~Корица и мёд~

Все лапы в кровь — матерый гнал по следу. Душа кричала: «Только бы успеть!» Он так хотел подобно ветру К любимой на подмогу прилететь.

Алексей Левашов «Легенда о любви волка»

«Т/и»

Тяжёлая решётка неприятно скрипнула и впустила Джейлона внутрь камеры. Парень поставил тарелку на пол и отстегнул предохранители от цепи, чтобы у тебя появилась возможность двигать руками. Ты разминала затёкшие плечи, пока юноша осторожно отходил обратно в коридор и запирал решётку. — Там под едой лежит ложка… Поешь нормально, как человек, — виновато проговорил блондин, присаживаясь на единственный в поле зрения стул. Ты неуверенно кивнула, взяла тарелку в руки и отвернулась лицом к стене, как просил Зорге. Алюминиевая ложка чуть торчала из-под горы пищи, которая мерзко пахла давними объедками со стола. Твоя особа аккуратно достала прибор и брезгливо скинула верхний слой продуктов, удивляясь тому, что между обычной едой и кормом для собак Джейлон догадался положить полиэтиленовую плёнку. Гречка с мясом. Со свежим мясом и подливкой. Ты была жутко голодная, ведь нормально покушать перед всем этим кошмаром не успела, поэтому справилась с ночным ужином за считанные минуты. Повернувшись и отодвинув пустую тарелку поближе к выходу, ты не забыла поверхностно намазать её той гнилью, что приказал дать заложнице Адам, и оставила ложку за спиной. — Спасибо, что не подставляешь меня, — грустно поблагодарил молодой человек, забирая посуду и расположив её подле стула. — Тебе тоже, — неохотно сказала ты, стараясь не облокачиваться на стену, чтобы не испачкаться в омерзительной жиже позади, — И что дальше? Что дальше ты будешь со мной делать? — с явным раздражением в голосе спросила твоя персона. — Папа в скором времени сообщит, что. Отпустить, если Камило согласиться на условия, или убить, если нет, — пугающе спокойно объяснил юноша, закидывая ногу на ногу. — Что… — округлила глаза ты, чувствуя, как сорвался девичий голос, — Какие условия?! — Такие же, как и были всегда. Он женится на Трис, чтоб был рычаг давления, и будет помогать папе с бизнесом, ну все вот эти превращения очень помогут папе договариваться о некоторых незаконных вещах без лишних проблем, — сухо продолжил парень, вглядываясь в полумрак, где сидела его собеседница. — Как ты можешь продолжать называть папой человека, который причинил тебе так много боли?! — сэмоционировала ты, снова резко прозвенев цепью в движении вперёд. Джейлон промолчал на этот вопрос, бесстрастно уставившись в свои ладони. Ты моментально успокоила свои нервы и продолжила диалог, чтобы хоть как-то избежать панического страха жуткой тишины данного места. — Ты уже убивал когда-нибудь? — дрогнувшим голосом задала твоя особа страшный вопрос. — Да… — чуть надрывисто ответил юноша, не поднимая взгляда и ощущая, как чувство вины и обиды сжирало его изнутри, — Убивал два раза. Должен был три, но не справился… За это отец… Кхм, в общем, вот, — блондин стыдливо, будто он, и правда, виноват в происхождении своих шрамов, поднял рубашку, оголяя живот, где яркими ожогами было написано слово размером с ладонь — «кретин». Ты в порыве сострадания закрыла рот руками, не сдержав пару солёных слезинок. Всё больше и больше этот мерзкий человек — отец Джейлона — приводил сознание в полнейший ужас. — Не справился…? — выдавила ты из себя, не до конца веря в то, что подобные люди вообще существуют. — Устроил поджог по прихоти Трис, но, так называемые, цели, не погибли, — сухо выдал юноша, от чего в тебе начала закипать ярость из-за постепенного осознания. — Тот… Тот, который был недавно в городе?! Зачем?! Там была моя сестра! — воскликнула ты, не вынося той картины, которая складывалась в голове. — Прости… Она захотела наказать бывшего и его девушку. Я не знал, что это была твоя сестра. Иначе бы не рассказывал, — виновато ответил молодой человек, но тут же настороженно прислушался, медленно вставая со стула. Ты также прислушалась, отчётливо вычленяя из абсолютной подвальной тишины волчий вой. Страх спутывался с замешательством, хотя мозг выдвинул одну странную и одну чувственную мысль: «Лучше уж быть растерзанной диким зверем, чем быть убитой наверняка изощрённым способом от руки человека.» и «Ками… Родной, прошу, окажись рядом со мной, мне так страшно… Даже если смерти мне не избежать, я хочу, чтобы ты хотя бы был последним, кого я увижу.»

