Девушка из бумаги и огня 2: Девушки Бури и Тьмы

Тёмные воды вместо глаз Кетай Ханно блестят, когда мы идем по длинным лабиринтам храма, и наши шаги эхом отдаются от выгрированых из камня стен. Его рука слегка держит меня за плечо. Его уголки губ приподняты, когда он смотрит на меня поверх своего тонкого выбеленого носа, наблюдая за мной понимающим проницательным взглядом человека, способным видеть сквозь твою кожу и плоть, добираться до самой темной сердцевины тебя, где скрываются твои самые потаённые секреты и желания. — Мы с моим праворуким только что прибыли, — говорит он мне. — На улице хуже чем обычно, не так ли? В этом году снег выпал раньше и бурно. Нам повезло, что мы успели до того, как опустилось солнце. Вы пробыли там несколько часов на жутком холоде, должно быть, замерзли. Давайте разогреем и накормим вас. Я привёз из своего дворца множество заморских угощений. Ты любишь соленую рыбу, Лей? В Анг-Кхене мы подаем ее со свежим медом для пропитки. Милостивые боги, это так нежно, что у тебя на глаза навернутся слезы. С легкостью изменяя разговор, он на манер высшего света всё время держал полуулыбку. Я уклончиво снисхожу до кивка, прислушиваясь к шепоту Май и брата с сестрой позади нас — Майна, которая оттолкнула меня, как только осознала, что приближается ее отец. Я предполагала, что она рассказала ему о нас, когда вернулась к своей семье перед Лунным балом. Очевидно, нет. Более того, она похоже не горит желанием поведать свою тайну ему. У меня скручивает живот от напряжения. Надеюсь, это всего лишь от встречи с её отцом, а не из-за того, что я почувствовала между нами в тот момент. — Скажи мне, Лей, — спрашивает Кетай Ханно, в очередной раз меняя тему, — как поживают твои раны полученные в ночь Лунного бала? Хиро с Целителями хорошо справляются с заживлением, не так ли? Надеюсь, ты отходишь от пережитого ужаса. — У меня все прекрасно, лорд Ханно. — Затем я нетерпеливо настаиваю: — Буду благодарна вам за новости о моём отце и Тьене. Майна обещала мне, что ваш клан присмотрит за ними. — Не волнуйся, Лей. — Он сжимает мои плечи, тепло улыбаясь. — С ними обоими все в порядке. Мы присматриваем за ними в моем дворце в Анг-Кхене. Я давно хотела услышать эту волнительную новость. Моё тело охватывает усталость, слезы наворачиваются на глаза. — Благодарна, — выдыхаю я. — Для меня это много значит. Кетай встряхивает головой, чтобы убрать длинные пряди волос, мешающие ему видеть. Он слегка коснулся рукой моей щеки. — Знаешь, я вижу в тебе твоего отца. Вижу его спокойствие, такой же настороженный взгляд. А твоя очаровательная тетушка-рысь! Она игривая и дерзкая, не так ли? Половина моего кухонного персонала уже разбежалась. Наши изыски не произвели на нее особого впечатления, поэтому я позволил ей немного похозяйничать там. Я счастливо всхлипнула: «Так на неё похоже». — Их двоих круглосуточно охраняют одни из моих лучших охранников, — продолжает Глава Клана. — И хотя я надеюсь вскоре воссоединить вас троих, боюсь, что это может занять некоторое время. Сначала нам нужна надежная стратегия. Я надеюсь на вашу поддержку. Прежде чем я успеваю задать еще один вопрос, мы сворачиваем за угол и попадаем в большой холл, который мы использовали как жилое помещение с момента приезда. В дальнем конце комнаты открывается завораживающий вид на замерзшее озеро, оно переливается от полуденного солнца. Костер у которого мы обедали, все еще горит, и у его пламени сидят Меррин и Хиро, а также еще один высокий "бумажный" человек, которого я никогда не видела. Кетай направляет меня к грозному на вид мужчине, который поднимается на ноги. — Лей, познакомься с мастером Каном. Или Шифу Кан, если желаете. Я так понимаю, Майна рассказывала тебе о нем? Шерстяной плащ этого человека серо-голубого цвета настолько же прост и поношен, насколько хорош плащ Кетая. Он на несколько лет моложе Кетая Ханно, но сложен как бык, черты его тела и лица сильные и шероховатые, как обветренный камень. Под одеждой проступают груда мускулов. Его длинные выгоревшие волосы собраны сзади в конский хвост. Заплетенная в косу борода с белыми прядями спускалась ему на широкую грудь. Я поклонилась: — Шифу Кан. Он перебрасывает плащ через плечо и кланяется в ответ. — Для меня большая честь познакомиться с тобой, Лей. - Его голос звучит ровно, глубоко и чисто, как вода под замерзшей поверхностью озера. - То, что ты сделала на Лунном балу, было поистине впечатляющим. Ты действительно не проходила формального обучения боевым искусствам? — Мне... очень помогли. — У меня внутри все сжимается, когда я вспоминаю красивое лицо Зелле и противный звук, похожий на щелчок хлыста, когда она ломает шею. Сглотнув, я добавляю: — И я практиковалась до всего произошедшего. Шифу Кан бросает взгляд на Майну, стоящую в стороне, его взгляд полон нежности. — Тот кто показал тебе путь, должно быть, был отличным воином. — Соглашусь. Его улыбка становится шире: — Тогда учитель этого воина сделал всё правильно. Кетай провел меня ближе к «столу». — Присаживайся к огню, Лей. Меррин, поставь кипятиться еще один чайник чая. Время насладиться яствами. Вокруг костра царит шум и оживление. Хиро сидит, скрестив ноги, рядом с Шифу Каном, и кажется, что им обоим комфортно в присутствии друг друга. Майна рассказала мне, что несколько лет назад, Кетай Ханно спас Хиро от нападения на его клан, и с тех пор юноша служит Ханно. Кроме этого, я до сих пор мало что знаю о юном шамане. Большую часть времени он держится особняком, его серые глаза почти всегда устремлены в пол, и на протяжении всех сеансов, когда он обрабатывал мои травмы, он произносил только те слова, которые были необходимы для создания магии. Мне больше знакома его блестящая лысина на макушке, чем его лицо. Устраиваясь рядом с ними, я снимаю пальто и завязываю мокрые волосы лентой, которую сделала из обрывка золотого платка, который был на мне в ту ночь, когда мы сбежали из дворца. Майна приносит мне одеяло. Она улыбается, набрасывая его мне на плечи. Когда она садится рядом со мной, расстояние между нами становится заметно больше, чем обычно. Она украдкой бросает взгляд на отца, но тот уже увлечен разговором с Ниттой. По ту сторону костра Бо закатывает подол брюк, и опершись на локти, поднимает босую ногу к огню. — Ах, - вздыхает он. — как же хорошо. Рядом с ним сидел Меррин Демон в облике совы, почти вдвое крупнее Бо. Хотя мы жили в тесном соседстве с тех пор, как он помог нам с Майной сбежать в ту ночь из дворца накануне Нового года, я еще не совсем привыкла к его внешности. Из всех демонов птицеобразные — самые неординарные, с их длинными гуманоидными руками, покрытыми перьями, когтистыми пальцами и широкими ступнями, а также острыми клювастыми челюстями. Хотя Меррин и не такой устрашающий, как орлиный облик моей дворцовой хранительницы госпожи Химуры, он самый крупный демон-птица, которого я когда-либо видела, он выше всех и владеет крепким телом. Бледно-голубая ханьфу, которую он тщательно разглаживает, оттеняет серовато-белый цвет его перьев, в точности повторяющий цвет облачного зимнего неба. Бо шевелит покрытыми шерстью пальцами на ноге. — Тебе это нравится, «пернатый». Было бы очень кстати немного помассировать мои лапы, а? Я несколько часов бродил по снегу, готовя тебе ужин. Это самое малое, что ты мог сделать. — Ох правда? Я надеялся, что ты сделаешь тоже самое для меня, «котёнок». — парирует Меррин, хмыкнув, он отвернулся чтобы разлить чай. Сдерживаясь от кашля, я протягиваю пальцы к огню, радуясь первому ощущению тепла после многочасовой борьбы с метелью. Тепло разливается по моим венам при мысли о том, что Кетай сказал мне ранее: — «Отец и Тьена в безопасности». Словно