Трефальтер

С того момента, как Эллиет покинул Зонтопию прошло несколько дней. Городские улицы, ещё недавно оглашаемые звоном стали и криками совершенно затихли. Центральный рынок возобновил свою работу, да и крупные предприятия не спешили останавливаться, однако что-то явственно изменилось. Зонтику было трудно судить насколько сильно нынешняя гнетущая атмосфера отличалась от того, что было ранее, но судя по кислым лицам Диля, Рэмира и Армета - раньше явно было лучше. Редкие горожане бойкими тенями перемещались по городу, стараясь особо не светиться и сводить столкновения с объединёнными отрядами Пасгарда и Щита к минимуму. А ещё… Ещё их по прежнему разыскивали. По этой причине им пришлось покинуть дом Рэмира, поскольку на второй день туда нагрянули с облавой. Благо тогда никто из беглецов не находился внутри. Конечно, браслеты всё ещё прятали их внешность, однако люди разбегались в страхе перед полицией не просто так. Пару раз на глазах валета людей хватали прямо на улице, и без всяких объяснений уводили прочь, жёстко пресекая любое сопротивление. На исходе третьего дня их временное убежище вновь посетил Эфес. Подчинённый Пасгарда, что при первой их встрече казался сдержанным и непоколебимым, говорившим о тревожных вещах так, словно это было чем-то обыденным, в этот раз выглядел крайне встревоженным и даже нервным. Было видно, что парень изо всех сил пытается взять себя в руки, но каждый раз выдержка изменяла ему. Он был бледен и явно провёл на ногах минувшую ночь. — У меня есть новости — не размениваясь на приветствия произнёс он, стараясь не смотреть на Рэмира. — И они нам не понравятся? — Как знать… — Это касается Алебарда? — взволнованно начал Зонтик — Ты… Ты смог что-то о нём узнать? — Верно. Вчера его перевели в другое место. Всё это время его держали в подвалах замка, как и остальных… особенных узников. Но это ещё не самое неприятное. — Тебе не удалось отследить куда его отправили? — Да нет, я как раз был в рядах его конвоиров и даже спустился на нижний уровень, где его разместили. Это одна из наших секретных тюрем, что расположена в восточном секторе. Но плохие новости касаются не Алебарда. Пасгард, он… Он работает не один. — Да, когда он говорил о своём союзе со Щитом, мы на площади присутствовали. Не удивил — Съязвил Пикадиль. — Щит ему не союзник. Нет, тот, с кем наш новый правитель работает… Я даже не уверен, что это человек. И уж точно не Зонтопиец. — Не человек? Эфес, что ты имеешь в виду? — насторожился бывший капитан. — Сложно объяснить… Сам я тогда не присутствовал, но по словам ребят, когда они провели группу шпионов в верхнюю часть дворца, в одной из комнат кто-то был помимо Пасгарда. И сперва этот кто-то разделался с расколовшимся шпионом, а затем… Затем эта участь постигла и остальных клякс. Не осталось даже тел, но крики были такими, словно с бедолаг сдирали кожу живьём. А затем появился он… Человек, отдалённо напоминающий Вас, Зонтик. Высокий, голубоглазый, с длинными салатовыми волосами. Одет в яркий наряд, напоминающий шутовской. Очень скоро, в сопровождении нескольких солдат и заполненных провиантом повозок он покинул Зонтопию. Насколько мне удалось понять, его целью была Верана. — Верана? — изогнул бровь Диль. — Должно быть речь о Вероне - стране червового короля — пояснил Зонтик — Но… Я понятия не имею кто это такой…Ты говорил о необычном для жителей цвете волос, быть может это кто-то из людей Вару, но… Не думаю, что он бы осмелился на нечто подобное. «Нет, он конечно неприятный, но… Но не мог-же он послать кого-то, чтобы… Ох, а ведь их судя по всему убили! Нет! Нет-нет-нет! Этого просто не может быть, никто из нас не опустился бы до такой низости, но...» Воспоминания услужливо подкинули самые яркие картины последней недели. Да, Зонтик верил в себя и других клонов, но так-ли он мог верить в тех, кого они сами создали? Его собственные граждане… были способны на убийства. И по словам