Тайны, уготовленные дождём

Утро. На часах было 8:17. За окном лил дождь, погода сегодня явно буянила аж с поздней ночи. Тучи мешали рассвету, который уже вот-вот должен был появиться. Девушки всё ещё спали крепким сном и не было ни намёка на их пробуждение. В комнате стояла полнейшая тишина, да и за окном, собственно, тоже. Никому не придет в голову гулять в столь ранее утро в такую пасмурную погоду. Единственное, что создавало шум, так это дождь, но он был своего рода приятным и успокаивающим. Это спокойствие длилось недолго, потому что кто-то решил нарушить его своим настойчивым стуком в дверь. Итами была озадачена таким неожиданным визитом. Кто же это мог быть? Да ещё и так рано. Девушка встала с кровати и побрела в сторону двери, чтобы открыть её тому, кто продолжал усердно стучать, словно вот-вот выбьет её. Не успев дойти до источника громкого звука, молодая особа увидела несколько высоких мужчин, одетых в полицейскую форму, которые без разрешения вломились в её квартиру. На лице Итами не было никакого удивления, словно так и должно быть. Она надела пальто и обула свои любимые ботинки, после чего лишь покорно устремилась в сторону выхода. Но Киоки, протирающая свои глаза, не заставила себя ждать и уже стояла в коридоре. — Что вы делаете с Итами?! Отпустите её! — возмущённо трепетала брюнетка. — Гражданка (Ф.) Итами (О.) задержана за подозрение в убийстве гражданина (Ф.) Чиджо (О.). Вы, (Ф.) Итами (О.), имеете право хранить молчание до прихода адвоката и все слова, которые Вы скажите, будут использованы против Вас, — заученно произнёс один из полицейских, после чего надел наручники на подозреваемую. — Киоки, не беспокойся. Я знала, что этот день уже близок и его не избежать, поэтому всё это время я пыталась смириться с этим и принять как должное. Я правда рада, что провела последний день рядом с тобой. Ты позволила мне расслабиться и наслаждаться настоящим, спасибо тебе, мой трепещущий огонёк. Дверь захлопнулась сразу после последних слов Итами, и раздался громкий хлопок, который, как казалось, было слышно на весь этаж. Киоки замерла. Ей больше не хотелось спать, ведь единственное, чего она желала сейчас, так это, чтобы всё вернулось в прежнее русло. Спустя некоторое время она упала на пол от бессилия. Девушке хотелось, чтобы всё происходящее оказалось жутким сном, который забудется, когда та проснётся и увидит перед собой Итами, разделяющую с ней одну кровать. *** — Вы, (Ф.) Итами (О.), признаёте свою вину и подтверждаете, что это Вы убили гражданина (Ф.) Чиджо (О.)? — уточнил следователь. — Всё верно, это я убила его, — безэмоционально произнесла девушка. — Могли бы Вы более подробно описать день убийства? — Всё началось с чудесного сна, который оборвало воспоминание о встрече с Чиджо. Честно говоря, я его терпеть не могла и общалась с ним только из-за компании. Все считали нас хорошими друзьями, а может, даже и возлюбленными, но на деле этот парень был довольно мерзким типом. Он раз за разом приставал ко мне на каждой прогулке, хоть и знал, что мне это не особо нравится, наверное. Этот мерзавец осквернял меня, где только мог. Мне приходилось терпеть его выходки, ведь у Чиджо богатенькие родители и хорошие связи. Мало ли, что могло со мной произойти, не подчинись я ему. Да и с компанией я не хотела портить общение из-за этого подонка. Вы хотя бы знаете, каково это, когда ты вынуждена терпеть эти мерзкие прикосновения на себе? А эти его «нежные» обнимашки и поглаживания по спине выворачивали меня из себя, вот, даже сейчас. Это ещё хорошо, что я смогла так долго продержаться и не отрубить ему руки ранее. Вообще, я не жестокий человек, да и с терпением у меня порядок. Вы же сами знаете, что руки я ему не отрубала, хах. Так вот, даже наша последняя прогулка в дождливый денёк не исключение. Он вёл себя так же по-свински, совершенно не думая о моих чувствах, ведь у него всё решают деньги и связи. Каждое его прикосновение стоило мне моей же чести… Но почему именно я? Наверное, это довольно глупый вопрос, ведь у него было множество таких же девушек, которые страдали из-за его статуса. Я день за днём обдумывала многое о мерзавце и о тех бедняжках, которым приходилось мучаться из-за него. Честно говоря, мне вообще не жалко, что он умер, я даже рада, что мир хотя бы немного стал чище без него. Такой хлам не заслуживает жизни и уж тем более той, которая у него была. — Но он всё такой же человек. Разве не все люди заслуживают жить? Пожалуйста, расскажите более конкретно об убийстве, — с серьёзным видом продолжал свой допрос следователь. — Вы ошибаетесь, уважаемый следователь, он вовсе не был человеком. Чиджо был настоящей распутной свиньёй в человечьем обличии. Такие люди не заслуживают право жить. Что ж, по окончании дождя я и Чиджо пошли в сторону дома через лес, где обычно не бывают