Полгода назад

Раннее утро приветствовало всех собравшихся в загородном доме посреди леса. Рассвет пробивался сквозь деревья, пока девушки кружили вокруг Сэма, пытаясь угодить виновнику торжества. Никто не мог удовлетворить мужчину и, в конце концов, он сам принялся за макияж. Ничего необычного. — Волнуешься? — Эшлин держала друга за руку, пока вокруг происходил хаос. В их маленьком пространстве был покой. — Ещё бы, — признался он, не скрывая улыбку. Он так долго ждал этого события, что слова были излишни. Эшлин чувствовала мандраж друга так же, как когда-то, стоя в свадебном платье у алтаря. — Это ведь моя первая свадьба. — Не переживай, всё пройдёт хорошо, — рассмеялась девушка, приобнимая друга. Девушка прекрасно понимала, что эти слова нисколько не помогают, но сказать их было её долгом. Сейчас, она, как никто другой, понимала, насколько же ценны те слова, что говорили ей во время церемонии. — А нужно, чтобы отлично, — вырвалось у Сэма во время объятий, отчего Эшлин замерла. — Неужели, я была такой же капризной на своей свадьбе? — удивление в глазах подруги, вывело Сэма из раздражения. Он почувствовал себя глупо. — Нет, — выдохнул мужчина, закусывая губы. — Эшлин, я очень нервничаю. Мы так этого ждали и вот, этот день настал, а я будто и сомневаюсь. — Я тоже в день свадьбы хотела, чтобы все от меня просто отстали, поэтому, в этом ты не одинок. Но, это не повод сбегать с собственной свадьбы. Омар будет рад видеть тебя в таком виде, правда. Уголки губ Сэма поползли вверх. Белоснежный костюм, который мужчина однажды получил в подарок от Ясмин, идеально подходил под торжественное заключение брака. — Да, ты права, — Сэм будто видел в отражении не себя, а какого-то мужчину, которым однажды мечтал стать. Что ж, мечты, иногда, сбываются, когда ты совершенно о них позабыл. — Ты снова оказалась права, дурёха. Ты же отведёшь меня к нему? — Как и договаривались, — девушка оставила на макушке Сэма еле заметный поцелуй. — Я ни на мгновение не отпущу твою руку, пока не буду уверена в том, что ты в правильных руках. Сэм растянулся в улыбке. Он был счастлив, что в такой знаменательный день рядом с ним были люди, которые могли бы позаботиться о нём, успокоить и направить на истинный путь. Джеймс, как и будущий муж, ждали его у алтаря, так же нервничая перед «той самой» минутой. Включилась музыка. Гости стали прибывать в назначенное место, рассаживаясь по местам. Из домика хорошо виднелась площадка, покрытая лепестками цветов, которые бережно раскидали по дорожке Джеймс вместе с Илайн. Омар, в нетерпении, то и дело потирал ладони, крутил кольцо вокруг пальца. Он носил его с того дня, когда они признались друг другу в любви. — Он такой красивый, — на одном дыхании произнёс Сэм, всматриваясь в фигуру любимого. — Кажется, я вовсе не видел его настолько красивым. — Нам пора, — шепнула Эшлин, дотрагиваясь до плеча мужчины. — Жених не должен долго ждать. — Ты права. — Эшлин протянула руку, и Сэм аккуратно положил свою поверх. Время пришло. Проходя мимо зеркала в пол, Сэм в последний раз смотрел на себя холостого. Было в этом белоснежном костюме и длинных фалдах пиджака что-то юношеское и дерзкое, не свойственное замужним людям. Идеально уложенные волосы под слоем лака и крупная заколка с лилиями, губы с нескрываемым блеском и сверкающие от глиттера глаза. Сэм выглядел, как в собственных мечтах. — Держи меня крепко и ни о чём не переживай, — проговорила Эшлин прежде, чем дверь домика распахнулась, демонстрируя Остина всем присутствующим. Мужчина шёл с Эшлин по длинному коридору из разбросанных цветов до своего любимого, который уже ждал его у алтаря. Каждый шаг отдавался новой волной тревоги. Все взгляды были направлены на него одного. — Он такой красивый сегодня, — проговорил Омар стоящему рядом Джеймсу, пока тот идеально складывал кольца на мягкую подушку. — Не вздумай сказать это ему сейчас. Омар рассмеялся. Этого точно нельзя было делать, когда Сэм чувствовал себя уязвимо из-за церемонии. Такой красивый и, несомненно, разозлённый из-за какой-то мелочи, о чём забудет в первые же минуты их замужней жизни. — Привет, — лишь и смог произнести Омар, перехватывая руку Остина. Эшлин лишь скользнула в противоположную от мужа сторону, становясь идеально для фотографии. — Привет, — чуть запнувшись, Сэм