Третий не лишний

Солнечный свет золотыми прутиками проникал в разбитые окна заброшенной тюрьмы, неся с собой странный уют. Алекс идет в комнату своего друга. Девочка пока еще не знала, зачем ее позвал Граймс. Может, сказать что-то важное? Шайберт заходит в полупустую камеру, местами поросшей давней жравчиной. Девочка прикрывает решетку за собой, пробуждая в петлях старческий скрип. Она оборачивается и смотрит на Граймса. Как и всегда, мальчик был хмур и неразговорчив. Казалось, он обижен на нее, или что-то в этом роде, но нет. Это было его обычное выражение лица. — Ты хотел что-то сказать? — раздается детский голосок девочки. — Ты просил зайти к тебе после обеда, — напоминает она. — Да, — Карл кивнул, начав нерешительно подходить к ней. Вновь молчание. Карла пропитывали любопытсво и детский интерес, а Шайберт непонимание. Зачем он сейчас подходит к ней так близко? Сейчас он стоит возле нее, и смотрит на нее сверху, почти в плотную. Девочке стало не по себе, и она захотела покинуть эту комнату, если бы не решетка, которую она уже заперла за собой. Мальчик все ближе и ближе, и она не в силах ступить и шагу. Она чувствовала его нерешительность, но нерешительность чего, поцелуя? От этой мысли ей становится невозможно стыдно, и девочка все же делает шаг назад, раскрывая глаза, тянется ладонью к губам, чтобы прикрыть их. Граймс аккуратно перехватывает ее запястье, и опускает руку от лица. Девочка стыдится еще больше, когда чувствует, как он тянется к её лицу, как его теплые губы касаются ее губ, но не больше. Он так же быстро отстраняется, отпуская руку Алекс, будто ничего не произошло вовсе. — Что это было?... — забитая смущением спрашивает Алекс. Еще несколько дней назад они спорили друг с другом, плохо ладили, а сейчас он был готов ее поцеловать? — Не знаю, просто, — тоже не без красноты на лице отвечает Карл. Сейчас он лежит один на кровати, в который раз проматывая в голове воспоминания своего тринадцатилетия. Интересно, Шайберт тогда была против, или ей тоже понравился тот поцелуй? Он уже плохо помнил, что было дальше. Сейчас Алекс не входила у парня из головы, когда ее не было рядом. Внезапно парня защекотала мысль о том, что Шайберт попросила забрать ее чокер из дома Андерсонов, ведь она забыла его на ночевке. Карл поднимается с кровати, и она выпрямляется из-за отсутствия его тела. Граймс откладывает свой тоненький комикс в сторону, который он читал, опередив подругу на несколько глав, бездумно спускается по лестнице, почти не замечая отца, разговаривающего с Мишон за столом на кухне. Ноги ведут парня на солнечную улицу, к дому Андерсонов. Он надеялся, что дверь ему откроет не Рон, а его добрая мать Джесси. Граймс считал шатена неадекватным еще с того момента, когда Алекс рассказала ему, как тот навалился на нее всем телом, что бы расспросить про свою девушку, которую так и не нашел в тот день. Звонок в дверь, а за ним и быстрые шаги. Выдох. В дверном проеме стояла мать когда-то бывшего друга, Джесси. Женщина весьма удивилась, когда увидела на пороге сына любимого человека. — Привет, Карл, ты к Рону? — спросила его женщина. — Нет, — Брюнет переступает с ноги на ногу, на пару секунд опуская глаза в пол, — я пришел забрать чокер, который Алекс забыла во время ночевки... — Да, да, конечно, — Блондинка отступает, и парень проходит на порог. — Я его, кстати, хотела занести к вам. Джесси быстрыми шагами подходит к ближайшему комоду и с коротким шорохом выдвигает один шкафчик в нем. Женщина возвращается к парню с аксессуаром в ладони. — Спасибо, — кивает Карл, кладя его в сумку, весящую у него на ноге. — Не за что, — отвечает блондинка, и не отводя взгляда спрашивает, — слушай, Карл, вы с Алекс ведь в отношениях? Я имею ввиду романтических,— Джесси слегка повела ладонью. Она вспоминала, как застукала своего старшего сына с Шайберт. Было бы очень не красиво, если Рон целовал девушку