Ширма

Изуми осторожно приподнялась на локтях и посмотрела на Шуджи, что находился в полудрёме. Лёгким касанием пальцев она убрала выбившиеся пряди его волос с лица и улыбнулась краем губ. Парень, почувствовав это, крепко сжал веки. Одзаки тихо усмехнулась, продолжая смотреть на Ханму как на маленькое дитя. Помимо того, ей было любопытно, что же имел в виду Шуджи, попросив не оставлять его «как другие». Она подумала, что обязательно спросит об этом, но что-то подсказывало девушке, что вряд ли парень ей хоть что-то скажет. Вновь заняв лежачее положение, Изуми и сама прикрыла глаза, о чём вскоре пожалела. Когда Одзаки проснулась, она первым делом посмотрела на часы — они показывали шесть утра. Повезло, что было воскресенье — никто в доме по выходным не вставал раньше восьми. Девушка облегчённо вздохнула, а затем бросила взгляд на Шуджи. Он всё ещё спал, причём довольно крепко. Изуми вновь решила коснуться его лица, но уже для того, чтобы разбудить. Она медленно провела пальцами дорожку от шеи до самого лба. Однако парень не открывал глаза, а потому Одзаки, прикусив губу, подумала о другом хорошем способе разбудить Ханму. Она медленно наклонилась к нему и поцеловала в щёку. Почти мгновенно Шуджи открыл глаза, а его губы расплылись в улыбке. — Прости, что так рано. Доброе утро, — тихо произнесла Изуми. — Сразу говорю, у меня в планах не было засыпать у тебя на кровати. Парень рассмеялся, а затем почти сразу же обхватил девушку руками, со всей силы прижимая её к себе. Та же, пытаясь освободиться, попросила парня быть потише. Но затем она просто смирилась со своей участью. — Тебе стоит уйти до момента, пока родители не встали. — Мне в любом случае надо идти. Дела. Ханма выпустил Одзаки, а затем встал, потягиваясь. Девушка тоже заняла сидячее положение, но позади парня. Она нежно обняла его, укладывая свою голову ему на спину. Он же накрыл своей крупной рукой ладонь Изуми и усмехнулся. — Ты во сне разговаривал, — шёпотом произнесла девушка, — ты попросил не оставлять тебя… как какие-то другие… Одзаки почувствовала лёгкое напряжение со стороны Ханмы. Он, хмыкнув, поспешил ответить: — Тебе послышалось, наверное. — Но я точно слышала… — Тише, малышка, — парень сделал небольшую паузу, — всё, мне домой надо ехать. Изуми понимающе отпустила парня, а сама сложила руки на бёдрах. Шуджи посмотрел на себя в зеркало и закатил глаза: его привычная укладка малость испортилась. Кое-как поправив волосы, он махнул рукой, а затем привёл в порядок свою одежду. Девушка внимательно следила за каждым действием Шуджи, а когда он ловил её изучающий взгляд на себе, то лишь усмехался. Одзаки провела парня до самого выхода из дома. К счастью, вся семья и правда спала. Провожая Ханму, Одзаки потирала свои сонные глаза, пытаясь не уснуть. Шуджи, проверив свой байк, вернулся к Изуми. Он обхватил её за талию и непривычно нежно прижал к себе. — Спи дальше, — произнёс он, целуя девушку в макушку. — Будь осторожен.

