Notice Me

Бомгю вздохнул в третий раз, неловко ёрзая на диване. Тэхён был на другом конце дивана, смотря куда угодно, но только не на Бомгю. Бомгю ощущал примерно миллионы эмоций, пока сидел там. Сначала он был зол. Зол на то, что они вели себя так тупо и ставили себя в такое странное положение. Он был зол на Тэхёна из-за того, что тот не уделял ему внимание, но также зол и на себя за свою настырность и то, что не учёл чувств Тэхёна. Потом он стал подавленным. Он и его волк жаждали внимания, прикосновений, подтверждения того, что они важны. Больше чем любые другие омеги. Так что представьте как его волк себя чувствует, когда выбранный ими альфа не уделяет ему ни капли своего времени? И в конце, он ощущал безнадёжность. Он так сильно хотел поцеловать Тэхёна, у него чесались пальцы провести рукой между этими светло- коричневыми прядями, он хочет вжаться в тело Тэхёна, чтобы нельзя было сказать, где начинался запах Тэхёна и где заканчивался его. В середине внутренней суматохи Бомгю, на телефон Тэхёна пришёл ряд сообщений. Он вытащил свой телефон и его настроение моментально испортилось. Бомгю мог почувствовать вкус гнева и злобы на своём языке. Его волк скулил из-за ярости альфы, призывая Бомгю подойти к нему и узнать, что не так. И всё же, он сдержал себя. Сегодня был не лучший день для Тэхёна. Сначала Хюнин говорит им, что его и Субина родители ведут себя как куски дерьма, а сейчас и его собственная семья подливает масла в огонь. Тэхён глянул на телефон, желая просто убежать раз и навсегда. Он пялился на сообщения от своей сестры и родителей, ненависть к ним вернулась после всего того времени, что он их не видел. Если коротко, его сестра жениться на своей паре и ожидает, что весь круг семьи и друзей соберутся на следующих выходных, чтобы отпраздновать это. Она всегда была важнее. И, если внимание не было направлено на неё (хоть раз), тогда всех волновал лишь его старший брат. Семья Тэхёна была хладнокровной, расчётливой, ища следующего человека, чтобы вцепиться в него или расширить свой круг друзей. Он ненавидел жить дома так сильно, что он специально выбрал университет и квартиру подальше, дабы отдалиться от них. Он не имел никакого значения для них. Они всегда заставляли его чувствовать себя бесполезным, ничтожным и неважным. Тэхён отложил свой телефон, нервно потирая своё запястье, пока он думал о том, что он может сделать, чтобы увильнуть от этого семейного воссоединения. Если он не пойдёт, то его ситуация окончательно ухудшится. Нельзя было сказать, что именно его мать и отец сделали бы. И всё же, если он пойдет, то его брат, сестра и кузены будут критиковать его и принижать. В особенности из-за того, что он не только занимался музыкой (они считали это смехотворным и бесполезной тратой времени), но ещё и не имел пару. Будучи парнем альфой, у него должен быть уже хотя бы партнёр, если не пара. Он был настолько потерян в мыслях, что не услышал слова от человека рядом с собой. — Хэй… — проговорил Бомгю, нарушая молчание между ними. Он протянул руку, аккуратно убирая правую руку Тэхёна от его левой, кожа стала красноватой из-за грубого натирания запястья. — Всё в порядке? — нежно спросил он с сильным тэгувским акцентом. Тэхён сглотнул, его рот был сухим. — Да… — ответил он. Но затем поменял своё мнение. Он не был лгуном. — На самом деле нет, не в порядке, — рассказал он старшему. — Тогда что не так? — спросил Бомгю искренне взволнованый. Тэхён заметил, что тот не отпускал его запястье, не то чтобы он был против. Тэхён вздохнул, делая глубокий вдох. — Дело в моей семье. Моя сестра женится со своей парой на следующих выходных и хочет, чтобы мы все собрались для церемонии. Все будут там: мои родители, мой старший брат, мои кузены, тёти, дяди, друзья семьи. — Это звучит чудесно! — весело сказал Бомгю, не понимая почему Тэхён отзываться об этом как о чём-то плохом. С молчанием Тэхёна улыбка Бомгю спала с его губ. — Или… это не чудесно? Тэхён слабо улыбнулся ему, бессознательно двигая рукой так, чтобы он мог нормально держать руку Бомгю. — Да, это не чудесно. Моя семья это кучка ублюдков. Я им не особо нравлюсь и они всегда с высока смотрят на меня. Я научился игнорировать это, но я просто не хочу возвращаться туда, в особенности один. Я бы мог попросить Субина или Хюку пойти со мной, но, учитывая то, что сейчас происходит у них дома, я черта с два потревожу их своей хуйнёй. Бомгю нахмурился, ему не нравилось то, что семья Тэхёна дерьмово обращалась с ним. Не то чтобы его семья была лучше. Бомгю был просто красивым лицом для повышения социальных связей его отца через спаривание с кем-то важным. — Ну, тогда почему бы мне не пойти с тобой туда? — без раздумий предложил Бомгю. Тэхён пялился на него с неверием. — Ты бы сделал это ради меня? Почему? — Мы же друзья, так ведь? Нужна ли мне причина, чтобы помочь тебе? — он посмотрел на него. Тэхён отвёл взгляд, слегка улыбаясь. — Да, мы друзья. Бомгю хотел бы быть чем-то большим, но было очевидно, что Тэхён сомневался. Если быть друзьями единственный способ сблизиться с альфой, то Бомгю был доволен и этим. Его омега жаждал прикосновений того так сильно, что Бомгю был готов на всё. Тэхён всё ещё смотрел в сторону, но не отпуская ладонь Бомгю. — Спасибо, — прошептал он. Они продолжали молчать некоторое время, наблюдая за тем, как солнце медленно садилось и отражалось от стен квартиры. Было