лакированных ботинок стучат по полу…        Когда Милорд опустил палочку, по моим ладоням уже текла кровь - так сильно я расцарапала их ногтями. Люциус без сил распростёрся на полу, платиновые волосы разметались по мрамору, кожа создавала контраст с тёмной плиткой. Около минуты Малфой приходил в себя, после чего тяжело перевернулся на живот, сжав челюсти так, что желваки заскрипели, и стал тяжело подниматься. Сердце сжалось, когда я увидела, как трясутся руки супруга, когда он упирается в пол, чтобы встать. Наконец, Люциус поднялся, тяжело дыша. На бескровном лбу выступила испарина. - Надеюсь, теперь ты сможешь держать рот на замке? - холодно осведомился Милорд.        Люциус стоял, пошатываясь, и явно не собирался отвечать. Повелитель цокнул языком и мелко взмахнул палочкой. Малфой выгнулся и с вскриком рухнул на колени, упершись руками в пол. - Не слышу. - Да, мой Лорд, - прохрипел мой муж. - Итак, угомонив Малфоя, мы можем вернуться к главному вопросу. Нарцисса, - как ни в чём не бывало, заговорил Милорд, глядя на меня. - Люциус не смог поднять палочку на своего ребёнка, Беллатрикс упросила меня отпустить её и не заставлять смотреть на наказание сестры… Так что делать нечего, придётся мне поработать.        Я никак не ожидала такой прыти от Малфоя, который буквально минуту назад не мог подняться. Он вдруг оказался возле меня. - Люциус, ты вздумал мне перечить? - Милорд холодно рассмеялся. - Эверте Статум!        Упивающегося отшвырнуло метров на пять, я ахнула, когда он с шумом ударился об пол. Милорд опять рассёк воздух своей палочкой и Малфой схватился за горло, будто не в силах сделать вздох. Вновь зазвенел ледяной смех Тёмного Лорда, а блондин всё ещё бился на полу, тщетно хватая ртом воздух и стремительно бледнея. Когда цвет лица Люциуса приобрёл голубоватый оттенок, я не выдержала и бросилась на колени перед мужем, обняв его за плечи. - Пожалуйста, хватит! - захлебываясь слезами закричала я, глазами полными мучения уставившись на смеющегося Хозяина. - Он же погибнет!        Наконец, проклятие было снято, а Малфой быстро и глубоко задышал, закашлялся и захрипел. Но не успел он выровнять дыхание, как по дрожащему телу прошла новая волна судорог, и я с ужасом узнала Аратас, аналог Круциатуса. Я знала, что просить бесполезно. Обычно мольбы только веселят Милорда… Поэтому мне только и оставалось положить мотающуюся из стороны в сторону блондинистую голову себе на колени и обнять супруга, чтобы тот хотя бы не бился головой об мрамор. Я наклонилась к нему, нежно гладя по волосам. - Ещё немножко, Люциус, скоро Он перестанет… - едва слышно шептала я. - Ты же у меня самый сильный, ты сможешь потерпеть… - Ох, это невероятно! - сквозь смех пробормотал Волдеморт. - Ещё вчера они были самыми безэмоциональными людьми в моём окружении, а сейчас так трепещут друг над другом! Но довольно, - голос стал твёрдым, без намёка на веселье.        Малфой обмяк в моих руках, потеряв сознание. Я рассеяно убирала волосы с его лица, пока Повелитель поигрывал палочкой в длинных худых пальцах. - Кру… Подождите-ка, кажется, Малфой ещё не успокоился. - Как можно так откровенно упиваться страданиями других!?        Люциус ломано поднялся на ноги, качаясь и подрагивая. Я на дрожащих ногах встала и взяла его под руку, поддерживая. Но мужчина только отстранил меня к себе за спину и смело встретил взгляд своего Хозяина. - Как трогательно, Дамблдор бы уже готов зачислить тебя в свою армию святош и тряпок, Малфой, - саркастично хмыкнул Лорд. - Эверте Статум! - Люциуса швырнуло ближайшую стену, затем, после очередного взмаха палочкой, об пол, потом опять об стену…        Я закричала и закрыла лицо руками, когда прозвучало Секо и на мантии моего супруга в районе левой руки стало расползаться алое пятно. - Теперь вернёмся всё-таки к леди Малфой, - послышался прохладный голос. - Нарцисса, нет… - раздался хрип и я невольно взглянула на мужа.        