Воздух на сигареты

— Кто вы и по какому праву врываетесь в мой кабинет?       Селена без интереса смотрит на мужчину, о котором только что говорила Амели. Привыкшая к незваным гостям и давно знающая, чем ответить на откровенное хамство, она даже не поднимает на него глаза, взмахом руки говоря помощнице покинуть кабинет. Как только дверь за ней закрывается, он подаёт голос. — Детектив Роберт Штицхен.       Незнакомец непринуждённо смотрит на Селену, протягивая ладонь для рукопожатия, — обыкновенный вежливо-холодный жест, на который она отвечает презрительным взглядом. Она выпрямляет задеревеневшую спину и закидывает ногу на ногу, уверенная, что отлично выглядит в деловом костюме алого цвета. И Роб непроизвольно замечает, что медные волосы прекрасно оттеняют изумрудную радужку.       Селена складывает руки на груди, нарочито насмешливо игнорируя протянутую мужскую ладонь, и её губы изгибаются в кривой усмешке — над жестом Роба, над его показательно-холодной вежливостью, за которой кроется едва заметная неловкость, над собственным превосходством. — Мне это неинтересно.       Селена с вызовом смотрит в ледяные глаза Роба, отмечая его недовольно поджатые губы и расправленные широкие плечи, невольно пробегаясь взглядом по натянувшейся белой рубашке. Плотная ткань едва ли скрывает контуры мышц на руках и груди, и она быстро теряет интерес к так и неначавшейся беседе, внимательно рассматривая разложенные на ореховом столе документы.       Роб бросает чёрную папку с нужными бумагами на рабочий стол и садится в кресло напротив Селены. Она втягивает носом воздух, стараясь успокоить поднимающуюся бурю негодования внутри себя, и замечает, что от мужчины исходит запах крепких сигарет, смешанный с ароматом терпкого и одновременно свежего парфюма. Она морщится — не переносит сигареты и всё связанное с ними с семнадцати лет — и вопросительно кивает на чёрную папку. — Мне нужна ваша подпись. Городская администрация дала разрешение, но направила к вам, — Роб сжимает подлокотники, копируя позу Селены. — Я из отдела по борьбе с наркотиками. И я хочу провести операцию по задержанию варщика.       Селена скучающе смотрит на Роба, зная, что никто не сможет выдержать её ледяной взгляд. Но ему словно плевать — он достаёт нужные бумаги и с безразличным выражением лица протягивает их. — То, что я являюсь спонсором праздника, не значит, что я разрешу превратить всё в самый настоящий балаган. Мне плевать на ваши операции и ваши проблемы, с которыми вы должны разбираться сами, детектив Роберт Штицхен.       Селене кажется, что в её кабинете повисла гробовая тишина. Она уверена, что Роб едва сдерживается, чтобы не высказать ей в лицо всё, что о ней думает. И Селена готова к этому. — Знаете, скольких людей варщик убил своим дерьмом? — взгляд Роба по-настоящему ледяной. Настолько, что у Селены впервые за долгое время пробегают мурашки вдоль позвоночника. — У нас всё на руках, а вы строите из себя… — Ладно, — она выдыхает, на секунду закрывая глаза и думая, что удивила Роба своим ответом. Однако выражение его лица всё ещё остаётся безразлично-холодным. — Мне плевать, что вы будете делать. Но не мешайте потенциальным спонсорам рассматривать мои проекты.       Штицхен кивает, смотря, как Селена размашисто расписывается на нужных страницах в документе, а после кладёт бумаги в чёрную папку и уходит, не прощаясь. После него в кабинете остаётся лёгкий запах сигаретного дыма, который она не переносит. Она бросается к окну, чтобы проветрить помещение, и видит, как у входа в офисное здание стоит Роб.       Он курит, выдыхая сигаретный дым, который, растворяясь в воздухе, остатками попадает в кабинет Селены, а после тушит окурок, шагая в сторону центра города. Селене отчаянно хочется покинуть офис и раствориться в атмосфере праздника, но она срывается на своей помощнице Амели за пролитый на нужные документы горячий кофе, отчитывая за каждую мелочь, которую лишь смогла вспомнить.       