The Blacks

       Мы с Драко сидели на больших садовых качелях под навесом. Малыш заливисто хохотал, хлопая в пухлые ладошки, когда я начинала несильно нас раскачивать. День выдался необычно солнечным и тёплым, хотя октябрь уже подошёл к концу. Я любовалась сыном в красивой бархатной с пуговками из ляпис-лазури курточке голубого цвета под цвет его глаз. На головке малыша был берет в тон куртки - цвета неба, расшитый голубыми топазами и ляпис-лазурью. Мой сын был необыкновенно красивым ребёнком. Облако мягких платиновых волос, белоснежная кожа, кукольное личико и огромные серые глаза его отца. Я не могла нарадоваться на малыша, как и вся наша семья.        Я жила в небольшом замке в графстве Суррей вот уже почти два года. Мы с Драко привыкли к этому тихому месту вдали от войны, террора и Пожирателей с их предводителем, и полюбили поместье с его цветниками, оранжереями, зверинцем, садами и детской площадкой для игр. С тех пор, как Лорд в очередной раз приложил Круциатусом отца Драко, Люциус твёрдо решил, что мы с ребёнком будем пока что жить тут. Да мы и не были против. Мы полюбили это место и считали его нашим домом не меньше, чем Малфой-менор. - Ма! – крикнул маленький Малфой, заметив, что я задумалась. - Что, моя радость? – живо отозвалась я, зная, что с Драко лучше не спорить и, упаси Мерлин, не игнорировать его. - Ма, Беля! – прошамкала маленькая копия Люциуса, после чего взяла в рот крохотные пальчики. - Драко, не соси руку! – я постаралась заменить кисть на игрушку, но малыш только дёрнул меня за свисающий локон и залился писклявым смехом. - Беля! Беля! Беля! – заверещал блондинчик, указывая пальчиками вдаль.        Я обернулась как раз вовремя, чтобы заметить подкрадывающуюся Беллатрикс. Она могла двигаться бесшумно, если хотела. А вид зловеще крадущейся Лестрейндж заставил меня ахнуть. - Ну вот, Драко, а я хотела напугать твою мать! – раздосадовано заметила женщина. - Белла, у тебя получилась, - произнесла я.        Не знаю, почему, но я не любила, когда Беллатрикс приходила к моему сыну. Я сразу напряглась, заметив в её руках большой свёрток. В прошлый раз моя сестрица пыталась подарить моему Драко сделанную на заказ игрушечную волшебную палочку, насылающую «игрушечные» подобия Круциатусов на домовиков. За пять минут владения новой игрушкой малыш успел пальнуть и в отца, и в меня, и в Абраксаса, так что палочку изъяли. Что же Пожирательница припасла на этот раз?        Я разглядывала Беллатрикс. Как всегда, к нам она заскочила, ведомая сиюсекундным импульсом. Даже не удосужилась снять мантию Пожирательницы, на шее висела золотая кованная маска, а на руках было что-то, подозрительно напоминающее разводы крови. Даже не хочу знать, с собрания она или с рейда. - А что тётя Белла принесла своему ангелочку? – засюсюскала сестра тем временем, щекоча Драко, который счастливо хохотал и тянул к любимой тёте ручонки.        Как бы мне это не нравилось, но мой сын тётку обожал, хотя она и удостаивала его вниманием весьма редко. - Беллатрикс, что это? – насторожилась я. – Люциус запретил давать Драко опасные игрушки. - Дай! – потребовал ребёнок, будто бы понимая, что речь идёт о нём и возможном подарке. - Драко, подожди, - попросила я, не сводя глаз с сомнительного свертка. - Дай, дай, дай, дай, дай!!! – заканючил малыш, протягивая ручки к тете. - Дать? – улыбнулась Беллатрикс. – Твоя мама явно будет против. - Даааай!!! Даааай! Дай-дай-дай! - Сначала покажи мне! – попросила я, хотя истерика моего сына была уже не за горами. - Сейчас, милый! – и как ей удаётся так быстро его успокаивать? Белла взяла малыша к себе на колени и сунула мне в руки свёрток. – А мы пока что поиграем! - Белла, прошу тебя, только не надо, как обычно! – взмолилась я, чувствуя, что вся моя власть над ребёнком и ситуацией испаряется. - Драко, кто ты? - не слушая меня, начала волшебница. - Чистоковка!        