спокойно… пока Ёнджун не вернулся домой. ** Прошла уже неделя, а Ёнджуну не становилось лучше. Бомгю начинал волноваться за своего лучшего друга. В данный момент он и Тэхён собирались для женитьбы сестры Тэхёна. Им нужно было уходить через час, а Ёнджун не выходил никуда из квартиры кроме занятий и иногда тренировок по танцам. Бомгю взволнованно глянул на Тэхёна, разрываясь между нежеланием оставлять Ёнджуна одного в таком подавленном состоянии и нежеланием оставлять Тэхёна одного с его семьёй. Тэхён посмотрел на него тем же взволнованным взглядом. Их эмоции всегда были крепко связаны с их физическим самочувствием. Если настроение Ёнджуна продолжит так стремительно падать, то всё может стать ещё хуже. Не то чтобы у него был депрессивный эпизод ещё. Он просто чувствовал себя подавленным, и отверженным, и раздражённым. — Ты уверен, что не хочешь, чтобы я остался с тобой, Ёнджунни? Тэхён не против, — сказал Бомгю комку одеял на диване, который когда-то был Ёнджуном. Хоть Ёнджун не мог его видеть, Тэхён кивнул в подтверждение. Он не хотел, чтобы это глупое происшествие между тем и Субином стало ещё хуже. Это взбесило Ёнджуна. Они относятся к нему так, словно он хрустальный. Он скинул с себя одеяла, глядя на младших. Бомгю практически издал вздох облегчения, увидев гнев в глазах того. Ёнджун всегда был вспыльчивым, срываясь в мгновение ока. Он никогда не думал, что он будет так рад увидеть это лицо. — Я клянусь богу, если ты меня спросишь ещё раз, я выселю тебя, — фыркнул Ёнджун. — Но это моя квартира! Я первый сюда переехал! — заныл Бомгю. — Все твои вещи окажутся в холле, если ты не уйдёшь уже. Повеселись на вечеринке, поешь много еды — сказал Ёнджун и затем накинул обратно на себя одеяла. Бомгю вздохнул, зная каким упрямым может быть Ёнджун. Он решил наконец смириться. С кивком Тэхёну они собрали оставшиеся вещи и направились на выход. После звука защёлкивания двери, Ёнджун вздохнул с облегчением. Он просто хотел побыть один в своих мыслях без того, чтобы Бомгю крутился над ним как курица наседка. Он вывалился из своих одеял и пошёл в ванну. Он пялился на своё отражение в зеркале и поморщился из-за того, что увидел. Он выглядел дерьмово. Ему очевидно нужно было принять душ и просто попытаться вырваться из своего оцепенения. С инцидента с Субином всё стало… неловким. Субин не игнорировал его… не совсем так. Субин был слишком добрым, чтобы сделать что-то такое с кем-то. Но взаимодействия между ними не были естественными. По истечению месяцев после того, как Ёнджун впервые встретил Субина, они постепенно сблизились, это не удивительно. Субин иногда приносил Ёнджуну еду (в особенности хлеб), или они вместе шли на занятия (чаще всего Ёнджун следовал за Субином), или проводили время в библиотеке за домашним заданием (опять-таки, чаще всего этим занимался Субин, Ёнджун ненавидел библиотеку). Субин иногда провожал его до квартиры, в особенности с того дня, когда у альф был гон и они преследовали Ёнджуну как стая диких животных (не каламбур). А сейчас… Они продолжали делать те же вещи, просто не так же комфортно. Это делало Ёнджуна беспокойным и грустным. Они застрял в подвешенном состоянии. Ёнджун не был прямо отверженным, но в тоже время и не казалось, что Субин хотел его. Что так и было? Прошло уже три дня с последнего раза, как Ёнджун видел Субина, что объясняло почему он хандрил на диване. На самом деле (по словам Тэхёна), у Субина был гон. Этот гон был коротким, вроде на парочку дней, так что Субин придёт в норму к завтрашнему дню или когда там, но всё же… Ёнджун был омегой, а Субин альфой. Алоооо? Он точно мог бы помочь ему с этим, но опять-таки, Субин отверг его. Ёнджун всё больше раздражался. После быстрого душа Ёнджун сел на диван, чем больше он думал о Субине, тем сильнее он беспокоился и раздражался. Ёнджун глянул на стену, его разум активно работал. После некоторого времени он, наконец-то, пришёл к выводу, что Субин был полным идиотом. Но он не мог полностью винить Субина. Всю его жизнь ему говорили, что он был слабым и позором для альфы. Факт того, что он продолжал улыбаться и оставаться нежным и заботливым, несмотря на негатив и несправедливость, которыми он был окружён, был достаточно восхищающим. Если бы на его месте был Ёнджун, то он, скорее всего, вырос бы тем вандалом, который ненавидел мир. Нет, Субин был намного лучше, чем кто-либо когда-либо бы смог. Именно это и показывает насколько сильной личностью он был. Омега Ёнджуна не находил себе места внутри него, в сотый раз подзывая его пойти к Субину, скуля из-за того долгого времени, что Субина не было рядом (прошло всего лишь три дня, но они ощущались как вечность). Ёнджун охотно согласился со своим волком. Наконец сорвавшись, Ёнджун поднялся с дивана. Глубоко вдохнув, внутри ему хотелось кричать на альфу. Его настроение всё портилось и портилось, ему становилось всё хуже. Чтобы бы он не делал, Субин отказывается бегать за ним или признавать его так, как он хотел. Он ни разу не упоминал спаривание, или то, что он сделает его своим, или какой он хорошенький омега для него, или каким удачным уловом он являлся. Ёнджун жил за счёт таких вещей. За последние месяцы они сблизились, а он всё ещё продолжает относиться к нему с уважением. Он относится к нему как к другу, к приятелю. Это сводило Ёнджуна с ума. Он знает, что он привлекает альфу, он знает, что его альфа