Моя прекрасная няня

Наён стала чаще улыбаться. Ей правда казалось, что жизнь наконец становится лучше. Она нашла счастье для своего ребёнка — милую няню, которая была счастьем и для самой Им, когда они раз в неделю встречались, чтобы вместе прогуляться. Мина разбавляла скучную жизнь Наён одним своим присутствием. Рядом с Мюи Им наконец была спокойна. Всё вновь пошло под откос, когда Наён вызвали в кабинет начальства, из которого она, по прошествии пары минут, выбежала, стараясь утереть слезы, скопившиеся в уголках глаз. Её дрожащий палец с особой агрессией набрал телефон Чонён: — Меня сокращают на работе. Встретимся в нашем баре через десять минут. После Наён почти ничего не помнит — мозг заполонён тревожными мыслями, а истерика готова была вырваться наружу в любую секунду. Она помнит лишь то, как встретилась с Чонён, заказала у бармена первую рюмку, а потом были лишь смутные разговоры. — У меня не будет денег, чтобы оплачивать услуги Мины, — протягивает Наён, опирая подбородок на две руки. — При сокращении же выплачивают компенсацию. Выплатишь задолженности у неё, а потом мы будем снова с Ёнми сидеть. Ты же знаешь, что мы всегда здесь и всегда тебе поможем. — В том-то и дело, что я волнуюсь не из-за Ёнми. Я в любом случае найду, с кем её оставить, потому что у меня есть вы, — громкое икание на секунду прерывает Наён, — я не хочу, чтобы Мина уходила. Я хочу, чтобы она была мамой… то есть няней Ёнми. Хочу, чтобы она была рядом. Чонён хмурится, приподнимая голову Наён за подбородок. — Много ты выпила. Слушай, ты что, влюбилась? Вы всего 2 месяца общаетесь. — Да не знаю я, честно… Сначала я уверяла себе, что это лишь симпатия — хотя ведь так и есть, но потом она начала сближаться с нами. И моё сердце трепетало каждый раз, когда я видела её. Я не могу её упустить, потому что вне её работы я попросту не смогу с ней общаться — я не выдержу. Им приземляется лбом о барную стойку: — Чонён, я ужасна, — хнычет Наён. Ю, ничего не говоря, поглаживает ее по разгорячённой спине. В клубе включается новая громкая песня, бьющая размеренными ударами по вискам. Наён поднимает голову, переводит взгляд на свой недопитый стакан и, выпив его залпом, привстает с высокого стула: — Я хочу танцевать, — хрипит она и выходит на танцпол — небольшую открытую площадку со столпившимися пьяными людьми. Чонён трёт переносицу и наблюдает за тем, как сама Им трётся о горячие шатающиеся тела, пытающихся танцевать в пьяном угаре, и только благодаря музыке всё ещё державшихся на ногах. Наён толкалась среди толпы, пытаясь попадать в ритм, и тело наконец начало расслабляться. Руки сами по себе выписывали необъяснимые фигуры в воздухе, а ноги нелепо пытались найти свободное место на полу, успев, кажется, наступить на всех людей вокруг. Им чувствует себя неописуемо свободно и раскрепощённо, особенно для человека, которого пару часов назад уволили с работы. Но когда Наён начинает слишком близко и слишком неприлично, для матери, которую дома ждёт ребёнок, тереться о незнакомую девушку на танцполе, Ю с безнадежностью выпивает свою стопку с пламенной жидкостью и идёт вытаскивать свою пьяную подругу из предстоящих приключений на задницу. — Чонён, убери свои руки от меня, — ворчит та и сопротивляется всеми своими оставшимися силами, — я хочу танцевать. Но Ю даже слушать её не собирается — выводит с танцпола, а после и вовсе из самого бара. Холодный вечерний воздух был достаточно отрезвляющим, чтобы Наён наконец смогла спокойно стоять на ногах. Чонён без слов вызвала такси, заранее взяв Наён за шкирку, а через пять минут уже и вовсе запихнув её на заднее сиденье. Как хорошо, что Чонён умеет переносить большое количество алкоголя и без труда может буквально притащить Им к входной двери её квартиры. — Я надеюсь, двери ты открывать умеешь, потому что мне нужно срочно уехать домой, — кряхтит Ю и отставляет Наён приходить в себя, оперев её тело на стену подъезда. Через минуту девушка всё же стучится, и дверь ей открывает взволнованная Мина, из-за чего в мозг Им будто выстреливает молния. Наён неловко улыбается и заваливается в дом, чуть не споткнувшись о порог: — Здравствуйте, красивая девушка, — смеется та, слегка пошатываясь, — я забыла, что ты сегодня у меня. Через пару секунд Мюи наконец понимает насколько пьяна Наён и глубоко вздыхает, закидывая её руку на своё плечо, чтобы та смогла удержаться и снять свою обувь. — Господи, ты пришла в двенадцать часов ночи и целый час до этого не отвечала на звонки. Знаешь, я не нанималась сюда трепать свои нервы. Наён глубоко вздыхает и поднимает