Я закатила глаза, взявшись за бантик на упаковке. - А кто ещё у нас чистокровки? – продолжала Беллатрикс. - Ма, па, Беля, Рюди, дед, дед, бабашка, Басти… - с готовностью перечислил всю семью мальчик. – Я, - в светло-голубых глазах явно сверкнуло чисто Малфоевское самодовольство. - Умница! – Белла взъерошила белый пушок на голове ребёнка (берет давно соскользнул на скамью качелей, обитую мягким бархатом). - Драко, кого ты больше всех не любишь?        Стараясь не вслушиваться в нарочно шепелявый голос сестры, я принялась разрывать обёртку. - Гязноковок! – уверенно заявил малыш, важно оттопырив пухлую нижнюю губку. - Молодец! – счастливая Белла потрепала племянника за щечку. – А кто у нас герой, кто с ними борется? - Бориця! – повторил ребёнок, потянув прядь чёрных волос тетки. - Кто борется с грязнокровками, Драко? – серьёзно спросила Беллатрикс, не позволяя малышу веселиться и отнимая у него свои кудри, хотя Белла была одна из немногих, кто мог вытерпеть, как мой сынишка дерёт волосы. - Беля, па, - с умным видом сказал мальчик. - Па бориця с гязью, а я сизю с ма, - залопотал мальчик на своём смешном языке. - А ещё кто, милый? – не унималась моя сестра. - Кто ещё борется с грязью?        Драко откинул головку, с недоверием посмотрел на меня, немного прищурил огромные глаза в излюбленной манере отца. - Ма? – с сомнением спросил ребёнок. - Нет. Кто самый главный борец с грязнокровками, мальчик? - Лорд! – осенило малыша; я вздрогнула. - Правильно! Ты моя умница! - Дай! – заклянчил ребёнок, протягивая ручки к почти развёрнутому свёртку, полагая, что уж теперь то он точно заслужил игрушку. - Подожди. Ответь ещё на один вопрос и я отниму твой подарок у мамы, - пообещала Беллатрикс. – Кем ты станешь, когда вырастешь? - Позя-зялем Мети. - Что-что? - З-зирателем Смети, - длинные слова ещё плохо давались моему сыну.        Услышав последний ответ мальчика, я судорожно вздохнула и даже забылась на секунду, позволив Белле выхватить у меня игрушечную детскую метлу. - На! – Беллатрикс отдала игрушку малышу. - Пасибо! – завизжал восторженный Драко, обслюнявил щеку тёти и поспешил оседлать метлу. - Осторожно, милый! – предостерегла я, собираясь подняться и проследить за игрой мальчика, чтобы тот не ушибся.        Но Белла поймала моё запястье и заставила меня опуститься обратно на качели. - Нарцисса, я не просто так пришла, - заявила Лестрейндж. - Правильно, чтобы дать моему Драко очередную опасную штуку, - фыркнула я, не отрывая встревоженного взгляда от хохочущего мальчика на метле, которая парила в футе от земли. - Не только, - что-то в тоне Беллы заставило меня обратить внимание на сестру. - Что-то случилось? - Нарцисса, сегодня ночью всё решится, - тихо сказала Беллатрикс. - О чём ты? – напряглась я. - Сегодня ночью Милорд отправляется к Поттерам. - Ты думаешь, там может ждать засада? Люциус не участвует в нападении? – тут же заволновалась я. - Нет. Милорд запретил нам всем идти за ним, - в голосе сестры послышалось отчаяние. – Но я выпытала у Снейпа немного информации. Мальчишка Поттеров может быть опасен для Темного Лорда! – в глазах сестры отчётливо, как никогда, засверкали фанатичность с безумием. - Я не понимаю, что ты хочешь сказать. Годовалый