Третий не лишний

Тепло. Алекс чувствует мягкое хлопковое одеяло, в которое укутана. Слышит, как кто-то сопит рядом, немного позади. Голова болит настолько, что идею встать сейчас с матраса категорически не принимает сам организм. Девушка хлопает длинными ресницами, постепенно высовывая острый носик из теплого кокона. Что вчера вообще случилось? Перед глазами возникают отрывки вечера, сцена и лазеры, рассекающие темноту. А дальше — неизвестность… «Что это за картина?» — подумала брюнетка, разглядывая сквозь цветные пятна в глазах полотно на стене, и перевела разноцветные глаза в другой угол комнаты. «Видеоигры?..» — В секунду осознания она резко подрывается, судорожно прикрывая тело одеялом. Она не в своем доме! Эта мысль пульсирует шорохом крови в ушах. К счастью, в человеке, спящем рядом с ней, Алекс рассмотрела не незнакомца, а мирно сопящего Карла, вымотанного после той сумасшедшей вечеринки. — А-а! — Девушка издает приглушенный визг, прикрывая ладошками в секунду раскрасневшееся лицо. — Как стыдно, как стыдно, как сты-ыдно! — Дура, ты в одежде. — Слышится рядом голос друга, но это явно не Граймс. — Дэн? — Брюнетка вертит головой в поисках Хьюза. Не услышав его ответа, она аккуратно заглянула под одеяло. Убедившись в правоте друга, Шайберт беззаботно махнула рукой, повернувшись в сторону двери. — Ах, значит я все еще девственница. Хи-хи! На полу лежит Дэн, демонстрируя все свое тело. Он недовольно смотрит на нее и что-то жует. — Вот ты где! — Девушка ахнула, — Что вчера произошло? Почему мы в чужом доме? Хьюз закряхтел, пытаясь привстать, но после проваленной попытки упал обратно, испустив глубокий выдох. — Эх, — Его бирюзовые глаза ушли в сторону, — нас сюда принесли ребята из Александрии. — Он сделал паузу. — Душевные ребята, меня даже вырвало на одного из них… — Его взгляд перебирается на потолок, — Майки, кажется… Не помню. Кстати, вот твоя уличная одежда. Брюнет швырнул в девушку ее сложенные вещи. Та же ловко среагировала, поймав ворох тряпок, но неуклюже уронила свои джинсы. — Кстати, — Хьюз чем-то зашуршал, — Рон ведь парень Энид, тебе бы следовало перед ней извиниться. — Что? Рон? — Алекс насторожилась, застыв на месте, наклонившись за изношенными джинсами, — У нас что-то было? — Ага, — Кивнул Дэн с набитым ртом, — Я уж подумал, прям на сцене его сожрешь. Вы, кажется, поцеловались, а потом… — Дэн… — Потом, после твоего выхода, вы куда то ушли… — Дэн… — А потом я услышал стоны и… — Дэн! — Шайберт уже не выдержала странного диалога. Девушка покраснела от кончиков волос до ногтей, а стыд разрывал ее изнутри, буд-то раскаленный свинец. — А! — Друг вскрикнул в ответ, — да не знаю я, что было! Ты тогда жопой ко мне повернулась, и с ним что-то делала. Может руку пожала или лизнула куда, не знаю. Алекс фыркнула, еще некоторое время не справляясь со смущением. Накинула на себя пиджак, а затем и взялась за свои джинсы, все еще лежащие на полу. — Эй, ты куда? — Брюнет округлил глаза, глядя на подругу снизу. — Мне нужно найти Энид, — Не глядя на парня заявляет девушка, — Но сначала мне нужно домой, объясниться перед родителями. — А он? — Парень махнул в сторону крепко спящего Карла. — А он… — Будучи одетой в свою привычную одежду, брюнетка подошла к другой стороне кровати, бросая взгляд сияющих глаз на мирно сопящего Граймса, у которого от криков друзей и мускул на лице не дернулся. — Он крепко спит, устал наверное… Не буду будить. — Шайберт заботливо подтянула край его одеяла. Тонкие пальцы девушки убрали прядь густых волос парня со лба, и та подарила ему легкий, почти невесомый поцелуй в щеку бархатными губами, чувствуя какую-то вину перед ним за вчерашний вечер. — Эй! — Дэн поднял руку, — А как же я? Не успел он сказать еще что-то, как Шайберт распахнула окно, впустив в помещение теплый майский воздух, и взгляд на ломтик утреннего неба. Ее ноги коснулись травы, а Хьюз лишь обидчиво отвернулся, махнув рукой в ее сторону и, завалившись на бочок продолжил спать, будто не просыпался