***

Жизнь шла своим чередом. Изуми всё чаще задумывалась о тех самых словах Кисаки, продолжая держать в своей голове мысль, что она могла что-то не знать о собственном брате. Сосредоточиться на учёбе в такой ситуации было крайне нелегко, к тому же, изнуряющие тренировки с сестрой тоже отнимали немало времени. По крайней мере, у девушки были результаты. Правда, совсем небольшие. Кейске в свою очередь не упускал возможности подтрунить над подругой, но всё же было ясно, что в глубине души он гордился ею. После очередного нелёгкого урока девушки решили отдохнуть в центре веселья — Роппонги. До этого квартала идти было совершенно недалеко. Приняв душ в доме у друга Наоки, живущего буквально в двух шагах от Телевизионной башни Токио, сёстры отправились навстречу «приключениям». В качестве первого места они выбрали то, в котором уже посчастливилось побывать Изуми. Сначала она протестовала против того, чтобы идти туда, но затем согласилась. Хирата же хотела посетить клуб по одной причине — ей теперь можно было это сделать. На входе не было видно Риндо Хайтани, который по обыкновению «дежурил» у двери. Вместо этого он сидел за барной стойкой, задумчиво покачивая в руках стакан с каким-то ярким алкогольным напитком. Ран же проводил время в компании гостей заведения. Наоки схватила младшую сестру за руку и повела её в сторону Риндо. Та даже не вырывалась, хотя перспектива видеть этого парня её не слишком радовала. Девушка по-прежнему не выбросила из головы его последние слова. Хотя к этому моменту она уже начала склоняться к тому, что это было лишь неудачной шуткой. Наоки села слева от парня. Изуми же встала неподалёку, пытаясь сделать вид, что она просто мимо проходила. Младший Хайтани повернулся в сторону Хираты и широко улыбнулся — словно Чеширский кот. — Давно не виделись. Но Ран в другом месте, если что. Девушка закатила глаза и раздражённо вздохнула. — Зачем он мне? Изуми хихикнула, смотря на наигранно возмущённое выражение лица сестры. Риндо же только заметил, что рядом был кто-то третий. Одзаки в секунду приняла серьёзное выражение лица, а затем, как ни в чём ни бывало, села справа от парня. Он чуть наклонил голову набок, внимательно смотря на невозмутимую соседку по барной стойке. — Не думал, что вернёшься сюда. Одзаки повернула голову к собеседнику и с лёгкой улыбкой на лице пожала плечами. — А почему ты не на входе стоишь? — Надоело. Хочу веселиться. 
 В разговор вступила Наоки: — Не похоже, что тебе весело. Риндо, почесав затылок, бросил многозначительный взгляд в сторону девушки. — Ты всегда можешь помочь мне с улучшением настроения. Хирата сначала нахмурила брови, пытаясь догадаться, о чём идёт речь, а затем широко раскрыла глаза, когда, наконец, осознала. — Извращенец, — бросила, словно плюясь, она и вновь закатила глаза. Парень же откинул голову назад и рассмеялся. Изуми что-то пробубнила себе под нос, возмущаясь поведением Риндо. Тот заметил недовольство девушки и, заняв прежнее положение, внимательно посмотрел на неё. Она заметила на себе его пристальный взгляд и почувствовала подозрительную неловкость или, что вероятнее, страх. Одзаки готова была признаться, что смотреть в глаза этому демону — испытание, которое она отказывается проходить. — Танцуешь? — лишь спросил он. Изуми как-то нервно улыбнулась, а затем быстро посмотрела на сестру, пытаясь найти помощь в её глазах. Та сделала вид, что ничего не слышала, и подозвала бармена. — На трезвую голову нет, — ответила Одзаки, — но я не пью. Риндо встал со своего места и, уперев руки в бока, посмотрел на девушку. Та переводила взгляд из одной стороны в другую, но затем почему-то решила тоже встать. Она сделала несколько шагов в сторону Наоки и резко, даже неожиданно для самой себя, выхватила из её рук стакан с каким-то напитком. Выпив всё залпом, девушка мигом почувствовала, как начало гореть её горло. — Что это?! — спросила, вытирая рот, Изуми. — Текила, — обречённо ответила Наоки. Хайтани начал смеяться, привлекая к себе всё больше внимание посетителей. Одзаки же пыталась сдержать