прочитав мои мысли, Майна наклоняется ко мне. — Мой отец всё рассказал тебе...? Я киваю, не в силах сдержать улыбку. — Тьена, по-видимому, уже перевернула всю кухню вверх дном. Они пожалеют, что вообще спасли ее. — Нет, они этого не сделают. Все так благодарны тебе, Лей. Они будут относиться ко всем, кто связан с Лунно-избранной, как к членам королевской семьи. Я чувствую приступ отвращения. Мои губы кривятся. — Жалкая наложница убившая короля. Ее лицо вытянулось. — Я не имела в виду... — Я знаю. Мне жаль. — Я выдыхаю. — В любом случае, я надеюсь, что ни Тьена, ни отец ни имели наложниц пока я росла. Майна улыбается мне. Но в её глазах я вижу застывшую тревогу, она хочет чего-то спросить, но я отворачиваюсь, наблюдая, как Меррин разносит по кругу дымящиеся кружки чая с медом. Кетай хлопает в ладоши, и разговоры вокруг немедленно стихают. Лорд клана выглядит внушительно благодаря своей элегантной одежде и прямой осанке. — Позвольте мне начать с того, что я рад, что наконец-то все собрались вместе. После всех этих месяцев планирования, — он бросает взгляд на Майну и Кана, — для некоторых из нас даже лет, мне доставляет огромное удовольствие наконец-то выступить перед вами. Для меня действительно большая честь находиться в присутствии каждого из вас, — он проводит рукой по своей копне черных как смоль волос. Его голос, громкий и ясный, разносится по похожему на пещеру помещению, и кажется даже утихомиривает снежную бурю снаружи, которая уже разошлась за карнизами храма, обдувая нас ледяными порывами ветра. — Без сомнения, у вас много вопросов, — продолжает Кетай. — О, всего несколько, — бормочет Нитта. — И ты сможешь задать их мне позже. А пока вот самое необходимое, — Он замолкает, и его сверкающие глаза останавливаются на мне, — Король мертв. Бо ахнув, вскакивает. — Подожди, что?! Нитта и Меррин дружно отпускают смешок. Я невольно приподнимаю уголки рта. Кетай бросает на Бо испепеляющий взгляд, от которого тот сел обратно. — Королевский двор сейчас в смятение и уязвим. — продолжает Кетай. — По словам наших шпионов в Тайном дворце, они еще не приняли решение, что им делать дальше. Без наследника, который мог бы претендовать на трон, они остались без правителя. Такая ситуация беспрецедентна. Некоторые советники поддерживают идею взять молодого Демона-Быка из какой-нибудь отдаленной лунной семьи, чтобы он выдавал себя за отпрыска короля... Нитта потрясенно издаёт шипение. Я чувствую, как напрягается Майна. Кетай разводит руками. — К счастью, однако, большинство членов суда выступают против этого. Образовался раскол между теми, кто считает, что они должны объявить о смерти Короля, опять же, событие очень редкое, учитывая указ первого Короля-Быка о том, что рождение и смерть всех последующих королевских особ остаётся в тайне, и приближенные короля до смерти не должны разглашать её. Высший суд утверждает, что объявить о смерти короля, когда бушует великая болезнь, а активность мятежников растет, равносильна тому, чтобы спровоцировать бунт внутри дворца. Как мы сами прекрасно знаем, в Ихаре есть много кланов, которые были бы не прочь воспользоваться такой возможностью, чтобы претендовать на трон. Он делает паузу, его пронзительный взгляд медленно скользит по собравшимся. — Это проблема для нас. Наш первоначальный план состоял в том, чтобы Майна тихо убила короля, таким образом сохранив наше участие в этом, в тайне, и позволив Кензо возглавить нашу революцию изнутри. Но после событий на Лунном балу, двор узнал, что мы замышляли заговор против короля. Наши союзники и я были изгнаны из Тайного дворца, за государственную измену наши с вами головы стоят дорого, а любой, кто поддержит нас, будет приговорен к такому же наказанию. В комнате воцаряется тишина. Единственными звуками являются потрескивание огня и тихая песня ветра. — Судьба