Селена порывисто хлопает дверью, оставляя работу на следующий день и понимая, что ей необходимо развеяться. Она всё же покупает кофе, который оказывается редкой гадостью, и выливает его прямо на асфальт рядом с прилавком, отказываясь платить за испорченный напиток. — С вами опасно иметь дело.       Роб держит руки в карманах брюк и едва улыбается уголками губ. Селене кажется, что не было никакого разговора в её кабинете, что они — старые знакомые, встретившиеся на празднике. Её настроение отчего-то резко становится лучше, и она наконец чувствует всю ту атмосферу, на которую выделяла средства. — Именно поэтому никто не рискует лишний раз со мной пересекаться.       Селена сверкает изумрудными глазами и тут же теряет Роба в толпе людей. Она не начинает его искать, оставляя за собой последнее слово, и медленно прогуливается по главной улице. Вечернее небо рассеивают разноцветные гирлянды и жёлтые фонари; воздушные шары взмывают ввысь, упущенные их владельцами. Дети заливисто смеются, шустро бегая и едва не сбивая взрослых с ног.       Громкую музыку и разговоры прерывает выстрел. Селене становится не по себе — первая мысль пробегает о Робе; она пробирается сквозь толпу, бесцеремонно расталкивая людей локтями, и выдыхает с облегчением.       Роб профессионально задерживает какого-то парня, надевает на него наручники и даёт распоряжение его увести. Всё происходит слишком быстро, и у Селены начинает кружиться голова. Толпа постепенно расходится, и праздник продолжается — воздух вновь наливается запахами попкорна и шоколада и детским смехом.       Селене внезапно хочется спросить, не пострадал ли Роб, но она держит себя под контролем и вновь смотрит на него насмешливым взглядом. Вместо вопроса она кидает ему через плечо: — Мне нужно выпить кофе.       И едва заметно приподнимает уголок покусанных губ, скрытых под тонким слоем помады. Селена уверена — Роб последует за ней. — Определённо, мне тоже нужно выпить.       Роб выглядит слишком сосредоточенным, и Селену это раздражает. Она лавирует сквозь толпу людей, зная, что перед ней все расступятся, и держит Штицхена чуть позади себя. Она не хочет оставаться с ним наедине, но и не желает, чтобы он ушёл. Селена боится почувствовать заинтересованность в этом, на её взгляд, слишком холодном и чертовски похожем на неё мужчине.       Селена знает, что Роб идёт за ней, и буквально чувствует его дыхание. Он снова курит, наполняя лёгкие ядовитым никотином, и запах сигаретного дыма остаётся на её медных волосах. Она отбивает своё недовольство острыми высокими каблуками по брусчатке, но Робу абсолютно точно плевать на это.       Его уверенные шаги затихают, когда Селена самостоятельно открывает дверь в любимое кафе. Она вопросительно смотрит на нахмурившегося Роба, бросившего окурок в небольшую урну. — Здесь нет алкоголя.       Селене хочется рассмеяться, но вместо этого она непринуждённо пожимает плечами и заходит внутрь помещения, наполняя лёгкие знакомым кофейным ароматом. Она садится за любимый столик и заказывает у уже знакомого официанта привычный капучино без сахара и шарик сливочного мороженого. Роб устраивается напротив и просит принести американо, спрашивая, можно ли здесь курить.       Получив отрицательный ответ, он высматривает единственный свободный столик на летней веранде и уходит туда, сжимая в руке пачку сигарет. Селена, сама не понимая зачем, следует за ним и садится в плетёное кресло, чувствуя лёгкую прохладу и расслабление мышц всего тела. Она отпускает очередной рабочий день, и лишь напоминание о нём сидит напротив, прожигая светлыми голубыми глазами влюблённую пару напротив. — Подозреваете их в чём-то, детектив Штицхен?       Селена мягко кивает официанту, который незаметно исчезает, поставив на столик их заказ, и закрывает глаза от удовольствия, когда делает глоток любимого кофе. — Нет.       