Светлые волосы были запачканы кровью и растрёпанны, закрывали лицо, но из-под них горели холодным огнём пронзительные серые глаза. Люциус тянул ко мне руку, с которой капала кровь, опираясь на дрожащую вторую.        Повелитель тем временем перевёл палочку на меня. Я тяжело рухнула на колени, оказываясь в центе вороха юбок - ноги уже не держали. Трясущимися руками я обняла свой живот в защитном жесте. - Круци…        Двери с грохотом распахнулись. - Подождите, мой Лорд! - зазвенел властный голос.        Как сквозь сон я слышала стук каблуков, узнавала уверенную поступь, увидела, как почтительно расступаются Пожиратели Смерти перед стройной высокой фигуркой. Тяжёлый плащ, наскоро застёгнутый серебряным шевелящимся василиском, - подарок самого Милорда, - и развевающееся, бархатное с кружевом чёрное платье с длинным подолом, корсет расшитый тёмным жемчугом, единственная среди Пожирателей позолоченная маска… Вздёрнутый подбородок, небрежно струящиеся из-под капюшона локоны цвета воронова крыла… Острый взгляд чёрных глаз… - Белла… - простонала я.        Однако сестра бросила на меня лишь презрительный взгляд и, не останавливаясь, прошествовала прямиком к трону Повелителя. От меня не ускользнуло то, что Белла держится очень напряжённо, а в её глазах плескается какая-то особенная безумная решимость, которая появляется во взглядах людей перед тем, как они говорят «Авада Кедавра», прыгают с башни или глотают яд. - Мой Лорд, Вы собираетесь наказать не ту Блэк. Нарцисса ни в чём не виновата. Вам нужна я, - громко и отчётливо произнесла Беллатрикс, встречая тяжёлый взгляд красноватых глаз.        Воцарилась гробовая тишина, которую нарушал только кашель Люциуса, который утирал кровь с губ. Рудольфус пошатнулся. Я сидела на полу, ошарашено переводя взгляд с сестры на Хозяина и от шока туго соображая. Ладно, вообще не понимая, что задумала Беллатрикс. В очах Милорда полыхнуло нечто такое, от чего по моей спине пробежали мурашки, а Белла слегка подалась назад. - Что ты имеешь ввиду, Беллатрикс? - тихо и с чёткой угрозой спросил Повелитель. - Не делай глупостей, моя ненормальная Белла.        Беллатрикс с какой-то болью взглянула на Милорда, однако, продолжила говорить. - В письме этой… Андромеды сказано, что она открыла душу сестре. Но какой?        По залу прокатился нестройный гул. Я ахнула. Белла… Вот что имел ввиду Люциус… Беллатрикс возьмёт вину на себя… - Думай, что говоришь, Беллатрикс, - а вот сейчас я воистину увидела искорку гнева на бесстрастном лице Повелителя.        Неужели несколько слов Беллы значили для Него больше, чем все мои грехи? - Андромеда говорила со мной, а не с Нарциссой. И это я не стала выдавать её, Мой Лорд. А потом запугала Циссу, чтобы та солгала и винила себя перед Вами. Я и только я виновата в побеге Меды с бумагами. И наказание должна получить я.        Узкие ноздри Темного Лорда быстро раздувались, глаза сузились, сейчас Он был как никогда похож на змею перед броском. Милорд был готов взорваться. В алых глазах пылал такой огонь, что Белла поёжилась. - Беллатрикс… - прошипел Он, вставая.        Сестра только выше подняла голову, снизу вверх глядя на Хозяина. Тот сделал небольшой взмах палочкой, и Лестрейндж дернулась, как от пощёчины. Тонкая рука взлетела к маске, к прорези для рта, и я увидела кровь на бледных пальцах. Белла сняла маску, губа была рассечена металлом. Ох, что же сестре всё время достаётся!? - Ты лжёшь. - Нет.        