смех, но выходило у неё из рук вон плохо. Уже совсем скоро она начала чувствовать в голове необычную лёгкость. Изуми даже не пыталась найти причину, почему решила в этот вечер уйти во все тяжкие. Вероятно, ощущения полной беззаботности ей всё-таки в жизни не хватало. — Так идёшь? — приподнимая свои светлые брови, спросил парень. — Вперёд! — крикнула девушка, задорно хихикая. Изуми сразу сказала, что не умеет танцевать. Риндо ответил, что он в танцах хоть и не так плох, но особых навыков, которыми можно было бы похвастаться, не имеет. Девушка решила воспользоваться возможностью продолжить их прошлый разговор. Придвинувшись в лёгком танце к парню чуть ближе, она спросила: — Возможно, задену за живое, но правда, что твою девушку… убили? — Ага, — коротко ответил Риндо, а затем, покачивая головой в такт заводной музыке, задал обратный вопрос: — Хочешь знать, что стало с её убийцей? Изуми вскинула брови, давая понять, что заинтересована. — Я его убил, — с яркой улыбкой на лице ответил младший Хайтани. Одзаки показалось, что выпитый алкоголь резко выветрился, а на смену лёгким ощущениям пришло что-то необычайно тяжёлое. — О чём ты? — О том, — не прекращая широко улыбаться, произнёс парень. Он наклонился к уху девушки и шёпотом добавил: — Все подумали, что он накачал себя наркотиками. А потом нашли доказательства, что он ещё и убийца. Чудные времена были. — Зачем ты мне всё это рассказываешь? Не боишься? — Изуми почувствовала, как от напряжения пересохли её губы. Вероятно, теперь молодые люди были единственными, кто стоял в центре заведения и не танцевал. Ведь лёгкие покачивания в такт музыки вряд ли можно было назвать полноценным танцем. — Даже если ты побежишь кому-то рассказывать, никто тебе не поверит. Улик-то нет, — Риндо пожал плечами и отстранился от Изуми. Несмотря на то, что девушка была малость напугана, ей было интересно и, само собой, любопытство брало верх. — Ты говорил, что она похожа на меня. Это правда? Парень потёр шею и посмотрел куда-то вдаль. — Ага. Я даже сначала испугался, увидев тебя. Думал, призрак. — Стрёмно знать, что я похожа на чью-то покойную девушку. Надеюсь, моё присутствие не сводит тебя с ума. — Нет, это уже очень давно было. Одзаки нахмурила брови. — Сколько тебе лет? — Семнадцать. Моложе выгляжу? — Да нет… Мне пятнадцать, если что. — Ребёнок, — усмехнулся Хайтани. — Пить хочу. Он, расталкивая людей, начал пробираться в сторону барной стойки. Изуми, решив, что не хочет оставаться одна посреди толпы, пошла следом за парнем, который, как выяснилось, оказался убийцей (что, впрочем, возможно и не было правдой). Конечно, Одзаки была немного напугана, но за свою жизнь она слышала огромное число подобных историй. Возможно, именно по этой причине она сохраняла в себе некую хладнокровность. У стойки же Изуми надеялась обнаружить Наоки, но её место оказалось пустым. Девушка начала оглядываться и заметила сестру в компании Рана. Облокотившись на стойку, Одзаки начала прожигать веселящуюся парочку взглядом. Хайтани заметил это и вновь рассмеялся. — Ты первая оставила её одну, если что. Изуми бросила на Риндо недовольный взгляд. — Я с самого начала знала, ради чего она здесь. Ради кого, вернее. Девушка села за барную стойку, но ничего заказывать она не собиралась. Текилы было вполне достаточно для юного организма. Парень же выпил лишь стакан воды, а затем вновь ушёл в свои мысли. Одзаки, обернувшись, заметила, что её сестра и старший Хайтани направляются прямо к бару. Наоки подмигнула Изуми, явно пытаясь на что-то намекнуть. В любом случае, младшая сестра ничего не поняла. — Как дела? — спросила Изуми, полностью разворачиваясь на стуле. Риндо, заметив это, тоже обернулся. — Любительница подслушивать чужие разговоры и всё фотографировать тоже тут? Любопытно, — Ран склонил голову набок, с интересом смотря на Изуми. — Отличная характеристика, — задумалась девушка, — а вообще я думаю домой уже поехать. Надо к школе готовиться. Старший Хайтани рассмеялся, а Хирата же обижено надула губы. — Оставишь меня одну? — грустно протянула она. Одзаки