люди из-за пугающих слухов о нём. К тому же, уже вечерело, никому не захотелось бы гулять в таком жутком месте в это время. Этот мерзавец складывал рассказы о том, какой он крутой и о том, что я могу ничего не бояться рядом с ним. Однако это ещё полбеды, ведь вишенкой на торте являлись его отвратительные прикосновения ко мне. Даже на это я старалась закрывать глаза ровно до тех пор, пока тот не полез ко мне под одежду. Если быть честной, я не была уверена, что смогу совершить убийство ровно до этого момента и колебалась. Но тут я уже не выдержала и на замену доброй и милой Итами пришла вторая личность, которая не знала жалости и милосердия. Тело двигалось само. Перед прогулкой я забежала в магазин и купила раскладной ножичек в целях самообороны, тем самым мне хотелось себя слегка успокоить. И вот, он мне наконец пригодился. Я подставила Чиджо подножку, чтобы тот повалился и не смог мне временно противостоять. Моя рука сама потянулась к карману, откуда она вытащила ножик и тут же провела по сухожилиям на ногах этой свиньи, чтобы окончательно её обездвижить. Вы бы знали как он визжал. Слышали когда-нибудь, какие звуки издаёт резанная свинья? Вот, это было примерно похоже. Он наконец мог почувствовать, что такое боль. Ему всё равно не пришлось бы испытать душевные страдания, потому что Чиджо никогда и ни о ком не думал. Зато благодаря мне он прочувствовал на себе физическую боль, которую можно было сравнить с моей моральной и то наполовину, не более. Его потуги были такими жалкими, он так кричал и хотел сбежать, что мне пришлось отрезать ему язык, из-за которого свинья могла бы привлечь внимание к нам. На самом деле, он не был шибко сильным или же целеустремлённым, поэтому был практически сразу ослаблен после нанесения первых увечий, а вскоре и вовсе потерял сознание. Но я надеюсь, что его смерть была долгой и мучительной. По всей видимости, он задохнулся от своей же крови и умер нечеловеческой смертью, которой и должен был. В общем, после этого я оставила его погибать в одиночестве в этом мрачном лесу. Надеюсь, что он успел хотя бы подумать над своими поступками. — Вы уверены, что убили его именно там? Может, позже Вы перенесли его в другое место и добили? — чуть приподняв свои полуседые брови, спросил следователь. — Вы серьезно думаете, что я не помню, где убила человека? — усмехаясь задала риторический вопрос Итами. Но тут допрос прервал голос сотрудника, вошедшего с просьбой к следователю. Тот незамедлительно покинул комнату допроса. *** У входа в полицейский участок стояла Киоки, держащая что-то в своих бледных руках. Кажется, это был какой-то блокнот и ещё что-то блестящее. Издалека это «что-то» было похоже на непонятную золотую массу, зачем-то убранную в целлофан. Молодая особа выглядела взволнованной и вымотанной, она явно спешила. — Эта девушка утверждает, что убийство совершила не гражданка (Ф.) Итами (О.), а она, — произнёс один из работников полиции. — Вот оно что, пусть уходит и не тревожит по пустякам, у меня ведётся важный допрос. — Но, товарищ следователь, гражданка (Ф.) Киоки (О.) сказала, что у неё есть доказательства и неопровержимые улики, ведущие на её причастность. — Если всё действительно так, как Вы говорите, тогда я её выслушаю, но это будет на Вашей ответственности. Следователь подошёл к Киоки, после чего пригласил её в комнату допроса. Она послушно пошла за мужчиной, раздирая заусенцы на пальцах свободной рукой. — Я слышал о том, что у Вас есть доказательства Вашей виновности, — начал мужчина. — Всё верно, я расскажу всё в подробностях и предоставлю улики. Думаю, что стоит начать с главного доказательства — ожерелья. Я сняла его с шеи убитого как сувенир с места преступления на память. Уверена, что с него можно взять застывшую кровь, которая осталась после убийства. Она принадлежит Чиджо. А также есть дневник, в котором записано всё от начала и до конца в подробностях. Вот, можете ознакомиться с ним и провести расследование по нему. Девушка передала золотое ожерелье и дневник следователю, после чего потянулась в карман. Из него она достала целлофан, в котором лежало какое-то тряпочное изделие. — К слову, эта вещь в очередной раз доказывает мою виновность, но о ней я расскажу уже на настоящем допросе. — Это всё хорошо, конечно, но скажите мне честно, зачем Вам это? Зачем признаваться в содеянном, если не было ни единой зацепки, чтобы подумать на Вас. Не считаете ли Вы это довольно странным? — задавался вопросом следователь. — Знаете, когда забрали Итами, я подумала о многом и поняла, что не смогу нести эту ношу и заслуживаю наказания. Из-за меня не должен страдать невинный человек. Итами взяла всю вину на себя, потому что я её заставила. Я угрожала ей! Это всё я! Я убила Чиджо! — начала громко заявлять Киоки, захлёбываясь в своих слезах. — Я Вас понял, пройдёмся в допросную. Девушка и следователь зашли в небольшую комнату. Молодая особа, недавно заявившая о своей виновности, усердно протирала глаза руками, пытаясь успокоиться. — Получается, что Вы, (Ф.) Киоки (О.), заявляете о том, что (Ф.) Итами (О.) обвинена ошибочно и это Вы убили гражданина (Ф.) Чиджо (О.)