Роб усмехается и переводит взгляд на Селену, чего она, кажется, не замечает, накидывая на плечи светлый плед. Он крутит в руках белую картонную пачку сигарет и пьёт крепкий кофе, чувствуя где-то внутри тянущую острую пустоту. Ему бы хотелось быть дома, а не бороться с преступниками, но вся его жизнь — работа. Впрочем, как и у Селены. И Роб уже начинает считать её родственной душой.       Селена молча пьёт кофе, размазывая по фарфоровой креманке шарик сливочного мороженого. Она брезгливо морщится, наблюдая, как Роб вытаскивает из кармана серых брюк дешёвую пластиковую зажигалку и медленно открывает белую картонную пачку, чуть прищурившись смотря за реакцией, и всё же достаёт сигарету. — Я бы попросила не курить рядом со мной.       Яркий огонёк зажигалки освещает его светло-голубые глаза, на дне которых плавает ледяное спокойствие. Роб не закуривает — лишь играет. — А кто вы такая, чтобы я выполнял ваши просьбы?       Она усмехается в ответ на его слова. Роб непринуждённо пожимает плечами, желая наполнить лёгкие ядовитым никотином и расслабиться, отметая все мысли. Он смотрит на тёмное небо, украшенное яркими звёздами, и где-то в глубине души знает — есть другой мир, в котором он, Роберт Штицхен, точно должен встретить её, Селену. Роб прокручивает сигарету между пальцев, всё же выполняя просьбу, но играя на её натянутых нервах, и забывает про наполовину пустую пачку, видя перед собой лишь яркие изумрудные глаза.       Они молча, не сговариваясь, поднимаются из-за столика, оставляя несколько купюр вместе с чаевыми. Роб тут же шагает в сторону главной улицы города, а Селена на мгновение застывает — Штицхен оставил пачку сигарет на столе. Она тут же, даже не думая зачем, забирает упаковку и кладёт в сумку, желая отдать и одновременно хранить, как единственное напоминание о своенравном детективе. Селена шагает за Робом и догоняет его лишь тогда, когда он останавливается в самом эпицентре праздника и закуривает, выпуская кольца сигаретного дыма.       Улица переливается разноцветными огнями, теряющимися в медных волосах Селены, и пространство вокруг наполняется заливистым детским смехом и запахом сладкой ваты. Роб видит, как изумрудные глаза поглощают праздничную атмосферу, и в его груди разливается непривычное тепло — то ли от воспоминаний о детстве, то ли от восхищения, с которым Селена смотрит на карусель с лошадьми.       Они стоят плечом к плечу точно посреди площади, не обращая внимания друг на друга, концентрируясь лишь на своих ощущениях. Внутри Селены — непривычное умиротворение, внутри Роба — расслабленность. И он уже готов затушить сигарету, как Селена, неосознанно нежно касаясь его ладони, забирает её, бросая на асфальт. — Просьбы нужно выполнять, детектив Штицхен.       Она оставляет Роба одного, шагая в сторону полосатого красно-белого шатра. Воздух после неё остаётся наполненным приторно-сладким шлейфом явно дорогих духов, которые Штицхен ненавидит всю свою жизнь. Однако сейчас они кажутся ему невероятно приятными и начинают ассоциироваться лишь с Селеной. Медные волосы блестят в праздничных огнях, когда она уверенно шагает по брусчатке на высоких каблуках, ни разу не пошатнувшись. Роб смотрит ей вслед, отмечая гордо вскинутую голову и прямую осанку, про себя называя Селену настоящей королевой.       Селена улыбается своей маленькой победе. Она считает Роба настоящим противником — уверенным в себе и тем, кто действительно может ей ответить колкостью, не боясь последствий. Селена не позволит кому-либо, даже привлекательному Робу, вторгаться в её личное пространство. Она задерживает дыхание, понимая, что запах сигаретного дыма и терпко-свежего мужского одеколона уже впечатался в её память, и улыбается, оглядываясь.       Роб стоит на том же месте, зная, что она обязательно повернётся. Ему хочется закурить и нарочито медленно выпускать сигаретный дым кольцами, чтобы напоследок ещё раз поиграть на нервах Селены, но вместо этого он дерзко улыбается, вскидывая бровь. По его губам Селена читает: — Следующий раунд за мной.