впервые не знал, куда смотреть. Глаза бегали куда угодно, но взгляды всё так же боялись встретиться друг с другом. — Прошу присутствующих сесть, — громко проговорил священник, и вмиг всё затихло. — Все мы здесь собрались для того, чтобы сочетать этих мужчин узами брака. Согласен ли ты, Омар Бирсен, взять этого мужчину в законные мужья? — Согласен, — по спине Эшлин побежали мурашки от этой картины. Она стояла рядом и всё время наблюдала, как дрожат губы обоих. Нечто подобное ощущала и она сама в день своего бракосочетания. — Согласен ли ты, Сэмюель Остин, взять этого мужчину в законные мужья? Сэм застыл, смотря на Омара. Слова никак не хотели вылетать изо рта, пока присутствующие в ожидании затихли. Кажется, даже ветер прекратился, оставляя всех в могильной тишине. — Сэм, отвечай, — шепнула Эшлин, помогая мужчине выйти из оцепенения. — Прости, — прошептал Сэм, отпуская руку Омара, однако мужчина не дал ему уйти, схватив в объятия. — Я не отпущу тебя, — Омару неожиданно стало так холодно. Он не знал, почему, но хотел спрятаться от этого ужасного чувства холода подальше. — Куда ты уходишь? — — Я не могу, — вновь и вновь повторял мужчина, качая головой. — Отпусти! — Не бойся, я защищу тебя, если понадобится, пройду ради тебя сотни миль. Сэм, поверь мне! Просьбы Омара не действовали. Сэм то и дело пытался вырваться из крепких объятий, попутно плача, хотя и сам не понимал, откуда это взялось. Блёстки размазались по лицу и плечу Омара, но до этого не было дело им обоим. — Я верю, но… Я ужасно боюсь, что это может оказаться ошибкой, — слышать это было так банально, что Омар внутри ликовал из-за такой мелочи. — Мы вместе уже столько лет, разве может быть решение пожениться ошибкой? Я люблю тебя, Сэмюель. Любил тогда и люблю сейчас. Поэтому, просто скажи «да». Теплые ладони Омара успокаивали, разум начал проясняться, а слёзы Сэма высыхали. Такая мелочь, а он так взбудоражил всех вокруг. — У вас всё в порядке? — вмешался священник, всматриваясь в брачующихся. — Может, нам прервать церемонию? — Нет, — как отрезал. — Всё уже в порядке, — заверил Джеймс. — Правда же? Все присутствующие недоуменно замерли. Никто не слышал, о чём беседовали молодожёны, отчего предположили, что это предсвадебный мандраж и ничего более. Со всеми бывало. — Да, — кивнул Остин, ещё крепче схватившись за руку мужа. — Давайте продолжим, прошу, — шепнул Джеймс и священник, недолго думая, продолжил церемонию. — Итак, согласен ли ты… — Согласен! — нетерпеливо бросил Сэм. — Я согласен выйти за него. — Что ж, если нет того, кто мог бы препятствовать этому браку, — небольшое молчание. — Властью, данной мне, объявляю вас мужем и мужем. Можете поцеловаться в знак искренней любви. Этот поцелуй не был похож ни на один из тех, которые были до этого. Как только губы Омара коснулись губ мужа, мир перестал для них существовать. Всё стало вмиг таким неважным и глупым. Их первый поцелуй в качестве супругов был ничем иным, как обещанием навсегда быть вместе. Их души навек связывались в другом мире, доверившись судьбе. Они не слышали громкой музыки и радостных возгласов. Только звуки их бьющихся в унисон сердец затмевал всё вокруг. — Ну, вот и всё, — произнёс Омар, прерывая поцелуй. — Теперь ты мой! Сэм улыбнулся. Как долго он ждал этих слов и вот, они прозвучали. В воздух тут же взмыли множество лепестков, словно дождь, обрушившийся на них. Они оставались на волосах и плечах их одежд, но это было неважно. — Кажется, нам пора, — серьёзное лицо Омара поначалу испугало, однако Сэм быстро успокоил себя, всматриваясь вдаль, следуя за взглядом мужа. — Куда? — удивился он, не отпуская руки возлюбленного. — В нашу лучшую жизнь. Сэму не хотелось слышать ничего более волнительного, чем это. Иногда Омар говорил такие прекрасные вещи с таким серьезным выражением лица, отчего Сэм множество раз злился. — А знаешь, — начал Омар. — Нам очень не хватает ещё одного человека для полной картины. Маленький стульчик, стоящий у самого прохода к алтарю, только сейчас привлёк внимание Сэма. На нём была маленькая записка, однако мужчина никак не мог разглядеть, что же там написано. Мужчины сделали шаг вперёд, чтобы внимательнее рассмотреть надпись. «Для того, кто однажды назовёт нас «папа». — Омар, это… — Когда-то это место займёт наш ребёнок. Обещаю тебе.