Щита… Стычки, что происходили ранее - несли за собой смерть. Да и угрозы конвоиров в тюрьме о их скорой казни тоже были не пустым звуком. Алебард… Алебард ведь тоже призвал провалившихся министров к соблюдению порядков не предложениями пряников… Да, они их создали. Да, треф верил, что каждый житель Зонтопии нёс в себе частичку его самого, как и все клоны - отражали Федора, но… Но всё-же жители - были личностями. Самостоятельными, не связанными какими-то запретами, кроме существующих на бумаге законов, что на практике - уже нарушались. Понимание этого пришло к валету до обидного поздно, но если ничего не делать, то ситуация станет ещё хуже. «Мне следовало взять с собой средство связи! Смешно, но оно сейчас гораздо полезнее генератора! Я бы смог связаться с Куромаку, или хотя-бы предупредить Ромео! Не знаю, кто этот незнакомец, но...» Валет вздрогнул, когда его плеча коснулись, вырывая из пожирающих, ввергающих в отчаянье мыслей. Подняв голову, Зонтик встретился с синими глазами Рэмира. Прикосновение явно выражало поддержку, но вот взгляд… Взгляд был оценивающим и в нём явственно читался вопрос. — Мы должны спасти Алебарда и покинуть Зонтопию. Четыре пары глаз ошарашенно уставились на валета. Впрочем, раньше всех осмыслить услышанное удалось Пикадилю. — Полагаю это и правда лучшее, что мы можем сейчас предпринять. Не то, чтобы я был в восторге от перспективы, но другого входа у нас банально нет. Ведь нет? — Возможно, если бы я смог добраться до Курофона, то мы могли бы попросить помощи прямо отсюда и постараться переждать на городских окраинах, но это всё ещё опасно. — А где находится этот Курофон? — Уточнил Эфес. — В моих покоях. — О нет, забудте! Через охрану Вам точно не пройти, да и вход внутрь мало того, что заперт, так ещё и находится под строжайшим запретом. — И мы вновь возвращаемся к первому варианту — угрюмо произнёс Рэмир — А как-же Эллиет? Хотя… Судя по тому, что происходит на улице, рассчитывать на то, что он приведёт помощь в срок мы уже не можем… Вернее больше такой роскоши у нас нет. В таком случае сегодня я и Эфес отправимся за Алебардом. — Я иду с вами — тоном, не терпящим возражений, чем удивил не только других, но и себя самого, произнёс Зонтик. — Простите? Я надеюсь, Вы шутите? — осторожно произнёс Эфес, переглядываясь с Рэмиром — Эта вылазка полна риска и никто не сможет гарантировать Вашу безопасность. — Но с другой стороны есть-ли хоть что-то безопасное сейчас? — резонно заметил Пикадиль — Я тоже пойду с вами. Может я и не боец, но придумать как отвести от вас внимание в состоянии. — Ха, по мне слишком уж самоуверенно для библиотекаря. Но лишняя пара рук и правда не повредит. В любом случае лезть напролом плохая затея. Постараемся проникнуть незаметно. Может на первых уровнях я и смогу вас провести, но вот дальше… Дальше придётся шуметь. А затем и драпать. Не думаю, что Алебард будет вообще в состоянии двигаться, а нести его долгое время сможет только Рэмир. Похоже у нас и правда нет выхода. Придётся рискнуть. — Я… Я тоже не буду отсиживаться в стороне! — впервые за всё время подал голос Армет. Одного взгляда на гончара было достаточно, чтобы понять - парень в ужасе. За последние дни его тихая, мирная жизнь столь кардинально изменилась, что бедолага до сих пор не мог с этим свыкнуться, однако помогать он был настроен решительно. — И ты нам поможешь. Только пойдёшь не с нами, а будешь ждать в оговоренном месте с телегой и вещами. Мы ведь не сможем быстро передвигаться, если… Алебард и правда не сможет идти сам — имя далось Дилю не с первого раза и было видно, что всеобщей любви к первому министру тот совсем не разделяет — К тому-же нам необходимо подготовить пути отхода, а так-же позаботиться, чтобы этими путями нельзя было воспользоваться после нас. Ну и на случай, если наш самоубийственный план провалится и нас поймают, кто-то должен быть на свободе, чтобы сообщить о случившемся Эллиету. — Хм, разумно — одобрил Ремир — Дай угадаю, ты решил взорвать стену и заблокировать проход, которым недавно воспользовался твой приятель? — Именно. Эфес, сможешь раздобыть взрывчатку? — Слушай, а ты точно библиотекарь? — усмехнулся Фес — С виду такие безобидные, а на деле… Ха, не зря Пасгард так нервничает. Будет вам взрывчатка. Рэмир, составишь компанию? И кстати, я тут план тюрьмы прихватил. Думаю, господина библиотекаря он заинтересует. — Тогда мы с Арметом займёмся подготовкой припасов — предложил Зонтик. — Ну а мы с Эфесом займёмся подготовкой стены, как только заберём всё необходимое. — В таком случае, сейчас-же займусь изучением чертежей. В какую конкретно камеру нам нужно попасть? Когда оставшиеся детали были обговорены, все занялись своими делами. Следуя за скрывшимися в дверях Рэмиром и Эфесом, Зонтик чуть потянул за собой Армета и вскоре парочка уже шла извилистыми улицами, приближаясь к центру района, где всё ещё были отголоски былой спокойной жизни. Они довольно быстро нашли всё нужное, благо стеснены в средствах не были и загрузив еду и вещи в небольшую тачку, явно предназначенную для строительных работ, поспешили обратно. Но недалеко от входа, Зонтик остановил своего спутника. — Что-то не так? — взволнованно поинтересовался Армет — Зонтик? — Я хочу попросить тебя кое о чём… Армет, если Пикадиль прав и нас действительно схватят, то… — Не схватят! — то, с какой уверенностью и неуверенностью одновременно прозвучало это восклицание - впечатляло. Гончар, испугавшись произведённого шума и устыдившись, заметно сбавил тон, глядя на своего господина с такой знакомой добротой, надеждой и наивной верой. — Конечно-же никого не схватят, ведь с нами Вы! И мы приложим все силы, чтобы восстановить то, что эти лжецы разрушили! — Едва ли я многим лучше них. В произошедшем тоже есть часть моей вины и она не маленькая. — Может быть, но Вы никогда бы не допустили ничего подобного по своей воле. — Откуда ты это знаешь? — Я… Я просто знаю. Знаете, многие считают, что восстановившееся зрение - это величайший дар, что я получил… — Ох… И это тоже… Одна из моих ошибок. Прости… Прости меня, я совершенно не понимаю, как вообще это произошло, такого не должно было случиться никогда, я… Я сожалею, что ты прошёл через это и… — Сожалеете? Но… Разве в нашу первую встречу я был несчастен? — Ты… Нет. Совсем нет. Тогда ты улыбался, даже утешал меня и казался счастливым. Хоть я и до сих пор не совсем понимаю почему… Тогда ты так трогательно говорил о своих убеждениях, что я… Я… В горле застрял болезненный ком, а в глазах застыли слёзы. Впервые за несколько дней треф был в шаге от того, чтобы разрыдаться. Всё это время он старался сдерживать себя, гнал тревоги и липкий страх, не позволял мыслям о совершённых ошибках расползаться, но… Но сейчас отчего-то слёзы текли сами. — Вот именно, Зонтик. Я был счастлив. Счастлив зная, что Вы всегда присматриваете за нами. И мне совершенно не нужно было этому подтверждение, ведь я верил. Но Вы… Вы подкрепили эту веру чудом. Вы и правда присматриваете за всеми нами. И меньшее, что мы можем сделать - это отплатить тем-же. А ещё, многие разделяют мою веру. Люди просто запутались и им нужно открыть правду. — Боюсь, не всё так просто… — В любом случае всегда с чего-то следует начинать. Я верю в нас. Но… Вы ведь хотели о чём-то меня попросить? Если конечно не передумали. — Не передумал. Даже напротив, сильнее убедился, что решение правильное. Валет осторожно извлёк из внутреннего кармана плаща генератор, протягивая прибор бывшему слепцу. — Я хочу, чтобы пока что он побыл у тебя. Я заберу его, как только мы вытащим Алебарда и покинем город. Но… Если я не смогу этого сделать, то отдай его Эллиету, пусть передаст Куромаку. — Хорошо. Согласие сорвалось с чужих губ довольно легко, вопреки опасениям Зонтика. Впрочем, весь вид Армета практически уверял, что генератор вернётся именно в его руки и Эллиету не придётся выполнять