посмотрела сначала на Рана, а затем на Риндо. — Не думаю, что ты будешь одна. Спрыгнув с высокого барного стула, Изуми улыбнулась. Она ясно дала понять, что собирается уйти. — Мелкий подвезёт тебя, — бросил Ран, косясь в сторону брата. Тот же поправил очки, а затем вопросительно вскинул брови. — Не надо меня подвозить. Я справлюсь, — начала отнекиваться Изуми. — Время позднее, — с тревогой поглядывая на часы, произнесла Наоки. Одзаки, подставив ладонь ко рту — так, чтобы Риндо не слышал, о чём она говорит — обратилась к сестре: — У него и так настроение неважное. Не хочу, чтобы ещё больше портилось. Не то чтобы меня это заботит… Ран хмыкнул и, пожав плечами, ответил: — Переживёт. Изуми неловко посмотрела на Риндо. Тот сидел, сгорбившись, и уже что-то активно писал в своём телефоне. — Я пойду, — тихо произнесла Одзаки, убирая кудрявые волосы за уши. — Секунду, — резко бросил младший Хайтани, привлекая к себе внимание. Дописав кому-то сообщение, он спрятал телефон в карман: — Можем идти. Изуми вопросительно и со значительной долей удивления посмотрела на Наоки и Рана. Те лишь пожали плечами, видимо, тоже поражаясь, что Риндо не начал ворчать в своей привычной манере. Коротко попрощавшись, молодые люди молча прошли к выходу из заведения. Хайтани быстро направился к своему поистине эффектному байку и, достав откуда-то влажные салфетки, протёр руль. Одзаки встала чуть поодаль, внимательно следя за действиями парня. Когда тот закончил, он подозвал девушку рукой. Она недоверчиво подошла ближе, неожиданно вспоминая про Ханму. Изуми стало неловко и даже стыдно, что она проводит время в компании Риндо. Или, как бы выразился Шуджи, «ублюдка Хайтани». Девушка объяснила парню, где она живёт, и тот поехал в сторону её дома. Одзаки чувствовала себя комфортно на байке — прохладный ветер приятно обдувал лицо, которое малость горело после текилы и жары в клубе. При этом Изуми старалась не так сильно прижиматься к Риндо. Она почему-то была уверена, что это неправильно. Одзаки даже поймала себя на мысли, что если бы узнала, что Ханма проводит время с девушкой, которая ей не нравится, то она бы однозначно была в гневе. И это в общем-то мягко сказано. У места назначения молодые люди оказались довольно быстро. Изуми резко вскочила с байка, чтобы её ненароком никто не увидел — всякое ведь может произойти. Риндо обратил внимание на нервозность девушки, но не сказал об этом ни слова. Вместо этого он почему-то решил отпустить комментарий насчёт дома Одзаки: — И ты здесь живёшь? Можно было и получше место выбрать. Изуми от удивления издала смешок. — Прости? — Ничего, проехали. Девушка недовольно покачала головой и, бросив короткое и злое «пока», пошла к своему дому. И всё же она решила остановиться и, посмотрев на парня, искренне поблагодарила его за то, что тот довёз её. Риндо не упустил возможности бросить какую-то сальную шутку. Изуми лишь устало вздохнула. Не успела она открыть дверь, как след Хайтани простыл. Утром Одзаки проснулась не по будильнику, который не забыла поставить, а из-за непрекращающихся звонков. С закрытыми глазами потянувшись к телефону, девушка что-то проворчала себе под нос. Затем, всё-таки решив ответить, она посмотрела на экран устройства. Звонил Ханма. Приподнявшись, Изуми взяла трубку: — Что-то случилось? — Как ночная прогулка прошла? Интересно? Девушка, протерев глаза, скинула с себя одеяло. — Объясни, что такое. Я не понимаю. — Буду у ворот твоей школы через полчаса. Лучше поторопись. Шуджи резко сбросил вызов, оставляя Изуми в полном недоумении. Она решила быстро собраться и, даже не завтракая, побежала к школе. Увидев парня, она почувствовала, как сильно забилось её сердце — что-то подсказывало, что Ханма крайне зол. Одзаки на секунду остановилась, переводя дыхание, а затем на негнущихся ногах пошла дальше. Приблизившись, она нервно сглотнула. Парень оглядел девушку, а затем достал сигарету, которую тут же закурил. В руках у него Изуми заметила ещё что-то. — Объяснись, — попросила она. Ханма, только сделав несколько затягов, удосужился