младенец, младше моего Драко, может быть опасным Тёмному Лорду? – я с сомнением посмотрела на Лестрейндж. – Беллатрикс, мне кажется, ты устала. Выспись, приди в себя… - Я не сумасшедшая! – рявкнула Пожирательница. – Даже Тёмный Лорд взволнован! Сегодня он спросил меня о том, что попросил спрятать пять лет назад! Он никогда не напоминал мне об этом, но этим утром полчаса выпытывал у меня все подробности! Он и Люциуса попросил что-то спрятать! - Что спрятать? О чём ты? – я стала терять терпения, не понимая ни слова из этой бешеной чуши. - Неважно, - всё с таким же безумный взглядом отмахнулась Беллатрикс. – Мы с твоим мужем дали Непреложный Обет никому не говорить о тех вещах, - женщина нервно облизнула пересохшие губы. – Сегодня ночью всё решится, говорю тебе!        Как бы я хотела, чтобы сейчас рядом оказался Люциус и угомонил её! Взял на себя все разговоры Лестрейндж и отгородил её от нас с сыном! Обычно Малфой делал всё, чтобы огородить нас с мальчиком от войны или любых тревожных вестей. - Он только мне сказал! – не унималась Белла. – Милорд только со мной поделился своими опасениями! Даже сказал, что завтра он может либо обрести безоговорочную власть, либо… Он не сказал, что «либо», но я догадываюсь! - Белла, пожалуйста, - попросила я, пытаясь встать, но сумасшедшая только вцепилась в мои руки. - Этой ночью может начаться облава на всех нас, я думаю. - Что? – вот теперь я была вынуждена вслушиваться в её бессвязный бред. - Возможно, что авроры этой ночью начнут облаву на всех нас. Те, кто контактировал с Пожирателями Смерти, те, кто носит Метку, передовые бойцы, шпионы в Министерстве, семьи Пожирателей - все окажутся в опасности! - Люциус знает об этом!? – истерично взвизгнула я. – С чего ты взяла? Это точно? Почему? Они не посмеют, пока Милорд жив! Или?.. Ты хочешь сказать, что у Поттеров он может… - Нет! Он бессмертен! – рыкнула брюнетка. – Но что-то может пойти не так. Не знаю, возможно, его окружат и будут держать в кольце какое-то время, сколько потребуется, чтобы перебить его главных сторонников. Возможно, Дамблдор сможет не выпускать Милорда из окружения достаточно долго, чтобы лишить его главных помощников... - Я должна сказать Люциусу! Сегодня он должен быть тут! – меня стало потряхивать от страха, впервые я пожалела, что мой муж занимает столь высокое положение.        Вот знала же, что так всё и закончится! Знала, что рано или поздно Дамблдор что-нибудь придумает и все мы окажемся в западне! - Нет! – одернула меня сестра. – Сегодня все Пожиратели будут в Лестрейндж-холле. Это Его приказ. - Но зачем? - Не знаю я! Тёмный Лорд никому ничего не сказал. Мы думаем, что это из-за того, что когда мы вместе, нас сложнее взять. - Мерлин… - простонала я, откидываясь на спинку качелей, едва не падая в обморок. – Не лучше ли нам с Драко тоже быть там? Что, если нас возьмут в заложники?.. - Ни в коем случае, - отрезала Лестрейндж. – Ваш замок надёжно заколдован от незваных гостей. Люциус передаёт, что к восьми вечера он заблокирует каминную сеть и никто кроме него не сможет войти сюда. Ты должна быть тут вместе с ребёнком. Что, если Лестрейндж-холл будут брать приступом? Завяжется перестрелка, кто-нибудь типа Долохова выпустит Адский Огонь… Нет, тут безопаснее. Но на всякий случай собери в дорогу всё необходимое, мало ли, что может случиться…        К нам подлетел Драко, заставив Беллатрикс замолчать. - Беля, ма, игать! – властно потребовал Малфой, намекая на то, что одному ему скучно, когда публика не рукоплещет каждому пируэту. - Мы скоро, милый, - отмахнулась Лестрейндж. – Поиграй пока что с этим, - она сунула мальчику в руки свою маску и тот, завладев давно вожделенной игрушкой, принялся надевать её.        