роль посредника. Наивная вера… И утерев слёзы, валет позволил себе тоже поверить в это, хоть чувство неясной тревоги сковывало тело продолжительную часть дня. Должно быть это ощущали и другие, но вместе с этим была и надежда. Робкая, слабая, но всё-же была. Нет причин думать, что у них ничего не получится. Вернее, всегда ведь лучше настраивать себя на положительный результат, да? *** На город медленно опускались сумерки, когда четыре тени преодолели последние жилые дома восточного квартала. Место, где находилась тюрьма было ничем не примечательно. Вход пролегал через старый, давно брошенный двухэтажный дом, уводя вглубь самых настоящих подземелий. С немногочисленной охраной, что караулила на поверхности, Рэмир и Фес разобрались без хитростей. Опытные бойцы просто подкрались к ним, вырубив точными ударами. Так было с первой парой, второй и третью ждала такая-же участь. Стягивать форму не пришлось, поскольку помимо обещанной взрывчатки, Эфес раздобыл для каждого участника вылазки полноценный комплект, взяли только клинки, которыми были вооружены подчинённые Пасгарда. Внутрь вошли тоже без лишних приключений. Их проводник отлично ориентировался, да и детально изучивший планы здания Пикадиль время от времени подсказывал как и где можно сократить. Несколько раз они в открытую натыкались на часовых, но их принимали за своих, на что лучше всего влияло наличие Эфеса, которого многие знали как одного из приближённых Пасгарда. В следствии - минимум вопросов, минимум внимания. И лишь немое удивление, когда союзники набрасывались со спины. Не желая убивать, а лишь на продолжительное время обезвредить, Рэмир и его бывший подчинённый не скупились на особенно подлые уловки, да и сил в удары, призванные «усыпить» вкладывали изрядно. Этот дуэт завораживал. Зонтик вообще практически впервые видел нечто подобное. В каждом действии, в каждом движении считывалось мастерство, взращиваемое годами тренировок и жёсткой дисциплины. А ещё эти смертоносные выпады напоминали одного из восьми правителей - Пикового Короля. Да, должно быть Пик мог двигаться так-же. Это выглядело опасно, но по своему красиво, а потому, не будь ситуация настолько дикой, быть может Зонтик и поймал бы себя на том, что с восхищением изучает каждое движение. Пару раз им с Пикадилем тоже довелось поучаствовать. И как и в прошлом - действовали они слаженно. Разумеется не так, как Эфес и Рэмир, однако понимание очерёдности действий в драке медленно начинало доходить до обоих. Впрочем, драться Зонтику всё ещё не нравилось и делал он это скорее из необходимости, нежели от большого желания. Оставив позади два уровня, четвёрка оказалась на третьем. Заключённых, в отличии от двух предыдущих, тут практически не было. Нужная им камера располагалась в самом конце и… И им везло. Их всё ещё не обнаружили, хотя наверху уже потихоньку добавлялось шума. И хоть они прятали вырубленную охрану, отсутствие часовых не могло не насторожить тех, кто всё ещё патрулировал коридоры. — Тебя так веселит перспектива оказаться в руках своих коллег? — тихо поинтересовался Диль, приметив чужую улыбку. — Да нет, просто я подумал, что после сегодняшнего мой портрет тоже очень скоро появится на досках объявлений. Так сказать, проживаю свой последний день в нынешней должности — усмехнулся Эфес — Хотя знаешь, это и правда по своему забавно. — Ничего, уверен, наш правитель обязательно найдёт место для такого ценного кадра — ободрил Рэмир приятеля — Верно, Зонтик? — Верно — на удивление серьёзно произнёс валет — Для Зонтопи будет хорошо, если такие люди окажутся в управлении. И… Пикадиль, Рэмир, это относится и к вам. Да, впереди несомненно много работы, но… Для меня будет честью, если вы будете рядом. И если эта фраза застала Пикадиля и Рэмира врасплох, то Эфес окончательно развеселился. — Ну, будет самым настоящим грехом упускать возможность занять столь хлебное место. Лично я только за. Чур мне кресло