Несколько страниц о смерти

- Алло. Здравствуйте. Виктор?.. – из трубки послышался мелодичный женский голос. - Да, здравствуйте. Представьтесь. – отвечает мужчина хриплым басом и хмурится. - Я бы хотела заказать убийство и остаться анонимным заказчиком. - Откуда у вас мой номер? - Я была знакома с вашим отцом. - Назовите фио человека и способ убийства. - Разумовская Мария Александровна. Выстрел в голову. – девушка немного замялась на последних словах. - Будет сделано. Счет и реквизиты пришлю на этот номер в течение нескольких часов. - Спасибо. До свидания. - До свидания. Виктор кладет трубку, делает пометку по старинке в блокноте черной ручкой и открывает ноутбук. В первую очередь его задачей было раскопать информацию о заказанном человеке. Жертвой оказалась известная художница. Она пишет картины в абстракционизме, живет в особняке и гребет деньги лопатой. Многие называли ее странной, но большее количество людей восхищалось ее работами. Виктор видел ее раньше, попадалась в ленте новостей. Она была действительно очень популярна. Он открыл одно из интервью и замер. Голос показался знакомым. Понадобилось несколько секунд что бы понять – именно Мария звонила ему 20 минут назад. Она заказала себя. Но почему? *** Женщина сидела на полу огромной гостиной. В комнату пробивались только редкие лучи холодного солнца через задернутые шторы. Грязные, каштановые волосы спускались неряшливыми волнами по спине и плечам. Старый шелковый халатик цвета ночного неба скрывал слишком мало участков кожи. Пустой взгляд зелени скользил по стене, увешанной собственными картинами. По щекам беззвучно скатывались слезы. Она устала. Она устала уже очень давно. С детства она чувствовала это пожирающую изнутри, парализующую усталость. Мария выросла в интернате для детей инвалидов. Он был странным, с расписанными стенами и совершенно сумасшедшими сверстниками. А может сумасшедшей была она. Кто знает? Еще будучи ребенком она была одна. Она всегда была одна с рождения, одиночество было вторым ее вечным спутником сразу после усталости, а может и первым. Как бы Мария не старалась сверстники не хотели заводить с ней дружбу. Только в университете одна единственная девушка из параллельной группы решилась на общение с этой вечно отстраненной и странной художницей. Ее звали Агата. Агата стала лучиком света в жизни Марии, она стала спасительным маяком в жестоком и яростном океане. Агата не позволила подруге утонуть. Она согрела и успокоила, а потом воткнула нож в спину. Агата выбрала мужчину и отказалась от подруги. А для Марии это стало толчком. Толчком, который привел ее к звонку Виктору. Она с детства думала о смерти, она мечтала о ней, жаждала объятий костлявых рук всю свою жизнь и наконец решилась. Ей было страшно. Мария пыталась сделать это и раньше: прыгнуть с моста в ночной Венеции во время своего путешествия, затянуть в петлю свою нежную шею, и каждый раз останавливалась, каждый раз пугливо отходила от края, а потом плакала, плакала, плакала. Рыдала часами на пролет, ненавидя себя и эту боль, сжирающую изнутри. Царапающую ребра, переламывающую внутренности в фарш до хруста, до крови, крика. Мария мечтала о смерти потому, что только смерть могла избавить ее от ее вечных спутниц, напоминающих о себе каждое чертово утро. Избавить от усталости, от одиночества и от бесконечной боли – ребенка первых двух. *** Виктор сидел в своей однушке с широко распахнутым окном. Солнечный свет заливал комнату, подсвечивал золотом его черные волосы, скользил по бледным рукам, что бегали по клавиатуре ноутбука. Мужчина изучал свою жертву и размышлял о ее решении. Виктор никогда не хотел смерти. Он видел ее много раз, видел смерть всю свою жизнь из-за отца, чье место в преступном мире он унаследовал. Его рождение пропитано смертью его собственной матери, но он никогда не желал смерти себе. Он бежал от нее. Бежал вместе с отцом, бежал и не оглядывался. Они вместе так много усилий положили на то, чтобы выжить. Последним