Антонио Мадригаль

Леопард по кличке Лео (да, Антонио невероятно оригинальный) тяжело опустил свою пятую точку на ковёр подле дивана. — Мой прадед рассказывал мне одну историю. В точности я тебе, мой мальчик, не перескажу, но суть, я надеюсь, ты поймёшь, — размеренно начал зверь, поднимая глаза в потолок для того, чтобы память легче выдавала необходимые воспоминания, — Вы не единственные люди с магическими способностями, ты это уже знаешь, так вот, разнообразие волшебных сил когда-то же имеет конец, и люди становятся идентичны в этом. Прадед Рико знавал одного лицедея, как вы называете Камило. Правда, сначала он не понял, что перед ним человек. Волшебник выглядел в точности, как наш сородич. Крупный скелет, тёмная шерсть с яркими пятнами, острые, по-настоящему вожачьи, зубы. Как оказалось позже, этот леопард и являлся тем самым лицедеем, который умел превращаться не только в других людей, но и в животных. Поначалу я думал, что Камило просто не имеет такой расширенной магии, но оказалось, что её просто нужно пробудить. А от чего магия зависит в первую очередь? — как мудрый учитель, в рычащей манере спросил Лео, обращаясь к Антонио. — От эмоций, — сразу ответил мальчик, уже начиная понимать, к чему клонит животное. — Именно. А ярость — одна из самых сильных эмоций. Сопоставима она, пожалуй, только с любовью. В Камило смешались две самые сильные эмоции, что заставило его дар эволюционировать. Заставило его силу помогать в столь безвыходной ситуации. Также Рико говорил, что первое животное, в которое обращается лицедей — его тотемное и счастливое, зверь, что отображает характер и сущность человека. Камило оказался волком, а значит он смелый и верный, сильный и уверенный. И он не мог поступить иначе, как пойти спасать свою любовь. По-иному, волк, потерявший свою любимую, обречён на одиночество за счёт невозможности полюбить другую, — объяснил Лео, принимая горизонтальное положение и грустно вглядываясь во входную дверь. Мадригаль отследил эмоциональное состояние друга, но спросить причину не решился, хотя догадывался, в чём дело. Леопарды не являются преданными партнёрами на всю жизнь, однако Лео немного отличался от остальных. Он однажды потерял свою единственную, не уберёг её от смерти и, подобно волку, не решился искать другую, поэтому иногда он вспоминает покинувшую его большую кошку, с тоской устремляя взгляд на дорогу в малейшей надежде увидеть всё ещё родную покачивающуюся походку.

Камило Мадригаль

Волк уже третий час неумело, но старательно принюхивался, чередую это с непривычно быстрым животным бегом. Тело было сильно измотано, но разум заставлял организм работать на грани невозможного, стирая лапы в кровь. Волчья структура восприятия окружающей среды и человеческая кардинально разнились. Мир выглядел чёрно-серым с проблесками жёлтого, но всё гораздо светлее, чем обычно. Запах чувствовался особенно чётко, а главное, точно разделялся. Медовый аромат Т/и конкретно выделялся среди остальных, вернее, Камило его выделял. Животное растерянно остановилось, снова потеряв обонятельную нить. Сладкая трава, земля с металлическим привкусом (удивительно, но вкус унюханного моментально появлялся на языке), питательная кора деревьев, насыщенное заячье мясо (Мадригаль никогда бы не подумал, что когда-либо захочет сожрать живого зайца), несъедобный пресный камень, вот оно! Да! Снова запах Т/и. Хищник победно завыл и вновь понёсся по нужному следу. «Держись, лисёнок, пожалуйста, держись! Я приду за тобой. Я обязательно тебя найду!» — снова и снова повторял Камило, словно пытался мысленно докричаться до своей девочки. Он так сильно любит свою принцессу. Любит всё, что она делает, пускай иногда и раздражаясь от некоторых не совсем понятных для него вещей, например, Мадригаль никогда не понимал, зачем Т/и, когда сильно эмоционирует, периодически его кусает. Вот хоть убей — не понимает. Но сейчас, будь любимая рядом, Ками позволил бы ей хоть всего его искусать, как угодно много и больно. Юноша любит её восторженный взгляд на, казалось бы, обычные вещи, любит мелодичный звук девичьего голоса и такой разный заразительный смех, любит чувствовать ласковые или не очень прикосновения, любит слушать её возмущения по поводу его неуклюжести, любит привычку подкладывать под любой стакан бумажечку, «чтобы не испачкалось», вечные ночные желания поесть, попить, побеситься, почитать, сходить к кому-нибудь в комнату — поболтать, петь, её волосы, губы, тело, лицо и этот чёртов сладкий запах мёда! «Я найду тебя, обязательно найду! Даже если у меня нет ни единого шанса, я сделаю всё, чтобы защитить тебя, пускай ценой собственной жизни! Я больше не смогу прожить без твоей дурацкой привычки кусать меня за руку…» — с абсолютно уверенной любовью слишком громко даже для себя самого думал Камило, торопливо перебирая лапами через быстро проносящиеся высокие деревья.