Полгода назад

— Прошу садиться, — объявил судья. — Рассматривается в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению в убийстве мистера Тодда Харви. Обвиняемый, вы осознаёте, что совершили преступление? — Да, ваша честь, — признался мужчина за решеткой. — Причиной совершения преступления стала ревность. Это так? Все в зале затихли, желая услышать ответ. — Да, — прозвучало. — Тодд Харви долгое время был любовником моей супруги. — И из-за этого вы его убили? — Нет, ваша честь, — судья удивленно посмотрела на преступника. — Это было лишь малой частью того, что совершил этот человек. — Что же ещё произошло, мистер Салливан? — Тодд Харви убил мою дочь. Смотря на отца, Эшлин не могла сдержать слёз. Как это вообще может быть реальностью? Всего неделю назад её жизнь была прекрасной сказкой, но вот, реальность снова дала о себе знать, разбивая все грёзы. — Не стоило тебе идти, — мужчина опустил руку на колени девушки, дабы подбодрить. — Осталась бы с мамой и Алексом. — Я не могла не прийти, ты же знаешь. — Как я могу видеть, ваша младшая дочь — Моника, болела раковым заболеванием и скончалась в результате несчастного случая на дороге. Вы подозреваете мистера Харви в этом? Моррис затих, глазами ища адвоката, который переговаривался с Эшлин. Взгляд правозащитника выражал полное безразличие, когда они встретились глазами. — Я думаю, что Моника была его дочерью и он намеренно хотел избавиться от неё. — Это очень серьёзное обвинение, мистер Салливан, — спокойно проговорила судья, записывая что-то в документе на столе. — И всё же, вина мистера Харви не доказана, в отличие от вашей. — Я понимаю, — Моррис понимал, что совершил страшное преступление, но так же он нисколько не жалел, что совершил это. Мужчина отомстил другу за всё, что тот совершил. — Ваше мнение мы услышали. Пригласите свидетеля, — обратилась к секретарю. — Мисс Дженнифер Грин. — Здравствуйте, уважаемый суд. Меня зовут Дженнифер Грин. — Кем вы приходитесь пострадавшему? — начал допрос прокурор, делая пометки в своих записях. — Я много лет проработала домработницей в доме мистера Харви и то, что сейчас он не с нами, разбивает сердце. — Вы можете рассказать о произошедшем? — Да, конечно. Всё было, как всегда, я хлопотала по дому и готовила ужин в честь дня рождения мисс Эшлин в тот вечер, — девушка закрыла рот рукой, пытаясь отвлечься. — Когда всё это случилось, я была на втором этаже, прибиралась в комнатах. Потом послышались мужские разговоры, они были очень громкие, но я не среагировала. Подумала, что мистер Харви просто разговаривает по телефону или раздаёт распоряжения нашим наёмным рабочим. — То есть, в доме постоянно было неспокойно? — прокурор ненадолго затих, делая пометку. — Верно. Дженнифер старалась не смотреть в сторону мистера Салливана, но взгляд мужчины, то и дело, мерещился ей перед глазами. — Продолжайте. — Так вот. Когда голоса то затихали, то звучали вновь, я не решалась спуститься, ведь могла попасть под горячую руку мистеру Харви. Затем послушался звук выстрела и дикий крик мистера Харви. Я жутко испугалась, что в дом ворвался какой-то грабитель, и быстро вызвала полицию. — Вы вызвали полицию? — удивился мужчина со стороны обвинения. — Да, в руках у меня был телефон, — подтвердила женщина. — Хорошо. Что было дальше? — А дальше я услышала крик и плач мисс Эшлин, — встретившись взглядами с мисс Грин, Эшлин слегка сглотнула. — Она влетела в дом почти сразу же после выстрела. — Могла ли мисс Эшлин Салливан быть соучастницей преступления? Были ли у вас подобные мысли в тот момент? — Нет, — женщина покачала головой. — Когда я решилась выйти, она выглядела шокированной произошедшим, поэтому, не думаю, что мисс была в курсе, что её отец способен на подобное. — Вы не боялись, что мистер Салливан может устранить вас или свою дочь, чтобы не оставить свидетелей? — Нет, — Дженнифер выглядела так, словно и вовсе не думала об этом в тот момент. — Почему же? — К тому моменту мистер Салливан был в таком состоянии, что вряд ли смог бы совершить ещё один выстрел. Да и пистолет уже был у мисс Эшлин. — То есть, мисс Эшлин Салливан держала пистолет, из которого был убит мистер Харви? — Артур бросил на сторону обвинения грозный взгляд. — Вам не казалось, что это именно она совершила убийство? — Уважаемый суд! — Артур вскочил со стула. — Возражаю против вопроса, заданного стороной обвинения, потому что он не относится к настоящему разбирательству. Вина мисс Салливан не была доказана, о чём свидетельствуют видеоматериалы, полученные из её машины, а также дома мистера Харви, где и было совершенно убийство. — Возражения приняты, — судья стукнула молотком по столу. — Сторона обвинения, задавайте вопросы, относящиеся к делу. Взгляд, брошенный на адвоката, никак не отразился на нём. Всем своим видом Дауман показывал, что всё будет так, как он задумал. — Беря в расчёт показания судебно-медицинской экспертизы, а так же показания свидетелей и самого обвиняемого, суд принял решение. Моррис Салливан, вы проговариваетесь к трём годам лишения свободы без возможности условно-досрочного освобождения. Апелляцию можно будет подать в течении десяти дней. Эшлин передёрнуло, когда окончательный приговор был оглашён. Она перевела взгляд на стол по левую сторону, где сидел Джеймс.