дворца находится в хрупком положении, — резюмирует Кетай, — либо он будет открыт для атак, как только остальная часть Ихары узнает о смерти короля, либо королевская династия будет продолжена под ложным именем, что нанесет ущерб всему, над чем мы трудились. — Кто будет править вместо него? — Спрашивает Меррин с беспокойством в хриплом голосе. Ветер треплет кончики его перьев, когда он пристально наблюдает за Главой Клана, аккуратно сложив когтистые руки на коленях. Губы Кетая мрачно сжаты. — Похоже, король оставил инструкции о том, кто будет править в его отсутствие. Он выбрал генерала Нага. Демон-лис - один из его личных охранников и ближайших приближенных. При упоминании имени Нага у меня екает сердце. Я обмениваюсь мрачным взглядом с Май. Я знаю, что она вспоминает ту же сцену, что и я: белая лисица, ее заостренные волчьи челюсти порозовели от слюны и крови, безжалостная в своей ярости, нападающая сначала на Зелле, потом на меня, потом на Майну, потом... — А как же Кендзо? — Выпаливаю я. — Мы знаем, жив ли он? — Жив ли? — Спокойно отвечает Кетай. — Он был серьезно ранен после Лунного бала. Но да, наш Волк жив. Мои шпионы сообщили мне, что его держат в тюрьме на Лунном озере, куда суд отправляет всех своих политических заключенных. Я делаю глубокий выдох и с облегчением откидываюсь на спинку стула. — Я же говорила тебе, что он не сможет победить её, — шепчет Майна. Она касается пальцами моей руки, всего на мгновение, и я отвечаю неуверенной улыбкой, слезы застилают глаза. — Я повстречал с лису однажды. Все мы заметно вздрагиваем при звуке мягкого голоса Хиро. Он смотрит в сторону, на озеро. Свет костра скользит по гладкому изгибу его головы. — Когда королевская армия пришла за моим кланом шаманов, — приглушенно продолжает он, — она возглавляла набег. Она радовалась, жестоко убивая тех, кто сопротивлялся. Лицо Кетай мрачнеет. — То, что трон занят генералом Наг, безусловно, несчастье для нас. Она является одним из самых агрессивных противников бумажных демонов в суде, и полностью привержена продолжению практики угнетения, унаследованной от Короля Демонов. Мы можем быть уверены, что под ее руководством суд не примет решений, которые будут благоприятными для нас. Особенно сейчас. — Его губы сжимаются, и он на мгновение замолкает, прежде чем продолжить, теперь в его голосе звучат жесткие нотки. — Моя последняя новость носит личный характер. Как вы все знаете, за день до Нового года моя жена — приемная мать Майны — была убита. Я перевожу взгляд на Май. Она наблюдает за своим отцом, ее губы сжаты в тонкую линию, взгляд тяжелый и немигающий. Я придвигаюсь чуть ближе, прижимаясь к ней бедром. Майна отказывается обсуждать со мной смерть своей матери. Так же, как и я, она хранила многое из того, что произошло во дворце, где-то внутри себя, слишком глубоко, чтобы я могла до этого дотянуться. В моей груди зарождается печаль. Раньше мы могли говорить обо всем. Раньше казалось, что единственное, что стоит между нашим счастьем, — это король и сам дворец. Что, как только мы уйдем, мы будем свободны. — В ту ночь меня не было в нашей спальне, - продолжает Кетай в тишине. — Возможно, если бы я там был, все сложилось бы по-другому. Вместо этого я заснул ранним утром в одной из комнат совета, проведя всю ночь обсуждение наших планов и строя обходы на следующий день. Он бросает взгляд на Шифу Кана. — Ты помнишь, как это было, мой друг. Хотя мы знали, что множество вещей могут пойти не так, как надо, мы почему-то были уверены, что всё предугаданое получится. Что все наши планы и преданность делу, которые мы строили последние годы — последние десятилетия — вот-вот окупятся. В то утро я впервые за несколько недель крепко спал, опьяненный уверенностью и предвкушением. Я был так полон этим, - глухо произносит он. Его кадык нервно дергается, когда