Пыльные гортезии, неосторожные лютики

       — Осторожней, Чифую, с таким потоком информации мозги у твоего главы скоро потекут через ноздри. — Слыш, подвыпердыш, звук понизил из еблета, — фыркнул Баджи, невольно скалясь, сверкнув клыком. Казутора хохотнул, держась рукой за грудь: — Да, у меня трясутся коленки, и я готов обоссаться прямо сейчас. От смеха. — Здравствуй, сортирный юмор, — вздохнул Мицуя, смотря на эту милую драму. — Мы и не прощались, — произнес Дракен сбоку, меланхонично смотря, как Кейске для удара вскинул руку вперед, пока Казутора увернулся и, схватив того за локоть, развернул, и не пустил «юлу» в кусты под смачное «бл*ть». Кажется, там треснул камень. Зрители поморщились, кроме Майки, но на помощь не спешили. Здесь Майки был солидарен со всеми. — Е*аный подзалупыш, — проорали деревья, трясясь с каждым словом, — тебя из камня будут выковыривать лопатой, полосатый ты высер!.. — Тут послышался слишком звонкий треск дерева, и кто-то громко приземлился на задницу, — Сука! — А Казутора, оказывается, многогранная личность, — засмеялся Нахоя, держа руки в карманах. — Не встревай ты хотя бы, — пробурчал Соя, стоя рядом с братом. Баджи все-таки вылезает из своей «крепости», неся на своем затылке кривую сухую ветку с листком на конце, и с ором понесся на ржущего Казутору, отправляя того катиться на спине по камню метров шесть, врезавшись затылком о колонну. — Сотрясение, — кивнул Хаккай, вовсе не собираясь кому-то помогать. — Не-а, — произнес спокойно Майки, развалившись на ступеньке, закинув ногу на колено. — Даже не ушиб, — вставил свое Чифую, во взгляде которого уже начало зарождаться раздражение. — Может, все-таки разнимем? — подал гениальную идею Такемичи, сидя рядом с ногой Майки, так, что его покачивающийся шлепок едва задевал плечо. Казутора вскинул ногу, пиная Баджи в солнечное сплетение, но Кейске увернулся, и под манер Ханемии, схватил того за колено, отправляя товарища в объятья колоны обратно. Послышался еще один треск и стон Казуторы. — Попробуй, — пожал плечами Пачин, безразлично смотря на сцену. — Сиди, Такемучи, — Дракен раздраженно усадил Ханагаки обратно, надавив на плечо, — тебя бл*ть точно будем лопатами выковыривать. — Всей Тосвой, — кивнул Чифую. — Эй! — Такемичи выглянул из-за ноги Сано, смотря на партнера-предателя. — Не ори, — так же ровно произнес Мацуно, не отрывая взгляда от того, как Ханемия отправил друга лицом в каменную ограду. Снова треск. — Похоже, это был нос, — произнес задумчиво Ханагаки, наблюдая, как на камне растекается кровь. — Сука! — Баджи подрывается с места и кидается на Казутору, но тот отпрыгнул под яростное рычание Кейске. Луна над ними светила ярко, и, не считая разраставшегося боя перед ними, ночь была тихая. Почти блаженная. И никто уходить пока не спешил. Собрание прошло быстро, народ отпустили, но сами капитаны и вице- грели ступени возле храма. Раздалась трель. Хотя, как сказать, сначала трель, а там и… «УГА-Чака УГА-УГА — УГА-Чака…» Никто не понял, что происходит, но замерли все одновременно. Запись гогота каких-то мужиков раздавался приглушенно, но достаточно громко, что бы навострить уши. Баджи замер вместе с Казуторой, держа его голову в сжатом локте и сгибая колено возле его шеи. Ханемия даже счел ненужным вырываться, вслушиваясь в звук. «УГА-УГА — УГА-Чака УГА-УГА — УГА-Чака УГА-УГА» — Такемучи, — подал голос Майки, приподнимая голову и выгибая бровь. «I can’t stop this feeling Deep inside of me…» — А? — Не понял Ханагаки. — Твоя сумка, — произнес Кен, подозрительно косясь на мешок возле их ног. «…What you do to me When you hold me…» И тут до Такемичи доходит. Он со стоном прикрывает глаза, взывая в небо: — Да еб вашу мать, — и скоро спускается к сумке, в поисках сотового. А он еще гадал, какого черта она полезла в его телефон тогда… Очень умно, спасибо тебе большое, сестра, ничего лучше ты придумать не