заговорить с Одзаки. Рука, в которой Шуджи держал какие-то карточки, в одну секунду расслабилась, из-за чего те самые карточки разлетелись по асфальту. Изуми опустила взгляд, понимая, что это были фотографии, на которых запечатлены два человека — она и Риндо Хайтани. Одзаки молча наклонилась, чтобы поднять несколько фотокарточек. Она прикрыла от непонимания и лёгкого, но колющего чувства стыда глаза. Казалось, буквально всё так и стремилось нарушить хотя бы какой-то устоявшийся в её жизни покой. Враги явно не дремлют — то компромат собирают, то угрожают. — Откуда у тебя это? — спросила Изуми, разглядывая изображения. — Это всё, что тебе интересно? — усмехнулся Шуджи. — Откуда? — начала давить девушка. — У дома нашёл. Кто-то добрый глаза на правду решил открыть, — Ханма наступил на одну из фотографий и пугающе улыбнулся. — Он просто подвёз меня до дома, — не поднимая глаз, произнесла Одзаки, — мы с Наоки решили отдохнуть после тренировки, но потом я устала, а одну меня отпускать из Минато не хотели. Время позднее было. Девушка сжала в руке фотографии и покачала головой. — Просто подвёз до дома. Окей, — Ханма бросил на асфальт до конца не докуренную сигарету и, развернувшись с улыбкой на лице, медленно пошёл в другую сторону. Изуми быстро и трясущимися словно в лихорадке руками собрала все фотографии и побежала за Шуджи. Она окрикивала его, но он не останавливался. Тогда она, закрыв глаза на наличие окружающих, набрала в лёгкие побольше воздуха и крикнула, что было сил: — Немедленно остановись, Шуджи Ханма! Он, словно загипнотизированный, обернулся к девушке. Она, чуть вскинув подбородок, пыталась как можно серьёзнее посмотреть на него. — Ещё что-то хочешь сказать? — спросил он, медленно подходя к Изуми. Та же, быстро облизав пересохшие губы, ответила: — Да. Ты не имеешь права игнорировать меня. Я тебе уже всё объяснила. Кто-то пытается сделать так, чтобы мы разошлись, — Одзаки набрала ещё больше воздуха и сказала с полной уверенностью: — Потому что кто намерено сделал эти убогие фотографии. Не понимаешь? Ханма устало покачал головой, а затем издал странный смешок. — Блять, а я и забыл, что угарал над теми, кто ревнует. Докатился. Парень запустил пальцы в свои волосы и начал смеяться. Девушка же нахмурила брови, не понимая, что происходит. — Мне не нравится, что я вынуждена оправдываться. В один день мне что, придётся оправдываться за то, что я с Баджи общаюсь? — Даже думать стрёмно о таком. Но это не ревность, чтоб ты знала. Меня, типа, бесит ублюдок Хайтани. И всё. Не общайся с ним. Хотя бы ради безопасности своей жопы, которая ищет постоянно приключения. Изуми закивала головой, делая вид, что, конечно, поверила Шуджи. Он вновь рассмеялся. — В общем, эти фотографии вырваны из контекста. Меня попытались оклеветать! — резко добавила девушка. — Просто, чтоб ты знала, не пытайся играть со мной. Ты проиграешь. — Ты мне не доверяешь. Ханма подошёл к Одзаки и резко выхватил у неё из рук все фотографии. Он, как мог, смял их, а затем, достав зажигалку, поджёг. Когда комок из фотокарточек начал разгораться, он бросил его на асфальт. Изуми смотрела на то, как якобы компромат на неё постепенно превращается в пепел. — Доверяю, — коротко ответил Шуджи. Девушка кивнула головой, продолжая рассматривать то, во что превратились изображения. — Мне на уроки пора. Парень подошёл к ней чуть ближе и, наклонившись, поцеловал в лоб. Одзаки улыбнулась, но с неприятным осадком справиться до конца не могла. В голове засела мысль, что они с Ханмой совершенно не могут ужиться друг с другом. Парень об этом, вероятно, ещё не задумывался. Время шло, а Кейске так и не пришёл в школу. Если обычно он предупреждал о своём отсутствии, то теперь и вовсе не связывался с подругой. На одной из перемен Изуми решила зайти в класс Чифую, но его одноклассники сообщили, что того тоже нет на занятиях с самого утра. Девушка вышла в коридор, не спеша заходить на математику. Прислонившись к стене, она думала над тем, где могли быть её друзья. Баджи на её сообщения почему-то решил не