министра защиты! — Губу закатай, министр защиты! И вообще, раз так, то уж лучше отдать это место Рэмиру, не находишь? — О нет, Пикадиль, я с радостью уступлю дорогу молодым. Да и… Ещё на прошлой должности переел бумажной волокиты — улыбнулся бывший капитан стражи, глубоко польщённый и предложением Зонтика и заявлением Диля. Их беседу очень скоро прервали. Нет, они не напоролись на засаду, не пришли по их души с верхних уровней, просто… Даже у Эфеса не было доступа, чтобы просто так находиться здесь. А потому, как только четвёрку обнаружили — на вопросы размениваться не стали, ввязывая не званных гостей в настоящую, полноценную драку, от которой было слишком много шума. Чужой клинок просвистел в сантиметре от уха зонтика, укоротив прядь бирюзовых волос наполовину. Вернее синих, что отделившись от скрывающей истинный облик иллюзии, вернулись к привычному окрасу, ещё на подлёте к полу. Рядом моментально появился Пикадиль, успевая отразить новую атаку. В этот раз соперник им попался на удивление сильный. Высокий и крепкий, но, к счастью не самый умный, потому как когда он проследовал за Пикадилем, отправленным в полёт до ближайшего стеллажа забитого бумагами, даже и не подумал закрыться от внезапной атаки, видимо намереваясь встретить кулак лицом и этим-же лицом сломать наглому нарушителю руку в трёх местах. Но опасность нёс не сам кулак, а то, что хранилось в нём. И едва чёрная пыль достигла глаз, мужчина яростно взвыл, на миг позабыв о цели. Пикадиль-же, явно успевший порадоваться, что подготовил для подобных случаев несколько мешочков с молотым перцем, совсем не был готов, что на наго наступят. Здоровяк остервенело тёр глаза, чем ещё больше усугублял своё положение, но и просто так отпускать нарушителя не собирался. — Ты будешь гнить за одной из этих клеток, тварь. И поверь, ты очень пожалеешь, что не сдох сегодня — прорычал охранник, прежде чем в его затылок прилетела гитара. Старенький инструмент издал свой последний и гордый «трунь», раскалываясь и взрываясь щепками. Удар получился на удивление сильным, чего явно никто не ожидал. Ни амбал, рухнувший как подкошенный, ни Диль, ни сам Зонтик, до мозолей сжимающий гриф с остатками инструмента. — Т… Ты в порядке? — Ты… Ты ударил его по голове гитарой? — Я… Я ударил его по голове гитарой. — Где ты вообще её нашёл? — Я взял её… Ох, я не помню! Когда он тобой стеллаж сбил, я просто схватил первое, что под руку подвернулось, ну и… Наверно её оставил кто-то из них. — Возможно. Хотя мне всегда казалось, что в подобных местах время коротают с глиняной миской и игральными костями. А тут… Культурно. — Эй, господин культурный, хватит разлёживаться и сбивать с толка своего напарника по нестандартному фехтованию — встрял в беседу Эфес, как и Рэмир, внимательно вглядывающийся в одну из камер — Давайте сюда, кажется мы нашли Первого Министра. Услышав последнее, Зонтик едва не рванул к друзьям, однако всё-же помог Пикадилю встать на ноги, прежде чем и правда побежать к нужной камере. И то, что он увидел по другую сторону решётки, заставило его содрогнуться от ужаса. Сейчас Алебард был похож скорее на изувеченного Хундсгугеля, нежели на себя прежнего. Одежда превратилась в рванину цвета грязи, всё тело покрывали лиловые синяки, волосы висели паклями, слипшись под кровяной коркой, левая рука была исполосована глубокими порезами, пальцы неестественно выгнуты, лишённые не только ногтей, но и приличного слоя кожи. Ноги… Зонтик взглянул на них лишь раз, после чего его резко замутило и он спешно перевёл взгляд на лицо узника. На фоне увиденного явно сломанный нос и заплывший левый глаз выглядели даже как-то безобидно. — А… Алебард?! Узник вздрогнул, обратив единственный зрячий глаз на своих визитёров. Внимательно всмотревшись в лица присутствующих и задержавшись на Эфесе, Первый Министр криво усмехнулся, обнажая зубы, демонстрируя отсутствие нескольких. — Что, очередной разговор? Кого ты