которая уже встречалась с его другом. — Нет, — брюнет отрицательно помотал головой, с некоторой долей сожаления, — не в отношениях. Андерсон ничего не отвечает, лишь отводит зеленые глаза. — Кстати, у Бетси окотилась кошка, — внезапно переводит тему она, — целых трое котят. Не знаю, почему, но кошка устроилась у нас в саду. Не хочешь посмотреть? Может, возьмешь себе одного, или двоих... — Давайте, — пожимает плечами Граймс, следуя за женщиной. Все равно было скучно, хоть посмотрит на маленькие пушистые комочки... А ведь он так давно не видел кошек. До сада путь был буквально в несколько шагов, и он видит ее. Среди яркой, налитой солнцем травы, лежит серая пушистая красавица, мать троих очаровательных пушистых котят, прижившихся к ней, пьющих молоко. Кошка не убегала, наоборот, она с ленивой гордостью смотрела на двуногих, а затем широко и сладко зевнула. — Смотри, какие, — с теплотой в голосе произнесла Джесси и присела на корточки, поглаживая звонко мурчащую кошку по голове, Граймс тоже слегка согнулся, завороженно наблюдая за животными. В голубых глазах сквозило детское счастье, желание взять на руки одного из них. Такого ощущения у парня уже давно не было. Взгляд замирает на одном чёрном котенке, лежащем с краю от матери, и в голове его созревает отличная мысль. Маленький Граймс несколько мгновений мялся у двери девочки, но все же решился и приоткрыл ее. Его голубые строгие глаза смотрели на Шайберт из темного коридора за дверью, от чего девочке становилось не по себе. — Кто там? — ее детский голос эхом проходится по помещению. — Это я, — отвечает Карл и заходит в комнату. Его вид был не так строг, как сначала подумала Алекс. Девочка даже не обращает внимания на его еле шевелящися сверток в руках. Обида и злость накрыла ее с головой, словно одеяло. Желание прогнать наглого мальчишку, ранившего ее плечо, разгоралось внутри бенгальским огнем. — Стой там! — брюнетка резко и опасливо поднимает ладони перед собой, — не подходи ко мне! Голубые глаза Карла забегали по комнате, и мальчику даже захотелось действительно покинуть ее, но после он собрал все силы в кулак. Нет, он должен извинится перед ней и он это сделает! В конце концов, она единственный дружелюбный ребенок в команде его отца. Ему попросту будет не с кем дружить, если он не помирится с ней. — Позволь мне пройти, пожалуйста, — растерянно просил мальчик, делая к её кровати пару шагов. — Не надо! — отрезает она и пытается отодвинуться на другой край, когда видит, что Карл, не смотря на её отказ, все равно подходит к её кровати. Шайберт ничего не оставалось делать, как сидеть, скрестив руки, и дуться на него, стараясь даже не пересекаться взглядами. — Ну прости... — выдыхает Граймс, опуская голову, разглядывая ворсинки ее персикового пледа. Лицо мальчика скрывала шляпа, но он все равно вновь поднимает виноватый взгляд на девочку. — Я принес тебе кое-кого... — наконец говорит Карл, и выпускает сверток из своих ладоней на кровать. Внутри все сжимается от неизвестности. Размягчит ли живой подарок его подругу, или же нет? Алекс тут же поворачивает голову в сторону возни и умиляется, зажигая в глазах счастливые искорки. Маленький черный пушистый котенок, неизвестно где найденный ее другом, неуклюже пытался выбраться из белкой ткани. Он отчаянно пытался выпустить свои маленькие коготки и помочь себе, но ничего не получалось. А когда он звонко мяукнул, не разжимая глаз, Шайберт тут же растаяла полностью. Обида покинула, пролилась первым летним дождем, и выпустила теплое солнце за собой. Это был первый раз, когда Граймс делал ей подарок, и с тех пор они бились бок о бок. Граймс долго думал, какого котенка взять в подарок для лучшей подруги. Того, с черными пятнышками, раскиданных хаотично по белому телу, или пестрого, чья шерсть была похожа на персидский ковер? Брюнет аккуратно тянет руку к третьему, чья шерсть была черна, как смоль. Он