свои слегка прикрытые глаза на Мину: — Прости меня, сегодня мне было так плохо… А телефон был в сумке, я, видимо, не слышала. Им долго смотрит прямо в глаза Мюи, лишь через секунду понимая, что её лицо все сильнее приближается к лицу Мины. Если бы Наён была трезвой, то никогда бы не позволила зайти себе так далеко, но сейчас Им была в хлам, поэтому могла сделать всё что угодно. Например, чуть не стошнить на предмет своего воздыхания: чем ближе её голова придвигалась к Мине, тем сильнее тошнота поднималась к горлу. По итогу Наён надула щеки, отодвинулась от Мюи и со всех ног побежала к туалету, не забыв удариться о все стены, которые были у неё на пути. Последнее, что услышала Мина — это нервно закрывающуюся щеколду туалета. Мюи ненадолго задержала дыхание, а после выдохнула весь воздух из легких, пытаясь успокоиться и подумать о всём рационально. — Итак, оставлять Ёнми, — та взглянула в спальню, где была детская кроватка, — с этой неприятностью на ножках будет полной безответственностью. Мина прошла в комнату Им и присела на диван рядом с кроватью: — Мне придется переночевать с ней, — Мюи почесала свой затылок, будто обдумывая мысль вселенской важности, — она пыталась поцеловать меня? Но её рассуждения прерывает плетущаяся в спальню Наён, которая сразу бессильно падает на свою кровать. — Тебе бы стоило принять ванну перед этим. Ты пахнешь, — в ответ Мина получает лишь тихое сопение — Наён уже точно ничего не слышит. Девушка ударяет себя по лбу, но всё же тоже решает прилечь, пытаясь найти хоть какую-то удобную позу на тесном и жестком диване. Удивительно, но усталость быстро берёт вверх, и та засыпает всего за пару минут. Утро Наён встречает с неописуемой болью в голове и всём теле. Та еле приоткрывает опухшие глаза и пытается вспомнить, где она. — Я в своём доме. Удивительно, — шепчет та, решаясь осмотреться. Что-то сильно жмёт ноги — она уснула в уличной одежде. Рубашка неприятно пахнет перегаром и большим скоплением потных людей — Наён лишь морщится от запаха. Во рту сухо и ощущается отвратительный привкус. Им еще никогда не чувствовала себя настолько плохо, поэтому наконец полностью распахнула глаза, чтобы встать и привести себя в порядок. Взгляд её случайно падает на тумбочку. На ней стоит баночка с таблетками, стакан воды и записка, с еле разборчивым почерком и надписью: «Мне пришлось уехать. Выпей это, оно поможет». Внизу мелко было подписано имя «Мюи Мина», и тогда, в и без того больную голову Наён прилетает тяжелый удар её же собственной руки. — Мина вчера была у меня дома. Какая же я позорница, — протягивает та, но таблетку всё же выпивает, а после осмеливается встать с кровати. Ноги ватные, еле держат такое же ватное тело Наён, но девушка не сдаётся и все же выходит из своей спальни. Её сразу встречает Ёнми, радостная бегущая обниматься с ней. — Доброе утро, — шепчет Им и чуть присаживается, — у тебя всё хорошо? — Да! Мама, а вы вчера с Миной поругались? — Девушки даже не догадывались, что Ёнми вчера совсем не спала и краем уха из своей спальни подслушивала диагол взрослых. Наён вскидывает брови и удивленно, правда удивленно смотрит на девочку: — Милая, мамочка совсем не помнит, а что именно произошло? Ёнми надувает губы, а после прислоняется к Наён чуть ближе: — Ты пришла поздно, из-за чего Мина ругалась! Потом ты вот так близко придвинулась к ней, — малышка приближается к лицу мамы, — но тебе стало плохо, и ты сразу убежала в туалет! Няня что-то сказала про безответственность, а после расстроенная ушла в твою спальню. Кажется, ты ее обидела. — Нет, милая, думаю, она просто была взволнована, что я пришла так поздно. У меня просто были важные дела. Сейчас все хорошо, — и, конечно, Наён врёт. Искусно врёт и ребёнку, и себе, — иди пока на кухню, я сейчас подойду. Им распрямляется и направляется в ванну, чтобы умыться и обдумать всё, что произошло вчера по словам Ёнми: — Я приближалась к её лицу? — всплеск воды в лицо приостанавливает её монолог, — безответственность… она про меня? Я безответственная, потому что слишком много выпила? Черт, что я только сотворила. Я точно упала в её глазах. Девушка выходит из ванны, проходится по всему дому, прежде чем найти телефон в сумке, валяющейся у порога, а после включает его. Текст «13 пропущенных от контакта Няня», всплывший на главном экране, она намеренно игнорирует и сразу заходит в их с Миной переписку. Пальцы быстро набирают текст: «Я отказываюсь от твоих услуг няни», а после нажимают большую кнопку «Заблокировать». И в тот момент телефон Наён летит куда-то в далекий угол комнаты.