? Всё верно? — Да, Вы всё правильно поняли. — Пожалуйста, расскажите подробней о дне убийства, — всё так же сухо он продолжал допрос. — На самом деле, я давно держала злобу на Чиджо, потому что он часто приставал к Итами, а я, често говоря, являюсь самой настоящей собственницей. Чтобы Вы понимали, я влюблена в Итами с первого дня нашего общения, и мне было мерзко раз за разом видеть как он тянет к ней свои грязные ручище. Но в один из дней я увидела, что он полез к моей возлюбленной под одежду. Представляете, каково мне было? На самом деле, я вела дневник, в котором теперь подробно расписан день убийства этого подонка. Я как раз передала Вам свои записи. Пожалуйста, ознакомьтесь с ними. Так вот, когда Итами и Чиджо наконец пошли в разные стороны, я начала действовать и тут же побежала в сторону парня, после чего повалила его на землю, чтобы упростить себе его убийство. Мне было бы невыгодно, используй он ноги для побега или же для самообороны, поэтому в те же минуты я достала ножик и провела по его сухожилиям на ногах. Он кричал, причём довольно громко, как свинья. Это дико бесило и мешало, поэтому мне пришлось отрезать ему язык, ведь было бы плохо, если бы кто-то сбежался на его крик, в особенности Итами. Но это лишь подготовка к полноценной мести, потому что самое интересное его ожидало впереди. Как только я потянулась к парню, то услышала шаги позади себя. У меня довольно хорошая реакция, поэтому я мигом повернулась в сторону, от которой издавался шуршащий звук. Там была та, кого я больше всего не хотела видеть в это время. В её руке был канцелярский нож, вот только, как она планировала меня им обезвредить? Вот глупышка. Но меня сильно огорчал тот факт, что она всё видела, поэтому пришлось действовать. К радости, я тот самый человек, который продумывает всё до мельчайших деталей. Именно для подобного случая я взяла с собой тряпочку с хлороформом, которая, оказывается, мне пригодилась. Наша «борьба» длилась недолго, потому что мне удалось усыпить Итами с помощью данного химиката, но напоследок она оставила нехилую царапину на моей руке. Вот, поглядите. Когда девушка потеряла сознание, я закончила избавление от тела Чиджо. Но для того, чтобы его было проще спрятать, мне пришлось четвертовать парня, после чего поехать в одно довольно укромное место, как мне тогда казалось, и закопать его тело там по частям. Когда я вернулась домой, Итами уже очнулась. К сожалению, она видела содеянное мной, поэтому оставалось лишь два варианта: либо убить её, либо оставить в живых, но при одном условии. Как я упоминала ранее, Итами была моей возлюбленной, но чувство страха перебороло меня, потому что, как бы мне не хотелось, чтобы она была на моей стороне, такого просто быть не могло, ведь этот лучик света слишком добр для столь прогнившего мира. Убивать, разумеется, я её не стала. Но вот так всё оставлять было нельзя, поэтому я начала угрожать тем, что нанесу вред её отцу, если та не будет слушаться меня. Чтобы Вы понимали, у Итами больше нет родственников, что заставляло ещё больше дорожить своим папой. В общем, она была сильно напугана и послушала меня. Как я говорила ранее, меня замучила совесть, ведь моя любимая в опасности из-за меня. Я не могла так подло поступить с Итами, поэтому пришла сюда со всеми доказательствами на руках. — Я сразу подумал о том, что история (Ф.) Итами (О.) какая-то неполная и не совсем достоверная, ведь она утверждала, что оставила труп в лесу, а также, что господин (Ф.) Чиджо (О.) вскоре задохнулся от собственной крови. Но вскрытие показало совсем иную причину. (Ф.) Итами (О.) рассказала лишь о том, что видела сама, так получается? — Всё верно, потому что я так и не рассказала ей о том, что было дальше. В этом была моя ошибка, но именно она привела к скорейшему доказательству моей виновности. Следователь отлучился куда-то ненадолго после прошедшего опроса, оставив Киоки одну в комнате. «Прости, что я переписала фрагменты из твоих записей к себе в дневник, но без этого мне не удалось бы выставить тебя невиновной. Я же говорила, что ты можешь положиться на меня, Итами, я сдержала своё обещание. Ты достойна лучшей жизни и не заслуживаешь гнить в тюрьме за то, что по праву не должно являться преступлением, ты всё сделала правильно. Прощай, мой лучик света», — последнее, о чём успела подумать девушка перед приходом работника силовых структур. По итогу Итами отпустили и признали невиновной, а Киоки посадили в тюрьму на N лет за совершение умышленного убийства.