Время упадка

На записях видеокамер было видно, что Айю Хитоми подкараулил у лестницы неизвестный в чёрном костюме и маске-балаклаве. Он обхватил её со спины и прижал к носу платок, после чего девочка потеряла сознание. Очевидно, что тряпка была пропитана снотворным. После этого, вонзил в сердце девушки нож. Пабло остановил запись и закурил папиросу. Судя по комплекции, мужчина был взрослым, не из учеников, даже старших. Ну и одет он не в дурацкий балахон, а удобную для передвижения и совершения прочих действий, одежду. Убийца был в перчатках, так что по отпечаткам определить его невозможно. Но ясно другое – убийца знал, что Айя пройдёт мимо именно в этот момент. По словам Мариссы, переданными из уст Мигеля: девочка играла в музыкальной группе, но в тот вечер опаздывала. То есть, убийца каким-то образом, узнал даже то, что Айя припозднится. Надо бы ещё допросить Мигеля. - Надо было допросить его ещё тогда. – прозвучал за спиной ещё один голос призрака. - Не знаю, почему я это не сделал, - пожал плечами Пабло – Может хотел побыстрее оказаться подальше от колледжа и от Мариссы. Кстати, привет Франко. Франко Коллучи сел на кровать и посмотрел на Пабло. Своего убийцу. - Не смотри на меня таким жалобным взглядом, - произнёс Пабло – Ты умер от инфаркта. - Потому что ты подстрелил мою дочь. - Но я же не убил её. - А я и не говорил, что убил. Пабло кивнул. Народные бунты – всегда, если не бессмысленны, то уж точно беспощадны. Пабло нужно было добыть кое-какие документы с компроматом, которые хранились в закрытом сейфе поместья четы Коллучи. Само собой, сам Франко бы Пабло не пустил к себе, ордер на обыск добыть не удалось и «линчеватель Аргентины» придумал план: надёжный, б..дь, как швейцарские часы. Используя свои старые подвязки в левых экстремистских организациях, Пабло запросил знакомых из этих партий устроить пролетарский митинг у ворот поместья. Тем более, что повод был: из-за кризиса Франко также был вынужден закрывать свои заводы, магазины и фабрики, увольняя рабочих без выходного пособия. И вот, началось. Коммунисты стянули к воротам поместья Коллучи недовольных бывших работников. Но всё вышло из-под контроля. Толпа возжаждала расплаты и прорвала оцепление охраны. Даже соучастники Пабло из леваков не ожидали такого. Мужичьё вломилось во владения Франко и стала крушить. Его самого в поместье тогда не было, но бедная Мия была. Её отца бы просто убили, но бывшую однокурсницу ждала более ужасная участь – лишение чести. Пабло не мог её спасти и потому совершил то, что, как ему казалось, должен был – выстрел милосердия. Решив, что Мия умерла, рабочие не стали осквернять тело изнасилованием и принялись мародёрствовать, пока не прибыла полиция и не повязала бунтарей. К счастью, Пабло промахнулся. Пуля попала не в сердце, а прошла на вылет в нескольких миллиметрах левее и хирургам удалось спасти девушку. Но Франко, узнав, что дочь подстрелили и чуть не изнасиловали, пережил приступ. Точнее, НЕ пережил. Грустная ирония ситуации в том, что изначально, Пабло планировал такую провокацию с отвлечением внимания для того, чтобы спасти Франко. Обычно, в таких ситуациях, когда есть хотя бы малейшее подозрение сотрудничества бизнесмена с мафией, отряд Пабло брал в заложники этого предпринимателя и выпытывал нужную информацию. Боясь, что Франко таких методов допроса не выдержал, Пабло решил сделать такой «хитрый финт», а в итоге, всё равно обрёк Коллучи на смерть и чуть не убил его дочь. - Когда народный гнев выходит из-под контроля, то его не