Я была ни жива ни мертва от ужаса. Если сегодня действительно произойдёт всё то, что пророчит Белла… О, я никогда ещё так не переживала за Тёмного Лорда и Его благополучие! Подумать только, как я раньше не понимала, насколько моя семья зависит от Него! Насколько все мы от Него зависим! Ведь если задуматься, хотя Милорд и держит всех нас в страхе, за ним все Пожиратели как за каменной стеной. - Всё, мне пора, Нарцисса. Ни в коем случае не покидайте поместье. Если что-то случится, Люциус приказал тебе запереться в подземельях замка, пока все не уляжется. Пароль от нижнего яруса – «Чистокровные всегда чисты». А потом отправляйся к нашим родителям, лучше даже к дяде Ориону и Вальбурге. Они меньше связаны с организацией. - Белла, не уходи! – взмолилась я, когда сестра стала вставать.        Как бы я там не оценивала вменяемость сестрицы, но наличие боеспособного темного мага высшей квалификации в такие времена не помешает. - Я должна. Мне нужно ещё получить последние указания от Темного Лорда и встретиться с младшим Краучем, - отмахнулась Лестрейндж. – Иди сюда, белобрысый!        Беллатрикс подхватила мальчика на руки, пару раз подбросила смеющегося карапуза, после чего расцеловала его в пухлые щечки и обняла, прижав к себе. - Я люблю тебя, сладкий, - шепнула Белла. - Лю тя Беля, - забубнил Драко в шею тетки. - Мой Дракон! – засмеялась Лестрейндж, в последний раз целуя малыша в светлый пушок на головке.        "Дракон" напыжился от гордости, как это с ним всегда бывало даже при намёке на похвалу. Посадив его на землю, Белла вернулась ко мне. И неожиданно обняла так, как это всегда делает наша мать – нежно, трепетно. Сестра была выше меня почти на голову, так что я, как и Драко, уткнулась в шею, ощутив тяжелый аромат дорогих духов. - Тебя я тоже люблю, - заявила Беллатрикс, взлохмачивая мои тщательно уложенные кудри.        Затем сестра расцеловала меня в обе щеки и наклонилась к Драко, пытаясь забрать у него свою маску. - Неть! – упрямо заголосил малыш, обеими ручками обхватывая такую занятную для него штуку. – Смотри, ма! – прислонив маску к лицу, Драко загундосил изменённым артефактом голосом, - я – Позятель Смети!        Я вздрогнула, а Беллатрикс взорвалась счастливым смехом. - Умница! Настоящий Пожиратель Смерти! Будет кому поднять палочку, когда я паду в бою! - ну и шуточки у неё. - Так уж и быть, вернёшь мне её, когда я в следующий раз к вам загляну! – после чего развернулась и, не оглядываясь, зашагала к аппарационному барьеру. - Беллатрикс! Что мне делать, если авроры смогут войти в дом? – в отчаянии воскликнула я. - Не бойся, пока мы с твоим Малфоем живы, такому не бывать! – бросила сестра. – К тому же, Милорд непобедим! Вот увидишь, завтра мы ещё будем праздновать мировое господство! – и, засмеявшись, сестра скрылась в сиреневой аллее.        В смятении я прижала к себе сына. Если бы я тогда знала, что маску моей сестре он сможет вернуть лишь через четырнадцать лет... - Ох, милый, не бойся… Малфои и Блэки сильны, как древние Драконы, наша семья не даст нас в обиду.        Этой ночью я совсем не спала. Вздрагивала от каждого шороха, лежа на софе в детской Драко. Я была не в силах находиться где-то далеко от моего драгоценного мальчика. Мне казалось, что в любое мгновение полчища грязнокровок хлынут в дом. Я дрожала, плакала, мучилась от отсутствия вестей и то и дело вскакивала, чтобы посмотреть в окно. Как назло, шёл ливень, гремела гроза и что-то увидеть или услышать было нереально. Зато каждый всполох молнии и каждый удар грома расценивался мною, как приступ магглорожденных.        