могла? «…You let me know everythings alright УГА-УГА — УГА-Чака УГА-УГА — УГА-Чака УГА-УГА…» Такемичи выковыривает все-таки раскладушку и видит тот самый номер. Тот самый. Он яростно тычет на кнопку «принять» и, как полагается, начинает с приветствия: — То есть по твоему это очень смешно? Если да, то у тебя нет чувство юмора, ты в курсе? Ему кто-то отвечает по ту сторону связи, пока за ним наблюдают. Такемичи устало вздыхает, потирая переносицу. Молчание длится где-то минуту, может две, и Ханагаки подает голос. — Знаешь, что? Я должен тебе признаться… Да. На самом деле, я начинаю испытывать с тобой невероятные эмоции. Я… Понимаешь, меня так еще не поражала ни одна девушка, да. С тобой я чувствую невероятные ощущения. Ни Сенджу Акаши, ни Юзуха Шиба, ни… Никто, понимаешь? Ни с кем я такого не испытывал. Ни Эма Сано, ни одноклассницы… Даже, Хина, с Хиной я точно такого не ощущал. Парни во все глаза уставились на Такемичи, что разглагольствовал так проникновенно и честно в трубку, что Ханемия до сих пор был не против, что бы его задушил собственный лучший друг. — Я говорю достаточно искренне и серьезно… Что это за чувство? О, знаешь, это… Чувство абсолютного дикого бешенства, бл*ть! Да что там девушки, меня, кажется, Кисаки так не бесил, как!.. Не важно, просто знай, что ты… В общем, не важно!.. Я на собрании, я же говорил… — Он устало вздохнул, смотря на сумку, выслушивая голос из трубки. Кивнул, — Да, я куплю. Эй, молоко стоит в холодильнике… Как все выпила? Черт… Понял. Да… Яйца в шкафу, там, снизу… Ладно, понял. Понял… — После он опять мученически взвыл в свободную ладонь, и пробурчал через нее, — Отвяжись от моих яиц, женщина!.. Да, Хине!.. — Потом широко распахнул глаза, будто опомнившись, ударяя кулаком по камню, послышался чей-то приглушенный полусмех-полуписк, — Да заткнись ты уже! Еще одно слово про твою похабщину, и я!.. — И уже чуть спокойней, — Я тебя продам. Другу своему. В бордель. — Дракен, и так удивленно наблюдавший за монологом, приподнял скептично бровь, — И ты будешь там жить. Я ничего не знаю… Ладно, пошел я… Ананасовый сок? Куплю, ладно… В смысле? Нет, я не собирался к Хине… Бл*ть, нет, я продам тебя, клянусь, продам! И, яростно хлопая раскладушкой, сует ее в карман штанов, зло поднимая сумку, перекидывая через плечо. — А ты романтик, — отмечает удивленно Нахоя. — Нет, просто, кажется, в ком-то сдох гуманитарий, — Хаккай недоверчиво покосился в сторону Ханагаки. Парни в полном составе перевели такой же изумленный взгляд на Шибу. Парень это заметил не сразу, после чего неловко почесал и так надорванный рукав. — Еще одно умное слово из ваших ртов, и я подумаю, что ошибся мероприятиями. — Произнес Мицуя после долгой паузы, хмуро смотря на своего заместителя. — Да не говори, бл*ть. — Рыкнул Пачин. — Как хорошо, что на такой случай у нас есть Пачин, — пробормотал весело Казутора. Все еще пленный Казутора. — Я, бл*ть, почти согласен, — усмехнулся Баджи, не понижая тона. Он все еще в замешательстве смотрел на Ханагаки. — Прикройте хлебальники, — недовольно протянул Дракен, после обращаясь к Такемичи, — ты кого хотел мне продать, умник? — Тебе не понравится, — выдохнул Ханагаки, кисло смотря на дисплей своего мобильного. Что-то тыкал пальцем на кнопки. — Узнаю, что от Хины гуляешь налево — будешь чистить рылом мой толчок, — произнес ровно Рюгуджи. Ханагаки даже не сразу понял, что сказал его друг, секунду и он поднимает ошарашенный взгляд на Кена. — Ты чего нес?!.. — Я добавлю, Такемучи, — Майки поднялся на локтях, смотря своим пизд*цки-мертвецким взглядом в глаза парню. Возмущение вместе с замешательством уже было хотело вырваться из громкой глотки Такемичи, но после он замер. Эй, а они защищают мою же девушку. Черт, я никого из них не заслужил. Ханагаки было до безумия приятно знать, что важные люди из банды тепло приняли важного человека его сердца. Настолько был