***

Не прошло и недели со дня свадьбы, а Сэм всё никак не мог отпустить идею с ребёнком. Он знал, что Эшлин не откажет ему в этой маленькой просьбе помочь. — Ты уверен в этом? — вновь интересовался Омар. На душе было тревожно. — Если ты передумал… — Сэм мог бы пережить отказ мужа, но отказаться от мечты всей жизни — никогда. — Нет, — Омар даже не рассматривал этот вариант развития событий. Он так же сильно хотел ребёнка, общего с любимым человеком. — Я просто переживаю за тебя. — Всё будет в порядке, — заверил мужа Сэм. — Я помогу Эшлин и, возможно, там мы найдём нашу малышку. — Всё-таки хочешь девочку? — усмехнулся Омар, приобнимая мужа за плечи. Это чувство было неописуемым. Ощущение полного покоя, расслабленности. Теперь муж. В этой роли Сэм смотрелся ещё краше, чем обычно. — Ну, сын у тебя уже есть, а я просто обожаю Илайн, поэтому… — поцелуй сбил поток мыслей, и мужчина замер. — Думаю, мы справимся, вместе. — Вместе, — повторил Омар, обхватывая ладони мужа. — Никогда бы не поверил в то, что мы теперь замужем. — Уже целую неделю, — Сэм поднял вверх руку, на которой красовался крупный бриллиант обручального кольца. — Мне пришлось снять все украшения для того, чтобы всем было понятно, что я занят. Омар, как никто другой, понимал всю важность этих слов. Для Сэма его имидж был важнее всего, но он, Омар, был совершенно вне всякой конкуренции в этой борьбе. — Всем и так ясно, что ты мой. Омар нежно поцеловал мужа, щекоча того бородой. Их поцелуи с годами нисколько не менялись и были всё такими же страстными и желанными. Омар нисколько не жалел о том, что однажды, по чистой случайности, встретил Сэма. Он считал эту встречу удачей и что сам Аллах свёл их сердца, соединил души и дал надежду на счастливое будущее. За все эти годы им пришлось многое пережить, однако, они каждый раз выбирали друг друга, так и должна проявляться истинная любовь. Через самопожертвование, через желание сделать для любимого человека всё и, если так ему будет лучше — отпустить навсегда или насильно удержать около себя. В любви не было правил, которые нельзя бы было нарушить ради счастья. — Я люблю тебя, — шепнул прямо в губы. Омар говорил это слишком часто. Он первый признался мужу в любви, оставляя свою прошлую жизнь позади. Мужчине не было стыдно признаться всей семье, что он полюбил этого хрупкого юношу, что все его мечты были о нём, и только с ним он хочет просыпаться утром. Было страшно, но не стыдно. — И я тебя люблю. Сэм провел кончиками пальцев по животу мужа, задевая глубокий шрам, который оставил один из братьев его бывшей жены за то, что Омар развелся с ней. Это будет напоминанием, на какие жертвы пришлось пойти друг ради друга. Остин прижался к теплой груди мужа, обнимая так, будто они прощались навек. — Я буду скучать, — с тех самых пор, как они впервые встретились, влюбленные не разлучались надолго. — И я, лучик. Это странное прозвище очень нравилось Сэму, однако, за какие заслуги он его получил, вспоминать мало хотелось.

***

— Береги себя там, — снова и снова наставлял Джеймс. — Смотри в оба, поняла? — Да, мистер Зануда, — протянула девушка, когда слышала одно и то же в десятый раз подряд. — Я поняла тебя, Джеймс. Может, хватит уже? — Я переживаю. Это не соседний город, пойми. — Я понимаю, но я уже много раз была в этом поселении и ничего страшного там не будет. Мы просто откроем новый колодец там и вернемся в Лондон. Это займёт всего каких-то пару дней. — Я буду смотреть новости каждый день, — заверил девушку мужчина. — Джеймс, там нет связи, как мы привыкли, — кажется, она говорила ему об этом пару минут назад. — Отснятый материал обработают уже здесь. — В любом случае, береги себя и его, — Джеймс нежно положил ладонь на живот девушки. — Думаешь, я беременна? — голос дрожал. Эшлин чувствовала внутри нечто странное, но до последнего не верила, что всё могло получится с первого раза. Так же не бывает. — У тебя ведь задержка, так? — Откуда ты?.. — это был странный вопрос. Джеймс следил за состояние здоровья жены с первых дней её пребывания в доме. — Хотя, не важно. Ты всегда обо всём узнаешь первым. — Но, я уверен, — он чмокнул Эшлин в нос. — Посмотрим, подведет ли меня чуйка.