привёл Эфес? — Нашего Правителя, господин Первый Министр — ответил парень, прежде чем обратиться к друзьям — Клянусь, вчера он выглядел гораздо лучше. — Нужно открыть камеру. Алебард, держись, мы сейчас! Мужчина вновь вздрогнул, прожигая Зонтика убийственным взглядом. — Заткнись. Не смей обращаться ко мне этим голосом, самозванец! Знаешь, Эфес, хозяин Пасгарда поразительно точно подобрал звук, но если вздумали выдавать его за Зонтика - следовало поработать над картинкой. — Боюсь, нынешней власти фигура Зонтика больше не нужна — произнёс Рэмир, первым стягивая с себя браслет, давая увидеть свой истинный облик. — Рэмир… Как ты… Но договорить Алебард не успел, поскольку Зонтик сделал тоже самое, позволяя измученному министру узнать в незнакомце друга. — Зонтик?! Вы живы! Или… это очередная уловка? — Простите, что вмешиваюсь, но вам лучше поговорить, когда мы отсюда уберёмся. Вот нужные ключи. Зонтик, похоже настала твоя очередь открывать дверь. — Ты прав, Пикадиль — кивнул треф, забирая увесистую связку — Алебард, потерпи ещё немного. Ключ входит в скважину и проворачивается несколько раз под истеричное «Нет… Нет-нет-нет-нет!» спасаемого, прежде чем замок неохотно поддаётся, позволяя отпереть дверь. — Уходи… Уходите отсюда! Настоящий, ненастоящий, актёр или морок, просто беги отсюда! — Алебард! Подбежавший к Алебарду Зонтик был испуган до смерти. Таким архибрата ещё никто не видел. Это было похоже на истерический припадок, но… но Алебард был последним с кем могло такое приключиться. По крайне мере раньше. — Мы уйдём, обещаю. И ты тоже отсюда уйдёшь. Мы уйдём вместе. Все будет хорошо, обещаю! — Зонтик… Зачем… Идти на такой риск и ради чего? Я сломал всё, что Вы мне доверили… Я заслужил… всё заслужил… Внезапно сбивчивое бормотание прекратилось. Ненадолго Алебард прикрыл глаз, а когда снова посмотрел, во взгляде его читалась тень былой стойкости и жёсткости. — Верните себе облик того незнакомца. И чтобы не произошло, не смейте показывать себя никому. Если Вас схватит Щит, или Пасгард - это будет конец. Для Вас, для нас и для всей Зонтопии. А вы… — Алебард переключился на замершую у входа в камеру троицу — Отвечаете за нашего Господина головой. Дальнейших комментариев не последовало, так как на угрозу министр явно истратил последние силы и просто отключился. Первым отмер Рэмир. Войдя в камеру, бывший капитан осторожно взвалил безвольное тело себе на плечо, первым-же и последовал по направлению к выходу. — Только что нам угрожал практически труп… — ошалело произнёс Диль. — Ага… Хотел бы и я так в себя верить… — поддержал его Эфес, тоже находясь под впечатлением. Не смотря на шок, отставать никто не спешил. Теперь их вёл Пикадиль, без карты ориентируясь по одному ему ведомым признакам. Дорога уводила всё глубже под землю, пока каменная кладка не сменилась узким землянистым тоннелем. Несколько раз они натыкались на одиночек-часовых, с которыми молниеносно расправлялся Эфес, действуя грязно, подло, но невероятно эффективно. Когда над головой вновь появились звёзды, а затхлость сменилась прохладным ветром все выдохнули. Их самоубийственная авантюра выгорела и теперь оставалось лишь добраться до ожидающего их Армета. И хоть ожидаемой погони слышно не было, парни знали - за ними уже идут. Совсем скоро на ушах будет весь город, а значит нужно спешить. Сокрытые в тенях, они продвигались закоулками и узкими улочками, избегая открытых и патрулируемых пространств. И когда до цели осталось совсем немного, появились те, с кем беглецы и вовсе не рассчитывали встречаться. Прежде чем брать в кольцо угодивших в западню, откуда-то с крыши прилетела стрела, найдя цель в Пикадиле, насквозь прошив тому плечо, из-за чего стратег едва не повалился на землю, ошалело глядя по сторонам, не совсем понимая почему стало внезапно больно и что вообще произошло. А потом появились они. Выходящие из теней зонтопийцы с холодными, лишёнными сострадания и сочувствия