призывает его сделать то, что просто было частью природы. Так почему же Субин не поддавался? В чём причина? Ёнджун достаточно бесстыжий для признания того, что за последние месяца он попробовал всё, чтобы заполучить привязанность Субина. Он флиртовал, прикидывался скромным, хорошо одевался и, возможно, вилял бёдрами чуть менее естественного, или он убеждался в том, что наклонялся за карандашом прямо в поле зрения Субина, или чаще выставлял на показ свои ключицы с помощью кулонов или чокеров. Но тщетно. Конечно, они однажды поцеловались и, возможно, Ёнджун в неком смысле помог ему с небольшой проблемой (хорошо, это было большой неприятностью, но Ёнджун не сожалеет ни на секунду об этом), и на этом всё! Это ничего не значило (не для Ёнджун конечно). В ярости Ёнджун схватил свои ключи и телефон и потопал из квартиры. У него было задание и ничего не сможет его остановить. Пока он проходил через кампус, он прямо проигнорировал любого, кто пытался заговорить с ним или уделить внимание. Ёнджун и его волк наконец-то пришли к выводу и никто не сможет изменить их мнения. Это либо спасёт их, либо сломает. Правда в том, что Ёнджун не хотел внимание других альф. Он не хочет слишком мужественного альфу с мощным запахом и агрессивными феромонами. Он не хочет самого сильного альфу в округе. Он хочет заумного и спокойного альфу, которому нравится читать книги и который в жизни не смог бы прямо пройтись без того, чтобы не споткнуться. Он хочет высокого и нежного альфу, который будет заботиться о нём, отдавать свою куртку, когда на улице холодно, хоть под ней у него только тонкая футболка, приносить ему кофе, когда он устал и до поздна танцевал, замечать его новый цвет волос и новые наряды, наконец, говорить ему как хорошо он выглядит. Он хочет глупого альфу, который будет проводить с ним дополнительное время за учебой, хоть уже поздно и у него завтра утром экзамен, чтобы просто провести его домой и убедиться в том, что он безопасно добрался. Он хочет альфу, который будет приносить ему хлеб, потому что они оба любят есть огромные количества еды, и он хочет альфу, которого не будет волновать, если он наберёт 10 футов, потому что этот альфа, как и он, набирает тот же вес. Он хочет альфу с очаровательной стеснительной улыбкой и ямочками на щеках и самым милым смехом. Он не хочет какого-то там альфу, он хочет Субина. Он хочет Субина так сильно, что мог бы заплакать. Его омеге одиноко. Просто находиться рядом с запахом Субина, чтобы тот успокоил его, ему не недостаточно. Ему нужно впитать в себя этот запах, нужно заполучить этот запах себе. Ему нужно пометить свою территорию своей, дабы ни один другой омега бы не подошёл к нему. Его волк становился подавленным из-за отсутствия внимания от альфы, он мог чувствовать это. Если альфа не хочет заполучить его, тогда он собирается просто ворваться туда и заполучить его сам, будьте прокляты вторичные гендеры. Чхве Ёнджун непокорный. Он заполучает, то что он хочет, когда он хочет этого. Он притоптал к квартире Субина, используя ключ, который Тэхён дал ему (он забрал его у Тэхёна без сожаления) и открыл дверь без разрешения. Они уже достаточно близки, что знать дома друг друга. Сегодня был тот самый день. Сегодня был тот самый день, когда он собирался заполучить своего альфу. — Чхве Субин, тащи свою задницу сюда, у меня что-то есть сказать тебе и тебе лучше чертовски хорошо слушать- Он остановил свою речь, когда зашёл на кухню. Дерьмо. Субин находился у столешницы, заваривая чай. Это было нормально, это было чем-то, что Субин всегда делал. Но сейчас он делал это с оголённым торсом. Субин развернулся и разум Ёнджуна опустел, когда он глянул на Субина ещё раз. Он знал, что альфа был в хорошей форме. Но это… это было намного лучше того, что Ёнджун себе представлял. Его рот заполнился слюной и его волк замурлыкал. Чтобы сделать всё ещё хуже, запах Субина был в 50 раз сильнее, наверное, из-за недавнего окончания гона. Ёнджун и его омега были готовы за мгновения скинуть с себя одежду и накинуться на альфу. Миллион вещей бились в голове Ёнджуна. Например, Хорошо ли прошёл гон Субина? Нужен ли я ему, чтобы позаботиться об этом? Я полностью согласен с тем, чтобы быть использованным, если это означает получить его. О боже, я такая шлюха для него. Дерьмо, может ли он почувствовать насколько я возбуждён? Субин был в тупике из-за молчания Ёнджуна. Они пялились друг на друга несколько секунд, пока Субин по-доброму не улыбнулся ему. — Хочешь чая, хён? — Э. конечно, — неловко проговорил Ёнджун, вырываясь из своих грязных мыслей. Когда он заварил его, он обратно развернулся, оценивая Ёнджуна. Ёнджун начинал волноваться. Он ощущал себя жертвой под его взглядом. — Что тебя привело сюда? — спросил Субин. — Н-ничего, — пробормотал Ёнджун. К чёрту, где была вся его уверенность? Ёнджуна никогда не лишался дара речи перед другими. Субин ухмыльнулся. — Ты говорил что-то, когда ворвался внутрь… О боже, пожалуйста, не ухмыляйся мне так. — Эээ, нет, я этого не делал. Ну, было приятно увидеть тебя, мне нужно идти- Ёнджун попытался сбежать, но Субин был быстрее. Он схватил руку омеги, притягивая его ближе к своей груди. Ёнджун был в панике. — Скажи мне, что не так. Я могу помочь, — мило предложил Субин, аккуратно укладывая пряди Ёнджуна на место. Ёнджун практически замурлыкал из-за контакта, вот настолько он был лишён прикосновений Субина. Его