***

Полёт прошёл быстро. Эшлин почти всё время проспала, когда же Сэму было не до отдыха. Он нервничал, то и дело потирая ладони. Какое-то странное чувство преследовало мужчину, когда он пытался уснуть. Ему снилась маленькая девочка, которая называла его папой, а рядом был Омар. Этот сон был опьяняющим, но каждый раз сон заканчивался кошмаром. — Как ты? — заметив бледную подругу у выхода с самолёта, Сэм подхватил её под локоть. — Выглядишь не очень. — Просто устала после перелёта, ничего страшного, — за последние дни состояние девушки всё ухудшалось, а перелёт ещё больше подкосил девушку. Она старалась держаться, не жаловать Джеймсу на самочувствие, а иначе он бы попросту запретил ей лететь. Но сейчас девушка искренне хотела вернуться домой. На Эшлин не было лица. Она побледнела от подступающей тошноты. Можно было догадаться, что это обычный токсикоз, но девушка сомневалась. До последнего она не верила, что это могло быть оно. — Мисс, с вами точно всё в порядке? — один из операторов мигом оказался рядом с девушкой. — Да, не переживайте, — отпив немного воды и вдохнув свежего воздуха, Эшлин начинала потихоньку приходить в себя. — Укачало в самолёте. — Дорогая, так не пойдёт, — сощурился мужчина, перехватывая походный рюкзак у девушки. — Отдавай мне рюкзак. — Всё в порядке, Сэм, правда. — Я кому говорю! — Сэм закинул рюкзак на плечо. Несмотря на внешнюю хрупкость, мужчина был достаточно вынослив и силён физически, что никак не помешало ему нести сразу два рюкзака. — Еле на ногах стоишь, а всё равно упрямишься. Вот узнает обо всём этом Джеймс, мигом заберёт обратно. — Нет, Сэм, — воскликнула она. — Только не рассказывай ему об этом. Он постоянно параноит, ещё удумает прилететь. — И правильно сделает, — нахмурился Сэм, осматривая подругу. — Ты же беременна? — он говорил это настолько спокойно, что Эшлин стало стыдно. — Я никому не скажу. — Не знаю, — Эшлин положила руку на живот. Неужели, это правда их с Джеймсом первенец? — Но, по симптомам очень похоже. — Держись меня и далеко не отходи, — приказал мужчина, сплетая пальцы с Эшлин. — Джеймс попросил следить за тобой, не хватало ещё получить от него нагоняй. В любом случае, я рад за вас. — Спасибо. Всю дорогу до лагеря Сэм держал руку Эшлин, останавливаясь каждые двести метров, чтобы перевести дух и остановить рвотные позывы девушки. Её рвало последние несколько дней, но именно сегодня этот негативный симптом обострился и единственное, что хотелось Эшлин — оставаться в постели до тех пор, пока это не прекратится. — Неужели, беременность — это так сложно? — причитала она, в попытках вытереть рвоту с лица. — Когда Аллин забеременела, то выглядела ещё хуже тебя, поэтому, я прекрасно понимаю, что ты испытываешь. Не бойся, это быстро пройдёт. — Звучит очень обнадёживающе, — усмехнулась она, откидывая влажную салфетку в сторону. — Давай руку. Осталось немного. — Спасибо, что не бросил меня. — Скажешь спасибо, когда я верну тебя живую и здоровую Джеймсу. А до этого забудь это слово. Сэм не хотел говорить это, но он очень боялся за Эшлин и дело тут не в Джеймсе. Мужчина искренне нервничал каждый раз, когда Эшлин становилось плохо. Он покорно держал её тяжелый рюкзак, помогал перейти через заросли, протирал девушке лицо, чтобы освежить. — Вот и дошли. Они шли самыми последними в группе, не решаясь задерживать остальных. Прошло несколько часов, когда Эшлин, наконец, смогла присесть на заранее заготовленный стул. — Мисс, мы уже приготовили для вас палатку, — Кирия –девушка из гидов, указала на хижину. — Отдохните, пока мы расположимся. — Можно он пойдет со мной? — Эшлин прекрасно знала обычаи этого племени. Для них было бы странно, что мужчина и женщина остаются в хижине наедине, особенно, если они не супруги. — Мисс, но… — возразила она, сморщив лицо, будто вместо Сэма видела перед собой горстку навозных жуков. — Он мужчина. — Меня совершенно не удивить её голым задом, милочка, — съязвил Сэм, проходя мимо гида, задевая ту плечом. — Можешь считать