запущен случай, что чуть ли не всему Токио, если только не глухим и не слепым, было известно, что у Майки, оказывается, сестер-то две, только не понятно, почему Хина оказалась не Сано, это загадка. Как так вышло, Такемичи понять не мог, но ему, если честно, это было только в радость. Приятное тепло вместе с благодарностью расплылось по его плечам, и Такемичи почувствовал себя так легко, что хотелось прыгать. И он понял: эти черти, что строят перед ним страшные рожи, от которых добрая половина Токио ссыт в штаны, только вид делают, не более. Да и к тому же, у Ханагаки, кажется, иммунитет выработался на их кирпичные лица. Ну, намочить в штаны его подрывает не каждый раз, этим он мог гордиться. Легкий смех вырвался из Такемичи, на что он покачал головой: — Хина оценит, я ей передам. Ханагаки был прав: парням было трудно поверить в измену Такемичи. Настолько же трудно было разубедить человечество, что Земля все-таки плоская, как прямолинейность Пачина. Ну, это же аксиома. Закон физики, как хотите: Такемичи любит Хину, Хина любит Такемичи. Точка, черт вас дери, это никто не изменит, все, баста. Кого-то другого представить на месте в этой паре было слишком бредово. Скорее, если надо будет, то понадобится… Да нет, это просто бред. К тому же, как весь Токио знал, что Майки — непобедим, так же равно знали, что Хина и Такемичи принадлежат друг другу, и что девушку обижать не стоит. Если не хватит буйства Ханагаки, а вам, поверьте, хватит, то тут уже впряжется вся верхушка Тосвы. А это очень страшно. — Ну так кто был-то, х*й загадочный? — Засмеялся Ханемия, наконец выпрямляясь. — Правда, с кем еще можно обсуждать свои причиндалы? — Оскалился в улыбке рыжий Кавата. — Не поверишь, но что бы их обсуждать, кому-то и моего участия не нужно, — закатил глаза Такемичи, запихивая уже на ходу мобилу в карман, — я побежал, народ! И помчался в сторону ступеней, прочь от храма. Парни провожали его только взглядами, кто-то ровным, кто-то все еще удивленным. А кто-то заинтересованным. Ну, Майки уверен, что этот перец от него далеко не убежит. По крайней мере не надолго.

***

— Судьбоносные встречи… Хм, ну, ты никогда их не будешь ждать, это точно, — кому-то она так ответила, а кому — не помнит. По сути, это не важно. Главное, что с ней произошло ровно то, что она себе и напророчила. По незнанию. Но произошло то, что произошло. — Чифую, — в какой бы временной петле не был бы Такемичи, если он познакомился с Мацуно, то… Бедный Мацуно. Без особых сопротивлений самого Мацуно, кстати говоря. — Это опять что-то невероятно тупое? — Как бы не пыжился Чифую, но на хорошей памяти Ханагаки, тот ему не отказал еще ни разу. И что-то подсказывает Такемичи, что даже если его просьба будет невероятно тупой, или невероятно опасной, то отказа он все равно не получит. Заставляет ли это его задуматься о вменяемости заместителя первого отряда по совместительству лучшего друга? Нет, не заставляет. Здесь они одинаковые. Только сейчас просьба очень важная. Как и все просьбы Такемичи. Разговор проходил по сотовой связи. Ханагаки очень сильно спешил — это Чифую понял по сбивчивому дыханию и каким-то глухим ударам на заднем фоне. — Мне надо забрать… — Снова шум. Что-то зазвенело. — Черт!.. Чифую, мне надо забрать барби. Очень нужно, я них*я не успеваю!.. — Звон. — Бл*ть! Сначала Мацуно подумал, что ему показалось. Но… — Барби? — Да твою ж!.. — Глухой удар, чей-то визг. — Да, причем очень быстро, и привезти ко мне… — Да что там у тебя происходит?! — Чифую, я все объясню потом, я сейчас скину адрес, просто скажи, что ты меня знаешь, и что я… Да, сука! Чифую, мне некогда, просто привези, она тебе все объяснит! Звонок сбросили. — Че с ним? — Баджи сидел на стуле в комнате Мацуно, пока сам бездумно листал мангу, взятую со стола. Недовольно, как обычно, смотрел на заместителя. Чифую недоуменно смотрел на мобильник: — Них*я не понял. Но