На Милорда было страшно смотреть. Казалось, Он был готов убить Беллатрикс. Рудольфуса трясло, Рабастан положил руку тому на плечо, дабы успокоить. Я сидела, затаив дыхание, Люциус, кажется, потерял сознание, в конце-концов. - Ты понимаешь, что поблажек не будет, Лестрейндж? - глухо спросил Милорд, глядя на Беллу. - Понимаю, - последовал уверенный ответ.        Маг испепелил Пожирательницу взглядом. - И ты утверждаешь, что не врёшь мне?        Какая-то моя часть хотела, чтобы Милорд не поверил Белле, хотела огородить Лестрейндж от боли и самого страшного для неё наказания - опалы, но… Мой сын превыше всего. Я не могла ничего сказать в оправдание Беллатрикс. Зато Рудольфус сделал шаг вперёд, но Белла осадила его убийственным взглядом. - Молчи, Руди, и не смей лгать Милорду. Кому, как не тебе знать, что на прошлой неделе я не ночевала в Лестрейндж-холле. И не была на задании, как знает Милорд. А всё потому, что выслушивала исповедь Меды. - Беллатрикс, ты рискуешь, - произнёс Тёмный Лорд. - В самом деле, Повелитель, где же мне ещё быть ночью? - невинно спросила Белла.        Я была готова поклясться, что в ту самую ночь, о которой говорит Белла, она была не в Лестрейндж-холле и далеко не у Андромеды, а с Ним. И ни Руди, ни Милорд не могли вынести это на свет. Поэтому первый замолчал и отступил на своё место, а второй заскрипел зубами и сделал несколько стремительных шагов к Беллатрикс. - В таком случае я могу сказать только одно - ты не достойна носить плащ Пожирателя! - не своим голосом рявкнул Милорд, срывая плащ с Беллатрикс.        Ткань тяжело опустилась на пол, а серебряный Василиск звонко застучал по полу. Я невольно вспомнила, как Белла была ему рада… И тут же подумалось - как часто у сестры появлялись дорогие вещи с символикой Слизерина, когда Руди был в длительной командировке и никак не мог их прислать… Почему я раньше не понимала?..        Белла стояла напряжённая, как натянутая тетива. На белом, как снег, лице не было ни эмоции. Она смотрела прямо перед собой, не решаясь поднять взгляд на взбешённого Повелителя. Я прекрасно понимала, что происходящее - один из самых страшных ночных кошмаров Беллы, воплотившийся в реальность.        Я буквально видела, как серебряная корона с изумрудами с грохотом упала с головы сестры, самой влиятельной женщины нашего времени, и со звоном прокатилась по торжествующему залу Упивающихся Смертью. Белла показалась мне чересчур худой без объёмного плаща. Тростинкой. Такой хрупкой… Если бы не горделивая осанка, будто бы окаменевшая поза и присущее только Беллатрикс неповторимое достоинство. - На колени! - рыкнул Волдеморт, хватая Беллатрикс за шею и буквально швыряя её на пол.        Я вдруг поняла, что на моей памяти Он никогда не поднимал руки на кого-то из своих слуг. Круциатус, любое проклятие волшебством… Но ударить или толкнуть - никогда. Милорд никогда так не выходил из себя.        Оттянув голову Беллатрикс за волосы, Хозяин несколько мгновений смотрел ей в глаза. Я видела в Его очах крайнюю степень ненависти и злобы. А в её… Только Лорда… - Что у тебя с лицом? - раздражённо спросил Повелитель, грубо развернув Беллу к себе той стороной, на которой красовался синяк от Люциуса.        Беллу вдруг прорвало - она дико исступлённо расхохоталась и хрипло прошептала: - Вы же ударили меня.        Зачем она ещё больше Его бесит!?        Короткий рык и Белла получила ещё одну пощёчину, отлетев на добрых полтора метра - с такой силой Тёмный Лорд её ударил. - Ты доигралась, Лестрейндж, - тоже с хрипотцой сказал Милорд. - И сейчас ты раскаешься в этом.