желанием его отца была смерть сына исключительно от старости. Виктор всегда делал все, что бы выжить. Ему не понять самоубийц. *** Тонкие пальцы небрежно прошлись по лицу размазывая слезы и тушь. Мария поднялась на ноги. У нее были дела. Последние дела. Вчера она закончила с выставкой. Своей последней выставкой. Сегодня оставалось перечислить все деньги в благотворительные фонды. Самая большая сумма ушла интернату, в котором женщина выросла. То, что осталось – ушло на оплату собственного убийства. Мария улыбнулась цифре 0 на небольшом экране, вытащила наличку и оставила на столе с подписью «похороните меня в моем саду». Оставить записку было последним из ее небольшого мысленного списка. Написать ее было сложно. Ужасно. Тяжело. Невыносимо. Мария сидела за этим занятием несколько часов и выплакала все слезы, что у нее остались. Женщина посмотрела на уже темное небо. Она была пуста и ужасно счастлива. Это блаженное ощущение растекалось теплом в груди. Пути назад нет. Все закончится совсем скоро. *** Мужчина сосредоточенно застегивал пуговицы на черной рубашке. Он решил надеть что-то строгое в честь такой смерти. Весь вечер мысли не давали ему покоя. Он отчаянно пытался понять поступок своей жертвы и не понимал. Он сравнивал ее жизнь со своей. Мария Разумовская была известной, признанной обществом, любимой ее поклонниками, богатой и, как казалось, ни в чем не нуждающейся женщиной. Она должна была быть счастливой женщиной. Виктор же всю жизнь был вынужден скрываться и прятаться, голодать, бояться и оглядываться. У него никогда не было права на ошибку, не было права на признание людей, но он жил, он выживал и старался из последних сил. Как можно убить себя? Как можно не найти в себе сил подняться с колен? Виктор не мог себе этого представить, он не мог понять, сколько бы не думал, и это заставляло проявлять эмоции, сходить с ума, у него не получалось сохранять привычное хладнокровие и контроль над собой. Как же так, ведь он всегда умел держать себя в руках. А она никогда не умела, но почему-то сейчас была совершенно спокойна. *** Вот и настала ночь. Луна была яркой. Она проливала свет на большой каменный балкон и ласкала бледные щеки женщины, стоящей босиком на ледяном полу. Мария улыбалась, уперев руки в ограждение, улыбалась от мысли, что смотрит на этот город в последний раз. А ведь ее губы не растягивались в улыбке уже ужасно долго. Шаги на деревянной лестнице заставляют женщину обернуться. Виктор заходит в комнату. Полупрозрачная занавеска развивается от ветра. Они смотрят друг другу в глаза. Звенящую тишину разбавляет щелчок предохранителя. Мария шагает вперед и тихо произносит - Луна сегодня красивая, правда? Виктор поднимает оружие. Он смотрит на нее и не может понять, откуда на ее лице улыбка. «Почему ты улыбаешься, я убью тебя буквально через несколько секунд? Почему ты не плачешь, не прячешься, не боишься, почему ты улыбаешься и подходишь ко мне вплотную? Прижимаешься к дулу моего пистолета своим виском?» - На столько, что можно умереть. Тихий смешок летит с малиновых губ и белые цветы на темно-синем шелке ее халатика пачкаются каплями крови. Стук тела о дубовый пол помогает Виктору прийти в себя, выдохнуть и убрать оружие. Он медленно оглядывает помещение. На полу лежит другой пистолет. Кажется, она решила подстроить все как реальное самоубийство. Сердце заходиться в бешеном ритме. Ужасно долго его работа не выводила его из равновесия. Пальцы в кожаных перчатках аккуратно поднимают листок со стола. «Это моя предсмертная записка. Я хочу, что бы мои знакомые и поклонники ни в коем случае не винили себя или кого то в моей смерти. Это было решением, к которому я шла всю свою жизнь. Я не справилась со своими одиночеством и страхом, я не справилась с болью и предательством. Я счастлива уйти из жизни и закончить свои страдания. Спасибо всем, кто был со мной и поддерживал меня. Пусть мои картины займут место в любой галерее, которая их примет. С любовью, ваша Мария.»