Когда часы уже пробили полночь, я вдруг почувствовала едва ощутимую волну магии. Что это? Не похоже на защитные чары поместья. Я чувствовала такое только когда рядом творил волшебство Он. Только ощущая рядом Круциатусы Тёмного Лорда я ощущала что-то подобное. Это явно был отголосок сильнейшей магией, которой Милорд сейчас занимается.        Отец рассказывал мне, что когда убивают сильного тёмного мага, за много километров чувствуются волны магии. По легенде, когда один из великих колдунов прошлого сгорел в собственном Адском Огне, волны чёрного колдовства ощутили многие. Не грязнокровки, нет. Те, в чьих жилах течёт родовая магия, те почувствовали.        Но я списала всё на то, что мне лишь показалось, так как я сама весь день себя накручивала. Спустя ещё час бессонницы и страшных догадок, я забылась беспокойным сном. Разбудил меня грохот ставень и пронзительный плач младенца.        Вскочив на ноги, я поняла, что окно открылось и хлопает, а белоснежные занавески развеваются по всей комнате. - Сейчас, милый! – крикнула я, быстро достав палочку и захлопнув створки окон.        Затем бросилась к колыбели, чтобы лучше укрыть и успокоить малыша. Когда я собиралась взять сына на руки, я вдруг услышала скрип половиц за спиной. Вздрогнув, я резко обернулась, направляя палочку в темноту и закрывая собой рыдающего Драко.        Внезапно я, полная страха до этого, наполнилась той отчаянной силой, которой всегда обладала Беллатрикс, я почувствовала решимость умереть за сына, если это понадобится. Никогда я так отчётливо не чувствовала кипящую магию в себе, готовую вырваться наружу в двух роковых словах. - Цисси, - вдруг послышался голос из глубины детской. - Люциус! – хныкнула я, впархивая в объятья супруга, мгновенно теряя всю свою воинственность. Зачем быть сильной, если мой муж здесь?        Его мантия мокрая от дождя, на шее висит сорванная маска, мужчина хрипло дышит, будто играл в квиддич. - Нарцисса, всё пропало. Милорд пал, - глухо произнёс волшебник, едва отдышавшись.        Ахнув, я едва не лишилась чувств, ноги мои подкосились, и я едва устояла, вцепившись в мокрую мантию Пожирателя. - Нам конец?.. – срывающимся голосом прошептала я. - Нет. Я не позволю нашей семье отправиться за Тёмным Лордом, - в голосе Люциуса зазвенела сталь. - Где Беллатрикс? Где остальные? Что в Лестрейндж-холле? Откуда ты знаешь, что Лорд погиб? – заваливала я мужа вопросами, пока тот искал канделябр, чтобы зажечь свет. - Успокой ребёнка, Нарцисса, - велел Пожиратель.        Я кинулась к кроватке, чтобы взять малыша на руки и начать качать. - Тише, сладкий, мама здесь, папа здесь, всё будет в порядке… - зашептала я.        Драко стал орать тише и вот уже только негромко всхлипывал, крепко сжимая кружева моего платья в пальчиках и, для верности, в немногих зубах. - Милый, ты просто испугался, верно? Всё хорошо, это всего лишь гроза! – Но мой голос не казался таким уверенным, как бы мне хотелось.        «Успокойся, это всего лишь гром падения Тёмного Лорда и разрушения всего строя нашего мира! Успокойся, милый, просто скоро грязнокровки отдадут твоего отца дементорам, меня кинут в Азкабан, скорее всего, твою тётку запытают до смерти, если она ещё жива, а ты будешь помещён в приют, где будешь воспитываться в нищете среди грязи. Успокойся, милый».        