Синдром хорошей жизни/Синдром самозванки

— И все изо льда. Сейчас заплачу. — Пожалуйста. Не стесняйся. — Тебе это с рук не сойдет. — О… знаешь, уже сошло. ― Я должна тебе сани. ― Последняя модель. ― Вам дарованы титулы «Почетный магистр льда и ледовоз». ― Что? Таких не бывает. ― Значит, будут. Там даже подстаканник есть. — Что это? — О, это от рождения. Но мне снилось, что это поцелуй тролля.

Лили умирает в пять лет, ударившись виском о качели, закрывая собой Петунью. Лили просыпается-пробуждается в пять лет ото сна, длиною в будущее.

***

Лили шесть, она умная девочка, что строит планы по завоеванию мира. Её можно назвать удачливой попаданкой, дважды попаданкой, но как бы Лили не искала подвох… она его не находила. Единственное, что отличалось от её второй жизни — это соулмейты. Это так… ново, невероятно и будоражуще… …Сказала бы Лили, если бы не вышла «по словам канонного канона» замуж за оленя-Поттера, который нашёл в ней свою «Немезиду». В первой жизни её звали… не важно. Важна лишь информация и лишь она имеет вес. Поттер — козёл. За него мы замуж повторно не выходим. Снейп — тоже козёл. Он нас вообще сдал и бросил умирать. Невольно, конечно, но он всерьёз рассчитывал, что мы попытаемся бросить своего ребёнка и мужа, каким бы мудаком он не был?!.. Точнее, мудаком по отношению ко мне или ребёнку. А так — в глазах чистый непорочный ангел, с этой вечной неловкой улыбкой, сверкающими тёмными глазами и дурашливым смехом. Если бы я сама не увидела, как он отправлял парней одного за другим в Больничное Крыло — ни за что бы не поверила, что вот этот милашка на самом деле лишь носит маску. А как он её носит!.. Словно слился с ней, как с неизменной второй сущностью. Маска этакого дурочка-простофили. Но есть в ней и «прорези». Дружба с Блэком — раз. Прекрасные чары, которые явно отработанные лёгкой рукой — два. Анимагия — три. Не то чтобы последнее многим известно, но всё же… всё же. Даже жаль, что я была так слепа в свой второй шанс. Но третий так бездарно, клянусь, я не упущу. Найду своё проклятое место под Солнцем. …Метку обожгло.

Мужчина поднял голову к рукаву и усмехнулся. На его глазах на запястьях расцветали прекрасные лилии. Мужчина аккуратно склонился и поцеловал ещё закрытый первый бутон. Глаза сверкнули ярким алым.

***

Я качаю ногами, взлетая на качелях всё выше и выше. Казалось ещё миг — и я взлечу! — Лили! — Закричала внизу обеспокоенная Петти, — Это опасно, это очень опасно, немедленно слезь! — Использовала свой «командный» тон, стараясь подойти так, чтобы я случайно не сшибла её. Умерла «прошлая» Лили прямо у неё на глазах. В висок. От качелей. Фобию своей сестры я воспринимала, — старалась, — адекватно, да и наши отношения постаралась наладить. Неприятно, конечно, когда каждый твой шаг пытаются контролировать, а в случае неповиновения — задавить «авторитетом» старшей. Неприятно, но вполне терпимо. Вдруг, в случае если я вновь умру, именно Петунья будет заботиться о моём — чистая теория, ничего личного, — предполагаемом ребёнке?.. Стоит заиметь с ней хорошие отношения. Петунья иногда бывает слишком мелочной. Наши родители — Кэрол и Грегори, — днями на пролёт пропадали на своей невероятно-скучной, но безумно важной работе. И гуляла я теперь только под «надзором» старшей сестры, и то — потому что не сбегала из дома, как делала это «та» Лили. Да и гулять мне не с кем: разве что с Северусом, но наши отношения скорее напоминают щеночек-хозяйка. Информацию за магический мир с него не возьмёшь, я и так пробыла там… почти двадцать лет, если честно. И… вау, наверное, потому что если суммировать все мои жизни, — плюс год этой, третий, — получается вполне себе… Нет, такую цифру у молодых дам спрашивать неприлично. — Разве ты не видишь, Петти? — Лихорадочно прошептала я сухими губами и со слезившимися глазами. — Я лечу, Петти! Я свободна! Я бесстрашно прыгнула с высоты, пока магия замедляла моё «падение». Листочки деревьев закружились вокруг нас вихрем, хотя на улице не было и намёка на ветер. Горло разодрал всхлип. Ах, если бы это было так.