он сглатывает. — Мои охранники разбудили меня за несколько минут до наступления солнца. Служанки моей жены отправились за ней, чтобы помочь принять утреннюю ванну. Они нашли ее лежащей в постели, казалось бы, целой и невредимой, если не считать того, что ее кровь была холодной, а сердце безжизненно билось в ребрах. Единственным признаком того, что на нее напали, была черная метка на груди. Символ Короля Демонов. Майна опускает глаза на свои колени. Бо тяжело вздыхает, обмениваясь мрачным взглядом со своей сестрой. — Кетай, — медленно произносит Меррин, — почему вы не рассказывали об этом. — Мне нужно было сначала убедиться, что это правда. Я поручил своим самым надежным магам и духовным целителям осмотреть тело Бхали. Процесс занял больше времени, чем я думал, поскольку мы должны были соблюдать осторожность. А использованная магия была настолько утонченной и мощной, что не походила ни на что, с чем мы сталкивались раньше. Вот почему я задержался с приездом сюда. Приношу свои извинения за то, что не прислал весточку. Я не мог рисковать. — Значит, это был Король, — бормочу я. К горлу подкатывает ком и становится гадко. — Похоже на то. Но мы не можем быть уверены. Нападение также могло быть совершено кем-то, кто пытался заставить нас поверить, что это был он. Кто-то, кто знал о наших планах и хотел, чтобы Майна никогда не покинула дворца. Внимание собравшихся приковано к нему, все мы понимаем значение его слов. — Хотели предотвратить покушение, — предполагает Кетай. - Возможно, они надеялись, что метка напугает нас, заставит пересмотреть наши планы против короля. Или, возможно, они хотели заставить нас объявить ему войну. Они хотели поднять шумиху вокруг этой борьбы. Если это действительно так, то это означает, что кто-то помимо двора плетет заговор против нас. Остальные беспокойно переминаются с ноги на ногу. — Как очаровательно, — бормочет Меррин. — Больше врагов. Как раз то, что нам не хватало. Я отворачиваю лицо, глубоко вдыхая свежий зимний воздух, дующий снаружи. Покрытое льдом озеро блестит под лучами зимнего солнца. С карнизов храма размеренно капает талая вода, и это тиканье совпадает с быстрым стуком моего сердца. Потому что есть еще кое-что, о чем я никому не рассказала в ту последнюю ночь во дворце. Еще одно воспоминание, которое я подавляла, выкованное из крови, агонии и отчаянного дыхания. — Ты можешь убить меня, — шиплю я, выдавливая каждое слово из его крепкой хватки, — но это их не остановит. Они идут за тобой. Это мимолетное чувство, но я вижу, как оно вспыхивает в его глазах — страх. И теперь я понимаю, что это не новая эмоция для него. Он просто скрывал ее. Все, что было нужно, — это как-то вызвать ее, погрузить его разум в панику. Он замирает. — Ты знаешь. — тяжело дышит, его голос переходит в рык. — Кто? Скажи мне! Скажи мне, кто посмел замышлять заговор против меня! Кровь стекает по моему лбу. Я моргаю, чтобы отогнать ее. — Ты можешь продолжить всю эту браваду и убить меня. Я никогда тебе не скажу. Он был в замешательстве. Если только он не притворялся, Король не знал, что Ханно собирался его предать, а это значит, что маловероятно, что он приказал убить жену Кетая. Кетай прав. Кто-то, кроме Короля, замышляет что-то против нас. Поворачиваясь обратно ко всем, я готовлюсь сказать Главе Клана об этом. Но когда наши взгляды встречаются, слова исчезают, прячутся глубоко в моей груди, у меня каменеет горло и я застываю. Кетай смотрит на меня еще несколько долгих мгновений, и что-то непонятное мелькает за его угольно-черными глазами. Затем он прерывает этот напряжённый момент, медленно поворачивается и смотрит на каждого из нас по очереди. — Вот где мы сейчас находимся. За мою голову назначена награда. Королевский двор, хоть и разбит, все еще держится. Судя по новостям, которые мои шпионы приносили мне из