был похож на того самого котенка, которого Граймс подарил своей подруге в тот самый раз. Мисс Андерсона похвалила сына Рика за то, что нашел дом для этого сорванца. Блондинка идет к выходу, что бы проводить недолгого гостя. Все это время за стеной дома стоял Рон, хмуро и недовольно наблюдал за Карлом. Что он вообще забыл в его доме? Подслушав их диалог с его матерью, Андерсону в голову пришла точно такая же мысль, что и Карлу. Убедившись, что говорившие точно покинули сад, шатен поспешно идет к кормящей кошке, которая уже настороженно приподняла свою уставшую голову, чувствуя, что рядом нет одного ее детеныша. Рон медленными шагами подходит к серой и чуть приседает возле нее. Зеленые глаза пробегают по двум оставшимся котятам. Парень догадывался, что Шайберт нравился черный цвет. Именно черного котенка Граймс и забрал. Андерсон на время даже отчаивается, и готовится сдаться, но его взгляд останавливается на одном из пушистиков. Белый, с черными кляксами — вот на кого пал его выбор. Он тянет руку к малышу и берет его, не обращая внимания на его протестующий писк и взволнованный взгляд серебряных глаз матери. Котенок открывает свои глаза. даже сквозь голубоватую пелену было ясно, что их родной цвет теплый, как два ярких солнца. Рон ухмыляется ему, а затем несильно прижимает к груди. Осталось только опередить Граймса, и дело в шляпе. Дверь в комнату к Шайберт медленно приоткрывается, издавая приглушенный всхлип. Алекс отрывает свой цветной взгляд от комикса, который она читала, и видит Граймса, который робко стал проходить к ней. Брюнетка улыбается, складывает тонкий журнальчик и откладывает его в сторону. — Привет, — первой здоровается она, и чуть взмахивает ладонью. — Привет, Алекс, — Карл присаживается на край её кровати, и только сейчас девушка замечает, что в руках он держит что-то. Что-то черное и живое. — В общем... я тут принес тебе кое-кого. Карл высвобождает из рук маленькое существо прямо на кровать подруги. Котенок поднимает свою лохматую голову с маленькими прижатыми ушками. полуприкрытые глаза растеряно смотрят на свою будущую хозяйку. — Ой... — глаза Шайберт наполнились звездами, как тогда, давно, а худые руки сами потянулись к нему. Девушка аккуратно поднимает его пока тот открывает в писке свой розовый рот с маленькими зубками. — Какой хорошенький... где ты его взял? — восхищенно спросила Алекс, не переставая любоваться маленьким существом. — У Бетси, по словам мисс Андерсон, окотилась кошка... решил взять одного для тебя, конечно если ты не против, — Карл смущенно поднимает голубые глаза на девушку, уже зная ответ, ведь подруга так любила кошек! — Конечно, не против! — девушка осторожно прижимает черныша к груди, не переставая поглаживать его пушистую голову. — Кстати, это девочка или мальчик? — Я не знаю... — Девочка... — Шайберт расплывается в улыбке, когда снова опускает кошечку к себе. Она смотрит в печальные, полуприкрытые глазки котенка, — Я назову ее Мурашка. — Хех, неплохое имя, — парень ухмыльнулся, — хотя в твоем стиле ожидал, что ты назовешь ее Нефть... или Черная Смерть... Подростки посмеялись, и перекинулись парой словечек, пока возле подушки Шайберт начала засыпать тихая Мурашка. Карл сейчас наслаждается каждой секундой, проведенной с ней, ведь дома без девушки стало как-то пусто. Порой он развлекался с Дэном, пытаясь вытянуть парня на любой разговор, но, к сожалению, он приболел, и у Хьюза вновь началось меланхолическое состояние. Каждый раз когда Граймс возвращался домой, тот тоскливо шел наверх один. Ложился в холодную постель, безнадежно греясь под здоровенным одеялом. Иногда даже обнимал подушку, на которой раньше лежала его подруга, ведь на ткани еще остался родной ванильный запах. Это длилось всего двое суток, но для Карла они были вечностью. Он растягивает последние минуты разговора, а затем нехотя поднимается с кровати, готовясь покинуть ее