отвечать, Мацуно, к удивлению, тоже. Она догадывалась: случилось что-то нехорошее, знала это на уровне подсознания. Так, словно кто-то третий подбросил эту мысль ей в голову. Видимо, это было тем, что называется шестым чувством. Одзаки вновь достала телефон, но теперь для того, чтобы попробовать дозвониться до Кейске, раз сообщения не доходят. Он продолжал не брать трубку, а затем и вовсе сбросил вызов. Изуми не на шутку разозлилась, но при этом она пыталась сохранять самообладание. В конце концов, девушка начала предпринимать попытки достучаться хотя бы до Чифую. После долгих десяти минут он всё-таки ответил. — Я немного не могу сейчас говорить. Одзаки в первые же секунды поняла по голосу парня, что произошло что-то по-особенному серьёзное. — Мацуно, где ты? — встревожено спросила она. — Позже, — тихо ответил Мацуно, — сейчас не могу. — Либо ты говоришь, что произошло, либо я поднимаю на уши всю вашу банду. Я знаю, что здесь замешаны «Свастоны». Или мне Майки позвонить? Чифую тяжело вздохнул, понимая, что ему не скрыться от вопросов Изуми, льющихся не то что рекой, а целым водопадом. — Баджи, он… Только не переживай. — Теперь я точно начала переживать, проклятый Мацуно. — Подходи на ту самую площадку… Знаешь, какую. Одзаки сжала телефон, увешенный брелоками, сильнее. — Буду через десять минут. Девушка, тихо забрав все свои вещи из класса, быстро побежала к выходу из школы. Сердце билось так, как никогда — казалось, оно в любую секунду покинет грудь девушки и умчится первее неё. Ноги устали от долгого бега, но Изуми не думала останавливаться. Когда Одзаки, наконец, оказалась на месте, она увидела, что Мацуно весь в бинтах сидит на качелях. Рядом с ним стоял парень, которого девушка едва ли знала — Такемичи Ханагаки. Изуми замедлилась, переводя взгляд с одного юношу на другого. Она надеялась обнаружить и Кейске, но всё указывало на то, что его здесь быть и не могло. Неприятные ощущения в груди только усилились. Сжав школьную сумку покрепче в руке, она встревожено посмотрела на Чифую. — Что с тобой произошло? Кто это сделал? — Только не нервничай, пожалуйста, — ответил Мацуно, пытаясь улыбнуться. — Ты издеваешься?! — возмутилась Одзаки, готовая в любой момент ударить парня за его улыбку даже в такой ситуации. — Я пытаюсь подготовить тебя. Ханагаки, посмотрев на девушку, резко выпалил: — Это сделал Баджи-сан! — Такемичи! — крикнул на него Чифую. Изуми же широко раскрыла глаза, а затем нервно усмехнулась. Должно быть, это шутка? — О чём ты говоришь? Он бы в жизни не ударил своего близкого друга. Истерический полусмех «украсил» лицо Одзаки. Парни переглянулись, и Такемичи понял, что объяснить всё должен Чифую. Тот коротко кивнул и посмотрел на девушку. — Он ушёл. В «Вальхаллу». Одзаки сначала не поверила тому, что услышали её уши, но затем, повторив слова друга в голове бесчисленное количество раз, просто осела на землю. У неё не было подходящих слов, которыми она могла бы выразить бушующие в ней чувства. Это было похоже на самый сильный ураган, который рушил всё на своём пути. — Мацуно уверен, что у Баджи есть какой-то план, — неловко произнёс Ханагаки. — И я сам позволил ему избить себя. Я верю в Баджи, — добавил Чифую, улыбаясь. Но затем улыбка пропала с его лица — из-за полученных травм было больно улыбаться. — Я не понимаю… — тихо сказала Изуми, пытаясь сдержать слёзы, — зачем ему уходить в «Вальхаллу»? — Это всё из-за Кисаки. Баджи-сан хочет покончить с ним. — Он сам тебе это сказал? — с надеждой спросила Одзаки. Мацуно опустил взгляд себе на колени и сжал со всей силы кулаки. — Нет, но… — парень резко поднял голову и уверенно посмотрел на подругу, — я знаю его. Он бы никогда не предал своих друзей. У него есть план. Верь ему, как верю я. Изуми отвела взгляд в сторону, пытаясь осмыслить услышанное. Однако голову словно окутало плотным туманом, который мешал сохранять самообладание. — «Свастоны» будут биться с «Вальхаллой»? — спросила она, продолжая смотреть куда-то вдаль. — Да, Изуми, — ответил Мацуно, догадываясь, о чём думала в этот момент Одзаки.