я поехал. — Куда? — Надломил бровь Кейске. — За… — Чифую потупился, закашлялся. Бл*ть, ну не говорить же, что Такемучи его за куклой отправил, правильно? Мацуно сам не понимал, какого черта, да и не будет же этот идиот играть в… Ну не извращенец он же, в самом деле? Так, нет, пох*й, сначала он заберет, по тихому доставит Ханагаки, а потом он пусть объясняется, какого х*я. — Там ему за… За товаром надо, короче, — Чифую понимал, что на*бть капитана все равно не получится, слишком умный и внимательный к мелочам черт, поэтому он пошел на вынужденную меру: операция «на*бывать капитана, пока капитан позволяет на*бывать». Пусть этому Дерьмичи дерьмом воняет… Баджи уже заподозрил неладное, Мацуно шкурой понял этот взгляд, пока спешно и неловко натягивал куртку со стула, стоя спиной к Кейске. — Слышишь, молчун-дрочун, за каким еще?.. — Там срочно надо, уже опаздываю, — недовольно буркнул Мацуно, не решаясь повернуться лицом к «ушастой проблеме». Баджи такое поведение уже видел, и не раз: этот стратег хренов всегда себя ведет вот так, когда эти двое что-то задумали. На это все Кейске привык смотреть, как на юмористический сериал — какую-нибудь хрень они точно отчибучат. По крайней мере никогда спокойно это не заканчивалось. Обычно к этой двойке присоединялся и сам Баджи. Потому что не всегда эта парочка придумывает что-то безобидное. И Кейске не хотел признавать, но, похоже, он по праву может назвать себя их нянькой. Иногда, но только иногда — соучастником. Бл*ть, да кого он обманывает, иногда? С тяжелым вздохом и неозвученными матами на языке, Кейске поднялся и грузно потопал к выходу из комнаты: — Портянками шевели, спец-оператор! — А? — Не понял Чифую. — Сам сказал, опаздываешь, довезу я, шевелись! — Грубый голос Баджи уже доносился от порога, а сердце Мацуно невольно сжалось в страхе. Да бл*ть, Такемучи!

***

— Кого-кого? — не понял Кейске, держа одной рукой руль байка, другой опираясь на свой бок. Провалиться бы на месте, и ему, и Дерьмучи этому, чтоб ему в носки Пик-Джей нассал добрую лужу. Мацуно нервно провел ладонью по лицу, не желая смотреть на сильно-серьезного Баджи. Вообще не желая. Лишним было говорить, что уши Такемичи отчего-то горели алым пламенем, вместе с головой в целом. Чифую подумал, что Кейске поступит по отношению к Такемучи так же, как поступил бы он: доставить… Это гавнюку, как он и просил, а после задать этому гавнюку интригующие вопросы. Мацуно, конечно, понимал, что мог услышать о себе и Такемучи много приятных вещей, но лучше уж сказать сейчас и побыстрее всучить куклу этому дебилу, чем ныкаться, ужиматься, прятаться, что бы это все прошло куда дольше, чем того просил Дерьмучи. — Погоди… Барби? — Просто давай мы заберем это и… Просто заберем. Мы не знаем наверняка, вдруг он кому-то хочет… — Хине? Куклу? — Фыркнул Баджи со скепсисом на лице. — Потому что я бл*ть понятия не имею, кому он еще может вручить розовую мечту пятиклашек. У Эммы немного другие запросы стали спустя десять лет. — Луне с Маной? — Пожал неоднозначно плечами Чифую. — У них даже не день рождение, — фыркнул Кейске, отстраняясь от байка. Он недовольно посмотрел на лавку, что находилась перед ними. — И чего бы этой кукле делать в магазине с мангой? — То, что ты задаешь вопросы, ситуацию легче не делает, — произносит со вздохом Чифую, подражая Баджи, смотря на витрину. — Пошли тогда. — Как только вы, бл*ть, придумываете себе эти жопные приключения, я уже даже не в шоке, — проворчал Кейске, направляясь к магазину. В магазине пахло газетой, свежей, как будто только с типографии. Была тихая и умиротворяющая обстановка, но только стоило войти сюда этим двум, точнее, стоило туда войти раздраженному Баджи, то аура становилась соотвествующей: продавщица слегка поежилась, едва замерев за прилавком. — Молодые люди? — Девушка уже привыкла видеть здесь этих двоих, но реакция на них была одна и та