комнату. Выходя, он знал, что Шайберт благодаря ему теперь будет не одна, ведь остаток срока она будет нянчиться с Мурашкой и уж точно не заскучает. Алекс вновь остается в комнате одна, но на этот раз не совсем. Она чувствует, как у ее теплого бока пригрелась ее новая кошека. Она умиротворенно смотрит на нее, искренне благодаря друга про себя в сотый раз. Брюнетка тянется к недочитанному комиксу и вновь, тихо шурша, раскрывает его на нужной странице. Не хватает только горячего чая на комоде, и она бы погрузилась полностью в свою уютную эстетику. Стоило ей прочитать пару панелей, как она слышит стук в дверь. Брюнетка вновь отрывается от главы и поднимает голову на выход. — Войдите. И дверь вновь открывается. Алекс ожидала увидеть Дениз, но увидела своего друга Рона, в одной руке которого была черная шапка-пидорка, а другой он держался за подмышку, под которой таился неизвестный ком. Шайберт обрадовалась не меньше, ведь так сильно скучала по Андерсону, как и он по ней. — Привет, Алекс, — здоровается Рон и проходит вперед к ней. Парень в последнее время реже улыбался, ведь внутри было сыро и пусто. Но ради этой девушки он все же немного приподнял уголки своих губ, когда плавно опустился к ней на кровать. — Привет, Рон, — Шайберт тоже улыбнулась. — Не ожидала, что ты придешь сегодня. — Ну, как видишь, все же пришел, — он сделал паузу, засовывая ладонь в свою поношенную джинсовку. — Кстати, тут у миссис Фетт окатилась кошка и-и... я подумал, что ты любишь котят, — Шатен вынул из-за пазухи пушистого панически взвизгнувшего ушастика. — В общем, вот... Алекс вновь наполняется счастьем изнутри и тут же тянет руки к еще одному котенку, которого ей дарят за этот день. Существо раскрыло желтые глазки и опять высоко замяукало, ощутив, что прежнего тепла в груди незнакомца больше нет. — Какой же он ми-илый, — в умилении протягивает девушка, держа его на руках, рассматривая черные кляксы на белой шерстке. — Только... у меня уже есть... — Алекс неловко отводит цветной взгляд в сторону, на спящую рядом Мурашку, чей пушистый бочок поднимался и опускался. Рон даже растерялся. Неужели Граймс все-таки опередил его и посетил девушку раньше? Внутри что-то неприятно кольнуло, и рассеянный зеленый взгляд заметался по покрывалу, рассматривая белые складки. — Оу... ну-у... — Алекс уловила растерянность Рона, — один котенок хорошо, а два еще лучше, правда? — брюнетка разворачивает к себе пушистика задом, и поднимает его тонкий острый хвостик, чтобы определить пол. — Так... кто там у нас? О! Девочка! — обрадовалась Алекс, вновь развернув кошечку к себе. — Я назову ее... Домино. Пока маленькая - Доминошка. Как раз черно-белая. Андерсон вновь улыбается, в этот раз искренне. Когда он видел, как радуется его подруга, да еще и от его подарка, он был готов сам заполнить счастьем все вокруг. Он видит, как Шайберт опускает Доминошку у другого своего бока, что бы та пригрелась к новой хозяйке. Сама она с благодарностью в глазах смотрит на Рона, и тот уже не может ждать. Он подвигается ближе к ней. Возможно, если бы Алекс стояла на ногах, то ступила бы шаг назад, но сейчас... У нее нет выхода, да и сама она была не против, что бы парень поцеловал её. Обветренные покусанные от нервов его губы касаются нежных губ Шайберт, вовлекая в нежный, протяжный поцелуй с ним. Сейчас он не настолько ненасытен. Он с причмокиванием отстраняется, и шепчет девушке на ухо, чуть обжигая жарким дыханием. — Я буду тебя ждать... Шайберт краснеет. Все буд-то в первый раз. Она хочет спрятаться от зеленых глаз друга, но к её счастью, он был также смущен, и долго задерживаться не стал. Он поднялся с кровати, и ноги его поплелись к выходу. Он в последний раз кинул взгляд на Шайберт через плечо, прежде чем закрыть за собой дверь и оставить ее краснеть одну. Ну как одну... Девушка оставалась в хорошей компании Мурашки и Доминошки, и в них Рон был уверен.