Мама Хва

      Мама Хва сам не обделён талантами, папа Джун постоянно работает. У таких родителей просто не могли появиться заурядные дети.

***

      У каждого ребёнка был свой талант. Юнхо и Минги отлично танцуют, Чонхо прекрасно поёт, Сан превосходно переключается с режима «ути-господи-какая-милота», до «я-изнасилую-вас-одним-взглядом». Уён мастерски действовал на нервы и, конечно, прекрасно готовил. А Ёсан хорошо рисовал.       Ёсан сам был похож на произведение искусства, поэтому ему было суждено заниматься искусством. Но времени на это не всегда хватало. То репетиции, то невозможность найти спокойную обстановку. Но когда всё же удавалось побыть в тишине, семья «хехетмонов» приобретала нового члена.       Душевный мир художника очень хрупок. Его может потревожить любая мелочь.       График ATEEZ всю неделю был очень загружен, а Ёсану очень хотелось порисовать. Он думал, что пожертвует своим сном, но нарисует картину, давно сидевшую в голове. Но ни тут-то было. Зарядка Уёна, даже после тренировки и интервью, оставалась ещё на половине, поэтому он бегал по комнате, визжал и пересказывал всю репетицию Ёсану, хотя тот сам там присутствовал и знал всё, о чём говорил его друг (впрочем, типичный Уён). Но только не сегодня. Нет! Почему именно сейчас он включил типичного Уёна? Именно тогда, когда Ёсану нужна тишина и спокойствие.       В тот день Ёсан не смог ничего нарисовать, и на следующий день тоже, и на следующий. Целая неделя прошла, а Ёсан так ничего и не нарисовал. Вдохновение ушло невозвратно, настроение ухудшилось, Ёсан был крайне раздражителен всю следующую неделю и не разговаривал с Уёном, что не ускользнуло от последнего. — Сонхва-хён, — Уён подождал, пока они с мамой Хва останутся наедине. — Мне кажется, что Ёсан меня избегает. — Ты в этом уверен? Он всегда тихий, — спокойна ответил Хва. — Да. Но сейчас он вообще со мной не разговаривает. — Ты его ничем не обидел? Он очень ранимый, — напомнил Сонхва. — Нет, конечно. Мы в последнее время очень много разговаривали после репетиций. Он так внимательно слушал! Но сейчас, как только я хочу поговорить, он уходит. — Эх, Уён, Уён. Тебе бы не помешало иметь немного тактичности, — вздохнул Хва. — Но что я сделал то? — Ты уверен, что вы говорили, а не ты болтал, а он терпел? — Но если я ему мешал, он мог просто сказать, — возразил Уён. — Ты же знаешь нашего Ёсана. Я с ним поговорю.       В тот же день мама Хва позвал Ёсана с собой в магазин через дорогу. Это был идеальный момент, чтобы поговорить. — Ёсан-а, что случилось между тобой и Уёном? — спросил Сонхва. На его вопрос Ёсан лишь отвёл взгляд в сторону. — Пожалуйста, расскажи. Уён очень сильно переживает. — До этого ему было всё равно! — выпалил с чувством Ёсан. — На что ему было всё равно? Что он натворил? — Сонхва-хён, у меня пропало вдохновение. Полностью. — Это ужасно, но как в этом замешан Уён? — Я хотел порисовать, а он постоянно отвлекал меня своими разговорами, и я больше не могу рисовать. — А Уён знает, что он тебе мешал? — поинтересовался Сонхва. — Конечно, он же видел, как я на него смотрел, — сказал Ёсан. — А ты уверен, что он заметил? Уён прямолинейный и не понимает намёков. Думаю, что если бы ты ему сказал о своих планах, он бы послушал и даже помог, — объяснил Хва. — Ну откуда мне было знать? — Попробуй поговорить с Уёном. Я думаю, он тебя поймёт. — А как быть с утраченным вдохновением? — спросил Ёсан. — Оно обязательно вернётся. Может даже в этом тебе поможет сам Уён, — закончил Сонхва.       Разговор имел положительный эффект. Ёсан поговорил с Уёном. Уён пообещал быть более чутким, а Ёсан сразу говорить, если ему что-то не нравится. До какого-то времени для мамы Хва оставалось загадкой только то, вернулось ли к Ёсану вдохновение? Потом он узнал, что вернулось. Ребёнок сам подошёл к нему и показал новую картину. Сонхва лишь кинул на неё короткий взгляд и, сразу смутившись, отвернулся. На листе бумаги был очень реалистичный рисунок не самого приличного содержания, с двумя людьми на нём, видно было, что рисовалось это с натуры, и Хва догадывался, кем были натурщики. — Тебе не понравилось? — Ёсан заметно расстроился, а Сонхва сразу поспешил уверить его в обратном. — Нет, очень реалистично, а… что это? Надеюсь, не то, что я думаю? — не верил своей догадке Хва. — Уён сказал, что поможет вернуть вдохновение. — И как же он это сделал? — Ну, он попросил Сана помочь. Тут, — Ёсан показал на картину, а Сонхва пришлось посмотреть. — Сан только вошёл в него, а Уён очень громко стонал. А ещё… — Хватит! — вскрикнул Хва. — Убереги меня от этих подробностей. Картина хорошая, но зря я посоветовал тебе просить помощи у Уёна. Надо будет с ними поговорить.       Ёсан был счастлив, что Хва понравился рисунок. А Уёна и Сана ждал неловкий разговор, через который однажды проходят все дети и их матери. Зато теперь Усаны знают обо всех возможных способах контрацепции (во всём есть свои плюсы).       Эта история о том, как важно говорить и слушать. И лучше бы ATEEZ обладали этими навыками до этой ситуации, тогда, может быть, мама Хва не увидел бы шокировавшую его картину Ёсана.