разум кричал разное альфе. Прикоснись ко мне. Заполучи мне. Сделай меня своей парой. Сделай мне своим. Будь моим. Ёнджун наконец-то собрался с мыслями и сконцентрировался на своём гневе ранее. Он ухватился за тот гнев и позволил ему наполнить себя, использовал гнев как способ протиснуться мимо страха остаться одному навсегда. У Ёнджун, наконец-то, правда закончилось терпение. Никогда ещё в жизни ему не приходилось стараться ради чего-то так сильно. Это было новым опытом для него, чем-то, что он ещё никогда не пробовал, и это пугало его. Но вместо того, чтобы ощущать страх, он выбрал гнев. В порыве гнева и эмоционального недовольства он глянул на Субина, вступая в личное пространство альфы, дабы они стояли грудь к груди. Субин моргнул из-за неожиданного движения, но не подал виду, что он был раздражён или ощущал себя под угрозой действиями Ёнджуна. Он просто пялился Ёнджуну в глаза, загнанный в тупик тем, что происходило у омеги в голове. — Я устал от этого дерьма, — мерзко прорычал Ёнджун. Субин был захвачен врасплох резкой сменой в настроениe. — Устал от чего, хён? — мягко спросил он. — Боже, я ненавижу тебя! — прокричал Ёнджун. Субин вздрогнул из-за этого. Его сердце будто растоптали. — Я ненавижу то, насколько добрым и нежным ты являешься! Ради бога, ты же альфа мужчина! — прокричал Ёнджун ему в лицо. Субин выглядел так словно его побили, его лицо стало грустным. Честно говоря, он должен был ожидать этого. Вот так всегда и было. — Я знаю, хён. Я знаю, что я не самый сильный и не самый грубый альфа в округе. Я бы лучше почитал, чем играл в спортивные игры. Я знаю, что я не не достоин омеги для пары как другие альфы. Но я не могу ничего поделать. Я думал, что ты понимал это, будучи моим другом… — Я не хочу дружить с тобой! — ещё раз прокричал ему в лицо Ёнджун, пыхтя от стараний. Это было словно ножом в сердце Субина. — О-ох… — прошептал Субин, из-за этих слов у него начали сжечь глаза. Но он не мог отвернуть взгляд от разгневанных глаз Ёнджуна. — Аргххх! — Ёнджун тяжело дышал, его дыхание ударялось о лицо Субина. — Почему ты такой тупоголовый! Как долго это займёт, чтобы ты заметил меня? Как долго это займёт, чтобы ты сделал меня своим?! Я уже неделями практически умолял! Субин сморгнул слезы, неуверенный если он услышал это правильно. — Прости, что? — Боже, насколько ты тупой? Каждый день я красиво одеваюсь для тебя, надеясь, что ты сделаешь мне комплимент, или скажешь мне, что я милый, или скажешь мне, что я красивый, или просто посмотришь на меня. Ты думаешь мне нравится учиться? Ты думаешь мне нравится ходить в библиотеку? Нет! Вот он я, заставляю себя на самом деле делать своё домашнее задание, чтобы я мог пропитаться твоим запахом. Мой волк шлюха практически съедает его, предатель. Я прыгаю вокруг весь такой красивый для тебя, а ты даже пальцем не шевелишь! Субин становился всё более взволнованным, неуверенный как успокоить очевидно эмоционального омегу перед собой. Он смирно стоял, внимательно слушая. — Боже, я даже надевал одни из своих лучших чокеров и цепочек, надеясь привлечь внимание к своей шее. Я практически обнажал себя для тебя. Я так унижен. Есть кто-то другой? Я не достоин, чтобы меня заполучили в качестве пары? — Ёнджун прошептал последний вопрос и отступил от Субина, утыкаясь лицом в свои ладони. Он не может поверить, что это он сейчас. Он никогда не хотел кого-то так отчаянно. Он никогда раньше не был отвергнутым, но это болезненный опыт. Субин молчал пару мгновений, обрабатывая всё с неверием. — Это должен говорить я, — он наконец-то заговорил. — Что? — пробормотал Ёнджун, его руки всё ещё закрывали его лицо. В данный момент он правда старался не заплакать. Его эмоции переполняли его. Это было дерьмовой неделей. Субин слабо посмеялся. — Я всегда думал, что я не был достоин, чтобы меня заполучили в качестве пары. Я имею ввиду, какой омега хочет заумного альфу, которому нравится читать, и обниматься, и смотреть драмы с кружкой тёплого какао? Мне не нравится драться или соперничать. Я не люблю контролировать и не выделяю тонну феромонов, дабы заполучить желаемое. Надо мной всегда смеялись и издевались из-за моего более мягкого характера. Он аккуратно протянул руку к лицу Ёнджуна, хватая его ладони и нежно отодвигая их, дабы он мог посмотреть омеге в глаза вноаь. Боже, он любил глаза Ёнджуна. Его взгляд смягчился и сердце Ёнджуна пропустило удар. Затем он улыбнулся своей красивой улыбкой с ямочками, которая свела Ёнджуна с ума. Субин продолжил. — Представь, над тобой смеются всю твою жизнь, говорят, что ты не хороший альфа и слабый. Для меня это было нормально, я привык к этому. Но затем, однажды, заходит самый великолепный омега, на которого я когда-либо смотрел. Он был красивым, намного более красивым чем кто-либо, я когда-либо видел. Он пахнул божественно, заставляя мой рот наполняться слюной. Он был всем, что я мог хотеть. И я не говорю о его волчьей стороне омеги, хоть и она тоже великолепна. Он был смешным и уверенным. Все любили его. Он хорошо танцевал, у него был самый красивый смех и самая мягкая улыбка. Также он хорошо заботиться и об остальных. Он милее всех морщит нос, когда он расстроен, и он любит кушать еду. Он в неком смысле дерзкий и озорной, но это только добавляет ему шарма. Его губы вызывают привязанность, они пухлые и такие мягкие, что я просто хочу целовать их вечность. У него