***

Семилетие проходит в криках-больницах, и я не могу не думать о том, кто там мне такой попался. «Соулмейт меня ненавидит?» — Кричит крошка-Лили, захлёбываясь слезами, и я за такое убивать идти хочу. Нет, золотко, он тебя не ненавидит. Он просто постоянно подставляется, из-за чего у нас болят разные части тела. Разные. По нити-связи-метке идёт недовольство, чужие эмоции почти захватывают моё детское тело. Через эту «нить» я шлю неодобрение, пожелание беречь себя и всю ту теплоту, что Лили берегла для своего соулмейта. Соулмейты — это высшая дань. Под соулмейтом подразумевают родственную душу или вторую половинку. С английского «soul» — душа, сердце, человек, сущность или энергия, а «mate» — друг, напарник, сожитель или супруг. В общем, в буквальном смысле соулмейт — это друг по душе или человек, делящий с другим одну душу/сердце на двоих. Буквальный факт-цитата. Связь дёргается, словно неприкаянная, а после глохнет. Закрывается со своей стороны. Маленькая Лили растерянно смотрит на ставшую тоньше нить, почти со слезами оборачивается — призраком — в мою сторону, а я лишь пожимаю плечами. У него/неё просто слишком сложный характер. Сложный характер.

***

Когда мне-Лили исполняется десять, мы обе загадываем желание и привычно посылаем радость соулмейту. Соулмейт приходит иногда во снах, — неясная фигура, скрытая туманом, покрытая мраком, он лишь смотрит и уходит, отгоняя «милосердно» кошмары, — и гладит по голове. Я не могу его видеть ровно так же, как и он не может видеть меня. …Но те ночи почему-то всё равно самые лучшие.

***

— Как тебя зовут? — А не рановато ли маленькой ведьмочке знать об этом? — Силуэт насмехается, и это просто приходит как своеобразное осознание: я просто знаю и всё тут. — А с чего ты взял, что я ведьма? — Меня судьба не могла связать с магглой. — Зато связала с магглорождённой. Во тьме распахиваются алые глаза, дыхание сбивается, и я чувствую себя как минимум победителем. — Ч-что?.. — Лох.

***

Кэрол осторожно трясёт за плечо, заставляя меня смотреть на неё мутным взглядом. — Тебе снился кошмар, солнце, ты вся вспотела и расплакалась, — женщина целует меня в лоб, обречённо выдавая: — И ты ещё и заболела, детка. — Прости… — Ничего, я сейчас молоко и мёд приготовлю, хорошо?..

***

— Меня зовут профессор МакГонагалл, — едва улыбается женщина, — и я по поводу зачисления Лили Эванс в нашу школу. А вот и… Хогвартс.

***

— Хочу себе кошечку, кактус, какой-нибудь любовный роман и сладости-вкусняшки, — выдаю я первая. Но соулмейт медлит. И это убивает сильнее. — Ты нервная. — Мне пришло письмо. Тьма поднимает брови, выдавая своё непонимание. А после — рассвет. И резкое осознание: — Ты первокурсница...? — Просто найди и забери меня, я ненавижу повторяться.

***

В экспрессе я еду с девочкой-незнакомкой, стараясь скрыться от глаз Поттера. Я не хочу повторять свою судьбу, не хочу, чтобы соулмейтом — это точно не он! — оказался он, и я не хочу повторять уже пройденный путь. Вторая жизнь отняла у неё слишком много сил и нервов. И совсем ничего не оставила на третью. И что ей теперь делать?.. С такой-то дырой в груди, пустотой внутри и ощущения бытия единственной «зрячей-умной», среди «слепых-детей». Это утомляет. Хуже Ад-а. Никогда не принимала перерождения как благо.

***

— Когтевран! — Выдаёт Шляпа, а я покачиваюсь, бледно улыбаясь. Когтевран — это хорошо.… Хорошо ведь?..