Опасная игра

      — Ты сейчас серьёзно? — изогнул бровь Цукаса, улыбнувшись своей привычной страшной улыбкой. — Ты только-только начал садиться после прошлого моего желания.       — Более чем, — фыркнул Аманэ, помахав в воздухе колодой карт. — В этот раз ты выполнишь мое желание!       Ханако и правда долго не мог сидеть. Стоило ему попробовать подняться с дивана, как ему тут же становилось больно, и он падал обратно головой на подушку. Вскоре Аманэ понял, что это всё же бесполезное дело, и решил не садиться. Правда, и уйти из комнаты брата он не мог, но Цукаса особенно и не возражал против его пребывания здесь. Тем более, так старший мог следить за Юги-младшим. Но то ли из-за присутствия Седьмого, то ли просто Цукасе не хотелось, но он совсем не использовал радио. Хотя, спустя день Ханако всё же понял причину — она действительно была в нем. Цукасе приходилось постоянно находиться рядом. Особенно Аманэ нравилось лежать головой у брата на коленях, пока тот перебирает его волосы… Однако даже это не отменило того факта, что Юги-старший хотел отомстить. Просто потому что прошло уже пять дней, а боль всё не уходила. Но вот когда ему станет лучше и он снова сможет бросить вызов близнецу…       Аманэ в предвкушении улыбнулся, представляя себе, как близнец стонет под ним. Ведь сейчас его очередь. «Так стоп, у меня же было другое желание. Аманэ, о чем ты только думаешь?!»       Прошло время, и Ханако стало лучше. Не сказать, чтобы на все сто процентов, но лучше. Потому первое, что он сделал, — это попросил у Цукасы реванш.       — Ну-ну… — на заявление близнеца Цукаса лишь перевернулся вниз головой. На самом деле и самому младшему было интересно, какое желание загадает Аманэ. И одновременно не хотелось, чтобы он победил. Ведь если сможет ходить и летать — вернется к себе. А Цукаса этого не хотел. Впрочем, на его месть лидеру радиоклуба действительно хотелось посмотреть. — Но давай тогда сменим игру. Карты мне уже приелись!       — Э? — Аманэ никак не мог знать, что Цукаса захочет поменять их игру. Морально Ханако готовился именно к картам. Через несколько секунд, благодаря черным хакудзёдаям брата, перед старшим оказались шахматы. — Не ожидал, что ты захочешь играть в такую скучную игру.       — Ты многого обо мне не знаешь, — на самом деле, Цукаса поменял игру намеренно. Младший решил, что раз уж близнец так хочет победить, то почему бы это не устроить.       Правда, существовала маленькая проблема. В случае с картами выиграть у Аманэ шансов практически не было — он очень плохо в них играл. Да и всё зависело от выпавших игроку карт. С шахматами всё было значительно проще. Там была нужна именно стратегия. Цукаса помнил, что помимо Астрономии, брат ходил ещё в клуб шахмат. Победить ему будет легче.       И план Цукасы действительно работал. Аманэ выстраивал стратегию, чтобы победить. Цукаса же, в свою очередь, просто дурачился, направляя фигурки как попало. Не столько потому, что не умеет играть, сколько потому, что сейчас давал отыграться брату.       — Я победил! — радостно завопил Аманэ, когда последняя фигурка близнеца оказалась у него. Цукаса даже удивился реакции на выигрыш, но вместе с этим и умилился. «А он такой радостный... Просто милашка. В этот момент очень хочется его поцеловать».       — Ну, Аманэ, и какое у тебя будет желание? — прищурившись и глядя на брата, спросил Цукаса. Аманэ мигом смутился, отводя глаза. И Цукаса точно уверен, что видел, как у него покраснели щечки. В такие моменты младший был готов проигрывать на желание постоянно, лишь бы лицезреть этот розовый цвет на щеках брата. Шмыгнув носом, Ханако протянул близнецу, спрятанный до этого под подушкой пакет. Цукаса взял его из рук старшего, но пока туда не заглянул, смотря за реакцией Аманэ. А у того менялись эмоции каждую секунду: сначала смущение, потом радость, потом снова смущение и, в довершении всего, Цукаса точно уловил в этих эмоциях какое-то плохо скрытое злорадство. — Что это?       — Надень это... — сглотнув, попросил Аманэ. На самом деле, Седьмой не был уверен, что близнец после открытия пакета и разглядывания содержимого просто не убьет его. Но старшему очень хотелось увидеть брата в этом. — Пожалуйста.       — Хм.. — правда, на удивление самого Аманэ, после увиденного содержимого пакета у Цукасы не возникло мысли лишить старшего брата жизни. Он, наоборот, отреагировал как-то странно: ехидно улыбнулся, лукаво взглянув на Ханако. — А ты у нас извращенец, да, Аманэ?~       — В-вовсе нет! — вмиг покраснел Аманэ, даже начиная прерывисто дышать.       Цукаса лишь цыкнул языком, ведь действительно не ожидал этого от старшего брата, и начал доставать содержимое пакета. Ничего необычного в нем не было. Всего лишь костюм кошки: ободок с ушками и пояс с пушистым хвостом. «И где только успел раздобыть такое, пока на диване валялся?»       Впрочем, Цукаса особенно и не возмущался. Нацепив ободок на шею, тот взял в руки пояс.       — Тебе придется снять хакаму, иначе пояс не налезет… — прошептал Аманэ, дрожащими руками потянувшись к верхней одежде близнеца и осторожно её снимая. Цукаса замер, отдаваясь на волю победителю. В основном потому, что боялся спугнуть Аманэ сейчас. Кто знает, чем всё закончится, но младшему и правда было интересно, что Аманэ собирается с ним делать. Вскоре верхняя одежда младшего была отброшена в сторону, и Цукаса, чтобы не спугнуть Аманэ, сам застегнул пояс с кошачьим хвостом на своей талии.       — Ну, что дальше ты будешь делать, хо-зя-ин? — издевательски произнося по слогам последнее слово, на манер, как раньше произносил имя брата, развернулся к близнецу Цукаса. Он взял основание хвоста и слегка покручивал им. Аманэ ахнул и вновь густо покраснел, глубоко вздохнув.       — Опустись на колени, пожалуйста, — прошептал Ханако, дотрагиваясь до поддельных ушек брата и зарываясь руками ему в волосы.       — Необязательно постоянно говорить «пожалуйста», Аманэ, — снисходительно проговорил Цукаса, выполняя просьбу брата.       — А теперь скажи, как говорят кошечки, — тяжело дыша, чувствуя какое-то странное напряжение в животе, прошептал Аманэ. Чем больше он смотрел на брата, который был почти обнаженным, тем сильнее его охватывало неизведанное доселе чувство. И самое ужасное — Ханако не знал, как с ним справится.       Цукаса послушно сложил руки на манер лапок, произнося протяжное «мяу» и ожидая дальнейших просьб со стороны Седьмого. Правда, сам Аманэ впал в транс, засмотревшись на брата. «Цукаса такой... Такой... Милый!»       — Хозяин.. — голос младшего брата вывел Аманэ обратно в реальность. И только тогда он осознал происходящее: пока сам старший был в своих мыслях, Цукаса уже почти успел снять штаны с брата. Аманэ вздрогнул и уже хотел сбежать, но не успел. Ведь поняв намерение брата, Цукаса не собирался его отпускать. Он схватил его за запястье, неожиданно мягко, в отличие от прошлого раза, опрокинув на диван. Призвав одного хакудзёдая, Цукаса приказал ему связать собой руки Аманэ. Старший же вмиг запаниковал, и эйфория с него схлынула, хотя и осталась пульсирующим приятным ощущением в области живота.       — Ч-что ты делаешь? — прошептал старший, вжавшись спиной в кровать и смотря за действиями брата. Аманэ был напуган, но одновременно с этим ему неожиданно стало интересно. «Если меня всё равно связали, так чего теперь переживать и пытаться вырваться? Я же всего лишь.. Немного».       — Всё будет хорошо, Аманэ, — Цукаса начал медленно снимать с брата штаны, захватив по пути ещё и нижнее белье. — Тебе это понравится.       Аманэ был с ним не согласен. Скорее потому, что был напуган действиями близнеца, но одновременно с этим ему было интересно, что он затеял. «Блин, Аманэ, ты уже реши, чего ты хочешь!» В прошлый раз и правда было поначалу больно, но затем боль сменилась удовольствием. Кто знает, может быть, его младший брат способен не только на жестокость. Когда Ханако оказался обнаженным ниже живота, то покраснел ещё больше, чем прежде.       