остановить, - мудро изрёк Франко – Надо было думать об этом, когда планировал свою гениальную провокацию, чтобы отвлечь охрану. Пабло стыдливо спрятал лицо в руки. - Ты повёл себя не как злодей, Пабло. А как тупой кретин, - подытожил Франко. Пабло не стал с этим спорить. - Привет, сестрица, - поприветствовала Мию Марисса и обняла. - Как Мигель? - Всё ещё обижен, что вовремя не приехала, но больше зол на отца. - Трудно его за это винить. Мия пожала плечами. - Мия, я понимаю, что тебе удобен такой Мануэль: творческая личность «ни от мира сего», который таким инфантильным поведением, минимизирует твою ревность, но Мигель в нём не видит отца. - Давай сейчас не будем об этом. Они прошли в гостиную и Мия налила им обоим коньяка. - Страшная ситуация, - покачала головой Мия – Я знаю эту девочку. Мигель приглашал её на день рождения. Не сказала бы, что мой сын рассматривал её в качестве любовного интереса, но он тепло к ней относился. - Не только он, - вставила Марисса – Айю Хитоми, действительно любили одноклассники. Они в трауре. - Что ж, надеюсь, что Калво поймает убийцу. - В том то и дело, что Калво доверил расследование одному полицейскому детективу, - уклончиво ответила Марисса. Мия насторожилась. - Странно. В таких ситуациях, твой муж доверяет только самому себе. Отдать расследование в руки другого, когда в самом элитном интернате страны, где учится крестник его жены… - Это Пабло. – наконец-то выдавила Марисса. Мия на секунду застыла, а потом произнесла: - Я убью его. - Кого? Пабло или… - Обоих. - Мне тоже это не нравится Мия, но Калво считает, что… - Он просто хочет умыть руки и не лезть на рожон, если убийцей окажется детёныш важной шишки, - догадалась Мия – Помнишь Мафию? Прижать Альсагу и других удалось только благодаря папаше Пабло и всё равно, эти ублюдки отделались лёгким испугом. Этим же всё и закончится, если расследованием займётся твой муж. Мия откинулась на кресле и ощупала область на груди, куда когда-то её подстрелил Пабло. - Мне это тоже не нравится, Мия. Но кроме Пабло никто не сможет по-настоящему привлечь преступника к ответственности. - Пабло сам преступник. - Это понятно. Но из этого психа уже давно сделали гаубицу против криминала, и не нам с тобой лишать его этого титула. - Мия, дорогая! К ним подошёл Мануэль. Он был одет в кухонный фартук на голове тело и озорными глазами посматривал на Мию. Марисса тяжело вздохнула. Да, можно было понять Мигеля, которому было тяжело воспринимать «Это» своим отцом. - Иди в спальню, дорогой. Я скоро буду. - сказала Мия. Очевидно, «скоро», в понимании Мии было очень длинным по времени. Когда Мануэль покинул их, то Мия и Марисса ещё долго распивали коньяк и разговаривали на разные темы. От политики, до своих юных будней. - Мне стыдно признаться, - вдруг заявила Марисса – Но когда тебя выписали из больницы, то я, где-то в душе даже злорадствовала. - Потому что я перестала сочувствовать Пабло и возненавидела его также, как ты? - Да, - со стыдом призналась Марисса и опустила голову – Прости. - Не вини себя. Я ведь тоже винила тебя в том, что стало с Пабло. Более того, считала, что за все его выкрутасы, ты несёшь не меньшую ответственность. Соня, Гвидо, ты и твой ребёнок… Тут Мия осеклась, поняв, что сболтнула лишнего. - Извини, это - наверное алкоголь. - Нет уж, говори, раз уж начала, - сказала Марисса – Ты винишь меня в том, что я, бедненького Паблитто довела до такого, бросив его. - Марисса, ты прекрасно знаешь, что ехать кукухой, Пабло начал задолго до вашего расставания и твоего увлечения его