светлая кожа и иногда ему нравится слетать с катушек и красить свои волосы в вопиющие цвета, что только подходит к его образам. Сердце Ёнджуна бешено билось, тёплое чувство скапливалось в его желудке. Субин замечал его. Всё это время он смотрел на него. — Сейчас представь встретить такого омегу. Представь встретиться омегу, который практически стал всем моим миром. Как кто-то настолько замечательный, как он, захочет когда-либо кого-то как я? Я крупинка грязи по сравнению с ним. Я посмешище. Он заслуживает кого-то намного лучше, чем я. Он заслуживает намного большего, чем я когда-либо смогу ему дать. Сейчас Ёнджун начинал плакать, медленная слеза покатилась по его щеке. Субин обхватил руками его щёки, аккуратно вытирая слёзы. Этот жест был настолько нежным, словно он боялся сломать Ёнджуна. — И по этому… я бы никогда не сделал тебя своим, Ёнджунни. Ты слишком драгоценный для жалкой пародии альфы как я. Ты даже подтвердил это в первый день нашей встречи. Это было «никогда не случится» и я знал это, я принял это, так что и не питал надежд. Я в порядке с тем, чтобы оставаться друзьями с тобой. Твоё счастье — это моё счастье. Возможно будет больно, когда ты найдёшь достойного альфу и спаришься с ним, но, думаю, я могу выдержать это. Мой волк может и нет, но я справлюсь… — говорил бессвязно Субин. — Я был глуп, — всхлипнул Ёнджун. — А? — спросил Субин, отпуская лицо Ёнджуна. Ёнджун моментально заскучал по теплу. — Я был глупым, и тупым, и идиотом, — плакал Ёнджун. — Я не хочу безумно жестокого альфу. Я не хочу кого-то, кто любит контроль и ведёт себя душно. Я не хочу агрессивно и конкурирующего альфу. Я хочу, чтобы меня обнимали, и я хочу быть обожаемым, и я хочу кого-то, кто будет рядом, пока я сплю, или будет играться с моими волосами, или обнимать меня, когда я напряжён, кого-то, кто будет приносить мне кофе, когда я устал, и хлеб, когда я проголодался, и смотреть со мной драмы поздно ночью, или провожать меня до дома в позднее время, хоть у него экзамен завтра утром. Кого-то, кто замечает меня и называет меня красивым, и делает мне комплименты, и я хочу тебя Субин, чёрт побери. — плакал Ёнджун. — Просто уже заполучи меня, я не хочу никого кроме тебя. Я просто хочу вдыхать этот твой неотразимый запах весь чёртов день и возможно кутаться в твою одежду, дабы все знали, что я твой и-и- Он икнул. Субин потерял дар речи. И тогда Ёнджун взял дело в свои руки. Он обвернул свою руку вокруг шеи Субина и наконец, наконец-то, соединил их губы. Он вздохнул от наслаждения и радости. Он двигал своими пухлыми губами по губам Субина медленно, умоляя Субина поцеловать его в ответ. Поцелуй меня. Субин вырвался из своего шока, хватая талию Ёнджуна и двигая его к кухонному столу. Ёнджун ощущал головокружение от чувства, что он был зажат более высоким телом. Он ощущал себя в безопасности и под защитой. Он выдохнул, раскрывая свои губы и давая Субину возможность углубить поцелуй. Он укрепил свою хватку на Субине, настырно целуя его в ответ. Он не хотел нежно, он не хотел мягко. Он хотел принадлежать этому альфе. Собственничество, которое Субин никогда не испытывал к кому-либо раньше, всплыло глубоко внутри него. Он прорычал в рот Ёнджуну, устанавливая свои требования. Его волк призывал его отметить то, что было их. И он сделал это. Его губы покинули губы Ёнджуна, заставляя омегу гнаться за ними в отчаянии. Он спустился вниз от челюсти того к его шеи, низкое гудение в груди и приятный вкус омеги на его губах. Он поцеловал сладкую точку, которая заставила Ёнджуна таять в желании. Субин снова зарычал, его феромоны альфы впервые пронзили воздух, оседая на омеге. Ёнджун не мог не заскулить в голос и он сделал то, что никогда бы не подумал, что сделает в своей жизни. Он оголил свою шею для этого альфы. Он поддался. Субин зарычал от гордости и разрешения, которое ему предоставили. Хоть было очевидно чего Ёнджун желал, он всё равно остановился, чтобы задать вопрос. — Ты уверен? — тяжело прошептал он в шею Ёнджун Ёнджун дал ему ещё больше возможности. — Боже, да, пожалуйста пожалуйста пожалуйста. Сделай меня своей парой, заполучи меня. Сделай мне своим, — лепетал он. Субин наклонил свою голову, дабы его губы касались впадины между шеей и плечом Ёнджуна. — Как пожелаешь, — пробормотал он в его кожу. Ёнджун покрылся мурашками из-за этого ощущения. Субин больно впился, пустив кровь и быстро зализал рану, дабы облегчить боль. Ёнджун захныкал, его глаза стали на мгновение волчьими. Он слегка оттолкнул от себя Субина, в его действиях нетерпение, впиваясь собственными зубами в боковую часть шеи Субина без разрешения. Не то чтобы Субин был против этого. Субин притянул его невозможно близко, его волк быстро наполнился гордостью. Как только Ёнджун вытащил свои зубы, Субин снова начал его бездумно целовать. Это был лучший поцелуй, который у Ёнджуна когда-либо был. Субин уделял внимание каждой чувствительной точке, которая у него была. Он медленно целовал его губы, будто у него было всё время в мире. Ёнджун раскрыл свои губы даже без того, чтобы его просили, его намерения достаточно ясны. Субин улыбнулся этому требованию, проникая языком внутрь и медленно крутя им вокруг, пробуя каждый дюйм рта Ёнджуна. Их первый поцелуй был агрессивным и спешным, но этот был нежным и медленным. Ёнджун пришёл к выводу, что он ненавидит нежные и медленные поцелуй ещё больше, чем раньше. Потому