вовсе. — Алекс, объясни мне, в чем дело? — Строго спрашивала Кэрол, скрестив руки. — Где ты была всю ночь? Почему тебя и Карла не было дома? Шайберт молчала, неловко переминаясь с ноги на ногу. Она вновь чувствовала себя маленьким напортачившим ребенком. Вина неумолимо билась наружу ключом, и девушка смущенно понурила голову, рассматривая узоры на светлом столе. Пелетье хмурилась, облокачиваясь о кухонную тумбу. Она сделала глубокий вдох, щуря голубые глаза. — Где Карл? — Наконец спрашивает женщина. — В общине подростков… — Бубнит себе под нос брюнетка. — Ну. И? Что с ним? — Он спит. — Ты спала там же? Алекс молчит. Все мысли словно мусор, смешались в целую кучу, их трудно было рассортировать. Хочется сказать матери правду, но что скажет Дэрил? Такой строгий человек как он, вряд ли даст Алекс просто так разгуливать по городу после этой оплошности. — Да. — Сухо вырвалось из её уст. Пелетье смягчилась, наблюдая, в каком неловком положении оказалась ее приемная дочь. Молодость — что с нее взять? После всех этих скитаний девушке много чего хотелось впервые попробовать и ощутить. Кэрол просто волновалась, что Алекс будет слишком любопытна. — Ладно, — Женщина окинула взглядом комнату, и развела руками, встав прямо. Она медленно подходит к столу и кончиками пальцев пододвигает дочери тарелку с только что испеченным печеньем. — Я знаю, что ты, возможно, пила. Я ничего не расскажу Дэрилу, только пообещай что… — Это что еще вы мне не расскажете? — раздался хрипловатый голос, и томные шаги позади, — Что, кто-то снова пил? — Диксон, перепачканный в пыли, выходит в просторную кухню. Его узкие глаза проходятся по членам его семьи. Шайберт подпрыгнула на месте от неожиданности, а тонкие руки задрожали. Она судорожно сглотнула и скромно подняла голову на вошедшего отца. Рассудок заняли мысли о последствиях правды, которую вскоре узнает Дэрил. Пелетье была удивлена не меньше, чем ее дочь. — Дэрил, послушай, она… — Тихо. — Диксон проходит чуть вперед, несводя пристального взгляда с провинившейся девушки, — Подойди сюда. Медленно и нехотя, пытаясь унять неприятную дрожь в хрупких коленях, она встает, аккуратно задвигает стул, и неловкой походкой подходит к отцу. — Дыхни. — говорит нагнувшийся к ней Дэрил. Это было самое страшное, что только он мог сейчас попросить. Изо рта еще пахло легким перегаром, и это заставило ее бояться сильнее. — Ну же! — Торопит ее отец. Делая короткие шажки, она сжалась, став еще ниже. Алекс выпустила тонкую струйку воздуха с уголочка своего рта, в надежде что этого хватит. — Ой! — Внезапно вскрикивает мужчина, наигранно откидываясь назад, — Прям снесло! Давай еще раз! Глаза брюнетки панически забегали. Чувствуя опасность, она ступила шаг назад, и развела руками, что-то растерянно бормоча: — Да что это за отношения такие неестественные?.. — Она облизнула пересохшие губы и сделала печальный вид. — Мы же семья, почему мы просто не можем друг другу доверять! — Алекс. Дыхни, говорю! — По-прежнему требует Диксон, видя, как она постепенно отшагивает назад, бросая мимолетные взгляды на открытую дверь. — Да что же мы за люди такие, что друг другу не верим? — Пыталась держаться Шайберт, не переставая пятиться назад. — Ты куда? — Спросила насторожившаяся Пелетье. — Стой на месте. — Потребовал Дэрил, наблюдая за хрупкой дочерью словно за дичью, которая вот-вот упорхнет. — Родители мои, родные… — Девушка положила руку на груди. — Алекс, стой… — Вторит Диксону Кэрол. — Я вас очень люблю… Я всегда с вами… — Твою мать! — Выкрикивает мужчина, но поздно! Шайберт резким движением хватает мелкую сумку со стула и быстро выбегает на выход. — Алекс! — С волнением крикнула ей в след мать. Они вместе с Дэрилом выглянули на улицу, выбежав на крыльцо. Шайберт неслась сломя голову вдоль домов. Терять ей уже было нечего, а совесть со вчерашнего вечера жгла ее изнутри. Сначала она извиниться перед знакомой, а потом уже с повинной пойдет к родителям. Ну а сейчас, нужно было бежать. Бежать. И надеяться, что не догонят.