***
- Ты такой красивый… - сказал учитель смотря на Антона, который решил померить костюм за два часа до выхода. - Он так подчёркивает твоё тело. - Арсений улыбается - руки так подчёркивает - тот проводит рукой по плечам парня, а после чмокает в щёку. - А мне не нравится… - признался Антон - тут так видно мои бёдра и руки такие… - задумался - Худые чтоли? - уже спросил сам себя Шастун. - Малыш… Ты самый красивый! Самый! Я тебя люблю! Больше всех! Знаешь… Ты прекрасен. Ты должен любить себя! Я не могу… Ты лучшее, что-нибудь было в моей жизни! Понимаешь? Лучшее! - Арсений заваливает Антона на кровать и обнимает. А тот его обнимает в ответ. - Я тебя люблю… - тихо произносит слова Шастун и утопает в объятиях парня. - Мне так не хватает тебя. - вдруг говорит учитель - Я хочу тебя. - минутное молчание - Я понимаю, что тебе не хочется. - уже начал говорить сам с собой педагог - Но ты меня когда нибудь ещё впустишь? - спрашивает Попов. - Да… - шёпотом отвечает Антон - Давай сегодня вечером? - предложил тот и сразу продолжил - Если ты конечно хочешь. - Я, очень хочу. - сказал учитель - Но, Антош… Ты уверен? Я тебя не заставляю. - уже начал волноваться тот. - Я уверен… Вот раз случится и я больше бояться не буду. - Антош… Я могу подождать сколько тебе надо! - уже сожалея, что поднял эту тему, сказал учитель. - Не переживай… Я тоже этого хочу… Только нужно всё забыть. А для этого нужен ты! - Ладно… Если так хочешь вечером надеюсь, что я буду не в стельку пьяный. - ухмыльнувшись сказал педагог. Попов берёт и целует своего парня сначала в губы, следом он решил расцеловать всё лицо. Щёки, брови, носик. А Антон от этого всего краснеет. - Ты такой милый когда смущаешься. - Арсений нависал над Шастуном, разглядывает каждый сантиметр чужого лица. - Кстати! А ты боишься щекотки? - вдруг спросил учитель. Антон передёрнулся. Он очень боялся щекотки. «Если отвечу, да, то тогда меня защекочут, а если, нет, тогда может проверить.» - думал про себя Шастун. - Нет. - с серьёзным лицом сказал Антон хоть и понимал, что возможно его поймут. - Точно… - ухмыльнувшись спросил Арсений. - Проверим? - Как хочешь. - сказал бесчувственно Шастун хотя понимал, что этого не избежать. Попов встаёт на ноги, тянет на себя парня. Когда тот встал Арсений кладёт руки на талию Антона. И… Начинает щекотать. - А-а-арс! Хватит! По-ожалуйста! Нет! Па-апочка! Я-я! Мне ды-ышать! А-аа! Во-оздух! Папочка! По-ожалуйста! - Арсений перестаёт для того, чтобы его мальчик отдышался. - Тоесть, не боишься? - Арс, я… - Антон всё ещё не мог нормально отдышатся - Мне плохо. - Ладно, потом продолжим. А сейчас иди одевайся. Сейчас будут пробки, нам бы желательно, чтобы мы успели. - Попов пошёл к шкафу и достал оттуда такой-же как и у Шастуна костюм- Малыш, завяжи мне галстук, пожалуйста. - Антон подошёл к парню и начал исполнять просьбу. А тем временем Арсений завязывал такой-же ученику. Когда дело было сделано, учитель шлёпнул по попе Тоши, потому что он выглядела уж очень упругой и милой. Арсений помог надеть Антону куртку, а после одел свою. - Пошли. Сегодня на такси, потому что вечером я не уверен, что буду трезвым. - сказал педагог, на что младший только улыбнулся - Сегодня, я сомневаюсь в том, что люди будут на нас обращать внимание. Поэтому… - Арс взял за руку парня и чмокнул в щёку, пока те ехали на лифте. - Я тебя так люблю. - сказал Антон смущаясь и краснея. - Я тоже, малыш.***
Приехали они вовремя, даже ждали Матвиенко и Позова какое-то время. - Здравствуйте, Арсений Сергеевич! - хором поздоровались друзья Антона. - Давайте, вне школе на ты? - предложил учитель. На что ребята только кивнули. - Так, во сколько и как вы поедете домой? - Мы планировали уехать раньше двенадцати, чтобы встретить Новый год вдвоём. - улыбнувшись сказал очкарик. - Ну, да. Только, пожалуйста, если вы планируете выходить из дома то не на долго. Так, просто совет. - ухмыльнулся Арсений. - Кстати, Антон, как с родителями дела? - спросил Серёга. - Не общаемся. Последний раз отчим меня избил. Но я не удивлён. - спокойным голосом говорит Шастун. Пока Арсений приобнимал парня. Ему в отличии от младшего было его очень жаль. Ведь у него с родителями всё было хорошо, они даже между собой не ссорились.***
Вечер с друзьями прошёл довольно хорошо. Только Антон лип к Арсению. Сначала колени «случайно» столкнулись, потом рука Антона также «случайно» задела живот, а следом вообще легла на ногу мужчины, начала гладить её и задела пах несколько раз. От чего у Попова начало жать в низу живота. - Ладно уже почти одиннадцать. Нам надо домой. - сказал хвостик, который с самого начала вечера хотел уединится с Димой. Пьяные были все четверо. Даже Арс был не исключением. Он кое-как заказал такси и оплатил его. Тем временем Антон уже с ума сходил от такого напряжения в штанах. - Плохой мальчик. - прохрипел Попов когда они вышли из такси - Знал же что лучше не стоит меня возбуждать раньше времени. Сейчас ты за всё поплатишься. - Заходя в квартиру Арсений стянул с себя ботинки и понёс Антона на кухню усаживая того на стол. - Я долго этого ждал. - он стягивает с младшего костюм, но для этого пришлось Шастуну встать. Разворачивая того спиной к учителю. - Какая попка… - из-за алкоголя Арсений не соображал что делал. Когда Антон уже был полностью голый, Попов яростно разглядывал чужую попку, параллельно снимая с себя одежду. Он уже целовал всего Шастуна, спустя пару минут вся спина была в засосах и укусах. - Ты такой красивый… - Арсений разминал попу парня. Целуя её и кусая. Под рукой не оказалось смазки поэтому пришлось пользоваться естественной, которой было достаточно. Первым пошёл указательный палец, от которого у Антона слетела крыша. Следом средний, а последним вошёл безымянный. Шастун думал, что сейчас в него аккуратно войдёт член, но как бы не совсем так. Член то вошёл, только быстро и без сожаления. Арсений всё втрахивал и втрахивал Антона в стол, а тот впился руками в него, до побеления костяшек. На глазах уже были слёзы. Но это было так приятно. Так желанно. Что никакие чувства больше не нужны. Когда Попов переходит на бешенный темп Шастун кончает прямо на стол, а следом и Арсений изливается в юношу. Придя очень уставшими в комнату оба завалились спать даже не удосужившись дождаться первого января.