что этот поцелуй сводил его с ума, так отчаянно, заставляя его звереть. Он обвернул свои ноги вокруг талии Субина, слегка наклоняясь назад к столу. Если они вскоре не отойдут от него, то он точно сломается. Субин наклонился ближе к Ёнджуну, глубже целуя его, используя одну руку, чтобы схватить бедро Ёнджуна, и другую, чтобы сбалансировать их обоих у стола. Ёнджун резко оборвал поцелуй, они оба тяжело дышали. — Субин, хватит этого медленного и нежного дерьма. Если ты не будешь во мне в течение следующих пяти минут, то, помоги мне бог, я- Ёнджун не закончил свою речь, потому что Субин вдруг без усилий поднял его (Ёнджун никоем образом не был маленьким, хоть он и был меньше Субина) и понёс его в свою комнату, захлопывая дверь. Он кинул Ёнджуна на свою кровать, заставляя омегу ухмыльнуться. — Ну вот, так-то лучше, — весело проговорил он. — Ты такой нетерпеливый, — сказал ему Субин, смотря на него со влюблённым взглядом. — Чем быстрее ты подойдёшь сюда, тем быстрее я смогу кончить, — спорил Ёнджун с мило надутыми губами. — И такой эгоистичный, — протянул Субин, лениво растёгивая свои джинсы. Это было словно музыкой для ушей Ёнджуна. Он не мог отвести взгляд от Субина, пока альфа снимал свои джинсы. Ёнджун хотел посмотреть вниз, он правда хотел. Но было что-то в том, как Субин пялился на него, что заставляло его чувствовать себя так, словно он был в огне. Субин был полностью без одежды и он аккуратно забрался на кровать, подползая ближе к Ёнджуну. Его глаза горели красным под его тёмными прядями и Ёнджун потерял дар речи. Субин тихо посмеялся, протягивая руку, дабы схватить кофу Ёнджуна. — Если мы будем спешить, то как мы насладимся собой? — затем он сорвал кофту Ёнджуна, кидая её на пол. Следующим он начал возиться с молнией Ёнджу, медленно расстегивая её. — Разве ты не хочешь почувствовать каждый дюйм меня? Разве ты не хочешь находится настолько близко насколько возможно ко мне? Ёнджун не мог дышать, шелковый, плавный звук голоса Субин противореча его словам и действиям. Он аккуратно снял вещи Ёнджуна, словно он открывал подарок. — Хммм, хён? Ты молчишь, — сказал Субин, наклоняясь ближе, дабы он практически был над Ёнджуном. — Да, — Ёнджун выдохнул. — Я хочу этого всего. Субин забрался на Ёнджуна, аккуратно толкая его, чтобы он лежал на своей спине. Ёнджун посмотрел вверх, ожидая следующего движения Субина. Руки Субина спустились по его бокам, дабы схватить его талию, и затем он наклонился вниз и поцеловал его. На этот раз Ёнджун лизнул нижнюю губу Субина, требуя пропуск. Субин, конечно же, дал его ему. Ёнджун обвернул свою руку вокруг его шеи, хватая пряди волос у основания и проникая своим языком внутрь. Он нечестно играл, толкая свой язык вниз по горлу Субина и посасывая его губы. И всё же, Субин вновь замедлил поцелуй, отклоняясь назад немного. Ёнджун заскулил тихо из-за этого, но был мгновенно успокоен, когда Субин пристроился между ногами Ёнджуна. Без колебаний, Ёнджун раздвинул свои ноги ещё сильнее, дабы Субин смог удобно устроиться. Этого было недостаточно. Просто иметь Субина рядом было недостаточно для него. Он поднял свои бёдра и начал тереться об Субина, стремясь к тому трению, в котором он так отчаянно нуждался. Он его немного добился, застонав в рот Субина и заставляя младшего альфу открыть рот немного. — С-субин, я не могу. Я понимаю почему ты не хочешь спешить, но я просто не могу, — захныкал он. — Меня не волнует, как мы сделаем это, просто, пожалуйста, пожалуйста, кончи внутри меня. Я слишком долго этого ждал. Пока это ты, это не важно, — умолял Ёнджун. Он на самом деле умолял. Обычно он бы ощущал себя униженным, но с Субином это было совершено по-другому. Он доверял ему, что он не будет контролирующим и не воспользуется им. Субин потёрся об Ёнджуна снова, заставляя старшего омегу зашипеть. — Д-да, хорошо. Мы всегда сможем сделать больше в следующий раз, — пообещал он. Ёнджун потёр своими бёдрами об бёдра Субина вновь. — Ох, доверься мне, будет множество «других разов», — пробормотал Ёнджун, заставляя Субина слегка посмеяться. Мышцы Субина были напряжены из-за контроля, который он пытался сохранить внутри. Ёнджун мог почувствовать это, в тайне довольный, что он не единственный мучился. — Ёнджунни, ты хочешь немного прелюдией или просто перейти сразу к этому? — спросил он, заворожено лизнув след укуса на шее Ёнджуна. Это пустило удовольствие через всё тело Ёнджуна. Ему в тайне нравилось принадлежать Субину. — А ты что думаешь? — проговорил Ёнджун в ухо Субина, кусая его мочку. Субин промычал, понимая послание. — Я хотел, чтобы наш первый раз был чуть более романтичным, но я просто больше не могу сдерживаться, — чутка пожаловался Субин. — Во-первых, ты представлял нас вместе? — спросил Ёнджун, на мгновение тронутый мыслью о Субине, мечтающий о Ёнджуне также сильно, как и он о нём. — И во-вторых, ты разговариваешь слишком много. Я клянусь, я просто насажу себя на тебя, если ты не- В очередной раз Ёнджун заткнулся из-за ощущения двух пальцев, заходящих в его проход. Походу, это станет привычкой обрывать на полпути угрозы Ёнджуна. Он застонал из-за это, пытаясь двигать своими бёдрами, дабы почувствовать пальцы Субина глубже. Субин позволил ему извиваться, пока он растягивал его. Омеги способны выделять их собственную смазку, так что, конечно же, Субину было легко беспрерывно проникать и выходить. Он добавил