меня её охранной собачкой. — Но, как же это? — недоумевала Кирия, наблюдая, как Эшлин и Сэм скрылись внутри строения. — Ложись, — приказал Сэм, замечая под ногами твердый матрас. — Тебе принести что-нибудь? Воды? Или поесть? — Аппетита нет совсем, — призналась девушка, сворачиваясь калачиком от боли и тошноты. — А от воды рвота ещё больше. — Это же не значит, что нужно умереть, — рассердился мужчина, бросая рюкзак на пол. — Ладно о себе не переживаешь, а о нём ты не подумала? — он указал на живот. — С этих пор ты не принадлежишь самой себе, поэтому, на ужине ты должна поесть. — Ты прав, — недолго думая, Эшлин встала. — Если я действительно беременна, то мне нельзя расклеиваться. Девушка взяла бутылку воды из рук Сэма и отпила немного. Никакой реакции не последовало, и Эшлин сделала ещё несколько глотков, пока не осушила бутылку до конца. Живот недовольно заурчал, требуя еды. Эшлин ничего не ела со вчерашнего вечера, когда они отправились в аэропорт. — Так-то лучше, — цвет кожи девушки начал возвращаться в нормальное состояние. — Отдохни, а я пока помогу всем остальным. Приняв удобную позу, Эшлин размышляла, как сообщит радостную новость Джеймсу. Как он будет рад и как обрадуется Илайн. Интересно, будут ли рады все остальные? — Что с ней? — поинтересовалась Кирия, завидев выходящего из хижины Сэмюеля. — Мисс выглядит неважно. — Просто устала, — Сэму не хотелось вести диалог с кем-то вроде этой странной девушки, которая то и дело сунула нос не в своё дело. — Не похоже на обычную усталость. Может, нужен врач? — А он у нас есть? — рассмеялся мужчина, осматривая всё вокруг. Глухая деревня посреди джунглей, на много километров никого, кроме них не было. — Или, предлагаешь кого-то из местных? Травки–муравки и всё, человек жив и здоров? — Почему бы и нет, — женщина не находила ничего забавного в своём предложении. — Травы обладают действиями получше аптечных лекарств. Так лечились множество столетий наши предки. — Если ей из-за вашего самолечения станет хуже, кто будет за это отвечать? — разозлился он. — Не ты, а я, причём своей же головой. — Помогите! — раздался крик одной из девушек, которая, по всей видимости, решила проведать Эшлин в хижине. — Мисс Эшлин задыхается! Скорее! — Твою мать! — шикнул Сэм, бросая всё на песок. — Эшлин, очнись! — в руках мужчины девушка хрипела, пытаясь сделать вдох. — Позовите кого-нибудь! Чёртовы идиоты! — девушка билась в конвульсиях, изо рта шла пена. — Выпей это, — темноволосый кудрявый мужчина подложил к губам девушки миску с какой-то тёмной жидкостью. Сэм хотел оттолкнуть старика, но присутствующие остановили его. — Пей, девочка. — Да она же захлебнётся, старик, что ты делаешь? — смотреть, как по губам и лицу подруги растекается нечто, мало похожее на лекарство, было невозможно. Запах темной жидкости быстро смешался с запахом вокруг, отчего к горлу Сэма начала подступать рвота. — Он знает, что делает, — успокоили его. Как только Эшлин сделала несколько спешных глотков, то тут же начала успокаиваться. Дыхание и пульс начали выравниваться, и спустя десять минут девушка пришла в себя. — Видишь. Это всё наши травки–муравки, как ты их назвал, — усмехнулась Кирия, отчего Сэм разозлился ещё больше. — Эшлин, как ты? — он опустился к ней ближе. — Получше, — призналась она, крепко ухватившись за руку друга. — Её лучше увести обратно, — обронил Сэм присутствующим, совершенно не желая подвергать жизнь и здоровье подруги угрозе. — Это может быть опасно для неё. — Что? — посыпались возгласы. — Мы ехали специально для того, чтобы снять, как мисс Эшлин подарила местным пресную воду. Мы не можем вот так просто свернуть проект. — Вы разве не видите, что она?.. — начал срываться на крик мужчина, но нежное прикосновение Эшлин быстро успокоило. — Сэм, я, правда, в порядке. Обещаю, завтра после съёмок я уеду. — Опять твоё вранье? Сэм перестал верить Эшлин. У неё всегда всё было хорошо, она никогда не жаловалась на здоровье и самочувствие. Этакая мисс-самостоятельность. — Клянусь.

