Глава 1. Местные легенды
24 января 2022 г., 22:18
В прошлый год урожай винограда выдался знатный: ягоды впитали в себя непомерную мощь солнечного света, алхимическую комбинацию минералов почв и, что еще ценнее, – нескончаемую прелесть дивного края Туссента.
В каждом винном букете раскрывалась ароматика и вкус; каждый следующий испробованный мотив не был похож на предыдущий, ибо вкушенные мной бленды отражали многообразие форм и цвета, представлений, историй и легенд… День за днем я влюблялась в княжество виноградников, путешествуя по угодьям, насыщалась каждой секундой, закатами, рассветами, щебетанием птиц и жужжанием крылатых насекомых.
Местный люд был преимущественно словоохотливый и доброжелательный к симпатичной путешественнице… Теплыми ночами сидя у костра в одиночестве или со случайным спутником, наблюдая мерцание звездного свода с террасы столичной гостиницы, я собирала предания в копилку фантазий и убеждалась в своем намерении остаться здесь как можно дольше.
Особенно остро мой интерес воспылал к местной страшилке о так называемой бестии из Боклера, лютом чудовище, для убийства которого был нанят легендарный мастер-ведьмак из Ривии. О легендарности этого самого ведьмака, как и любопытные детали о бестии, державшей в ужасе не только столицу, но и весь Туссент, мне посчастливилось узнать чуть позже. При личной встрече с ведьмаком.
Несмотря на мой внешний вид – со спины и при невнимательном рассмотрении из-за своей щуплой комплекции я напоминала скорее возвышенных чувств девицу с придыханием, вскидывающую кистями рук при виде неземных природных красот, – я могла за себя постоять. Вероятно, об этом не знали бандиты, в чьи переулки портового района я ненароком заглянула по пути к центру города, возвращаясь с береговой кромки.
Смеркалось, по мостовой пополз вязкий и плотный туман конденсата, а я, пребывая в неопределенных мечтательных грезах, сперва не заметила вырулившую мне наперерез группу мужчин. Когда я поравнялась с ними, на улице как назло было ни души, и только кадки с цветами по краю тротуара качались от ветра, создавая какую-никакую динамику. Неприятный холодок наконец-то очнувшейся интуиции пробрал меня до костей. Ох, шли бы вы-ка, ребята!
– Кис-кис-кис! – каркающе окликнул меня один из встречных. – Кто тут у нас?
«Бестия из Боклера», – почему-то захотелось ответить мне, однако я прикусила язык, осознавая, что бандиты и не думают сохранять дистанцию, а с готовностью сужают круг, преграждая дорогу.
Если сказать, что я была возмущена – ничего не сказать! Какие-то мутные типы в неопрятной одежде обращаются ко мне с явным намерением оскорбить, а что еще вероятнее, – ограбить или даже надругаться… Мне кажется, они не по адресу.
Впрочем, я дала им шанс пойти на попятную.
– Господа, вы ошиблись, я вовсе не кис-кис-кис, – молвила я, продолжая движение по прежней траектории, следуя вдоль улочки.
Один из них, что был справа от меня, хохотнул, поправляя то ли штаны, то ли пояс с мечом на уровне гениталий, оскалив желтые зубы.
– Слыш-те, она не кис-кис-киса! – протянул он. – Да мы и не спрашиваем!
Звучный мужицкий гогот пробежал по переулку в исполнении троих. Четвертый уже оказался позади меня, у кадки с лиловой вербеной, где, о боги, я разглядела черенок лопаты и еще какие-то садовые инструменты. Стоило мне лишь обернуться, как он, расставив руки в стороны, неуклюже шагнул на меня, чтобы схватить в охапку. Увернувшись от похотливых лап, я нырнула ему куда-то под мышку, одним движением поднимая с земли лопату, уворачиваясь и отклоняясь.
– Да ты че! – вновь раздались нечленораздельные реплики, сопровождая выброшенный в кровь адреналин. – Сука, сдурела!
– Сдурела! – отозвалась я, перехватывая черенок в другую руку и отступая назад, оставляя четверых бандитов в области видимости. – Дайте пройти, мы просто разойдемся, и все.