Я была готова удариться в истерику. Только Драко, прижимающийся к моей груди, заставлял меня быть сильной. Наконец Люциус справился со светом, и я смогла увидеть царапины на его лице.        Мужчина поставил канделябр на комод и сорвал с себя плащ. Я ахнула, заметив кровавое пятно на камзоле у правого плеча. - Пустяки, я заживил рану, - отмахнулся Люциус. – Надо уничтожить плащ… Авроры не должны знать, что я был сегодня в Лестрейндж-холле...        Кинув промокшую насквозь ткань на мягкий ковёр восточной работы, Малфой выхватил палочку из своей трости. - Эванеско! – одежда, которую он когда-то с такой гордостью получил вместе с Меткой в зале, полном Пожирателей, исчезла без следа. - Так, так, с маской это не пройдёт… Быстрее, нужно кинуть её в тайник! – будто бы с собой говорил Люциус, буквально убегая по коридору.        Я боялась оставаться одна, поэтому, захватив из кроватки маску Беллатрикс, вместе с ребёнком на руках, я бросилась за мужем. Следующие минут пятнадцать Малфой носился по дому, пряча немногие тёмные артефакты. - А менор? Что с ним? Там же на каждом шагу темномагические книги и всякие зловещие штуки! – истерично напомнила я. - Там отец, он справится и один с полчищем домовых эльфов на подмоге. - Люциус, пожалуйста, скажи мне, что случилось!        Закрыв последний тайник, мужчина тяжело прислонился к стене и в изнеможении сполз по ней прямо на пол. Мы были в гостиной и Люциус очень удачно оказался недалеко от камина, который я услужливо зажгла взмахом палочки. Повисла напряженная тишина. Даже Драко, до этого беспокойно гомонящий на моих руках, затих.        Малфой прикрыл глаза и откинул голову, прислоняясь к стене. Я опустилась на толстый ковёр рядом с ним, не желая занимать кресло, которое так далеко от моего мужа. - Дай мне сына, - велел Люциус.        Взяв мальчика на руки, мужчина прижал его к себе, уткнулся лицом в растрепанные белые волосики и судорожно вздохнул. Когда я уже отчаялась услышать последние новости, маг заговорил. - Мы все это почувствовали. Первая – Беллатрикс. Некоторые упали как подкошенные, некоторые просто схватились за Метки и закричали. На твою сестру было страшно смотреть. Я никогда не забуду тот звериный рык, вырвавшийся из неё, когда Метка исчезла. - Что? – ахнула я. - Закатай мне левый рукав, - велел Пожиратель.        Дрожащими пальцами я сделала это. И ужаснулась. На том месте, где было выжжено тавро Темного Лорда, остался только бледный след, похожий на ожог. - Это невозможно… - прошептала я. - Мы тоже так подумали. Но это может значить только одно – Милорд мертв. Мы все застыли в зале Лестрейндж-холла, не зная, что делать. А потом ад разверзся... Каминные сети перекрыли, над особняком повис антиаппарационный купол, многовековую защиту дома сломали… Авроры ворвались внутрь. Эван, твой дядя, погиб при мне, втиснувшись между Беллатрикс и Грюмом. Я такого боя никогда не видел. Упивающиеся пытались сбежать, лезли в окна, пытались спрятаться в доме, пробовали трансгрессировать… Некоторых расщепляло, другие обжигались в каминах, третьих укладывали авроры… Проклятья летали везде, и меня задело несколько. Гойлу разворотило полруки Верикусом. Беллатрикс кричала нам всем держать ряды, пыталась привести строй в порядок и оказать организованное сопротивление, но все заботились только о своей шкуре и не внимали её приказам. - А отец? А Белла с семьёй? – Рыдая, спросила я.        