старшим братом. Когда самолёт с Морой, которую ты вызвала, после разоблачения Серхио, разбился. Слова Мии были подобны молнии, который ударили Мариссе в грудь. И не потому, что это была неожиданная новость. Она не забыла эти подноготные камни, но мысленно спрятала их. Ибо тогда окажется, что ей некого винить кроме себя. - Смерть Моры настолько ударила по рассудку Пабло, что уже во время каникул перед пятым курсом, стали заметны первые звоночки его заболевания. Пабло стал считать, что никого кроме тебя, сестрица, у него не осталось. Его любовь к тебе и страх тебя потерять, превращались в одержимость, а желание в будущем, построить с тобой семейное гнёздышко с кучей детишек, стало навязчивой идеей. - Достаточно! – сказала было Марисса, но Мию было не остановить: - Нет уж, сестрица. Ты сама просила. К тому же, этот разговор назревал много лет. Так что, слушай. Пабло стал учится, как одержимый, дабы получить стипендию и работать, чтобы поднакопить начального капитала на ваше общее будущее. А всё свободное время, он уделял тебе, даря максимум заботы и ласки. Мия посмотрела на Мариссу, и та увидела в её глаза осуждение. - Тебе ведь поначалу всё нравилось, так как под гиперопекой Пабло ты чувствовала себя, едва ли не принцессой. Но потом, в Аргентину прилетел Фелиппе, и ты к Пабло охладела. - Всё не так! – Марисса в гневе вскочила – Я рассталась с Пабло не из-за Фелиппе! - Тогда почему? Только не говори, что поверила в измену. Пабло считал тебя богиней, он бы не стал тебя предавать, хотя бы из-за своей одержимости. - А ты сама не понимаешь?! Да, поначалу его забота мне нравилась. Я была счастлива, что Пабло так меня обожает, что готов на задних лапках с высунутым языком стоять. Вот только со временем… меня это начало отталкивать. Ибо я влюбилась в мужчину в теле мальчика… вернее, в юношу, который очень пытался стать мужчиной и почти стал. Но, чем ближе бы выпуск пятого курса, тем взрослее я становилась и всё больше видела, что эта безумная любовь ко мне идёт не от мужчины, а от морально сломанного мальчика. Мы все пытались ему помочь, водили к специалистам, толку от которых не было. Всё шло к тому, что Пабло придётся укладывать в дурку. Само собой, всё это порождало ещё и неопределённость на счёт наших отношений, которая окончательно похоронила мою любовь. - Что и требовалось доказать, - хмыкнула Мия – Ты охладела к Пабло, но просто расстаться не могла, так как предъявить ему по факту нечего. И тут, Пабло попадает в пару нелепых ситуаций, которые дают тебе формальный повод обвинить его в измене. Таким образом, тебе удалось бросить Пабло и не казаться самой себе эгоистичной сукой, которая бросает любимого в тяжёлой ситуации. Удобная сделка с совестью. Они замолчали. Марисса, пристыженная поникла. - Ненавидишь меня? – спросила Марисса. - Если бы ненавидела, то не имела бы с тобой никаких дел, - ответила Мия – Но ты уже понесла всю ответственность за этот твой проступок. Вот только до сих пор винишь Пабло. - Бешеная собака… - Не виновата в том, что она бешеная. Любимое твоё оправдание. Пабло никто и не оправдывает. Я сама была бы рада, если бы он погиб тогда, когда устроил аварию на твоей свадьбе. Хотя бы потому, что он бы тогда наконец-то обрёл покой. Но тебе нужно принять этот твой глупый, даже подлый поступок. - Как принять? - Рассказать ему. Может тогда, Пабло перестанет ненавидеть себя и мстить всему миру. Мия встала. - Я пошла к Мануэлю, а ты если хочешь, можешь сегодня заночевать тут. Мия ушла, оставив Мариссу наедине со своей совестью.