***

— Как видите, строительство колодца почти завершено, а значит, вскоре всем этим людям станет доступна чистая питьевая вода. До этого поселению приходилось ходить больше, чем на двадцать километров вглубь лесов, чтобы отыскать озеро или другой колодец, который находится на территории другого поселения. Именно поэтому важно, чтобы колодцы стояли не дальше пяти километров друг от друга. Они часто пересыхают, подземные воды частенько опускаются или вовсе опустошаются, и приходится копать всё новые и новые каналы. — Снято! — ознаменовал режиссер. — Спасибо, Эшлин. — Это было проще, чем я думала, — усмехнулась девушка, поправляя волосы. — Даже удивительно. — Давай, красотка, собирай свои вещи, — всё это время Сэм нетерпеливо ждал, когда съемки закончатся. — Уже не нужно, Сэм. — Что значит, не нужно? То, что тебе немного полегчало, не значит, что… — Я не беременна, — обронила девушка. — И как ты это поняла? — сорвался мужчина. — Шаман сказал? — его бесило, что Эшлин верит чему-то настолько странному. — Эшлин, хватит верить всем подряд. — Говоришь голосом Джеймса, — она чувствовала, как сильно за неё переживает Сэм, но ничего не могла поделать. — Я говорю голосом разума и логики. — У меня начались месячные, — разочарованно сказала девушка. — Это ты хотел услышать? — Эшлин, зачем ты так? Я просто переживаю за тебя, вот и всё. — Прости, я… Меня очень огорчило то, что я всё-таки не беременна. — Почему? То есть, я не это хотел сказать. — Всё в порядке. Я много думала над твоими словами о том, что Джеймс хочет большую семью и о том, как ему повезло встретить меня. Знаешь, я подумала, что действительно хочу быть той женщиной, которая откажется от многого ради семьи. Я понимаю, что не у каждого получается забеременеть с первого раза, но я думала, что мы станем исключением из правил. — Это не повод расстраиваться, — уголки губ Сэма расплылись в улыбке. Это была одна из тех блаженных улыбок, которую используют с детьми. — Вы только начали попытки. — Знаю, но почему-то эта пустота меня не отпускает. В голове Эшлин смешанные эмоции. Всего каких-то пару месяцев назад она и слышать ничего не хотела о свадьбе и тем более о детях, но что же творится с ней сейчас? Неужели, любовь делает нас такими слабыми? Неужели, ради любви ты можешь отказать от самого себя? Эшлин пугал этот факт. — Мы с Омаром бы и рады завести ребёнка естественным путём, но, как помнишь, мы оба мужчины. Мы долго шли к решению, что готовы к такой ответственности, как ребенок и вот, я здесь, с тобой, в надежде, что Бог благословит меня и наша дочь, буквально, упадет на нас с неба. В любом случае, я разделяю твои эмоции, какими бы они не были. Эшлин взглянула в глаза напротив. В них было что-то такое, что она давно искала — забота, искренняя. Сэм пережил достаточно боли, он видел её во всех проявлениях. Тоска девушки слабела в объятиях друга. — Я очень ошибалась в тебе, Сэм, — шептала она сквозь слёзы. — Прости меня, пожалуйста. — Тут не за что извиняться, — момент единения растрогал обоих. — Я и сам не то, чтобы сильно впечатлился тобой. Ты была буквально как бревно, которое я уже отчаялся расшевелить, да и твой характер… Признаюсь честно, я жутко возненавидел тебя. Сэм не был из тех, кто скрывает истинные чувства. Он говорил всё и обо всех, даже во вред репутации. Этот маленький факт о нём всегда раздражал его окружающих, но таким уж он был. — Справедливо, — девушка понимала, что любовь и привязанность не то, что приходит к тебе просто. — Но, сейчас же мы можем назвать друг друга друзьями? — Конечно. За это время я ужасно привязался к тебе, да простит меня Аллин, — Сэм не хотел признаваться, но Эшлин нравилась ему куда больше, нежели почившая. И не только, потому что он знал о второй намного больше грязи. — Но, я уверен, ты бы так же запала ей в душу, как и всем нам. Таких людей ещё поискать нужно. — Каких? — Хоть ты и глупая, но у тебя доброе сердце, в которое влюбился Джеймс, — Эшлин фыркнула. — Это правда. Он никогда бы не клюнул на красотку в широко понимании этого слова, обертка никогда не была ему интересна, — девушка мигом замолкла, продолжая внимательно слушать. — Джеймс смог рассмотреть в тебе девушку, которая знает, чего хочет, отстаивает