Дядя Эван, не может быть… Мамин брат, который всегда так выручал меня! Это он не дал мне сойти с ума, когда два года назад Милорд чуть не покарал меня Круциатусом. Мерлин, я помню, как он баловал нас с сестрами конфетами в детстве… - Белла сунула Сигнусу в руки портал. Как и мне… - А сама она? Где моя Белла? – зарыдала я, готовясь услышать самое худшее. - Беллатрикс взяла командование остатками Пожирателей Смерти на себя. Она вывела с боями из здания около десяти человек, не знаю, как, но они прорвались за оцепление. Если Хозяин действительно умер, то Его дух наверняка вселился в Беллатрикс. На той дороге, по которой она выводила своих людей, пролегла воронка. Из палочки Беллатрикс ни на секунду не переставали вырываться проклятья одни страшнее других. Я уверен, что среди тех, кто сумел выйти за ней, были братья Лестрейндж и Крауч. Кажется, старшего мистера Лестрейнджа схватили. Долохов и Треверс тоже вырвались вместе с Беллой.       Я закрыла лицо руками. Сердце было готово выскочить из груди и колотилось как сумасшедшее. Сколько ещё моих друзей и близких пойманы аврорами или убиты? Что со всеми теми, с кем я играла в детстве и училась в Хогвартсе на одном курсе? - Роули убит. Каркаров схвачен, - продолжал мой муж. - Люциус, - всхлипнула я, кладя голову на грудь мужа и обнимая одной рукой его за шею, а другой – Драко. – Что с нами будет? - Нарцисса, против меня ничего нет. Я смогу выпутаться, будь уверена. Ради вас с Драко.        Я зарыдала, уткнувшись в плечо Малфоя. Внезапно наша идиллия была нарушена грубой попыткой ворваться в дом через камин.        Я вздрогнула, Люциус вскочил на ноги, отдавая мне сына. - Проклятье, Малфои, впустите нас немедленно! – зарычала Белла и я увидела очертания её искажённого яростью лица в огне. - Беллатрикс! – радостно воскликнула я, сажая Драко в кресло и бросаясь к камину, намереваясь впустить сестру в дом.        Но супруг перехватил меня за талию, не давая сделать ни шагу к огню. - Стой! - В чём дело, это же Белла! – возмутилась я. - Ты совсем выжил из ума, Люциус! – донесся до меня голос Рудольфуса. - Сколько вас? – нетерпеливо спросил Малфой. - Я, Лестрейнджи, Крауч, Долохов, Треверс, Мальсибер и Нотт! – быстро перечислила Беллатрикс. – Ну же! Проход вот-вот заблокируют! - Где вы сейчас? – не унимался Люциус, крепко держа меня, не давая мне возможность впустить сестру. - Какая разница!? – в истерике закричал Рабастан. – У меня порез от локтя до плеча! Мальсибер получил Секо в живот! Мы в какой-то вонючей дыре в Лютном переулке, по Косой аллее уже рыскают авроры! Открывай, Малфой! - Люциус! – воскликнула я, пытаясь вырваться.        Но муж только зафиксировал меня покрепче и, выдернув палочку из моих рук, отбросил её в сторону. - Белла, ты же понимаешь, что против нас с Нарциссой у авроров ничего нет… - негромко начал блондин. - Дьявол тебя дери, открой чертов проход! – взревел Долохов. - А авроры точно заглянут сюда с минуты на минуту, - продолжал Люциус.        Я понимала, что он прав, понимала, что не могу рисковать будущем сына даже ради сестры и друзей… Поэтому только рыдала, спрятав лицо на груди Малфоя, который всё ещё крепко меня держал. - Вот именно! А вместе мы сможем дать им отпор и продержаться до возвращения Милорда! – горячо воскликнул Крауч. - Как ты не понимаешь, мальчишка, этот белобрысый ублюдок слишком печется о своей заднице, чтобы нас впустить! – кажется, Мальсибер сплюнул.        