***

— Не ожидал, что ты будешь присутствовать на суде, — усмешка мужчины не была хорошим знаком. — Кто тебя нанял? Эшлин? — Моррис Саливан, — спокойно ответил Артур, бросая окурок в урну. — Не смеши меня, — Джеймс схватил кузена за воротник пиджака, собираясь проучить того, однако появление Эшлин мигом поменяло его планы. — Что-то не так? — Нет, всё в порядке, — отряхнувшись, Артур взглянул на Джеймса с таким высокомерием, что это чувствовалось даже в воздухе. Таким тяжелым он стал. — Эшлин, мы можем поговорить? — умолял Кейн, однако девушка мигом освободилась от его рук. — Не думаю, что сейчас подходящее время, прости. — Илайн спрашивает о тебе. Когда ты вернёшься? Девушке было сложно смотреть на мужа. Она постоянно прятала взгляд, лишь бы не расплакаться. — Я… — Джеймс, — Артур стал напротив кузена, перехватывая руку девушки. — Если кто-то заметит, как вы общаетесь в подобном тоне, это может быть расценено, как давление на свидетеля. Шаг назад. — Она моя жена, — рыкнул тот. — Она была подозреваемой в деле об убийстве. Поэтому, давай не будем усложнять. Артур открыл дверь машины перед девушкой и та, даже не взглянув на Джеймса, села внутрь. — Тебе не стоило… — начал Артур, садясь рядом. — Три года, — обреченно прошептала Эшлин, глядя в окно. Она не слушала своего собеседника. — Зачем он это сделал? — Всё будет в порядке, — пообещал Артур, прижимая девушку к себе. — С этого дня с тобой всё будет в порядке. — Как хорошо, что ты согласился участвовать в деле, а иначе я бы просто сошла с ума. — Ты же понимаешь, что это только ради тебя? — Эшлин слишком хорошо понимала, какую цену ей пришлось заплатить ради этого. — Я понимаю, что между нами были разногласия, но, Эшлин, я ведь до сих пор люблю тебя. Артур поднял руку девушки и поцеловал её. Такой простой жесть восхищения и покорности перед объектом своей влюблённости. — Артур… — Эшлин отвернулась, когда мужчина приблизился к ней слишком близко. — Пожалуйста, Эшлин. Губы Артура потянулись к девушке и она, неосознанно, ответила на поцелуй. Губы всё те же. Поцелуй такой же нежный. Однако, Эшлин больше не ощущала того трепета. — Я виноват перед тобой, знаю, но… Ты же до сих пор любишь меня, я знаю это. Скажи, ты же любишь меня? — Да, — слёзы лились ручьем по щекам девушки, пока она смотрела на довольное лицо Артура. Он выглядел таким родным и одновременно таким далёким, будто Эшлин наблюдала за ним из пузыря. — Люблю. Эту ночь Эшлин провела в номере отеля с Артуром. Она не могла простить себе предательство, поэтому не возвращалась домой. Телефон пришлось и вовсе выбросить, чтобы не ранить сердце вновь и вновь звонками родных с одними и теми же вопросами. — Ты вкусно пахнешь, — Артур отодвинул волосы Эшлин, проходясь носом по обнаженному плечу. — Нисколько не изменилась, стала только краше, но вот, твои волосы. Придётся отрастить и вернуть тот цвет. Ты же знаешь, как он мне нравился. — Да. — Я скучал, а ты? Ты скучала по мне? Поцелуй вышел рваным и нисколько не нежным. Эта страсть и похоть преобладали внутри мужчины. Он смотрел на девушку сверху вниз, сжимая её бедра своими ногами, нависая над ней. — Прекрасно. Она не сопротивлялась, зная, что он будет всё таким же нежным, как и раньше. Покрывая поцелуями всю шею, Артур вновь и вновь оставлял отметины на её теле, как когда-то. Эшлин не чувствовала ничего, будто все чувства выкачали из её когда-то жизнерадостного тела. Но это было только начало. — Я так люблю тебя, — повторял Артур, смотря на кровоподтёки на груди и животе. Ему нравилась эта картина, так он помечал своё. — Не уходи от меня больше. Эшлин почти не моргала, когда Артур ворвался внутрь, усиливая толчки, пока не достиг разрядки. Этот секс не был отвратительным, не был хорош. Он просто был.