свои границы и, конечно, ладит с детьми. Поверь, эти качества намного важнее, нежели красота, которая увянет с годами, какие средства не используй. Года своё возьмут рано или поздно, но вот то, что у тебя в сердце, подделать и изменить будет невозможно. Эшлин бы никогда не могла подумать, что о ней сложилось такое впечатление. Она всегда считала себя не более, чем обычной, если откинуть семейные узы. Простая девушка с мечтами и целями, с багажом из травм и предательств. Девушка, подарившая своё сердце лучшему в мире мужчине. — Никогда бы не подумала, что всё из-за этого. — Да, — подтвердил Сэм. — Всё на самом деле складывается из незначительных вещей, как пазл. Ты берешь маленькие кусочки, соединяешь их воедино, пытаясь увидеть в этом хаосе полноценную картину. Так и с людьми. Тебя цепляет что-то незначительное и вот, ты начинаешь узнавать об этом человеке всё больше и больше, а потом, если всё сходится, вы женитесь. Всё просто. — У тебя всегда всё просто. Эшлин бы хотелось узнать Джеймса лучше, но большая стена между ними рушится с таким сопротивлением. Девушка и сама понимала, насколько сложно раскрыться полностью, обнажить свою душу перед другим человеком. Пусть, некоторые тайны так и останутся тайнами, но всё же. — Это ты усложняешь свою жизнь, а не она создаёт тебе препятствия. Относись ко всему проще, тогда твои проблемы растворятся во времени и потеряют свою значимость. Правда, это работает только на чём-то незначительном. На мгновение Эшлин задумалась, потеряв всякий интерес к окружающему. — Мне кажется, это выражение очень было мне нужно сейчас, — чмокнув Сэма в щёку, девушка в спешке убежала, так ничего и не объяснив. — Спасибо, Сэм, — только и слышал он. — Да куда ты? Эшлин! Что за девчонка? Мужчина внутренне радовался за своего друга и эту невыносимую девушку, которая только-только познаёт все прелести влюбленности. Девушку, которая только ступила в жизнь. Девушку, которой предстоит пройти множество испытаний и справиться с ними, так или иначе. — Мы можем поснимать детей, которые находятся под опекой нашего фонда? — запыхавшаяся девушка еле договорила режиссеру свою идею. — Большинство из них находятся в Лондоне, — начал объяснять мужчина, — мы всех уже перевезли, да и приемные семьи находятся быстро из-за вашего имени. Люди, как только слышат о том, что это фонд миссис Кейн, сразу забирают детей к себе. Эшлин была рада за этих детей, но в данный момент не разделяла энтузиазма. В попытках отдышаться от бега, она то и дело размышляла, правильно ли она поступает. — Это прекрасно, но… — сомневаться не было смысла. — Можем ли мы заснять кого-то здесь? — Я узнаю у старосты, есть ли где ещё сиротки. — Спасибо. Буквально на следующий день, поутру, несколько женщин зашли на территорию съемочной команды с младенцем на руках. Их нашла Кирия в ближайшем к ним поселении. Эшлин сразу же поняла, что это именно то, что они так давно искали. Она взяла Сэма под руку, чтобы подойти вместе. — Мисс, как вы и просили, — Эшлин могла видеть лишь маленькую ручку из-под одеяла. — Родители этих детей погибли всего неделю назад. Остался младенец, которого выхаживает одна из местных жительниц, ещё двое пропали из деревни. Местные думают, что они отправились на поиски еды для племени, но на них напали дикие животные. Малышка осталась одна. — Можно на неё взглянуть? — женщины передали младенца девушке. — У неё есть имя? — Мать назвала её Ифе, что означает «любовь», — пояснили женщины на своём языке. — Ифе, — повторила Эшлин, заглядывая в глаза девчушке. — Хочешь взять её? — Я? — удивился Сэм, однако согласился, неумело беря сверток. — Она такая маленькая, — охнул мужчина. — Как жаль, что её родителей больше нет с нами. Малышка немного покряхтела, однако в руках Сэма она быстро успокоилась, пока мужчина напевал ей колыбельную, которую придумала для него бабушка в далёком детстве. — Мы перевезём её в Лондон, — протараторила Эшлин, вглядываясь в женщин напротив, пока им переводи слова девушки. — Я обещаю, что лично буду присматривать за ней в приёмной семье. — Эшлин! Разве так можно? — недоумевал Сэм, качая малышку. — Что подумают приёмные родители, если ты постоянно будешь наведываться к ним с проверками? — Думаю, ты