Велесова книга

      У дедушки был добрый нрав.       У деда были золотые руки.       У дедушки в небесном цвете глаз всегда светились озорные огоньки.       У деда искры солнца в русых прядях застревали.       У деда был любимый нож, им он по дереву частенько что-то вырезал.       Их дед когда-то был, потом не стал. Осталось только фото в гимнастёрке.              Их дед, отец и муж стоит сейчас, мираж в потёмках сумерек рассветных. Он гладит книги корешок и смотрит на всех взглядом скверным. Холодный, недовольный его взор детей стыдит слегка жену ругает.       Иван молчит, затем как вьюга воздух выдыхает. Страницу первую он из талмуда вырывает, и с нею к Мирабелле обращает потеплевшие глаза. Она читает титул, оглавление и понимает, чтобы в лес ходить, ей надо было выучить страницы все, не только первую. Что ж, ничего не поздно. Впереди так много лет.       Отец тройняшек снова рвёт страницу. Подходит с нею к старшему из сыновей, неодобрительно качает головой и шелестом ветров пытается расправить те морщины, что слишком рано Юра заработал на своём челе. И Мирабеллы папа отчего-то замирает, с улыбкой озорной, страницу к сердцу прижимает. Его отец ему немного пальчиком грозит.       На следующей странице катастрофы Ио. Её Иван с особой силой выдирает, и косится на младшего из сыновей. Тот вдруг поник, свой взгляд от всех скрывает. Отец ему на текста оборот взглянуть даёт, И Ио с лёгкостью кивает, а шустрый ветер снег немного подымает.       К своим же дочерям отцы имеют разговор другой. Вот и Иван, он дочь с восторгом в лоб целует, немного кутает в тулуп. Всё лучшее он делал для неё. Прекрасный дар, характер кошки и даже суженный, что сможет укротить. Слепы пророки к словам свыше, когда судьбу предсказывают им.       По внукам дед идёт спокойно. Они юны, и путь их впереди. Для Ихи есть к его странице ножик перочинный, для Лоло книга с мертвым языком. Для Ори есть медаль “ты самый лучший”, а для Камиллы кубок – “лучше всех”. Лишь Тоше дед даёт назад страницу просто, без лишних и действий, только смотрит на дочь строго.       И вот подходит черёд Альмы, а муж ей что-то говорит. Они не слышат слов. Никто. Возможно слышит бабка, она немного плачет, и дедушка ей дарит чуткое объятие. Они потом узнают, что он, возможно через десять двадцать лет, но обещал забрать её с собой.       Как только солнца диск касается земли с востока, дед пропадает как плохой фантом. Они одни, костёр потух, лес снова окружает. Всё вроде, как и было, только Хильдин дом теперь здесь, от опушки ряда два деревьев, и шелест речки он принёс собой.       Гость удаляется один, без тени по единственной дороге, и Мирабелла вслед ему кричит:       – Вы заходите к нам, мы Мороки – весьма гостеприимны, – “Он” кивает, – и благодарны. Вы спасли нас в самый сложный час.       Угли костра по форме колесо напоминают, гость прокрутил его примерно девять тысяч раз.       – Мы в будущем, – невольно молвит Хильда.       – И чёрт с ним, – обнимает её Ио. – Не пропадай, я дня не вытерплю с ним больше без тебя.       – Не вытерпит он, – папа странно смотрит. И Мирабелла понимает, это в первый раз за много лет. Её отец вдруг прыгает на брата, и валит всех троих в пушистый снег. Они чего-то возятся, Ио хрюкает, из тётки лезет визг, из папы – звонкий смех. – Но я согласен, Хильда милая. Не уходи, прости, я обещаю. Как скажешь – тут же помогу, а то с ним скучно, мистер идеальность, – и тут же Ио папе за шиворот ссыпает снег.       – Как будто дети, – даётся диву мама.       У Альмы материнская любовь в глазах:       – Они так рано повзрослели, на старости попутал видно бес. Брунгильда! Ну-ка встань! Негоже в твоё время почтенным дамам так себя вести.       – В какое, Альма, время, – хихикает Фелис. – Она ж ни капли не состарилась!       Снежок летит в Фелис, и папа за него от Ио получает, на дядю снега Иха насыпает. И Ори все сугробы в небо поднимает.       – Мне кто-то объяснит, что здесь произошло? – с сомнением глядит Ори, как недавний снежний бой, теперь ведётся в воздухе.       Мама рада:       – Да ладно, милый, теперь всё хорошо. Ты только опусти снега куда-нибудь подальше, – она катает снежный ком, и папе в спину он летит.       – Какой-то детский сад.              И что же получили в награду за экзамен Мороки?       У Альмы обещанье встречи с милым. Она сейчас легка, как в двадцать своих лет.       У Юры жизнь теперь спокойная без шлейфа из ошибок. Он может помогать лечить кого захочет. И больше не травить.       У Ио есть лазейка в проявлении эмоций, он может плакать, хохотать чуть-чуть, пока влияет на погоду рядом с ним самим.       У Хильды есть в запасе лет пятнадцать, что сэкономлены в попытках предсказаний. Ещё подсказка есть про лес, что выведет её туда, где нужно быть.       У Ихи есть надежда стать чуть ближе к людям, но только надо силы больше к огороду приложить.       У Лоло – древняя исписанная книга на языке людей, которых больше нет. Её чтоб прочитать не хватит дара, язык теперь он будет изучать.       У Ори вроде нету ничего, зато теперь с ним часто ходит папа рыбачить, собирать грибы. Ещё у Ори скоро будет паспорт и шанс попасть в училище в Москве.       Камилла получила свою личность. Ей Ио с Фелис помогают быть собой, жить не на внешность опираясь, ценить людей за внутренний узор.       У Тоши есть животные и тётка Хильда, что любит волка и не любит злых детей. Теперь ребёнок точно знает, как должно и не должно использовать птиц и зверей.       У Мирабеллы есть набор страниц, почти что книга, и лес, и магия, которую они хранят.       Всё будет хорошо. Они всё смогут. Они большая северная, немного хмурая семья.