Очередной шквал местных витиеватых ругательств и реплик несогласия был обрушен на меня и мое импровизированное орудие. А затем широкая часть орудия обрушилась на голову желтозубому, по пояснице – тому, кто посмел подкрасться из вербеновых кустов, а остальных, почему-то не успевших вынуть из ножен мечи, я лягнула по очереди под колено, выигрывая время. После пары пируэтов, в которых, естественно, пару раз прилетело в ответ и мне, отражая сталь поразительно прочным черенком лопаты, не справившись с инерцией, я шлепнулась на задницу. Разрубленная на две части лопата – палка и наконечник – отлетели в противоположную часть переулка.
Последний из противников, все еще не поверженный и очень злой, теперь возвышался надо мной, закрывая обзор, предвкушая реванш. Лихорадочно оглядываясь по сторонам в тщетных поисках оружия или защиты, я отползла на метр, осознавая безвыходность положения. Алые закатные сполохи брезжили далеко на горизонте между крышами, градиентом плавно перетекая в черно-зеленое полотно небосвода с огромной полупрозрачной луной, безмолвно наблюдавшей за сценой.
На секунду я даже подумала, что мне конец.
Но потом резко поднялась с земли, со всей дури влепив бандиту ботинком по яйцам так, что тот от неожиданности взвыл. Едва я успела выпрямиться и занять более-менее устойчивое положение, все еще обескураженный моим ударом безобразник от чего-то вновь вскрикнул, а затем свалился на землю.
Позади него стоял высокий и широкоплечий мужчина, пепельно-беловолосый и ладно сложенный, в боевой экипировке с двумя мечами за спиной. И черенком пресловутой лопаты в руках – мне показалось, он сам пребывал в легком недоумении, почему победить разбойника можно было таким нетривиальным образом.
– Спасибо, – коротко выдала я, не в состоянии подобрать более правильное слово благодарности за спасение.
Он усмехнулся, протягивая мне орудие.
– Для хрупкой девушки ты очень ловко управляешься с… – произнес он, но я опередила его, забирая предмет, вклинившись в паузу:
– С лопатой?
Он приподнял одну бровь, пересеченную шрамом, и кивнул. Я тем временем перекинула черенок из одной ладони в другую и обратно, краем глаза замечая, как расползаются восвояси трое бандитов поодаль – будто гадюки на лесной опушке.
– Да, с лопатой. Но не стоило подвергать себя риску, а по вечерам здесь лучше не гулять – каждый местный это знает, – отчитал меня беловолосый.
Его глаза, желтые как у кота, с вертикальными зрачками, пробуравливали насквозь, однако дискомфорта от внимательного взора я не ощущала.
– Откуда мне знать, я не местная, – пожала я плечами, опираясь на палку, более не обращая внимание на шевелящееся тело под ногами, словно его и не было вовсе.
Спина побаливала, и непреодолимо хотелось куда-нибудь присесть, но я лишь приняла более удобное положение, поставив правый ботинок на безмолвную тушу бывшего противника, разминаясь.
– Так вот оно что! Теперь ясно, – будто обнаружив ответ на мучивший его вопрос, выдохнул мужчина, хотя мне было ничегошеньки не ясно. – Идем, я провожу тебя. Здесь делать нечего – извинений ты от них не дождешься, а новые приключения, полагаю, тебе сегодня уже ни к чему.
Собеседник махнул рукой в направлении центра города, вверх по улице, куда до недавнего времени я держала путь. Беловолосый тип не выглядел опасным, но и безобидным на вид его назвать было нельзя – при желании он мог бы одной перчаткой скрутить меня как баранку и закинуть на закорки, не спрашивая разрешения.
– Хорошо, – вновь пожала я плечами. – Пошли отсюда, садовые работы окончены.
Развернувшись на пятках и отбросив в сторону палку, я повернулась к мужчине спиной, различая сдержанный смешок. Когда он поравнялся со мной, шагая в ногу по мостовой, мне на мгновение даже почудилась улыбка на серьезном суровом лице с правильными чертами.
– Я Геральт. Ведьмак.
Ведьмак? В делах борьбы с бандитизмом он явно не хуже справляется, чем с каким-нибудь утопцем или упырем.
– Александра де Блан, – протянула я руку, повторяя за Геральтом незатейливый жест, не подавая виду, что удивлена роду занятия нового знакомого. – Писатель.