Цукаса улыбнулся, наблюдая за реакцией Седьмого. «Как бы Аманэ себя не обманывал, видно, что ему нравится». Чуть приподнявшись, младший начал расстегивать рубашку брата. После прошлого раза у неё отлетели все пуговицы, но Сакура смогла вещь отремонтировать. Все же Цукаса не хотел доставлять помощнице проблем, поэтому сейчас одежду рвать не собирался. Тем более, он тогда был слишком нетерпеливым, сейчас же понимал, что Аманэ никуда от него не денется. И никогда не денется. Старший чуть поерзал, заметив, что Цукаса не торопится. Поскольку двинуть руками он не мог, приходилось обращать внимание на себя такими странными методами.       — Можешь побыстрее?       Младший пожал плечами, снимая с брата последнюю оставшуюся вещь и целуя в шею. На этот раз он обошелся без укусов, чему сам Аманэ был несказанно рад. Выгнувшись в спине на действиях клыкастика (как его в детстве любил называть сам старший), Аманэ тяжело задышал. Цукаса прошелся по шее языком, тем временем аккуратно опустив руки к промежности близнеца, и слегка затронул его головку члена, наблюдая за реакцией Аманэ краем глаза.       — Ах! — Аманэ, не ожидав такого, глухо простонал, прикусывая губу.       Цукаса на это лишь улыбнулся, проводя языком дорожку от шеи до одного из сосков и, отстраняясь, смотрел на оставшийся влажный след.       — Я и забыл, какой у тебя может быть прекрасный голос… — прошептал младший, опускаясь к паху Ханако, и снова дотронулся до головки, правда, уже языком. Аманэ издал какой-то непонятный звук: то ли всхлип, то ли стон. Цукаса разобрать не смог. Однако точно знал: если бы руки у него были развязаны, он бы точно закрыл рот, чтобы больше не проронить ни звука.       Аманэ было очень хорошо. Его бросало то в жар, то в холод и будто лихорадило. Как только Цукаса обхватил головку его полового органа губами, Седьмой расширил глаза. Хотя делал всё это именно младший, до потери сознания было стыдно именно старшему. «Наверное, со стороны это точно выглядит странно, учитывая его костюм». Когда Цукаса чуть сжал член Ханако во рту, Аманэ застонал, откинувшись на спинку дивана и тяжело дыша. А Цукаса этого и добивался. Осторожно вынув изо рта половой орган близнеца, Цукаса усмехнулся. Аманэ был сейчас прекрасен, как никогда. Он весь покраснел, даже плечи приобрели розовый оттенок.       — Думаю, с тебя хватит на сегодня.       Однако стоило Цукасе развязать брату руки, как повалили на диван уже его. Цукаса слегка опешил, не ожидая этих действий со стороны старшего. Он считал, что Аманэ как минимум сейчас просто сбежит и забьется куда-нибудь, но реальность оказалось другой.       — Сейчас моя очередь. Желание мое и хозяин здесь я!       Аманэ после своих слов сначала побледнел, осознав их смысл, а затем и вовсе снова залился румянцем. Он чувствовал, как его щеки полыхают, а тело вновь впадает в состоянии эйфории после действий младшего брата. А ведь Аманэ хотел отомстить.. А роль главного опять на себя взял Цукаса. «Ну уж нет. Теперь моя очередь!»       — Что же.. Делай со мной что пожелаешь хозяин! — Цукаса улыбнулся, обнажив все свои зубы. Ему было интересно, доведет ли Аманэ задуманное дело до конца или сбежит при первой возможности. Он больше склонялся ко второму, зная старшего Юги.       Аманэ вдохнул в легкие побольше воздуха, пытаясь отвлечься от с ума сводящих чувств у себя внизу живота. Он не знал, что это, но испытывать их было странно. Будто что-то инородное поселилось в организме и заполняло собой всё пространство. «А Цукаса совсем не переживает, что я сейчас на его..»       Младший тем временем ждал дальнейший действий со стороны своего любимого брата. Он не очень-то верил, что Аманэ воплотит угрозы в жизнь. Правда, всё же ему пришлось усомниться, когда одна рука близнеца принялась снимать с него оставшуюся одежду. Второй рукой Ханако, непонятно для самого Цукасы зачем, держал соединенные руки брата.       — Аманэ, я же не собираюсь вырываться. Тебе необязательно отвлекаться и делать всё одной рукой.       — Замолчи, — вот этого слова младший никак услышать от брата не ожидал. До этого Аманэ точно бы побоялся такое произносить. «Видимо, действительно собирается меня изнасиловать... Как иронично, что я не против». Вслух Цукаса, конечно, свои мысли не озвучил, но вот едкий смешок все равно вырвался. Аманэ, видимо, решив, что младший смеется именно над его словами, решил сделать то, что давно хотел. Он просто впился близнецу в губы. Цукаса ответил на поцелуй, углубляя его. Вот только дальше Аманэ не хотел давать заходить — он плотно сжал зубы, чтобы брат не начал своевольничать. Вот только Цукасу, который сдаваться не собирался, это не остановило. Он просто прикусил клыком старшему Юги нижнюю губу и, дождавшись вскрика, ловко пробрался языком внутрь. Аманэ расширил глаза, невольно от неожиданности выпустив руки Цукасы и вцепившись ему в плечи. Ведь за это время Цукаса успел дойти языком и до нёба Ханако, пересчитать все зубки, а затем и вовсе сплестись с братом языками. Через некоторое время воздуха обоим стало категорически не хватать, и Аманэ пришлось отстраниться.       — В следующий раз будешь знать, как мне указывать, — прошептал Аманэ.       — Ну-ну.. — заметив, что уже полностью обнажен, прокомментировал младший. Хотя, всё же одежда на нем осталась. Ушки и хвостик. Акцентировать внимание на этом не стал, ведь видел, что Аманэ сам сейчас до чертиков напуган тем, что творит.       Аманэ чуть отстранился от близнеца, приподнимая свою же руку к своему лицу. Он знал, что надо делать дальше, но никак не мог решиться.       — Горе ты моё луковое, — фыркнул Цукаса, хватая старшего за руку. Чуть помедлив, младший всё же взял пальцы Ханако в рот, старательно облизывая каждую фалангу. Убедившись, что слюны хватает, он кивнул Аманэ. Седьмой глубоко вздохнул и, вынув свою руку из рта брата, поднес её к заднему проходу близнеца. Особо не церемонясь, он ввел сразу три пальца. Цукаса ахнул, не ожидая и откидываясь на подушку, ведь до этого был в полусидящем положении.       — Аманэ!       Ханако лишь фыркнул, начиная медленно двигать пальцами и растягивать младшего. Стоило ему начать, как он тут же услышал первый стон. «А он даже не пытается сдерживаться». Отсчитав полминуты (хотя он и не знал, достаточно ли этого), Аманэ достал пальцы, подставляя к этому месту свой половой орган. Младший хотел что-то сказать, правда, толком ничего и не успел — Аманэ резко вошел в него во всю длину. Даже младший, который явно не испытывал никогда особой боли, негромко вскрикнул.       — А я говорил, что ты сидеть не сможешь... — склонившись к уху младшего близнеца, прошептал Аманэ, слегка прикусив клыкастику ухо. А затем и вовсе хихикнул, наматывая себе на руку поддельный хвост брата. При этом он не забывал, на удивление Цукасы, быстро двигаться. — А когда ты в этом костюме, мстить тебе ещё приятнее.       — Ах ты ж! — Цукаса иногда вскрикивал, иногда постанывал. В целом, ему было приятно.       Однако, одновременно с этим, ему хотелось кого-нибудь убить. Он в действительности не ожидал, что Аманэ и впрямь решится его отодрать. — Аманэ, ты же ещё поплатишься за это!

***

      — Держи, — Цукаса подошел к раскрасневшемуся после произошедшего Аманэ, протягивая стакан с водой. Ханако залпом выпил его, чуть было не подавившись, продолжая тяжело дышать.       — Ты можешь летать? — шмыгнул носом Аманэ, посмотрев на младшего Юги.       — Ты слишком неженка, чтобы действительно сделать так, чтобы я не мог встать дивана, — Цукаса усмехнулся, садясь рядом с Аманэ на диван и за руку притягивая к себе. В итоге Аманэ оказался у младшего на коленях и смотрел прямо Цукасе в глаза. Младший плотоядно улыбнулся, прижав к себе близнеца и прошептав ему на ушко слова, которые собирался сказать давно. — Но это не отменяет того факта, что в следующий раз тебе месяц на ногах не ходить. Уж я позабочусь.       Аманэ обреченно шмыгнул носом, неожиданно обняв брата в ответ. «А ведь с принесением хаоса в школу придется разбираться... Только я уже не уверен, что мне под силу провернуть с Цукасой нечто подобное. Глядишь, попробую и правда больше месяца двигаться не смогу»       Взвешивая все «за» и «против» разговора с братом на счет его распространения слухов, Ханако решил, что всё же разобраться с хаосом стоит. А там уже можно будет расслабиться и возвращаться в свой родной туалет.       Вот только Аманэ не учел, что Цукаса и не собирается его отпускать. Никогда.