***

— Какого чёрта, Эшлин? — кричал Джеймс, вырывая чемодан из рук жены. — Что происходит? — Ничего. Я просто собираю вещи. Девушка была рада, что Илайн сейчас не было дома. Только они вдвоём, а значит, никто другой не станет свидетелем этого скандала. — Эшлин, я понимаю, что нам всем сейчас нелегко, но… Давай просто поговорим. — О чем? — она остановилась. — О том, что мой отец убил твоего? О том, что моя мать изменяла моему отцу? О чём ты хочешь поговорить, Джеймс? — Тебе сложно, я понимаю, — внутри пылал огонь, но Джеймс сдерживался изо всех сил, дабы решить всё здесь и сейчас. — Узнать нечто подобное непросто, но… — Ты ничего не понимаешь, — голос Эшлин дрожал. Джеймс стиснул зубы. Он не хотел срываться на любимую, терпел все эти выпады, но у любого терпения был предел. — Я хочу уйти, — проговорила девушка, бросая одежду в сумку. — Куда ты собираешься? — Я хочу уйти от тебя, Джеймс, — повторила она уже громче, пристально всматриваясь в некогда родные глаза. Их застилала пелена страха и отчаяния. — Что? — мужчина рассмеялся, пытаясь обнять девушку, но она оттолкнула его. — Скажи, что это шутка, — но Эшлин не была похожа на шутницу. — Эшлин! — Я никогда не любила тебя, Кейн, — девушка на мгновение дрогнула от этих слов. — Никогда! Эти слова витали в воздухе, как запах гниющего мяса. Он отравлял всё вокруг и невозможно было хоть что-то разобрать. — Эшлин, остановись! — он кричал, бросался вещами, но ничего не помогало. Это был конец. — Объясни, в чём проблема? Что я сделал не так? — Ты… — Эшлин застыла напротив Джеймса с поднятыми руками. — Вы все испортили мне жизнь, — голос девушки исказился и Джеймс еле смог разобрать слова. — Если бы не Тодд, мой отец не сидел бы сейчас в тюрьме. — Хватит, Эшлин! — голос Джеймса не имел больше той силы, как раньше. — Перестань нести весь этот бред! — Я ненавижу тебя, Джеймс Кейн, — в словах так много яда и ярости, — и борюсь с желанием перерезать тебе горло, сжать твоё сердце так сильно, насколько смогу, — к глазам начали подступать слёзы, но она не заплачет. Не позволить ему увидеть свои слёзы, не помнится ему такой. — Я хочу уничтожить тебя. Джеймс никогда не видел Эшлин настолько яростной. Голубые глаза застилала злость вперемежку с болью. Она хотела кричать, но боялась, что эти крики будут не услышаны и она подведёт всех, от кого сейчас зависела её жизнь. — Кто тебе внушил подобные мысли? Я не узнаю тебя. Джеймс опустил руки, не понимая, как любимая женщина могла говорить подобные вещи. Всё казалось сном. Их идеальная счастливая жизнь рушилась с каждым часом и вот, настал истинный конец счастью, которое пришлось выстраивать так долго, по кирпичикам. — Ты никогда и не знал меня настоящую. То, что ты так трепетно полюбил — фальшивка. Как тебе эта долгая игра? Был ли ты счастлив, Джеймс? — Я не верю тебе. — Это уже не важно. Теперь нас ничего не связывает, и я могу исчезнуть из твоей жизни.