А ведь Барти младше меня на несколько лет… Он точно не заслужил гибели вместе со всей той компанией. Он даже ничего сделать пока что не успел… А если Крауч останется в команде с Беллатрикс, его попросту пристрелят в первой же стычке… - Да, я пекусь о своей семье! У меня годовалый сын, который во мне нуждается! – теряя терпение, воскликнул мой муж. - Мы должны быть вместе, пока Милорд не вернётся к нам! – заорала Беллатрикс. - Он мёртв! Мёртв! Он не вернётся! Когда мы все окажемся в осаженном аврорами замке, нас никто не спасёт! – закричал Люциус, перекрикивая мою сестру. – Нас всех покосят, даже не разбираясь! Так что мой вам совет – Крауч и Нотт, возвращайтесь домой и найдите себе алиби на эту ночь – против вас улик нет. Остальные – бегите за границу. - Милорд жив! Он не мог умереть! Ты предал Хозяина! Ты его предал! – завизжала Беллатрикс, она была не в себе.        Такой я не видела её никогда. Обезумевшая от боли, ужаса и неверия. Обезумевшая из-за своей любви. Сейчас она могла сразиться с сотней авроров, была способна на всё. Она могла бы вырваться из страны, но я знала, что моя сестра никогда не бросит Темного Лорда, даже если всё говорит об его смерти. - От того, что я присоединюсь к нему в аду, никому лучше не станет! – возразил Люциус. - Пожалуйста, пусти хотя бы Беллу! Мы спрячем её! – простонала я. - Цисси, моя милая Цисси, - заискивающе начала сестра, вспомнив обо мне. – Моя золотая девочка, ты же помнишь, как я заплетала тебе косы, помнишь, как я выгораживала тебя перед родителями, помнишь, как я спасла тебя и Драко! Ты не можешь отказать мне в приюте! - Люциус, это моя сестра! – я забилась в руках мужа, а Драко заорал и заколотил кулачками по креслу, испугавшись этой дикой сцены. - Цисси! - Белла! Пожалуйста, Люциус, я тебя умоляю! Это же моя Белла, мы не можем бросить её на произвол судьбы! – кричала я, пытаясь освободится.        Но Малфой держал меня слишком крепко и был чересчур силён. - Нарцисса, мы же обе – Блэк, помнишь? – со сноровкой змея-искусителя уговаривала меня Беллатрикс. – Мы Блэк и мы должны помогать друг другу! - Да пойми ты, что мы не сможем впустить только Беллу! – рявкнул Люциус. – Они все сюда залезут! И тогда мы точно погибли! Прости, Беллатрикс, мне искренне жаль вас всех, но я не могу рисковать благополучием Драко. - Ублюдок, я дала тебе портал!!! - Да, чтобы я сохранил свою жизнь!        Взмах палочкой и камин закрыт. Теперь моя сестра не может даже заглянуть к нам... - Прости, Нарцисса, ты же знаешь, всё ради Драко, - прошептал Люциус, отпуская меня.        Я осела на пол и зарыдала, закрыв лицо руками и вцепившись в растрёпанные золотые кудри. «Мы обе Блэк!»        Беллатрикс всегда помнила об этом. Всегда выручала меня. А я ответила ей такой неблагодарностью! - Тише, Драко, - мягким голосом произнёс Люциус, и я вскинула глаза.        На фоне вспышек молний у окна стоял мой муж, держа нашего сына на руках. Мальчик трогательно обнимал отца за шею, а изящные тонкие пальцы аристократа нежно гладили ребёнка по голове. Я заплатила ужасную цену за их безопасность… Люциус повернул ко мне лицо. Очень бледный, со светлыми волосами, он казался призраком, и я на секунду подумала, что если бы он был на месте Беллатрикс, я бы умерла от разрыва сердца. - Мы Малфои, Нарцисса. Ты - Малфой. Мы должны думать только о себе, если хотим выжить, - без выражения произнёс мой муж. «Мы Малфои и должны думать только о себе» или «Мы обе Блэк»?        Наверное, именно в ту ночь я поняла, что от девичьей фамилии во мне ничего не осталось. Я действительно Малфой. Потому что я смогла предать ради собственной выгоды, хотя она и заключалась в безопасности двух самых близких людей. А горячности и самопожертвования Блэков во мне ни капли. Наверное, Белла ошиблась во мне, считая, что я тоже вспомню в нужный момент о том, что мы обе Блэк.