взглядами и отличительными метками, говорящими о принадлежности к Щиту, ничего кроме страха не вызывали. — Смотрите-ка, шавки Пасгарда всю работу за нас сделали. Хотя Пасгарда-ли? — высокая голубоглазая девушка надменно смотрела в гласа Эфеса — Что, не смог жить при новой власти? — Лорика… Разве вы не должны искать тех мальчишек, как вам приказал Пасгард? — Должны, но тут видишь какое дело… Мы ищем их, чтобы обменять на них Алебарда, но раз уж мы нашли самого Первого Министра, то зачем размениваться на всякую мелочь? — Пасгард этого так не оставит. — Если найдётся кому об этом рассказать — хитро улыбнулась девушка — Сдавайтесь, вы в меньшинстве. Решите сопротивляться и одной стрелой дело не обойдётся. — Но вы всегда можете доказать, что не трусы — прозвучал новый голос, в котором все узнали Полдрона. — Идиот — практически взвыл Диль, успевший облокотиться о стену старенького дома и теперь медленно съезжая по ненадёжной опоре на землю. — Что ты сказал, Пасгардская крыса?! — обнажая клинок и уверенно двигаясь в сторону Пикадиля прорычал бунтарь, отталкивая рванувшегося к нему Зонтика с такой силой, что тот повторив недавний полёт Диля врезался в стену уже другого дома, ощутимо приложившись затылком — Жди своей очереди козявка! Но место Зонтика мгновенно Занял Эфес, вклиниваясь между роздраконенным Полдроном и практически отключившимся Пикадилем. Глаза обоих нехорошо заблестели, почуяв напротив старого, заклятого врага. Вопреки словам, мешать и приказывать своим бойцам атаковать Лорика не спешила, заинтересованно наблюдая за происходящим. Конечно, Эфес принёс им много неприятностей в своё время, был хорошим бойцом, однако Полдрон был более опытным и по праву являлся одним из сильнейших приближённых Щита. Итог боя был заведомо определён, но… Была в душе неприятная заноза. Все-же к Эфесу у неё были личные счёты и потому, когда поединок был в самом разгаре, девушка выждала нужный момент и сама взялась за клинки. Кинжал удобно лёг в ладонь и поднырнув под руку противника, когда тот заблокировал очередной выпад Полдрона, Лорика вонзила острую сталь под рёбра, погружая лезвие в плоть по самую рукоятку. Но произошло то, на что она не рассчитывала. Корчащийся от боли Эфес схватил её за тугую косу, занёс клинок и… Замешкался. Едва ли больше секунды, но этого вполне хватило, чтобы клинок Полдрона нанёс последний удар, достигнув сердца. Хватка Эфеса начала слабеть. Больше его рука не удерживала волосы Лорики, да и меч с неприятным бряцаньем рухнул на землю. Рот наполнялся кровью, а по телу разливалась слабость. Она была столь всепоглощающей, что даже боль и страх ушли, оставаясь на самых задворках сознания. И единственное, на что хватило парня это взглянуть в глаза Рэмиру и Зонтику. Улыбнуться, с едва слышным: «Простите», прежде чем закрыть глаза и… Кажется упасть, но точно сказать что произошло Эфес уже не мог, полностью растворяясь в темноте, навеки утрачивая связь с телом. Наступившую тишину пронзил крик: — ЧТО ТЫ НАТВОРИЛ?! Полдрон голос узнал, только вот… Обернувшись и сделав несколько шагов ближе, он смог узнать в незнакомце, которому совсем недавно собирался устроить трёпку, бледного, зажимающего простреленное плечо Пикадиля. «Но… Как? Я… Я ведь не мог не узнать его?! Или… Или мог? Да, точно, он был в тени, я не видел его лица… Я… Я не знал! И какого чёрта он здесь забыл? Почему одет в это тряпьё? Почему он оказался с Эфесом? Что они вообще здесь делают?!» Впервые в голове парня было такое количество вопросов разом. И самое страшное — он понятия не имел что ему делать. Проверив пульс Эфеса, убеждаясь, что жизни в его сопернике не осталось, Полдрон принял самое верное для себя решение. — Ведём их к Щиту. — Но Полдрон, зачем? Нам нужен только Алебард… — Мне кажется они действовали вразрез воли нового правителя. Щит захочет узнать подробности. — Ого, наш бесстрашный начал умнеть? — хихикнула Лорика, кивком отдавая приказ.