Planet (of love?)

***

Каждый день у Тэхёна заканчивается привычной уборкой. Он вычищает кофемашину от остатков молотого кофе, чистит нок-бокс, слишком уж любовно избавляет холдер от фильтра и вычищает кисточкой налипшую кофейную пыль. Работу свою он действительно любит, несмотря на каждый из негативных аспектов. Ему слишком нравится новая машинка и допустить какие-то ошибки, которые неизменно приведут к неполадкам, почти немыслимо. Вот почему дотошный Ким Тэхён недоумевает, что же не так и почему аппарат снова не может кипятить воду, а паровая трубка плюется вместо того, чтобы взбить молоко. Через ещё какое-то время он признает, что беспомощен и нужен специалист. — Чимин, позвони Юнги. Она опять сломалась. Тэхён недовольно поджимает губы и ещё раз проверяет всё по второму кругу. Он искренне не может понять, что, чёрт возьми, снова сделал не так, растреклятая кофемашина ломается уже раз третий за месяц. Юнги появляется через минут сорок в своей неизменно чёрной панаме и кожаной куртке. Проходит через парадный вход, равнодушно здороваясь и оставляя по всему залу влажные следы уличной грязи. За окном не то чтобы ливень, но лёгким осенним дождиком это явно не назовёшь. Парень что-то бурчит себе под нос и сообщает, что он заберет машинку, посмотрит как следует в нормально освещенном месте и скажет, можно ли её исправить. Он уже собирается уходить, когда Чимин, как бы невзначай, интересуется, не хочет ли тот попробовать карамельные пирожные, что недавно появились в их меню. — У меня нет с собой денег, Чимин-а. Да и аппетита из-за хреновой тучи соплей в моем носу. И, кажется, Юнги правда пытался возразить, но Чимин заверяет, что он угощает, и обещает даже заварить ему горячий, чуть ли не целебный, чай, так как кофе сегодня в меню не будет до обеда минимум. И Юнги соглашается, потому что, давайте будем честны, сладости делают наш день лучше, а уж тем более дождливый осенний вторник, когда у тебя заложен нос и немного слезятся глаза. Плюс, бесплатная еда, странным образом, вкуснее остальной. Тэхён смотрит как его друг вешает чужую кожанку на вешалку у стены, а потом подмигивает ему, хитро улыбаясь. Плетётся следом за Юнги с таким довольным видом, что Тэхён даже при всём его нежелании начинает подозревать неладное. Сегодня утром всё было хорошо, ни о каких неполадках и речи не шло, но потом Тэхён вышел и… И, черт возьми, это Чимин! Гребаный Пак Чимин что-то начудил с кофемашиной, пока Тэхёна не было, чтоб позвонить Юнги… Чтобы увидеться с Юнги! После своего умозаключения Тэхён так ничего и не говорит, лишь кидает недовольные взгляды на беззаботно щебечущего друга, который Кима и вовсе не замечает. Слишком уж заинтересован своей компанией. Всё, что остается Тэхёну, это молиться, чтоб студенты не ринулись, как и всегда, нескончаемым потоком в кофейню «Planet», во время обеда. Он понятия не имеет как он должен будет обслужить то количество людей, что у них бывает, имея под рукой лишь две газовые конфорки и одну джезву. Кофе почти что по-восточному? О нет, пусть они понесут убыток, но он не будет работать с этим дерьмом во время запары. Так что сегодня у Тэхёна внеплановый выходной. И он потратит его на драку с лучшим другом. Казалось, вечность проходит, когда Мин Юнги наконец-то поднимает свою тощую задницу с жесткого кресла и бросает Тэхёну короткое «пока» у самого выхода. — Ты что, совсем чокнулся? Чимин делает вид, что обращаются не к нему, забирая чашки со столика и сдувая рассыпанный им же сахар. — Позови его на ужин, придурок, — не унимается Тэхён, — а не ломай оборудование. — Я не понимаю, о чем ты. — Чимин-а, это же не смешно. Ты оставил меня без работы, минимум, на полдня. — Да ладно тебе, — до чего же Тэхёну хочется стереть эту его улыбочку, — у тебя теперь есть возможность отдохнуть, а у меня было почти что свидание с этим сладким букой. Тэхён закатывает глаза, недовольно выдыхая. — Он даже не знает, что ты по нему сохнешь. — Я не сохну. У меня вообще нет такой функции. — Ну да, просто как-то слишком часто сравниваешь его с той кошкой, что притащил к нам в квартиру месяц тому назад. Чимин не отвечает. Он заходит на кухню, складывая посуду в раковину. Но вот Тэхён так просто не отстанет и, что уж тут, ему откровенно нечем заняться. Его оставили без работы до тех пор, пока предмет обожания Чимина не починит кофемашину. — Потому что, Тэхён-и, когда он улыбается, он похож на эту кошечку. — Клянусь, ещё ни разу не видел, чтоб он улыбался. Пак хмыкает. — Потому что ты не обращаешь внимание. — Фу, ты такой гей. Чимин смеётся, ополаскивая кружки, и тянется за белым вафельным полотенцем, чтобы протереть уже чистую керамику, когда слышится звон дверного колокольчика, который оповещает парней о приходе гостя. — Не вздумай меня этим заразить! — разворачиваясь, негромко произносит Тэхён. Он смотрит на посетителя, волосы которого выглядят, скорее, как после душа, а уши своим цветом сообщают о достаточно низкой температуре на улице. Тэхён подходит к прилавку, бросая неловкое «извините, кофе сегодня нет, только выпечка», когда Чимин, не регулируя громкость, кричит из кухни: — Ориентация не передается воздушно-капельным путём, сладкий. Тэхён неловко тушуется перед незнакомцем, стараясь не смотреть тому в глаза и, если быть честным, ждёт, когда тот развернется и уйдет, но вот парень открывает рот и слишком уж ласкающим тэхёнов слух голосом выдаёт: — О, нет-нет, я на стажировку. Стажёр в день, когда твой лучший друг решил устроить свою личную жизнь и испортить твою работу? О да, лучше не бывает.