будешь даже рад, если я буду изредка заглядывать к вам с Омаром, проведать это чудо. На мгновение Сэм замер. Мужчине казалось, что это сон, просто его глупый мозг решил так над ним подшутить, не более. — Эшлин… — как только до Сэма дошёл смысл её слов, мужчина тут же расплакался. — Эшлин, я… Она, правда, может поехать со мной? Ты не шутишь? Наблюдая, как черноволосая малышка пускает пузыри изо рта, Сэм ощущал спокойствие. Будто эта девочка всегда была его. — Она ещё младенец, поэтому, можно сказать, она родилась у вас. — Я даже не знаю, что и сказать. Сэмюелю не был важен ни цвет кожи, ни происхождение его приёмной дочери. Всё это было таким неважным по сравнению с тем, что они с мужем смогут осчастливить ещё одного человека на этом свете. — Подумай, а пока, малышка Ифе отправится с волонтерами в приют нашего фонда, — проговорила Эшлин, даже не надеясь забрать ребёнка у друга. — Завтра мы закончим съемки и вылетим в Лондон. Сердце Сэма не сомневалось, однако он уверял себя в обратном. Это был реальный шанс, однако Сэм понимал, что не может принять решение в одиночку, не посоветовавшись с Омаром. — Что вы задумали? — не все разделяли энтузиазма девушки. Несколько женщин недоверчиво поглядывали на Сэма. — Ему нельзя забирать ребёнка, мисс! — Посмотри, как гармонично они сморятся. — Но, так нельзя, мисс, — разозлилась Кирия. — Он не может забрать ребёнка. — Никто и не говорит о том, что он заберёт Ифе, — Эшлин выглядела разочарованной. — Они с мужем удочерят её, как только мы подготовим все документы для этого. — Но, он гей, — шепнула, чтобы женщины из племени не услышали этого. — И что? — прыснула Эшлин. — Разве есть разница, кто будет заботится о сироте, если речь идёт о жизни и смерти? Или, ты предлагаешь оставить её в приюте или вовсе здесь? Эшлин понимала переживания женщин племени, но также понимала и то, что этой малышке несказанно повезло, если её родителями станут именно Сэм и Омар. Более нежной и любящей пары Эшлин ещё не видела. — Я не имела ввиду ничего подобного, мисс. — Сэм один из тех людей, в котором я никогда не усомнюсь, если дело касается ребёнка. Они вдвоём смогут воспитать в ней любовь к музыке и танцам, научат хорошо одеваться и вести себя достойно, — слушая, с каким мужеством Эшлин отстаивала его, Сэм не мог сдержаться от улыбки. Всё-таки, всем нам несказанно повезло с этой девушкой. — Эта девочка, должно быть, отмечена самой судьбой, раз им посчастливилось встретиться именно сейчас. На это ей нечего было ответить. Женщина что-то пробурчала остальным, и они вместе скрылись среди зарослей. Весь этот день Сэм провёл с малышкой Ифе наедине. Он не мог оставить её ни с кем другим после того, как она мирно уснула на его руках. Как только кто-то другой пытался забрать девочку у мужчины, Ифе мигом начинала заходиться диким криком, просясь на руки будущего отца. — Что ты, малышка? — умилялся он, то и дело оглаживая лицо девочки, пока та смеялась над рожицами Сэма. Девочка зевнула и внимательно посмотрела на мужчину. Её большие глазки выражали неописуемую любовь. — Знаешь, у тебя такие же глубокие глаза, как у Омара, — мужчина никак не мог остановиться, рассказывая малышке о любимом муже. — Вы точно должны встретиться, он славный парень и очень добрый, — оставляя на личике нежный поцелуй, Сэм напевал старую песенку покойной бабушки. — Надеюсь, мы сможем стать для тебя хорошими родителями, дорогая. Прижав к себе младенца, Сэм почувствовал странную связь, которая только что образовалась. Внутри щемило от мысли, что они больше не увидятся. Дальше сомневаться было нельзя. Аккуратно, чтобы не разбудить Ифе, Сэм побрёл по площадке, на которой догорал костёр. В округе никого не было, кроме одинокой Эшлин, которая жгла оставшиеся ветки. — Я хочу удочерить Ифе, — проговорил Сэм уверенно, отчего Эшлин внутренне торжествовала. Она ухмыльнулась и, бросив последнюю ветку в костёр, обернулась к другу. В тусклом свете мужчина выглядел излишне серьёзно, прижимая к себе свёрток с младенцем. — Что мне для этого нужно? — Сущая мелочь, — заверила его девушка, наблюдая, как глаза друга горели от мысли, что они нашли друг друга. Эшлин чувствовала удовлетворение от произошедшего. Всё сложилось как нельзя хорошо.