же. Она их побаивалась интуитивно, точнее… Ну понятно, кого больше. Тут Баджи начал закусывать губу. Бл*ть, а это неловко, на самом то деле. Он понятия не имел, что ему сейчас надо будет спрашивать о таком, хотя упустим момент, что вообще-то с ним Чифую. Нет, он с Чифую. — У вас тут… — Баджи точно понимал, что врежет сегодня Ханагаки, и почти с нетерпением ждал встречи с ним, — У вас тут куклу не оставляли? Девушка подумала, что ей показалось. Моргнула. — Просите?.. Глубоко вздохнув, Баджи облокотился руками о прилавок перед девушкой: — Куклу. Барби. Сказали, у вас тут должна быть… Человеку надо доставить. — Барби?.. — Продавщица сглотнула, машинально заправив белый локон за ухо. Хоть страх и заставлял ее интуитивно не контактировать с парнем, но то, что он ей был симпатичен внешне, это мягко сказано. От этого чувства страха, его некой грубости и… Она видела, как теплый свет с окна падал на его черные, смоляные волосы чуть ниже плеч, видела эти самые широкие плечи и мускулистые руки, на которые он облокотился перед ней, ровняясь взглядами… — Так есть? Она едва вздрогнула, вновь заправив чуть дрожащей рукой локон, который и так был в порядке. — К-кукла, барби, да, то есть нет, я… Я, если честно, даже не… — Вы заняты? — Ее торопливый лепет прервала покупательница, которая поставила стопку манги перед ней. Баджи недовольно покосился на девушку, зло выгнув бровь: — Заняты. Подождешь, — фыркнул, смотря на ее макушку. Она обернулась, встретилась своим карим взглядом с его. Короткая заминка. Баджи хмуро моргнул, чуть отстраняясь, но отходить не стал. Девчонка не отводила от него взгляда, высоко поднимая брови. А он понять не мог: ее глаза… Они че, светятся? Слишком яркие. Макушкой она доходила ему до подбородка, волосы, как и у него были распущены, немного ниже плеч, цвета темного каштана, но от света, что падал с окна, концы ее локон отливали бронзой. И, казалось, они чуть пружинились. Объемные. А стороны можно подумать, что они мягкие, густые. Кейске нахмурился еще сильнее, фыркнул и недовольно отступил, все-таки пропуская эту. А она мотала заинтересовано головой от продавщицы к нему, не понимая: — А… Пробьете? — Спросила все-таки девчонка. — Подождите… Вы не можете сказать конкретнее, вдруг я подскажу, — Девушка все не унималась, пыталась поймать взгляд Баджи. — Нам сказали, что отсюда нужно забрать… Барби. Уточнений никаких не было, и нам назвали этот адрес. — Чифую все же решился подать голос, привлекая внимание к себе, — К вам не подходил блондин?.. Голубоглазый, у него еще мог быть синяк… — Простите, но… Когда это было? Может… Тут троица опешила, потому что та самая девчонка издала непонятный звук, зажав рот рукой. Баджи смотрел на нее, как на полуумную. Она в себе? — Простите? — Нахмурилась продавщица. И вовсе застопорилась, когда та начала смеяться, а через смех, замахав рукой, проговорила: — Девушка, пробейте мангу, все в порядке… Господи, парни, погодите секунду. — Что? — Не понял Чифую, окидывая ту взглядом. Она обернулась к ним, ее смех сходил на нет, но улыбаться она не перестала: — Тебе случайно не звонил один Дебич с просьбой забрать отсюда… Барби? Кажется, все в порядке. — Она у тебя? — Удивился Баджи. — Ага, как совпало, — чуть засмеялась, она дождалась, пока продавщица пробьет ее товар, протягивая со странным видом ее покупку. Та приняла ее. Там Берсерк?, — удивился Чифую, смотря на обложку томика в руках незнакомки. — Меня зовут Барбара. Можно Барби. — Так… — Чифую в шоке уставился на девушку, бесстыдно рассматривая ее. — Бл*ть… — Матюкнулся Баджи, тоже ошарашено уставившись на… На Барби? — Это за этой куклой нас тот долба*б послал? Умиротворенно вздохнув, девушка почесала затылок: — Я убью его.

***

Такемичи, держа в руках кастрюлю с только что приготовленным карри, резко икнул на ходу. Горячая жидкость с паром всколыхнулась, обжигая пальцы кипятком. — А-а-а!..