дворца, у нас есть около двух месяцев, самое большее, три, пока все не уляжется. Но что бы ни решил суд, мы можем быть уверены, что он будет не в нашу пользу. — Он широко разводит руки, сжимая пальцы в кулаки. — Поэтому мы должны начать действовать немедленно. Мы должны нанести удар первыми, пока они не скоординированы. Поскольку мы не можем избежать войны, мы собираемся устроить ее для них. И вы, каждый из вас, являются ключом к тому, чтобы убедиться, что мы выиграем эту войну. У меня мурашки бегут по коже. Я плотнее закутываюсь в меховое одеяло, укутывающее мои плечи, отводя взгляд от пристального взгляда Кетая. Бо поднимает руку: —Эм, несколько вопросов, лорд К. — Сколько раз я просил тебя не звать меня так? — Кетай вздыхает. — Я могу понять почему я здесь, - продолжает Бо, - благодаря моим невероятным боевым навыкам и выдающемуся интеллекту. — Меррин едва сдерживает смех. — И я полагаю, Нитта тоже бесподобна в боевых искусствах. - Спасибо, братец, — закатывает глаза его сестра. — А как же все остальные? Без обид, но это довольно странная смесь «демонов и людей». Кетай сгибает руку над «столом» и все замолкают . — Если мы хотим собрать достаточно сильную армию, чтобы окончательно вернуть контроль над Ихарой, нам нужно заключить союзы с могущественными кланами в стратегически важных местах — и как можно скорее. Прежде, чем двор сможет привлечь их на свою сторону. Мы с Каном планировали это на случай провала нашего первоначального плана, и именно поэтому мы смогли так быстро сообщить вам обо всем после смерти моей жены. Вы должны пересечь Ихару, добраться до Шому, Китори и Яны, чтобы заключить союз с Белым Крылом, Чо, и конечно же, с могущественными кланами Амала. — Похоже, именно поэтому вы двое прибыли сюда, — говорит Меррин, наклоняясь к Бо, видя блеск его оранжевых глаз. — Чтобы привести нас в тайный лагерь твоего старого клана, а не из-за твоего… как ты это сформулировал? «Невероятные боевые навыки и превосходный интеллект»! — Он хрипло смеется над оскорбленным видом Бо. Кетай прерывает их: — Ну же, Меррин. Я знаю, что у вас, птицекрылых и кошачьих, непростая история поколения. — Вздор века, — бормочет Нитта. — Но для того, чтобы миссия прошла гладко, вы должны действовать как единый организм. Должны всегда присматривать и защищать друг друга. Все вы. - Кетай пристально смотрит на Бо, Нитту и Меррина. — Вам ведь не составит труда? — Да, Кетай, — угрюмо произносит Нитта, в то время как Бо и Меррин коротко кивают. — Путешествие будет нелегким, — продолжает Кетай, — поэтому Майна и Хиро здесь, чтобы обеспечить вам любую магическую защиту, которая может понадобиться. Кан будет исполнять обязанности лидера в мое отсутствие. Меррин — наш штурман и наблюдатель с неба. И, конечно, у нас есть наш талисман на удачу, хотя она — нечто гораздо большее. — Его мерцающий взгляд останавливается на мне. — Как избранная Луной, Лей, ты будешь пользоваться благосклонностью некоторых кланов. Я не сомневаюсь, что по крайней мере, на одном из переговоров речь пойдет о вашем союзе с нами. У меня внутри всё сжимается. — Я не подведу вас господин. — Я не сомневаюсь, что ты более чем способна справиться с этой задачей, — тепло отвечает он. — Завтра мы обсудим детали пути, чтобы ты была готова отправиться в нелегкую дорогу на следующее утро. Но сегодня вечером... — Кетай снова улыбается, луч света прорезает мрачную тьму храма. — Сегодня вечером мы празднуем! Наше королевство стоит на пороге перемен, и мы те, кто позаботится о том, чтобы все изменилось к лучшему. Он вскидывает руки:— За новую эру мира и единства! «—За новую эру мира и единства!» Хотя я желаю того же, что и все остальные, слова слетают с моих губ немыми, и я не могу не вспомнить о другом правителе, который однажды произнес подобное, незадолго до того, как я вогнала нож ему в горло.