третий палец и затем четвертый, убеждаясь, что Ёнджун сможет принять его размер. — Ты-ах настолько большой, что тебе н-нужно четыре пальца? — выпалил Ёнджун, пот начал формироваться по всему его телу. Он становился всё более нетерпеливым, но всё же был в предвкушении. — Это глупый вопрос, хён. Ты видел и чувствовал меня раньше, — ответил Субин, убирая свои пальцы как только он был доволен тем, что он не навредит Ёнджуну. Не отвечая, Ёнджун протянул руку между их телами к члену Субина. Он схватил его, заставляя Субина издать небольшой звук. Субин позволил ему немного поисследовать, слегка довольный (smug) собой. Дерьмо, да, он был большим. Самым большим Ёнджун когда-либо видел. Он не думает, что он сможет глубоко заглотнуть его, когда будет отсасывать Субину (и, ох, он сможет, просто не сейчас). — Хорошо, к чёрту. Вставь его в меня, — сказал Ёнджун, отпуская Субина. Субин фыркнул. — Ты умеешь подобрать нужные слова, Ёнджунни. Ёнджун не ответил, задерживая дыхание, когда Субин сдвинулся и выровнял себя с его приходом. Он медленно начал проникать внутрь, они оба застонали. Ёнджун крепко схватил плечи Субина, держась за них изо всех сил. — Ты в порядке? — прошептал Субин, всего лишь на полпути внутри. — Более чем, поторопись, — выпалил Ёнджун, кусая шею Субин с нетерпением. Субину не нужно было дважды повторять, он скользнул внутрь, пока не достиг конца, их бёдра тёрлись об друг друга. Он оставался в этой позиции минуту, давая Ёнджуну время приспособиться. Его волк сходил с ума внутри него, призывая грубо взять этого милого омегу, но Субин игнорировал его, сохраняя контроль. — Двигайся, — прошипел Ёнджун, соблазнительно крутя своими бёдрами и затем надёжно обворачивая ноги вокруг талии Субина, дабы сохранить его внутри себя глубже. Субин это и сделал, выходя и затем медленно проникая обратно пару раз, назначая ритм. Он схватил талию Ёнджуна, дыша через нос, дабы успокоить себя и не забыться в похоти к Ёнджуну. Он ускорил темп немного, но он всё равно сдерживался. Ёнджуна это, наконец-то, достало. Он схватил лицо Субина, убирая свои потные пряди в сторону, дабы он смог посмотреть прямо в эти глаза ещё раз. — Субин, я не какая-то китайская кукла, которую ты можешь с лёгкостью сломать. Я не хочу, чтобы ты сдерживал себя от меня. Я хочу тебя всего, и твою мягкую сторону и животную сторону. Ты слышишь меня? — решительно сказал ему Ёнджун. Он покрутил своими бёдрами вновь, скуля из-за ощущения Субина в нём. — Я не хочу навредить тебе, — прошептал Субин. — Ты не навредишь мне, — уверенно сказал ему Ёнджун. — Пообещай мне, что скажешь, если будет слишком, — отчаянно попросил Субин. — Я обещаю, — сказал Ёнджун. Походу, Субину этого было достаточно, потому что он наконец-то позволил себе забыться в ощущениях и запахе Ёнджуна. Он протянул одну руку, ища руку Ёнджуна и переплетая их пальцы вместе в простыни. Его другая рука схватила бедро Ёнджуна, чтобы удержать его на месте. Затем он начал двигаться, приближаясь насколько это было возможно к Ёнджуну, ближе чем кто-либо ранее. — Ох… ох, — простонал Ёнджун, любя смену в поведении Субина. Это было словно включили переключатель. Неожиданно Ёнджун был поглощён всем, что было Субином. Альфа ускорил свой темп, грубо толкаясь своими бёдрами в Ёнджуна. Они находились кожа к коже, жар горел между ними обоими. Глаза Ёнджуна затрепетали из-за ощущения Субина так глубоко внутри него. — Как ты чувствуешь себя, Ёнджун? — прошептал Субин, его дыхание затруднилось. Он ещё больше ускорил свой темп, трахая Ёнджуна так грубо, что кровать начала шататься. — Ты ощущаешься замечательно, — выпалил Ёнджун. — Я могу почувствовать каждый дюйм тебя. Он не может поверить в то, что считал секс с Субином скучным. Да, Субин был нежным любовником и, да, он хорошо заботился о своих партнёров. Но он был намного больше этого. Он с точностью знал на какие кнопки нажимать, знал под каким углом устроиться, чтобы Ёнджун чувствовал себя так хорошо, что его разум стал кашей. Он чередовал то, что трахал его медленно и затем трахал его грубо. Это продолжало водить Ёнджуна вверх-вниз, цепляясь за этот момент между ними двумя, дабы он никогда не завершился. Но в тоже время было определённое удовольствие для них обоих, которое отрицалось неизмеримым ощущением. Это было сладкой пыткой для них обоих. Субин замедлился вновь, давая Ёнджуну время время отцепить свои руки от него и схватить изголовье кровати, дабы крепко удержаться на нём. Субин понял намёк, ухмыляясь, наклоняясь вниз и целуя Ёнджуна, пока восстанавливал свой темп. — Быстрее, — потребовал со стоном Ёнджун. Субин подчинился, скользя внутрь и наружу, никаких мыслей кроме Ёнджуна в голове. — Больше, — прошептал Ёнджун. Кровать скрипела так сильно, Ёнджун с уверенностью думал, что они её сломают. Не то чтобы его это волновало. В таком случае он бы потрахался с Субином где угодно. — Боже, ты ощущаешься так хорошо, — промямлил Субин, облизывая раковину уха Ёнджуна, его губы касались серебряных серёжек Ёнджуна. — Ты такой узкий и идеальный для меня, — сказал ему Субин. Ёнджун впитывал в себя слова, любя каждую минуту этого. — Расскажи мне больше, — сказал Ёнджун, в его голосе слегка слышался скулёж, когда Субин коснулся того самого места. — Ты такой властный, — тихо посмеялся Субин, оставляя засосы по всей его шее. Но Субин любил нарциссическую сторону Ёнджуна. Он любил то, как его слова заставляли Ёнджуна ощущать себя так хорошо и возбуждённо. Обычно, ему было бы стыдно мямлить милую чушь в чье-то ухо, но это же был Ёнджун, о котором мы говорим. — Ты такой великолепный, ты знал это? Я хотел- ах — трахнуть тебя ещё с первого дня нашей встречи. И затем каждый день после этого, — с придыханием проговорил Субин. Это только подстегнуло Ёнджуна ещё больше. Он крепче схватил изголовье кровати, пытаясь насадить себя на член Субина. Его щёки порозовели, на голове бардак, дыхание сбивчивое. Субин считал его однозначно красивым вот таким вот, под ним и умоляющем о большем. — Ч-что ты хотел со мной сделать? — спросил Ёнджун. Ладони Субина блуждали по всему потному телу Ёнджуна, слабо царапая мягкую кожу, оставляя отметки везде. Он посмотрел Ёнджуну а глаза, пока отвечал ему. — Много, много грязных вещей, — серьёзно ответил он. — Ну, нам придётся сделать всё это вместе, — сказал ему Ёнджун. Бёдра Субина начали запинаться, его ритм становился неряшливым. Он склонил свой лоб ко лбу Ёнджуна. — Я б-близко, хён, я не могу сдерживаться, — сказал ему Субин. — Я почти тоже, тебе лучше подождать. Мы кончим вместе, — проговорил Ёнджун. Субин ускорил свой темп, несмотря на потребность кончить. Глаза Ёнджуна зажмурились, это ощущение было слишком мощным для него. Он протянул свою руку, хватая подбородок Ёнджуна и продолжая свой грубый темп. — Полегче со мной, хён. Я хочу смотреть на тебя, когда ты кончишь, — прорычал он. Ёнджун заставил себя открыть глаза. Это было самой горячей вещью Субин когда-либо ему говорил. Несколько секунд попаданий по чувствительному месту Ёнджуна и Ёнджун изо всех сил держался за свою жизнь. — Ты чувствуешь это тоже? — спросил Субин, отчаяние проявилось в его голосе. — Д-да, я чувствую тебя, — промямлил Ёнджун. Затем Субин дотянулся до руки Ёнджуна, заставляя того отпустить изголовье, дабы они оба держались друг за друга. Субин использовал свою другую руку, чтобы протянуть между ними, надрачивая член Ёнджуна, пока он пялился в глаза Ёнджуна. Субин и Ёнджун оба застонали, когда они кончили. Субин увидел звёзды, не имея возможности сопротивляться желанию неряшливо поцеловать губы Ёнджуна, пока они оба отходили. Ёнджун скулил между поцелуями, он и его волк довольные ощущением Субина заполняющего его. Казалось, что это длилось вечность и Ёнджун не думает, что он кончал так сильно когда-либо ранее в своей жизни. Он запачкал себя и Субина, но это не остановило Субина от того, чтобы скользнуть внутрь и наружу ещё пара раз, хлюпанья заполняли комнату. Они оба были безумно чувствительными, это было практически болезненно. Но это ощущалось так хорошо быть вместе настолько близко. Субин наконец-то упал на Ёнджуна, всё ещё находясь внутри него. Его не волновало то, что сперма Ёнджуна была вся на его ладонях и их животах. Его не волновало то, что они были потными и мерзкими. Это было лучшим как он себя ощущал за всю свою жизнь. — Блядь, — проматерился Ёнджун. — Да, блядь, — проматерился в ответ Субин, пряча голову в шее Ёнджуна, пока они пытались восстановить свои дыхания. — Боже, — всё, что мог произнести Ёнджун, смотря в потолок, пока его зрение начало вызврощаться. — Ты в порядке? — тихо посмеялся Субин. — Я думаю, я кончил так сильно, что я практически отключился там на секунду, — пробормотал Ёнджун. Он лениво поднял свою руку, пробегая пальцами между потными чёрными волосами Субина. — Было нормально? — пробормотал Субин в кожу Ёнджуна, целуя его каждый раз, когда его губы проходили по нему. — Нормально? Это было лучше чем нормально и ты чертовски хорошо это знаешь. Если ты не будешь трахать меня так каждый день до конца моей жизни, то я бросаю тебя, — угрожал Ёнджун. Субин смеялся, утыкаясь в шею Ёнджуна. Ёнджун не был против веса на себе, хоть это и затрудняло дыхание. — Я серьёзно, Чхве Субин. Не сдерживайся со мной. Я хочу то, что мы сделали, но типо ещё грубее в следующий раз, ты слышишь меня? — потребовал Ёнджун. — Всё, что ты скажешь, Ёнджунни, — проговорил Субин, наконец-то выходя из Ёнджуна. Ёнджун издал звук недовольства. — Эй, зайди обратно, — проскулил он. — Хён, это разве не неудобно? — спорил в ответ Субин. — Да, но мне нравится быть заполненым тобой, — надулся Ёнджун. Субин простонал. — Как ты можешь говорить такое таким милым образом? Это странно! Ёнджун закатил свои глаза. — Хорошо, просто дай мне пять минут и я буду в строю снова. Субин приподнялся, его глаза расширились. — Пять минут?! Ёнджун посмотрел в ответ на него — Э, да? У меня огромное половое влечение. Так что тебе лучше взять себя в руки и удовлетворить меня. Особенно во время моих течек, я типо в двое более возбуждён. Субин изобразил звук недовольства. — Агх, на что я подписался? Ну, позволь мне хотя бы пойти отмыть нас. Ёнджун вдруг столкнул Субина с себя, дабы тот был на своей спине. Затем он перекинул свою ногу и забрался на него. — Не-а, время для второго раза, — весело проговорил он, дёргая своими бёдрами немного. Субин пялился на него недоверчиво, его ладони неосознанно протянулись вверх и схватили талию Ёнджуна. — Но, хён, мы все мерзкие из-за пота и спермы. Давай сначала приведём себя в порядок. Ёнджун надулся на Субина. — Зачем нам тратить время на это, если мы снова запачкаемся? Разве ты не хочешь трахнуть меня ещё пару раз? — он вырисовывал узоры на груди Субина своим пальцем. Ну… как Субин мог спорить против такого?